Перейти к содержимому


Свернуть чат Башня Эльминстера Открыть чат во всплывающем окне

Трёп, флейм и флуд. Все дела.
@  Redrick : (07 Август 2017 - 03:58 ) Просто декоративная смена сеттинга.
@  Defender : (07 Август 2017 - 02:59 ) Я так понимаю, что это Betrayal at House on the Hill, перенесенный в сеттинг или ожидается что-то принципиально иное?
@  Defender : (07 Август 2017 - 02:58 ) Что господа эксперты скажут про настолку http://dnd.wizards.c...al-baldurs-gate ?
@  Redrick : (29 Июль 2017 - 11:21 ) Костя, если вдруг заглянешь сюда - с днём рождения)
@  Redrick : (21 Июль 2017 - 11:02 ) Пост уже редактированию не поддаётся. Вся важная информация там есть, а кому нужен перевод - его и без ссылки на форуме легко найти.
@  Mogrim : (21 Июль 2017 - 08:30 ) Рэдди, прикрепи ссылку на сбор средств к посту вк) А то ее нет:D
@  Allistain : (19 Июль 2017 - 06:26 ) Жду)
@  Mogrim : (13 Июль 2017 - 11:04 ) *Обнял Аллистайн* Потом распишу тебе рецензию в личку на перевод и остальное:D
@  Allistain : (13 Июль 2017 - 10:36 ) Господа, у кого есть полномочия, удалите подраздел форума о Нежити, плиз
@  Mogrim : (13 Июль 2017 - 12:12 ) Что ж...я дочитал "Нечестивца". Я доволен, мне хорошо:D Спасибо Аллистан за перевод!) Ошибок не обнаружил в ходе чтения
@  Alishanda : (11 Июль 2017 - 06:19 ) Да вроде нет.
@  Redrick : (11 Июль 2017 - 01:01 ) Откуда все эти спамеры лезут... у нас что, кто-то проверочный вопрос при регистрации отключил?
@  Memrik : (07 Июль 2017 - 07:34 ) Оля, пасиб!
@  Mogrim : (06 Июль 2017 - 01:08 ) ААААААААААААААААААААААААА
@  Memrik : (05 Июль 2017 - 10:58 ) Ого! Нечистый появился! Сяпки!
@  Alishanda : (04 Июль 2017 - 12:54 ) Почему мне второй раз достается книжулька с главами в километр? ;(
@  Mogrim : (30 Июнь 2017 - 07:46 ) Э нет, Оля, может и мне нужны!
@  Redrick : (30 Июнь 2017 - 07:44 ) Мне нужны сиськи. Если к ним прилагается девушка.
@  Alishanda : (30 Июнь 2017 - 06:57 ) Ой, ну тебе-то понятно, что незачем!
@  Mogrim : (30 Июнь 2017 - 05:46 ) Зачем сиськи!
@  Alishanda : (30 Июнь 2017 - 04:28 ) О_о. А.. сисек?(
@  Redrick : (30 Июнь 2017 - 11:50 ) Этот день настал.) Увеличение члена в каждый дом!
@  Mogrim : (22 Июнь 2017 - 04:44 ) Тварюги, уже и до гугла лапки протянули!-_-
@  Mogrim : (21 Июнь 2017 - 08:18 ) А я слышал, что где-то тут "Нечестивец" летал, это ведь правда?:В
@  Alishanda : (19 Июнь 2017 - 08:33 ) Есть небольшой шанс, что я добью-таки сегодня главу от Оплота. С утра он был почти 100%. Но потом мне прострелили колено...
@  Mogrim : (19 Июнь 2017 - 03:22 ) ммм, 3 года на "Долине")
@  Redrick : (19 Июнь 2017 - 09:39 ) Чтоб я ещё помнил, где там админка.
@  Alishanda : (19 Июнь 2017 - 09:16 ) Если ты мне дашь пароль от админки сайта, я могу поклацать после обеда.
@  Faer : (19 Июнь 2017 - 08:48 ) @Redrick, с ходу как єто сделать не соображу, и боюсь что-то наклацать впопыхах (мои таланты ты же знаешь)). Так что извиняй
@  Mogrim : (19 Июнь 2017 - 06:55 ) и такое возможно? Во делаа
@  Redrick : (19 Июнь 2017 - 05:37 ) Ребят, отключите кто-нибудь на сайте возможность комментирования незарегистрированным пользователям. Идёт волна спама.
@  Valter : (16 Июнь 2017 - 01:07 ) Alishanda, так я другое читал
@  Alishanda : (15 Июнь 2017 - 07:28 ) Я бы ее уже три раза прочиталаб. Еслиб читала.
@  Zelgedis : (15 Июнь 2017 - 11:56 ) @Alishanda что касаемо числа символов, то есть такое.) я как главу прочитывал, то сразу смотрел сколько страниц следующая. =)
@  Valter : (14 Июнь 2017 - 11:15 ) Прочитал тут недавно Сумеречную войну Кемпа всю. Что сказать, хорошая история про Кейла у него получилась. Скоро вот сяду за Богорожденного.
@  Valter : (14 Июнь 2017 - 11:13 ) Faer, понял, спасибо! Очень жду! )
@  Valter : (14 Июнь 2017 - 11:13 ) Да конечно лучше водные врата, просто я именно привел, как у вас на сайте написано))
@  Alishanda : (14 Июнь 2017 - 10:39 ) Да, если что я сижу с Оплотом. Просто главы 50 000 символов. Много.
@  Alishanda : (14 Июнь 2017 - 10:38 ) Да. Плиз. Проклятье на этом форуме принадлежит Вызову.
@  Faer : (14 Июнь 2017 - 08:47 ) @Zelgedis, про проклятье это ты загнул, а в черновик я подглядываю))
@  Zelgedis : (14 Июнь 2017 - 02:00 ) @nikola26 Да я в курсе, но спасибо.)
@  nikola26 : (14 Июнь 2017 - 01:54 ) @Zelgedis так там только 6 последних глав требуют вычитки. Остальные отредактированы вроде. Это про "Водные Врата".
@  Zelgedis : (14 Июнь 2017 - 01:33 ) @Mogrim Терпи! =)@Valter Всё-таки "Водные Врата" больше подходит по смыслу =). @Faer а вообще жаль черновой вариант.) Прям проклятая книга =)
@  Faer : (13 Июнь 2017 - 07:07 ) @jacksparrow375, то, что гуляет по сети - по факту черновик. Его еще сверять и вылизывать.
@  jacksparrow375 : (13 Июнь 2017 - 08:57 ) А разве Водоспуск не закончен? сколько там всего глав?
@  Mogrim : (12 Июнь 2017 - 10:00 ) *Что-то там бурчит про "Нечестивца"*
@  Faer : (12 Июнь 2017 - 09:48 ) Будет, как только с Вызовом закончу
@  Valter : (12 Июнь 2017 - 09:11 ) Привет! Перевода Водоспуск (The Floodgate) не будет на сайте?
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 08:48 ) Благодарю <3
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 08:44 ) А на английском тебе вот это может зайти: http://imaginaria.ru...fth-season.html
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 08:38 ) "Меекхан" Вегнера можешь попробовать.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 08:37 ) Я пока думаю. Всяко надо что-то в поезд прихватить. А то я завтра в часдня приезжаю. За это время можно взвыть от скуки. Может сейчас Этерны вторую часть в электронке поищу
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 08:25 ) Не читай. Пустая трата времени.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 08:20 ) Придется читать этот Меч Истины или как его там. Про невнятного чувака и светлую жрицу. А то в питер ночью еду и делать нечего будет
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 02:44 ) От хоста который под ддос попадает через раз, а виноват сайт про ельфов, другого и не ждала. Огорчают
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 02:22 ) Ага. Вот почему у меня тогда даты не сошлись. Очень плохо, что они так коварно прячут эту информацию. Надо бить по рукам.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 02:18 ) И 18 апреля продлен был второй наш домен. Жесть конечно у них, а не биллинг. Нужно пройти квест чтобы найти данные. У нас на хосте все списания в одном месте лежат
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 02:09 ) Короче деньги были сняты за продление домена последний раз. Эти самые чудесно исчезнувшие 400 ре.
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 02:02 ) Фаэр, а никак не перевожу. Мне не попадалось, кажется.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 01:34 ) Судя по запрошенному отчету с нас списали 1 июня не 9 а 422 рубля. Спросила, чо за нахер
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 01:23 ) И да, с деньгами на счету происходит что-то странное.
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 01:23 ) Вообще мы должны жрать по 295 где-то рублей в месяц.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 12:54 ) Нажеюсь, сейчас узнаем
@  nikola26 : (09 Июнь 2017 - 12:46 ) Так вот и я думаю, что 500рэ на 10 дней слишком жирно. Или нам места выделено терабайт? )
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 12:25 ) Я бы прям наверное даже могла предложить на свою железку переехать, она стоит почти голая, но эт надо нагрузки обмозговать. Мускуль любит очень много кушать.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 12:20 ) Я запросила историю списаний в техподдержке. Не нашла, где посмотреть. Стоит явно не те 350 рублей которые были списаны за 9 дней. Судя по договору мы 10 рублей в день примерно жрем
@  nikola26 : (09 Июнь 2017 - 12:06 ) А сколько стоит хостинг в месяц?
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 11:00 ) Вот так. Сама удивилась. Надо посмотреть историю списаний. Если таковая тут есть.
@  Faer : (09 Июнь 2017 - 10:58 ) Рэд, ты как переводишь arcanist?
@  nikola26 : (09 Июнь 2017 - 10:07 ) Как закончился? Я 30 мая только закидывал.
@  Faer : (09 Июнь 2017 - 06:49 ) Спасибо!
@  Mogrim : (09 Июнь 2017 - 01:04 ) *Хлоп-хлоп*
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 12:36 ) А тем временем у нас опять закончился хостинг. Но я прилетел и все спас. *типа почесала свое раздутое ЧСВ* =)
@  Alishanda : (08 Июнь 2017 - 04:04 ) Последнее время даже мать с подругами и 'установи скайп тыжпрограммист" усылаю. Если чел считает невозможным сам научиться нажимать 2 кнопки но считает возможным тратить половину моего дня - пускай платит либо деньгими, либо... логайнами, лол. Сложная ситуация с работой сразу убивает всю доброту.
@  Alishanda : (08 Июнь 2017 - 04:00 ) Про меня тоже скоро узнают. У меня есть два человека, которые могут попросить у меня все что угодно бесплатно. Потому что они рисуют мне логайнов. На этом благодетельность заканчивается.
@  Zelgedis : (08 Июнь 2017 - 01:27 ) @Alishanda Она только в начале так пишет, главе 4-5 становится меньше подобных деталей, а с середины книги читать становится одно удовольствие.
@  Redrick : (08 Июнь 2017 - 01:07 ) Ко мне никто не бегает. Все знают, что я корыстная скотина и первым вопросом будет "Сколько платишь?"
@  Alishanda : (08 Июнь 2017 - 09:42 ) У меня последнее время образовался какой-то пулл народу, который бегает ко мне с "тыжпереводчик". Даже с "тыжпрограммистом" было меньше. Причем потом очень удивляется, что я не, не буду по-дружески переводить вот эту статью на 20 листов.
@  Alishanda : (08 Июнь 2017 - 09:24 ) Ох. Даже не сомневаюсь что Гринвуд страшнее. )) Кстати вот с Каннингем первый раз пришлось заюзать "я переводика". Хорошо баба пишет.
@  Redrick : (07 Июнь 2017 - 09:04 ) Гринвуд, в целом, страшнее. Но у меня так практически любой перевод идёт.
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 08:58 ) У меня недавно так же перевод Деннинга шел, кстати.
@  Mogrim : (07 Июнь 2017 - 08:43 ) >Я переводчик и в рот я ебал выверты автора.
Теперь я понимаю, Рэд, как идет перевод Эльминстера:D
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 06:27 ) Да, именно так это называется. Я привела цензурную версию. Я же девочка.
@  Redrick : (07 Июнь 2017 - 05:59 ) Простите за мой французский.
@  Redrick : (07 Июнь 2017 - 05:59 ) На самом деле это называется "Я переводчик и в рот я ебал выверты автора".
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 03:54 ) Пятивесной короче и будут. По аналогии с пятицентовой. Я переводчик, я так вижу.
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 02:13 ) То есь тип в пять раз тяжелее некоторого эталона. Сложно. Пятивесная монета. Лл
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 02:12 ) Логична. Я так поняла что они... эээ... пятерного весового номинала, если это так можно выразить. Только вот как бы это все теперь он рашан
@  Redrick : (07 Июнь 2017 - 01:25 ) Ну, для монет из драгметаллов привязка к весу как раз-таки логична.
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 01:20 ) Пятифунтовые они и пишутся как пятифунтовые. А тут какая-то непонятная привязка к весу. )
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 01:19 ) Уже есть желание сходить к англоговорящему приятелю, может он мне что-то про это расскажет.
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 01:18 ) Это я все поняла. И изначально думала что так как то и есть. Но вот как раз файф вейт и смутило.
@  EL_Darado : (07 Июнь 2017 - 01:09 ) здраствуйте
@  EL_Darado : (07 Июнь 2017 - 01:08 ) это видимо номинал(как пяти-фунтовые монеты в Англии например)
@  Redrick : (07 Июнь 2017 - 01:01 ) Хотя five-weight меня смущает.
@  Redrick : (07 Июнь 2017 - 12:56 ) То сумму выплачивают в более дорогих платиновых монетах (1 платиновая, скорее всего, =10 золотых), что позволяет уменьшить объём и вес.
@  Redrick : (07 Июнь 2017 - 12:55 ) Но поскольку две сотни золотых монет - это очень тяжело (можешь сама посчитать)
@  Redrick : (07 Июнь 2017 - 12:55 ) Всё очень просто. В качестве точки отчёта используется золото.
@  Alishanda : (07 Июнь 2017 - 12:04 ) Быть может тут кто-то поведает мне, как можно на русский перевести сие: Two hundred gold, paid out in five-weight platinum coins. Мои знания по нумизматике кончились где-то по дороге.
@  Alishanda : (05 Июнь 2017 - 01:07 ) Ну вот. Пока писала сообщеньку это ощущение опять свалилось. Две недели адского пламени...

Просмотр профиля: Redrick
Offline

Redrick


Регистрация: 02 Фев 2011
Активность: 14 Авг 2017 00:44
*****

#96133 Эльминстер в ярости: восьмая глава

Написано Redrick 11 Август 2017 - 18:08

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ПРОБУЖДЕНИЕ ДРАКОНА

 

Дроу наступали на Эл со всех сторон, и в их глазах была смерть. Они двигались медленно, готовя свои арбалеты.

Храст. Она присела, сжимая взятые у их павших товарищей мечи, повернув клинки плашмя, чтобы они послужили крошечными щитами. Но чтобы отразить стрелу, прежде чем та ударит в неё, Эл потребуется удача самих богов и невероятная скорость.

Серебряный огонь мог выжигать яд, но как же это было больно. В первую очередь надо защитить глаза и горло...

Они все выстрелили одновременно, и к ней устремилось множество дротиков.

Эл бросилась в сторону, вдоль стены, завертев обоими клинками перед лицом в безумном вихре, который отбросил в сторону по меньшей мере три дротика.

Стрела с силой ударила в запястье и застряла там, в месте, где с неё срубили доспехи. Ещё одна вонзилась в левую грудь, а третья ударила во внутреннюю сторону правого бедра.

Дроу бросились на неё, убрав арбалеты. Большая часть стрел прошла мимо, но горячее жжение, быстро растекавшееся по телу, сказало Эл, что трое задевших её были чем-то отравлены, вероятно — паучьим ядом. Если это был ручной паук или ужальник, яд её замедлит, постепенно парализуя. Нужно было покончить с этим быстро.

Эл бросилась навстречу ближайшему дроу, резанула того по лицу, затем метнулась вбок, чтобы ударить следующего. Затем она развернулась и побежала к стене, пытаясь возвратиться на место, выбранное для последнего боя. Они погнались за ней, как волки.

Когда Эл якобы споткнулась, а затем упала, они набросились на неё. Лишь затем, чтобы увидеть, как она перекатывается, поворачивается на плечах и бьёт ногами. Она перебросила одного бегущего дроу через себя, второго оттолкнула в сторону, затем перекатилась за ним и жестоко подсекла мечом лодыжки.

Тот рухнул с воплем, Эл вскочила на ноги, рассекла ему горло и прыгнула вперёд, чтобы встретить новую волну наступающих: четверых тёмных эльфов в пёстрых доспехах, один из которых хромал из-за старой раны на ноге. За его скакавшим вверх-вниз плечом она краем глаза заметила трупных червей, извивающихся среди камней в поисках мертвецов, и волшебника дроу, который тратил заклинание на нового участника сцены: рыщущего дикого паука. Магу могло показаться, что паука призвала она. Вокруг арахнида из ниоткуда вспыхнул зловещий огонь, заставив паука забиться в конвульсиях — а потом Эл была слишком занята, сражаясь одновременно с четырьмя дроу, чтобы разглядеть ещё что-то.

Двое попытались пырнуть её ножами, используя мечи только для того, чтобы держать её на расстоянии. Лезвия ножей мерцали, а это значило — они знают, что Эл защищена от обычной стали. У других двоих мерцающего оружия не было, так что Эл обращала внимание лишь на их движения и руки, чтобы не позволить им сбить себя с ног, и игнорировала проходившие сквозь неё, как сквозь дым, клинки. Это позволило ей скользнуть одному за спину, и нож, который должен был выпотрошить её, вместо этого по рукоять вошёл ему живот.

Эл толкнула этого стонущего раненого дроу на воина за его спиной, и бросилась бежать прочь от них — лишь затем, чтобы мгновение пофехтовать с ещё одним изгоем. Одинокий противник отступил — его лицо скорчилось от тревоги, когда он защищался, даже не пытаясь атаковать.

Она резко развернулась от него и бросилась дальше, направляясь к месту, которое выбрала для драки, к гладкому участку камня, который был чуть ниже остальной пещеры. В этот раз она достигла своей цели.

Снова развернувшись кругом, чтобы оказаться лицом к врагам, и большими глотками втягивая в себя воздух, пытаясь восстановить дыхание, Эл смотрела, как изгнанники снова наступают.

На сей раз — тесной стаей, злой и осторожничающей после гибели стольких товарищей. За их спинами припал к земле волшебник.

-Это его не спасёт, - громко произнесла Эльминстер. Внутри неё медленно зашевелился гнев. Она восстановила дыхание; пускай нападают...

Трубите в рога, весело сказала в её голове Симрустар. Настоящее кровопролитие началось.

Сейчас на неё наступало четырнадцать противников. Пятнадцатый лежал среди камней у них за спинами, хватаясь за пронзённый живот и издавая громкие стоны. Самые храбрые черви уже собирались вокруг него.

Время для насмешек. Эл ухмыльнулась надвигающимся дроу, обвела жестом всё ещё торчащие в ней три стрелы — она оставила их на месте, чтобы кровь не так быстро вытекала — как богатая хозяйка, демонстрирующая гостям свои сокровища, затем упёрла руки в бока и насмешливо поманила к себе врагов.

Один дроу тут же издал боевой клич. Он и ещё четверо бросились на Эл, остальные не стали так спешить.

Хорошо. Теперь время уловок. Она встретила их обоими клинками, готовясь убивать, а не просто защищаться, и изобразила поддельную агонию, когда два меча дроу пронеслись сквозь неё. Один из клинков оставил за собой свежее жжение паучьего яда, но в остальном Эл не пострадала — она насадила одного воина на свой меч по самую рукоять и бросила клинок в теле, а второму разрубила лицо.

Они рухнули вместе, один дроу умирал, а второго ослепила хлынувшая кровь, и он не обращал внимания на окружающее, пытаясь обеими руками удержать своё лицо на месте. Эл перерезала ему горло и тем же ударом вонзила меч в шею второго дроу, который шарил рукой по камням, пытаясь найти упущенное в падении оружие.

Оставалось два живых и здоровых дроу. Один наносил ей частые колющие удары, его незачарованный клинок не причинял вреда, но тяжесть ударов и костяшки сжимавшей рукоять ладони постоянно выбивали у Эл воздух из лёгких. Второй присел за спиной у первого и пытался достать до её жезлов, пытаясь вытащить их и отбросить в сторону, не осмеливаясь подойти ближе. Эл отрубила ему пальцы, затем вонзила в себя собственный меч — она не почувствовала ничего, кроме моментальной вспышки холода — чтобы встретить руку дроу, пытающегося её проткнуть.

Он завопил и упал в сторону, вцепившись в разрубленную руку — и Эл перекатилась и неловким рывком через острые камни достала мечом горло хватателя жезлов. Когда он забился в конвульсиях, она перекатилась обратно, чтобы разделаться с последним.

Остальные тёмные эльфы приближались медленно, до них оставалось ещё около семи шагов. Хорошо. Эл запрокинула голову, зарубив коловшего её дроу, и закричала в поддельной агонии — громким, грубым и пронзительным голосом.

Потом она скользнула на землю, в своё углубление, окружённое трупами дроу, как будто мертва — только скрытая рука за спиной вытащила скипетр с пояса и пробудила его. Она лежала неподвижно, выжидая, безвольно раскрыв рот. Изнывая от боли дюжины ран и жжения яда, Эл смотрела сквозь опущенные веки, как вокруг осторожно собираются дроу.

Подойдут они поближе, чтобы позлорадствовать? Или ударят в лицо, в грудь, в горло, чтобы убедиться?

Они сделали и то, и другое — и когда первый тёмный меч устремился вниз, Эл выпустила на волю вихрь клинков.

Это была жестокая магия, не слишком отличавшаяся от барьера клинков, каким пользовались боевые жрецы древности. Когда над ней завертелись и засверкали куски стали, и на камни начала хлестать кровь дроу, Эл призвала быструю вспышку серебряного пламени, чтобы создать вокруг себя мгновенный щит. Когда щит сомкнулся вокруг, она сунула пробуждённый скипетр в шторм наколдованной стали за мгновение до того, как укрыться под своим серебряным пламенем.

Спустя мгновение мир над ней с оглушающим грохотом взорвался.

Взрыв был впечатляющим, встряхнул её, как игральную кость в стакане, несмотря на серебряный щит. Эл услышала и почуяла запах разлетающихся кровавыми ошмётками на камни вокруг дроу... и когда щит угас, и она осторожно перекатилась, чтобы поднять голову, на лицо с высокого свода закапала кровь.

Она встала на четвереньки, чтобы осторожно оглядеться. Не осталось ни единого врага. Волшебника и остальной банды изгнанников больше не было.

Все до последнего были мертвы. И лишь потому, что ненавидели и боялись магию. Или тех, кто использовал магию против них — например, собственных жриц. Никто не должен бояться или ненавидеть магию.

Ах, Эл, для этого нужно, чтобы все носители магии в Королевствах перестали использовать её, чтобы насаждать над другими свою тиранию.

Эл громко вздохнула. Симрустар была права. И как часто она сама бывала одним из этих тиранов?

Перед внутренним взором быстрой мрачной процессией прошли воспоминания, которыми она не гордилась...

Симрустар мудро промолчала. Эл угрюмо вырвала из себя стрелы, затем исцелила раны и изгнала из крови яд болезненной вспышкой серебряного огня.

Когда она перестала беспомощно задыхаться и дрожать, Эл неверной походкой зашагала дальше по туннелю. Теперь она снова осталась одна и была почти что голой — кожаные доспехи висели клочьями.

Ну-ну! У тебя есть я, напомнила Симрустар. Хорошая работа, кстати.

Эл устало кивнула. Она слишком сильно нашумела и использовала слишком много магии, чтобы здесь задерживаться; вся эта суматоха вскоре привлечёт более грозных обитателей Подземья — или сильный патруль дроу, готовый к магическим неприятностям. К тому времени разумно было бы оказаться как можно дальше отсюда. Например, на купающейся в лучах солнца поверхности.

Прихрамывая, потирая свои синяки и ушибы, Эл ковыляла дальше.

Что-то ты не очень хорошо заботишься об этом своём прекрасном новом теле тёмной эльфийки, поддразнила его Симрустар.

Ответ Эльминстер был спокойным, длинным и очень красочным. Он мог заставить покраснеть даже моряков Лунного моря, если бы таковые очутились в низинах Подземья.

 

***

Алоргловенемус в эти дни спал шумно и куда более часто, чем в свои юные годы. Сейчас он был поистине древним, и из своих изысканий и от других встреченных вирмов — погибавших в результате некоторых встреч — знал, что для старших драконов такой сон был в порядке вещей.

Впрочем, никто этот сон не прерывал. Посетители не достигали этой пещеры под похожим на вулкан полым холмом в сердце зловонного болота, заполняющего узкую ложбину между каменными отрогами соседних гор в Громовых вершинах. Ни один незваный гость не пробрался в его логово, хотя однажды в болото ненадолго забрели орки. Так себе еда, зато их было много...

Он свернул язык трубочкой, пытаясь припомнить этот вкус.

Да, так случилось, что сейчас Алоргловенемус бодрствовал — он проснулся мгновением раньше, когда по твёрдому камню под его сокровищами долетело эхо высвобожденной разрушительной магии. Взрыв произошёл семью уровнями ниже его логова.

Древний чёрный дракон встревоженно поднял голову. Здесь было что-то кроме заклинания. Был какой-то запах...

Алоргловенемус сунул тёмную рогатую голову в большой разлом в одном конце пещеры, открывающийся в нисходящую цепочку пещер. Разлом служил ему туалетом, плевательницей и временами ямой для рвоты — поскольку от доспехов, несмотря на сильную разъедающую кислоту, скручивало кишки — и шумно принюхался.

Да. Тот самый запах. Слабый, но характерный, и Алоргловенемус уже чувствовал его раньше. Там внизу был выпущен серебряный огонь, сырой материал Плетения.

Что озадачивало и даже тревожило, учитывая, что Плетение рассыпалось вместе со своей прекрасной богиней несколько периодов сна тому назад.

Древний чёрный дракон нахмурился, медленно покачал головой и испустил глубокий рык, от которого затряслась пещера. Рык возвещал вибрирующим стенам, что дракон был не рад этому конкретному запаху. Запах означал неприятности.

Но Алоргловенемус знал, как разбираться с неприятностями. Он отвёл голову назад и плюнул, с шипением выпустив кислотные пары ядовито-зелёного цвета. От этого кипящего дыхания, прокатившегося вниз по длинным шахтам пещер, на камнях проступила пена.

Зелёный, быстро сереющий поток шипел, трещал и порождал множество мимолётных крошечных вихрей из мерцающей пены, пожирая камни; камни, которые были уже источены до гладкости предыдущими потоками кислоты.

Тремя пещерами ниже последний испаряющийся язык кислоты обогнул груду камней, растворив уступ, на котором она лежала. Почти устало камни посыпались через край, покатились вниз. И разбудили на своём пути нарастающий рёв. В конце концов, намного ниже рёв превратился в небольшой оползень, который в результате подкатился почти к самым ногам Эльминстер.

 

***

Эл остановилась, позволив последним камешкам этой небольшой лавины остановиться прямо перед её сапогами, покачнуться вперёд-назад и в конце концов застыть на месте. Слабый поток воздуха дул в Подземье именно с той стороны, откуда посыпались камни.

И этот поток приносил острую, свежую вонь, и Эльминстер уже чувствовала эту едкую вонь раньше.

Кислота чёрного дракона. Исторгнутая крупным древним вирмом.

Эльминстер вздохнула. У неё на пути — злобный и могущественный дракон. Ну конечно.

Она подошла к уступу и очень осторожно начала прокладывать себе дорогу наверх. Кислота была ещё свежей; Эльминстер следовало быть очень осторожной, если она хотела, чтобы сапоги продержались большую часть пути и ещё дольше.

Подъём казался долгим и неприятным — на пути встречалась не только кислота, но и драконье дерьмо. Выдохнув бесшумное проклятие — почему Мэншун хоть раз не мог подчиниться Мистре? Или почему Госпожа Всех Тайн не могла разделаться с ним или позволить своему достойному доверия Элу разделаться с ним? — Эльминстер нашла свой первый каменный выступ, укрывающий от кислоты, добралась к нему, затем стала искать следующий.

В любое время сюда могли потечь новые подарки с обоих концов чёрного дракона. Что означало, что главной заботой должна стать осторожность. Эх, пробраться по камням вон туда, чтобы попасть туда, а оттуда...

 

***

Для нового тёмноэльфийского тела Мудреца из Долины Теней скупое движение у края утёса прошло незамеченным.

И даже если бы осторожный Эльминстер посмотрел туда, он мог бы мельком разглядеть только крошечную тень, когда кто-то — или что-то — бесшумно слился с неровной стеной пещеры высоко над гладким, истёршимся устьем многочисленных кислотных ручьёв.

У одинокой жрицы дроу, осторожно поднимавшейся из Подземья, появился очень терпеливый преследователь.

***

Лорд-констебль Фарланд поглядел через стол и в лицах людей, посмотревших на него в ответ, нашёл мрачную толику утешения в лицах. Этим двоим он доверял.

Иногда он хотел доверять ещё хоть кому-то в целых Королевствах, но до сих пор нашёл лишь этих двоих. Его старших констеблей. Высокого, покрытого шрамами и немногословного Англура Трелшуна, который был почти на голову выше угрюмого, коренастого и циничного Брадрера Деллоука. Хвала богам, что эти двое были друзьями, поскольку они оба были людьми способными, и сложись всё иначе могли бы стать друг другу смертельно опасными врагами.

Ирлингстар был храстово далеко от остального мира, примостившись на бритвенно-остром каменном хребте, что шёл на восток от Ирлингской горы, одной из Орондстаров. Большинство людей звало их просто «Орондами»: скопление необычайно острых пиков среди Громовых вершин, немного к северо-западу от середины пути между королевством Воющей Дымки и Грозовым Отрогом. Лишь одна дорога шла к замку, и если не углубляться в Каменные земли — не тот поступок, который мог бы совершить здравомыслящий человек — другого способа оставаться в Кормире, при этом оказавшись так далеко от остальной части Лесного Королевства, просто не было.

Именно по этой причине здесь, а не за стенами шарранского Велуна, и располагалась самая надёжная королевская тюрьма. Дворяне в камерах Ирлингстара могли бы порождать множество проблем, будь они ближе к другим кормирцам — нуждавшихся в монетах и восприимчивых к угрозам, обещаниям и хитрым сделкам.

-Маги из вас не лучше чем из меня, - устало сказал Фарланд, - но не обнаружили ли вы хоть малейшие признаки того, что печати были нарушены?

Они оба покачали головами, не тратя зря слов. Они никогда не говорили зря.

Более века тому назад знаменитый королевский маг Вангердагаст наложил первые магические печати на замок Ирлингстар. Суровые и крепкие магические барьеры с тех пор обновлялись ежегодно, и обычно незримый магический купол предотвращал использование большинства заклинаний в крепости, в том числе телепортацию и прорицание, направленные внутрь и наружу. Хоть Волшебная Чума и потрепала печати Ирлингстара, они уцелели, и оставались незаменимы, не позволяя волшебникам на службе благородных семей по своей воле преодолевать тюремные преграды.

-Хорошо, - мрачно сказал Фарланд. - Вы знаете, что делать.

Он встал, подводя итог встречи. Двое старших констеблей направились к двери.

Трелшун должен был разбудить тех немногочисленных стражников, кто сменился с дежурства и во время убийства Аватнара спал, а Деллоук отправился к воротам замка, чтобы приказать кучерам с их фургонами немедленно покинуть крепость, направляясь в Иммерфорд, чтобы запастить там продовольствием. Он поскачет вместе с ними, чтобы передать через ближайшего королевского лорда — лорда Лотана Дурнкаскина в Иммерской крепости — послание королю, доложив об убийстве и прося прислать боевых магов для неизбежно тяжёлого расследования. Выжимка разума нынче слишком часто оставляла и подозреваемого, и проводившего допрос мага без мозгов, так что теперь она осталась в прошлом. Раскрытие преступлений снова стало требовать угроз, наблюдательности и умасливания — а учитывая текущий набор злопамятных, насмешливых, искушённых и очень способных знатных заключённых Ирлингстара, горстке смертельно усталых боевых магов в крепости потребуется любая помощь, которую они смогут получить. И чем быстрее они начнут...

Фарланг опустился по задней лестнице, ведущей в покои магов. Что ж, похоже, им придётся подождать ещё несколько дней. Иммерфорд, по-прежнему с каждым летом заметно разраставшийся, был одним из самых молодых поселений в Кормире, расположившись у брода, где Восточный Путь пересекал Иммерскую реку. Но глушь между городом и лордом Дурнкаскином, восседавшим в своём сверкающем новом замке Иммер, была поистине глухой, глубоким болотом там, где не было бритвенно-острых скал, покрытых густыми, тёмными лесами, кишевшими волками. Между Иммерфордом и Ирлингстаром не было ни единого поля, фермы или хутора, потому что кормирцы не были настолько глупы, чтобы пытаться заниматься здесь земледелием или разводить скот.

Дурнкаскина не обрадует доклад Деллоука, но Дурнкаскин вечно был недоволен. Дракон в небесах, пятеро боевых магов, служащих в Ирлингстаре, тоже не слишком обрадуются, но с этим он ничего поделать не мог.

Не говоря уже о том, что они испугаются, а значит иметь с ними дело станет ещё сложнее...

Фарланд достиг основания лестницы, прошёл сквозь арку, повернул направо — и замер.

По коридору прямо перед ним текла длинная влажная полоса свежей крови.

Она вытекала из-под двери прихожей, в которую выходили покои всех боевых магов.

-Господа маги? - резко позвал он.

Зловещую тишину никто не нарушил.

Сглотнув проклятие, лорд-констебль Ирлингстара достал из ножен меч и распахнул дверь, следя за тем, чтобы не наступить на кровь.

Ещё до того, как дверь открылась, он знал, что обнаружит внутри.




#96132 Эльминстер в ярости: седьмая глава

Написано Redrick 11 Август 2017 - 18:07

ГЛАВА СЕДЬМАЯ
УБИЙСТВО В ИРЛИНГСТАРЕ

 

За те долгие годы, что Обарскиры правили Лесным Королевством, среди королевских магов и самых доверенных царедворцев встречались разные люди, но глупцов среди них было мало.

Поэтому дела в Кормире обычно устраивали таким образом, чтобы одно должностное лицо или солдат во время своей смены или дежурства следили за выполнением обязанностей другого должностного лица или солдата. Так и вышло, что в замке Ирлингстар лорд-констебль Гелнур Фарланд был надзирателем над пленниками, командиром тех, кто пленников охранял, нёс ответственность за эту охрану, но самой крепостью не командовал. Ступенькой выше Фарланда стоял сенешаль Ирлингстара Мартин Аватнар, который отдавал приказы лорду-констеблю и отвечал за физическое состояние замка, но на самом деле главной его задачей было следить за лордом-констеблем, который мог чересчур сдружиться с богатыми и обходительными знатными пленниками.

Аватнар был напыщенным небольшим мужчиной, невысоким и толстым. Несмотря на это, он гордился своей внешностью, расхаживая по Ирлингстару в начищенных до блеска посеребрённых доспехах. Он не был глуп или ленив, и в своё время донёс на трёх лордов-констеблей, которых в результате быстро перевели и с одним из которых вскоре произошёл «несчастный случай», по подозрению многих — вовсе не случайно. Аватнар знал, что весточка об этом достигла его ушей в качестве деликатного напоминания не отклоняться с пути смиренной преданности.

Впрочем, отклоняться он вовсе не собирался. Кормир был лучшей страной во всех Королевствах, и, разумеется, наилучшим местом, чтобы лелеять мечты о почётной отставке в загородном имении с достойным винным погребом, достаточным поголовьем свиней и рофов, чтобы каждый вечер есть жаркое, если оно не надоело, и красивой молодой женой, удовлетворяющей нужды мужа — даже если тот невысок, скверно держится на ногах и страдает от старческих шишек на стопах.

А если лорд-констебль Фарланд его недолюбливает — что ж, какая жалость! Эта нелюбовь превратилась в настоящее знамя, означавшее, что Аватнар подобающим образом выполняет свои обязанности. Сенешаль, которого любят — это мягкий сенешаль, или даже сенешаль, с охотой принимающий взятки. А он не собирался становиться ни тем, ни другим, именем Дракона на Престоле, о нет, только не Мартин Аватн...

И в это мгновение кто-то оборвал его мысли.

Навсегда.

Кто-то возник из тёмного, зияющего дверного проёма позади прогуливающегося сенешаля — дверь должна была быть закрыта, а Аватнару на самом деле следовало это заметить, хотя, строго говоря, проверка внутренних дверей крепости входила в обязанности констебля — и быстро сорвал с сенешаля его шлем с пышным плюмажем. Шлем всегда был чуточку велик Аватнару и легко сошёл с головы — прямо вверх, в воздух. Затем тот же неизвестный со свирепой силой ударил кочергой, вилкой вперёд, в обнажённый и лысеющий затылок сенешаля, разбив крупный череп Аватнара, как сырое яйцо.

Маленький человечек качнулся вперёд, но ещё не успел упасть, и этого мгновения как раз хватило, чтобы вернуть шлем на место. За миг до того, как Мартин Аватнар рухнул лицом вниз, будто крупная свежая камбала, которую со шлепком бросили на разделочную доску, чтобы превратить в фарш для рыбного соуса.

Обладатель кочерги бесшумно растворился, и в коридоре воцарилась могильная тишина. Она продержалась какое-то время, прежде чем вдалеке раздался далёкий стук сапог, бегущих в ночи в правильном — или в неверном, зависит от точки зрения — направлении.

Мартин Аватнар был человеком скрупулёзным и холодно-вежливым. Это входило в его обязанности, но обязанности эти он выполнял слишком уж хорошо. Поэтому никто в замке Ирлингстар его не любил. Даже личные слуги. Что же до заточённых здесь благородных пленников, они не слишком-то жаловали любых тюремщиков. Так что, когда двое заключённых наткнулись на тело Аватнара, не стоило ожидать, что они станут сильно по нему горевать. На самом деле, если бы не стражник, сопровождавший этих двоих и поспешивший осмотреть распластанную на камнях фигуру в доспехах, они быстро бы забрали у тела ключи и оружие. Но раз уж не вышло, два лорда просто наклонились поближе, чтобы убедиться, что облачённый в сияющие доспехи сенешаль Ирлингстара мёртв, ухмыльнулись, удостоверившись в этом, затем прислонились к ближайшей стене, сложив руки на груди и наслаждаясь поднявшейся среди тюремщиков суматохой.

-Я просто опустошён из-за этого, - весело произнёс один из заключённых.

-О? - подхватил другой. - Я глубоко скорблю.

-Опустошён, да? Меня когда-то опустошили, - оскалился третий, присоединившись к ним.

-Убирайтесь отсюда, - прикрикнул на них стражник. - Это всех касается.

Ни один из заключённых лордов не двинулся с места.

-Шевелитесь, - приказал стражник. - Уходите. Сейчас же.

-А иначе что? - насмешливо поинтересовался один из лордов, широко раскрыв глаза, изображая преувеличенный испуг.

-Иначе я посчитаю вас его убийцами и казню на месте, - спокойно ответил стражник, наполовину вытащив меч из ножен. - Прежде, чем вы успеете передать весточку своим семьям или кому-либо ещё.

Заворчав, трое лордов как можно медленнее оторвались от стены, разбрасываясь грубыми жестами и оскорблениями, и отступили. Но недалеко.

Глядя на них и не убирая руку с рукояти меча, страж отпер дверь и ударил в тревожный гонг, находившийся в кладовой за нею. Затем он встал над телом, хорошенько его рассмотрев.

Дела в замке пойдут скверно.

Они уже были достаточно плохи, и если он чему-то и научился за годы своей службы, то прежде чем пойти на лад, ситуация в Ирлингстаре станет хуже.

Намного хуже.

 

***

Маленькое глазное яблоко, как всегда, висело в воздухе сразу за пределами его досягаемости. Безмолвный взгляд насмехался над ним.

Мрелдрейк пытался не смотреть на него, но всё равно каждый миг чувствовал тяжесть чужого внимания, пытаясь ловко и аккуратно управлять своей новой магией. Несколько последних заклинаний превратились в суматошную, потную возню.

Это было сложно, храст его подери! Сжать пустой воздух в острое, режущее лезвие уплотнённой силы, в сконцентрированную вокруг его собственной воли кромку, чтобы он мог «видеть» её на любом расстоянии, сквозь прочные стены и другие не пропускавшие взгляда барьеры. Такая кромка способна была резать камень, если за ней стояла достаточно сильная воля.

Куда более сильная, чем та, которой, похоже, обладал Рорскрин Мрелдрейк. Даже испытывая отчаяние или суровую решимость. Всякий раз, когда он подводил дрожащее лезвие силы к стене или к полу, заклинание рассыпалось, а он шатался, хватаясь за раскалывающуюся от боли голову, полуослепший от неожиданного потока слез, забывая, где он находится и что пытается сделать.

Прямо сейчас в голой комнате, очень похожей на ту, где был заточён он сам, по другую сторону прочной на вид стены свободно бегала курица. Поклёвывая, не торопясь, даже взмахивая крыльями... пока его кромка силы гонялась за ней в попытках обезглавить.

Казалось, это такой простой приказ: «Отруби голову вон той птице».

Образ комнаты снова покачнулся перед мысленным взором Мрелдрейка, и он с проклятием попытался в очередной раз собрать воздух в острое, чистое лезвие. И... сумел. Он промок от пота, быстро терял силы, а эта храстова курица, кажется, собиралась взлететь!

Птица снова замахала крыльями, поднимаясь в воздух и громко кудахтая. Она пронеслась по комнате, вихляя влево-вправо, поднимаясь и опускаясь. Казалось, что курица насмехается над ним, как и бдительный глаз в воздухе.

Сдохни, проклятая птица, сдохни!

Мрелдрейк яростно обрушил на курицу свою силу воли, взмахнув незримым клинком вверх.

Курица покорно приземлилась, сложила крылья, моргнула и начала клевать.

Она подняла голову, сделала несколько шагов, огляделась — и снова опустила голову за долю мгновения до того, как клинок Мрелдрейка промчался сквозь место, где только что находилась куриная шея.

-Нееет, тлуинова маленькая харрука! - завопил он, и образ соседней комнаты снова задрожал перед его мысленным взором. Клинок силы начал распадаться, дрожать и готов был рассыпаться.

-Нет! Не сейчас!

В резком приступе ярости он снова сузил клинок и повернул его, не беспокоясь о том, зарубит ли курицу или заставит умереть от удушья, забрав весь до последнего вздоха воздух в комнате для своего лезвия. Эта курица обречена!

Клинок, ещё тоньше и острее прежнего, полетел вниз. Курица опустила голову, чтобы поклевать, сделала два медленных шага вперёд, не выпрямляясь, затем неожиданно попятилась, чтобы заморгать и с довольным видом оглядеться.

И тогда-то он наконец попал в неё — и срубил голову с лёгкостью сильного ветра, так, что курица даже не пикнула. Окровавленная голова с приземлилась позади с мокрым шлепком, когда его обострённое сознание ринулось вперёд, и комната вокруг завертелась, задрожала... и исчезла.

Мрелдрейк сполз на пол, истощённый. Едкий пот заливал ему глаза. Он снова увидел перед собой собственную тюремную камеру. Тайная дверь, о которой до сегодняшнего дня ему было неизвестно, связывала его комнату с той, где он только что отрубил голову курице. Дверь медленно отворилась сама по себе, открывая крошечный, безголовый комок перьев, лежащий в луже крови.

-Ну наконец-то, - из пустого воздуха над головой раздался голос одного из его тюремщиков. - Прогресс, которым все мы можем гордиться.

Да, в этих словах скрывалась насмешка.

-Рорскирн Мрелдрейк, ты заслужил свой обед. Хорошая работа.

Слишком измотанный, чтобы отвечать, Мрелдрейк лежал, закрыв глаза, уже зная, что скажет голос дальше.

-И он совсем свежий. Убит всего пару мгновений назад, фактически. Курица!

 

***

-Ты видел, как смотрела на нас леди Глатра? - прошептала Амарун. - Я едва не дрожала от страха. Она уж точно не хочет, чтобы мы работали на короля и престол. Зато наверняка обрадуется, если никто из нас не переживёт эту ночь!

Арклет улыбнулся.

-Думаешь, Ганрахаст просто так сказал ей, что им срочно и немедленно необходимо поговорить наедине, когда они уходили? Или что король, похоже, оставил больше дюжины стражников, вставших на ночь дозором вокруг наших стен?

Рун нахмурилась.

-Считаешь, она осмелится...?

Наследник дома Делькаслов пожал плечами.

-Это будет не первый раз, когда боевой маг — или высокопоставленный царедворец — решит немного «помочь» руке Тиморы. Или даже наиболее вероятному ходу событий. Лично я сомневаюсь, что Глатра настолько храбра, но, как говорят — кто предупреждён, тот вооружён.

Он остановился перед нужной дверью и негромко постучал.

-Моя мать выбрала для тебя эту комнату, поскольку на двери есть прочные засовы — вот здесь и вот здесь — и ты целую ночь сможешь удерживать снаружи хоть весь Кормир. Окно слишком маленькое, чтобы большинство мужчин сумело в него пролезть, и расположено высоко на наружной стене — а под ним уже стоят на страже несколько наших людей. О, и здесь нет никаких тайных ходов.

Они обменялись улыбками. Арклет добавил:

-Над тобой только крыша, а внизу — крыша второго банкетного зала, находящаяся на высоте двенадцати человеческих ростов над полом. У нас есть только две лестницы, достаточно длинных, чтобы достать до неё, и вряд ли мы проглядим человека, пытающегося проскользнуть туда с такой большой лестницей...

-Но если она и предпримет что-то, - прошептала Амарун, - она воспользуется магией, а не мечами и штурмующими твой дом пурпурными драконами, не так ли?

Арклет пожал плечами.

-У нас есть защитные печати. Если они недостаточно крепки — что ж, полагаю, на том всё и кончится.

Он ухмыльнулся.

-Ты правда думаешь, что одна злобная волшебница на службе Короны пойдёт на все эти хлопоты, чтобы наказать прославленную Тихую Тень?

Рун не улыбнулась в ответ.

-Арклет, - прошептала она. - Я думала не о себе. Я тревожусь за тебя.

 

***

Лорд-констебль Ирлингстара окинул взглядом коридор, тело мёртвого сенешаля и всех собранных им пурпурных драконов. Здесь присутствовал каждый бодрствующий стражник в замке, за исключением сменившихся с дежурства, часовых на лестницах, и, разумеется, магов. Все они теперь подчинялись ему.

Глядевшие на него в ответ лица были мрачны. Разумеется, стражи замка Ирлингстар были обеспокоены. Поначалу они были не столько напуганы, сколько злы, но это изменилось, когда кухонную прислугу нашли перебитой, а большую часть съестных запасов крепости — исчезнувшими или специально испорченными. Солдаты очень грубо затолкали заключённых обратно в их камеры и заперли там — и лорд-констебль всем сердцем соглашался с таким суровым обращением. Скалящиеся убийцы.

-Они опустошили ночные горшки в открытую бочку с элем, - возмущённо воскликнул один из драконов, - и помочились на каждый пудинг!

-Птица? Сосиски?

-Пропали, - был унылый ответ.

Лорд-констебль Фарланд не стал тратить время на ругательства. Он просто указал на двух солдат и приказал:

-Охраняете кухни. С этого момента они не должны оставаться без охраны ни на миг. Выберите ещё двоих, которые вас сменят.

Затем указал ещё на четверых.

-Обыщите всё. Каждый дымоход, все специи в кладовой, всё. Откладывайте всё испорченное и даже возможно отравленное, и убедитесь, что дымоходы не заложили, и на кухнях и в кладовых нас не ждут мелкие ловушки. Когда закончите, один из вас — ты, Иллоухонд — доложит мне. В моём кабинете, где я буду совещаться с обоими старшими констеблями.

Фарланд медленно оглядел всех собравшихся стражников, постаравшись, насколько сумел, придать лицу спокойное и равнодушное выражение, и коротко добавил:

-Начнётся подстрекательство. Обращайте пристальное внимание на любые сведения, которые могут случайно выдать заключённые, но крепко держите себя в руках. Я ожидаю, что вы будете вести себя как профессиональные ветераны, каковыми и являетесь. Возвращайтесь к своим обязанностям.

Взглядом и кивком головы приказав Трелшуну и Деллоуку следовать за ним, он повернулся на каблуках и начал длинную прогулку обратно к себе в кабинет, не потрудившись бросить второй взгляд на останки сенешаля Аватнара.

Это была новая головная боль, в которой он совсем не нуждался, но в заботе богов о том, чтобы тщеславные и глупые люди пожинали плоды своей глупости, было что-то уместное, даже приятное. А если бы боги проследили за тем, чтобы в Кормире было больше Трелшунов и Деллоуков, и куда меньше Аватнаров...

Впрочем, этого лорд-констебль от богов не ожидал. У них и так был длинный, очень длинный список вещей, о которых следовало позаботиться, и некоторые из пунктов этого списка уже несколько веков ждали своей очереди.

 

***

Осталось шестнадцать

Эльминстер кивнула; она слишком тяжело дышала, чтобы ответить Симрустар вслух. Это новое тело было таким же ловким и проворным, как и красивым, и она сумела найти небольшую полосу ровного, гладкого камня под ногами, прижавшись к стене тоннеля, но её превосходили числом... намного превосходили.

Когда драка началась, их было тридцать на одного, и по меньшей мере один из этих изгнанников-дроу был волшебником, который раз за разом накладывал на Эл остановку заклятий, оставаясь далеко за пределами её досягаемости, пока остальные наступали, размахивая оружием.

В первые безумные мгновения только заклинание железной стражи сохранило ей жизнь. Нескольких противников помогло убить страстное желание одного из нападавших, выраженное громким криком «Оставим от неё достаточно, чтобы потом позабавиться!». Изгои замешкались, не желая обходиться с её туловищем по-настоящему жестоко, хотя так изрубили большую часть доспехов Эл, что те повисли клочьями и хлопали её по телу, не обеспечивая никакой защиты.

Им всего раз хватило здравого смысла наброситься на неё разом, пытаясь не убить, а схватить за руки и ноги и сбить на землю, чтобы удержать одним лишь числом и грубой силой. Тогда кто-нибудь смог бы проткнуть её мечом или перерезать горло. Наконец, они сбили её с ног. Распростёршись на земле и тщетно забившись в чужой хватке, Эл обожгла тех, кто её держал, крошечной искрой серебряного пламени. Она надеялась, что никто не поймёт, чем на самом деле является этот смертоносный мгновенный поток.

В мгновение ока находившиеся ближе всего к ней противники оказались слишком мертвы, чтобы хоть что-нибудь понять. Они пошатнулись и рухнули, испуская клочья дыма и распространяя вокруг запах палёного мяса. Менее пострадавшие зашипели ругательства и бросились в стороны. Одинокая жертва с трудом встала на ноги и повернулась к ним лицом, задыхаясь и истекая кровью от укусов зачарованных клинков, которые железная стража могла лишь ослабить.

Эл стояла одна, вокруг чёрным дымящимся кольцом валялись поджарившиеся мертвецы. Выжившие дроу перед ней снова сбились в кучу.

Их маг что-то шипел своим товарищам, возможно — объясняя, что он может позаботиться, чтобы их стрелы преодолели любую защиту, которая найдётся у одинокой паучьей жрицы, если все вместе они отойдут и дадут залп из арбалетов. Эл не стала ждать, пока они приготовятся к стрельбе, вместо этого бросившись к ближайшему дроу и замахиваясь своим изогнутым мечом в свирепом ударе. Тёмный эльф легко парировал, с торжествующей усмешкой отводя клинок в сторону — и тогда она вывернула запястье, чтобы меч вонзился в висевший на его поясе арбалет, сломав его, прежде чем отпрыгнуть назад и побежать дальше.

Следующий дроу увидел, что она сделала, и повернулся, чтобы заслонить арбалет собственным телом. Она воспользовалась этим, чтобы описать вокруг него тесный круг. Он поворачивалсяся к ней лицом до тех пор, пока не потерял равновесие, и она быстро совершила ту же рубящую атаку, но в этот раз после парирования её клинок рассёк глотку противника.

К тому времени все дроу начали наступать на Эл. Она отступила обратно на открытое пространство, пока клинки самых быстрых изгнанников резали ей спину. С доспехов посыпались новые куски кожи, когда она преодолела кольцо скрюченных, обгоревших тел, развернулась, и присела для рывка, разрубившего одного преследователя, который оказался слишком близко и бежал слишком быстро, чтобы вовремя остановиться.

Он рухнул слишком тяжело и неловко, утащив за собой меч Эл, и она снова отпрыгнула назад, чтобы освободить пространство и дать себе достаточно времени на то, чтобы подхватить мечи погибших, прежде чем шестнадцать выживших изгоев настигнут её.

У неё был скипетр, который мог испепелять по одному дроу за раз, если действовал как другие подобные виденные ею жезлы, но для это требовалось достаточно времени, чтобы использовать его на одной покорной цели за другой. От любого удара меча жезл взорвётся — а от этого железная стража не спасёт её прекрасное тело.

Привлечённые запахом пролившейся крови и обгоревшего мяса, на стену тоннеля выползли могильные черви длиной с руку дроу. Вокруг Эл, цепляясь к ней, как неприятные запахи, висели остановки заклятий вражеского волшебника. Они скорее подавляли, а не останавливали заклинания, но даже одной остановки было достаточно, чтобы замедлить магию настолько, чтобы Эл не выжила в ближнем бою — а этот навозный мешок, храст его побери, наложил сразу шесть.

Теперь дроу заосторожничали и медленно окружали её, держа наготове мечи и не отрывая взглядов.

-Я не люблю драться, - громко произнесла Эльминстер, ни к кому конкретно не обращаясь. - Лучше бы меня оставили в покое, чтобы я могла проводить свои дни, экспериментируя с Искусством. Пробовать новые вещи, создавать, чувствовать потоки...

Симрустар в её голове кивала с молчаливым согласием и одобрением, и они обе вспоминали выпущенную на свободу магию, прекрасное мерцание, утекающее в ночь...

Дроу наступали.

Эл прижалась к стене, прежде чем шестнадцать изгоев смогли её окружить, уступая большую часть ровной каменной поверхности ради того, чтобы за спиной был твёрдый камень. Всё, что им нужно было сделать — нападать по четверо за раз, по одному с каждого бока и двое спереди, и не позволить ей увести кого-то в сторону... отразить все удары сразу она и надеяться не могла

Из выжженных в мозгу заклинаний Эл уже использовала железную стражу. Сейчас могли оказаться полезными сторожевые клинки, кража времени, и... эй, погодите-ка! Если она... да...

Да, согласилась Симрустар.

Нельзя их насторожить. Нужно молча сотворить вихрь клинков, а затем придержать его до тех пор, пока они не осмелеют достаточно, чтобы приблизиться. Да, рухнуть на землю и заставить их думать, что сразили её. А потом...

И они пошли в атаку.

 




#96117 Эльминстер в ярости: шестая глава

Написано Redrick 05 Август 2017 - 16:50

ГЛАВА ШЕСТАЯ
ОПАСНОСТЬ ПО НАЙМУ

 

«Торговля Лурса» не входила в число тех лавок, где можно было встретить самых надменных богачей Сюзейла. Лучше всего её грязный, пыльный интерьер — тёмный лабиринт, заваленный украденными, сломанными и изношенными товарами вех сортов, от ржавых пил и тесаков до лохмотьев, которые лет тридцать назад были изысканными нарядами — описывало словечко «убогий». Торговля шла оживлённо, поскольку потребность в «бывших в употреблении» всегда превосходила имевшиеся монеты, но немногие клиенты заходили дальше прилавка, где любого вошедшего сквозь парадную дверь встречал владелец с фонарём и два его ухмыляющихся молодых помощника, покрытых шрамами.

И совсем уж мало посетителей проходили сквозь дверь по соседству со входом в торговый дворец Лурса, а тем более взбирались по тёмному и узкому лестничному пролёту за ней, чтобы достичь верхних помещений: конторы Турбранда и Арли, Вендры из Страждущего Кнута и «Импорта роскоши Сияющего моря».

Вероятно, происходило это потому, что здание располагалось в бедной, неблагополучной западной части Сюзейла. А может быть, потому, что Турбранд был мёртв ещё дольше тех десяти лет, что Арли гостил в подземельях Короны, или потому, что Вендра была старше многих бабушек и выглядела соответственно, а кроме того, соглашалась отведать собственного кнута уже не так легко, как когда-то. Но, опять же, причина могла состоять в том, что «Импорт роскошей» когда-то процветал, завозя в Сюзейл нелегальные снадобья и порошки, которые сейчас запросто можно было приобрести в дюжине сюзейльских лавок, и с тех пор опустился до продажи затейливых и крайне скудных нарядов мужчинам, которые слишком стыдились приобретать подобное в лавках, куда могут заглянуть женщины.

В общем, дела шли попросту скверно, и на двери «Импорта роскоши» в задней части коридора на втором этаже была прибита новая вывеска, сообщая заинтересованным сюзейльцам, что в боковой комнате «Импорта» теперь разместилась новая контора. Вывеска кратко гласила миру: «Опасность по найму».

Судя по облику двух бедно одетых мужчин, без дела закинувших ноги на стол, сидя в кривобоких креслах, угрожавших окончательно рухнуть и приземлить их на потёртый, скрипящий арендованный пол, вывеска говорила правду.

Более привлекательный из двух выживших партнёров этой новой фирмы был известен под именем Друнан «Вестник рока» Харбранд. Он был высоким мужчиной, который всегда одевался в чёрное с головы до пят и носил глазную повязку, которая казалась бы более угрожающей, если бы он давным-давно не приобрёл привычку сдвигать повязку с одного глаза на другой. Харбранд только что вернулся после беседы с новым клиентом, которая проходила — по её настоянию, будь проклята осторожность — в более привлекательном окружении. Вернувшись, он с триумфом швырнул оплату за заключённую сделку на свободный столик, где та приземлилась с приятным весомым грохотом.

Чувство ликования отступило, когда он начал рассказывать партнёру по бизнесу подробности соглашения, и сейчас они довольно мрачно смотрели на тяжёлый мешок с золотыми монетами.

Партнёр был ниже, уродливее Харбранда и куда менее элегантен. Даже не превратись неоднократно сломанный нос в огрызок отдалённо вертикальной формы, многочисленные пересекающиеся шрамы на руках, голове, туловище и костяшках слишком ясно давали миру понять, что он был драчуном. И вряд ли удачливым. Но Андарфиск «Кулаки» Хокспайк подобную оценку не одобрял, и по большей части люди не смели высказывать её в его присутствии, учитывая, что в ножнах на его гниющей, жирной и многократно штопанной кожаной одежде помещалось больше дюжины кинжалов.

-Храст! - буркнул он, сплюнув на пол с достаточной точностью, чтобы попасть, - я знал, что здесь есть какой-то подвох! С дворянами всегда так!

Харбранд мрачно вздохнул.

-По крайней мере это работа. Я слишком устал питаться крысами и выброшенными кухонными обрезками.

Их клиентом была леди Донингдаун, жестокий матриарх недавно опозорившейся мелкой благородной семьи Сюзейла. Она предложила им столько золота, что нельзя было отказаться, за выполнение «определённой задачи» — с упомянутым Хокспайком подвохом; угрозой, что партнёров выследят и убьют, если они откажутся от предложения сейчас, после того, как узнали подробности.

-Не забывай, - мрачно добавил Харбранд. - Там сидел старик Скаллгрин, а по бокам от него — четыре человека со взведёнными и готовыми к стрельбе арбалетами, нацеленными на меня. С отравленными болтами, как она случайно проговорилась. Если она прилагает такие усилия, чтобы никто не узнал о нашем найме — ну, если мы успешно выполним задачу, то по той же самой причине её головорезы нас убьют.

-Ха. И почему бы ей просто не поручить это своим громилам, а заодно сберечь золото и наши шеи?

-Потому что у неё тоже есть враги, которых она боится, и она не хочет рисковать, оставаясь без охраны, пока её люди будут этим заниматься, - терпеливо объяснил Харбранд. - Я бы так и поступил.

Партнёр бросил на него мрачный взгляд и снова сплюнул на пол.

Их задача казалась достаточно простой. Нужно было отправиться в далёкую крепость-темницу, замок Ирлингстар в Громовых вершинах на восточной границе Сюзейла. Не в известную каждому кормирцу тюрьму — ограждённый шарранский котёл Велуна, а в небольшой замок, о котором мало кто слышал и куда король Форил Обарскир посылал своих особых пленников — например, лордов-изменников, чересчур опасных, чтобы заточать их вместе с убийцами и головорезами, верность которых они могли купить, или агентов Сембии, Западных Врат и других враждебных государств-соседей, которые могли использовать публичное заточение как повод для войны, покушения на короля или чего-то подобного.

Партнёры должны были вызволить из Ирлингстара сына и наследника леди Донингдаун, а затем в целости и сохранности переправить его через границу в Сембию. Официально юного Джерессона Донингдауна, отличавшегося горячим нравом, бросили в Ирлингстар за убийство и отданный наёмникам приказ убить ещё двоих человек, с которыми он повздорил за игрой в карты — приказ, который быстро был исполнен. Однако весь Кормир знал, что в действительности Джерессона «Яростного» отправили в Ирлингстар за то, что он присоединился к заговору юных дворян, сговорившихся со спонсорами из Сембии убить всю королевскую семью и посадить сембийца на трон Лесного Королевства.

Джерессона требовалось доставить в Боушотгард, охотничий домик в поросшей лесом северной Сембии, где «Опасность по найму» должна была получить остаток обещанного им золота.

-И могилку на прощание, могу поспорить, - угрюмо буркнул Хокспайр.

Он проследил взглядом, как Харбранд встал и сунул мешок с монетами в их обычный тайник в стенке уборной, и снова сплюнул на пол.

-Дворяне, - проворчал он. - Ненавижу работать на дворян. Проблемы, ничего кроме проблем.

Харбранд невесело улыбнулся.

-Проблемы - вечные спутники золота. Монеты, только монеты. Вот что делает их благородными.

-Вот как? Не происхождение? Не хорошее воспитание?

Харбранд фыркнул.

-Ты замечал когда-нибудь хоть намёк на хорошее воспитание у кого-то из дворян в этой стране?

Он позволил наступить тишине, затем фыркнул.

-Я так и думал.

 

***

-Больше всего, - медленно сказал Ганрахаст, - нас интересует эта «Госпожа Призраков», которая гналась за вами через портал Шаг Долин. Кто... что она, храст, такое?

Шторм поморщилась.

-Общая ошибка Эльминстера и Мэншуна. Её зовут, или звали, Симмаррой. Давным-давно она была любовницей и ученицей Мэншуна — как и её мать и двое старших сестёр. В конце концов, Мэншун устал от них и захотел избавиться — и тогда послал убить Эльминстера. Они, конечно, не справились. На эту миссию он не пустил только Симмарру, вместо этого заставив её наблюдать за смертью родных. Обезумев от гнева и боли, она напала на Мэншуна. Тот легко одолел её заклинаниями, сковал своей магией и попытался убить ударом кинжала. Вы видели торчавший у неё из груди клинок, когда она шла через дворец.

-Ошибка Эльминстера заключалась в том, что он дал ей защиту, но не стал защищать её сам, - догадался Ганрахаст.

Шторм мрачно кивнула.

-Мэншун не смог убить её, и не знал — тогда не знал — почему. Она сбежала, и веками скрывалась от него под фальшивыми личинами, совершенствуя свои навыки в Искусстве, ожидая подходящего времени, чтобы отомстить Эльминстеру и Мэншуну. Она решила, что это время настало.

Шторм пожала плечами.

-И оказалась почти права.

-Почти, - горьким эхом повторила Глатра, покачав головой. - Жизнь Эльминстера всегда представляет собой лишь долгую череду подобной жестокости и неверных решений?

Шторм бросила на неё спокойный взгляд, который каким-то образом содержал в себе больше вызова, чем любой гневный взгляд исподлобья.

-Да. Как и жизнь Мэншуна, и Вангердагаста, и любого волшебника, который хочет завладеть властью, превзойти остальных или защитить престол. И ты, возможно, проживёшь достаточно долго, чтобы понять это, Глатра Баркантл.

Глатра ответила гневным взглядом.

-Мне не требуются поучения...

Поймав строгий взгляд своего короля, она умолкла на полуслове и поинтересовалась уже более вежливо:

-Так мы избавились от вашего вмешательства в дела двора и наших лордов? Или у вас ещё остались незаконченные дела в Кормире?

Улыбка Шторм была дружелюбной.

-Остались, так что до поры вы от нас не избавитесь. Прости меня, Форил, но таковы приказы Мистры. Она считает, что боевые маги важны для светлого будущего всех Королевств. Поэтому следует разоблачить и изгнать всех коррумпированных волшебников среди них — как и среди ваших царедворцев. Не поднимая при этом слишком большого шума в среде жаждущих власти благородных лордов, которые наверняка почуют раздробленность и слабость и поспешат этим воспользоваться.

Вместо возгласов гнева и возмущения три гостя безмолвно обменялись многозначительными взглядами.

-Хорошо, - тяжело промолвил король, поднимая руку, чтобы остановить любые слова, которые могли произнести Ганрахаст или Глатра. - Весьма своевременно. Да начнётся чистка.

Он посмотрел на Арклета.

-Поскольку лорд Эльминстер и леди Шторм служат власти высшей, чем Драконий Трон, мне необходим избранник, чья верность будет принадлежать мне. Личный агент, необъявленная длань моей королевской воли, который не является старшим рыцарем и действует независимо. Арклет Делькасл, готовы ли вы...

-Я готов, - решительно сказал Арклет. - Я буду вашим агентом, ваше величество.

-Это опасная работа, - предупредил король.

-Таковы мои ожидания, - отозвался Арклет таким же мрачным тоном. Это заслужило ему искреннюю королевскую улыбку.

Амарун поймала взгляд короля.

-Меня вы в стороне не удержите, - твёрдо заявила она. - Куда Арклет, туда и я.

Король Форил снова улыбнулся.

-Разумеется. Так случилось, что я намеревался нанять тебя на службу в качестве советницы лорда Делькасла. За, хм, четыре сотни львов в месяц?
Амарун потрясённо заморгала. На другом конце стола леди Марантина не очень-то успешно пыталась скрыть улыбку, но Глатра рядом с королём нахмурилась, пошевелилась, будто собираясь что-то сказать, поймала очередной быстрый королевский взгляд — и промолчала.

Рун обнаружила, что пытается сглотнуть слюну — горло неожиданно пересохло. Она склонила голову.

-Ваше величество я согласна. Надеюсь, что вы — что мы оба — не совершаем ошибки, но я буду служить вам. С радостью.

-Хорошо, - решительно ответил король, сунув руку под плащ. Расстегнув массивный пояс с деньгами, висевший у него на талии, он положил его на стол и бросил взгляд на королевского мага.

Ганрахаст без единого слова один за другим снял с себя не менее семи таких же поясов. Когда они легли перед Амарун, король сказал ей:

-Пятьдесят львов в одном поясе; плата за первый месяц. Не могли бы вы немедленно приступить к работе?

-Д-да, ваше величество, - сумела ответить ошеломлённая танцовщица из клуба.

-Хорошо. Отправляйтесь прямо в постель и хорошенько выспитесь. Я хочу, чтобы к завтрашнему полудню вы оба оказались на пути в замок Ирлингстар у нашей восточной границы. Похоже, что самая худшая наша проблема находится там. Сембия — или некто действующий из Сембии — решил воспользоваться текущим беспокойством среди знати, чтобы захватить эту крепость и освободить худших из заточённых там злодеев, чтобы те строили козни против Кормира. Мне необходимо помешать этим попыткам. Я отправил подкрепление расквартированным там боевым магам, но обнаружил, что мне требуются верные и способные люди внутри этой крепости, которые не принадлежат к магам Короны — знать волшебникам на королевской службе не доверяет и лишь завидев, настраивается враждебно.

Арклет нахмурился.

-Хмм. Я знаю некоторых лордов, которых вы... которые, эм, решили там поселиться. Может пролиться кровь.

-Да, - согласился король, прямо встретив его взгляд. - К несчастью, такие вещи случаются, когда юный дворянин, которого только оправили в Ирлингстар из-за неудовольствия Короны, встречается со старыми соперниками и другими горячими головами в закрытой и отдалённой крепости.

-Что ж, - мрачно ответил Арклет. - Я понимаю.

Дракон Кормира снова полез за пазуху и поставил на стол перед Арклетом и Амарун две небольших железных фляги.

-Универсальное противоядие. Помогает от большинства известных ядов. Боюсь, что оно может вам пригодиться, учитывая, сколько лордов, по слухам, отравляют свои кинжалы.

-Форил, - заговорила леди Делькасл, и тон её был далёк от радостного. - Мне кажется, что ты собираешься запятнать доброе имя дома Делькасл. Мой сын и наследник будет опозорен публичным обвинением в измене. Нет, не просто обвинением — тюремным заключением. В качестве изменника Короны. Это меня беспокоит.

Король Форил поклонился ей.

-Госпожа, боюсь, что так и будет. Молю, примите мои извинения. Могу указать на то, что учитывая текущие настроения в Кормире, оценка Делькаслов в глазах людей — по крайней мере знати и тех, кто стремится занять место знати — несомненно вырастет. Более того, позже я обещаю публично и неоднократно извиниться перед вами за свою ошибку и несправедливое решение, от которого пострадал ваш сын, когда меня обвели вокруг пальца лживые лорды своими ложными показаниями. Я также назначу его на официальный пост — с титулом, содержанием, каретой и лошадьми; всё как подобает.

-Устные королевские обещания, - сухо сказала леди Марантина, — достойны деклараций, на которых они не написаны.

Король ухмыльнулся, будто крайне довольный собой подросток, и повернулся к Ганрахасту. Королевский маг с каменным лицом сунул руку под плащ и достал свиток, который вычурным жестом развернул, чтобы продемонстрировать собравшимся за столом.

Это был уже составленный, подписанный королевский указ с печатью, подтверждающий всё то, что только что пообещал король.

Амарун посмотрела на большой, нерастрескавшийся пергамент, потом на грудь Ганрахаста, и покачала головой.

-Как вы всё это унесли?

-Магия, - смиренно отозвался тот. - Всё благодаря магии.

 

***

Дроу, которая стала Эльминстером, прекратила размышлять о том, как она может подготовить молодую Рун — и о сложностях, которые неизбежно возникнут, когда она предстанет перед Амарун Белой Волной в обличье тёмного эльфа, пускай и прекрасной женщины-дроу — и шагнула в сторону, опустившись у стены тоннеля среди сталагмитов и каменной крошки.

Я тоже услышала, сказала Симрустар. Кто-то приготовил оружие.

Эл безмолвно кивнула. Благодаря её недавней работе с серебряным огнём и волшебными книгами в разрушенной цитадели дроу, заклятье железной стражи она могла призвать усилием воли — без жестов, компонентов или чтения магических формул. Могла. Но железная стража совсем не защищала от зачарованных дротиков и другого оружия, или против яда. Если возникнет нужда, она может воспользоваться серебряным огнём — которого благодаря тому, что дроу в крепости сотворили с Симрустар было так много, что пламя постепенно вытекало наружу, но Эл не хотела тратить его, если можно было этого избежать.

Она услышала ещё один негромкий звук, практически неуловимый звяк. Металл коснулся камня или другого металла; возможно, украдкой вынутый клинок. Уже в другом месте. Значит, прямо впереди её ожидают несколько вооружённых сталью врагов. Дроу, скорее всего, учитывая, как ловко прячутся, но это могут оказаться и дварфы, гномы или даже люди. И который из этих врагов окажется самым терпеливым?

Эл проделала неплохой путь, следуя опустевшим после гларага тоннелем, и ушла далеко от разрушенной цитадели, двигаясь быстрее, чем любой осторожный преследователь, не использовавший крылья и не пробиравшийся по потолку. Она пристально следила за сводами впереди и позади себя — и не замечала там ничего, кроме редких летучих мышей, жуков и пауков. Всех более крупных или более разумных существ, очевидно, испугал или сожрал глараг.

И всё же по пути встретилось несколько пещер, в которых великий червь мог повернуть в сторону. Она продолжала следовать навстречу ветру, поскольку что тоннель шёл примерно в желаемом направлении, хоть и был весьма извилистым. Сейчас глараг уже мог ползти другим путём. Чистая удача не могла длиться вечно даже для любимчиков Тиморы... и, похоже, везение Эльминстера из Долины Теней только что прекратилось.

Её уши уловили едва слышное шипение, свистящие отзвуки слов, которых она не смогла разобрать. Кто-то шептал на подземном всеобщем другому на ухо; кто-то с высоким, тихим голосом. Если это не дроу, то она — арахномант.

Впрочем, это новое тело никоим образом не сможет её защитить. Жриц Лолс даже в лучшие времена не любили, а пойманных в одиночку, скорее всего...

Ты не в одиночестве, Эл, язвительно напомнила Симрустар. Что дальше?

А дальше, конечно, пришло время швыряться заклинаниями.

Архимагу с подготовленными заклятьями потребовалась бы лишь доля секунды. Для подготовленного и целого Избранного Мистры, с Богиней и Плетением, которые можно было бы призвать на помощь, всё оказалось бы ещё проще. Но тому, во что превратился сейчас этот конкретный Избранный...

Эл прижалась спиной к сливающимся каменным колоннам — сплавившимся сталактитам и сталагмитам — которые окружал небольшой лес мелких каменных клыков, и снова опустилась на землю.

Кажется, там, в тоннеле, что-то шевельнулось?

Да, кто-то пытался прокрасться вперёд и обойти её с фланга. И вон там тоже — движение, не вперёд или назад, поднятая рука, пальцы, мелькающие в сложных жестах. Бесшумный язык знаков дроу.

Позволив себе скупую улыбку, Эл сотворила долгое, осторожное заклинание, подчиняющее камень, на истрескавшийся свод тоннеля впереди — прямо там, где, скорее всего, и поджидали незримые противники. Если использующий Искусство придавал камню форму, которая крепилась недостаточно прочно — большого перевёрнутого гриба, например — а затем пытался быстро её раскатать...

С резким треском и грохотом вниз рухнул большой кусок каменного свода, разбившись в гуще криков и воплей. Во все стороны посыпались обломки.

Эл не стала смотреть на это или злорадствовать. Она уже выхватила ножи и повернулась, чтобы встретить...

Того, кто скрытно зашёл к ней с фланга. Тёмный эльф перескочил через камни у дальней стены и бросился к ней, на бегу выстрелив из арбалета.

Первый брошенный Элом нож поймал арбалетный дротик в воздухе, и оба снаряда отлетели в сторону. Второй нож отскочил от наруча на поднятой руке несущегося к ней дроу. А третий угодил прямиком в глаз воину, превратив последние мгновения его бега в вихляющие, спотыкающиеся предсмертные шаги.

Эл бросилась назад, повернувшись в ту сторону, где рухнул потолок. Оттуда к ней бежали новые воины-дроу, у некоторых текла кровь из оставленных разлетевшимися осколками камня порезов. Все до единого — мужчины, разношёрстный ии потрёпанный отряд, облачённый в разномастные заштопанные куски доспехов, где-то подобранные или без сомнения украденные. Изгои, числом семеро — хотя нет, их было не меньше девяти. Ни один из которых не станет щадить одинокую жрицу, а тем более подчиняться ей, какой бы высокой или угрожающей та не казалась.

Скрежет меча по камню позади Эл заставил её резко развернуться и отпрыгнуть к стене туннеля.

Сзади к ней приближались ещё пятеро дроу, неприятно ухмыляясь.

Окружённая намного превосходящим по численности врагом, и...

Обречённая?

-Симрустар, - вежливо сказала Эл. - Ты не помогаешь.

Дроу бросились на неё со всех сторон.




#96116 Эльминстер в ярости: пятая глава

Написано Redrick 05 Август 2017 - 16:36

ГЛАВА ПЯТАЯ
ИЗ УБИЙСТВЕННО ХОРОШЕЙ СЕМЬИ

 

-Дорогой пирожочек, - как можно старательнее изображая соблазнительное мурлыканье, остроумно пророкотал Мирт, - скушай пирожочек.

Обладательница более длинных ног из двух красивых и раскрепощённых девушек, нанятых им на вечер, одарила его бесовской улыбкой и открыла рот, чтобы укусить протянутый ей Миртом пирожок с мёдом. Лорд Глубоководья услужливо сунул туда сладость.

Затем он откинулся назад. Голова немного кружилась. Аромат наполнявшего ванну подогретого вина проник ему в ноздри и ударил в голову. Звёзды и шторма, к такой жизни он мог бы и привыкнуть!

-А мне, милорд? - прошептала ему на ухо вторая спутница — Ларин, да, так её звали. Её слова сопровождались смехом, чтобы не звучать слишком серьёзно.

-И тебе, дорогая, - ответил Мирт, поворачиваясь, чтобы поцеловать её. У девушки во рту уже был медовой пирожок, и сильный толчок языка отправил сладость ему.

Лорд Глубоководья обнаружил, что ухмыляется под неизбежным дождём крошек. Ларин ловко скользнула по его груди, нежно погружая его в вино, пока оно не пропитало пирожок, и тот легко скользнул вниз по горлу.

Девица для удовольствий повыше — Арелль, да, нужно снова привыкнуть запоминать имена — потянулась мимо него, чтобы взять засахаренные и набитые орехами фрукты с пряностями, лежавшие среди медовых пирожков на плавающем в вине подносе. Она поглощала фрукты с таким развратным энтузиазмом, будто это были её любовники. Мирт засмеялся, целиком погрузившись в вино и вынырнув обратно, породив при этом взрыв веселья и вихрь скользящих по нему гладких ног и рук.

В Сюзейле ему по-настоящему нравилось.

Например, здесь он избавился от роли хорошо известной цели, которая в Городе Роскоши стала даже чересчур привычной. Сюзейл не был и в половину настолько крупным, богатым или жестоким, как его любимое Глубоководье, зато предлагал вдоволь развлечений и опасностей, а ещё — готовых удовольствий за деньги вроде тех, которыми Мирт наслаждался прямо сейчас, и... ну, Мирт очутился в самом сердце важных событий в переживающем перемены королевстве. В конце концов, он много лет не был таким живым и не получал столько удовольствия.

-Милорд, - прошептала Арелль, скользя вверх-вниз вдоль его мокрой от вина груди, - не желаете... добавки?

Она взяла пригоршню засахаренных сладостей с корицей и протянула ему.

-После того, как я расправлюсь с этими сладостями? - усмехнулся он, и её взгляд заплясал.

-Конечно же.

Не желая оставаться в стороне, Ларин прижалась ко второй его руке.

-Да, - удовлетворённо решил Мирт вслух, хотя говорил это скорее себе, чем подругам, - побуду здесь ещё немного.

Остаться здесь вместо того, чтобы отправиться в долгое выматывающее путешествие к Глубоководью в фургоне или в седле. Учитывая, что магия, похоже, стала куда менее надёжна, а доступных магов, которые могли бы телепортировать стареющего лорда Глубоководья через половину Фаэруна за любую разумную плату и со значительными шансами, что он окажется именно там, где хотел, живым и... не пострадавшим, осталось гораздо меньше.

 

***

Эльминстер прихорашивался.
Высокое, узкое зеркало, как и спальня, в которой оно находилось, не пострадало от атаки беснующегося гларага. Зеркало обладало странной, изгибающейся и неровной формой, похожей на полумесяц, а его «стекло» представляло собой лист отполированной слюды, который магией превратили в цельную сверкающую чёрную пластину, отражавшую всё, что находилось перед ней.

Прямо сейчас перед ней находился Эльминстер в своём новом теле. Он крутился туда-сюда на своих длинных, стройных ногах, выпячивая таз и принимая одну за другой впечатляющие позы.

Ощущалось это юное тело не хуже, чем выглядело внешне. Сильное, стройное, гибкое — хотя черты и лица, и фигуры были немного островаты — и привлекательное, о да, во имя Мистры и Шаресс...

Он — теперь она, хах — повернулась, следя в зеркале, как движется тело.

-О голодные богини, да, - прошептал Эльминстер, поворачиваясь снова, чтобы выпятить зад навстречу своему отражению, присовокупив к этому бесстыдно мелькнувший язык. - Я привлекаю даже самого себя. Хотя немногие мужчины отважатся приставать к такой милашке, учитывая репутацию, которой дроу, хм, наслаждаются...

Ох, заканчивай уже, козёл ты старый. Я даже в самые юные и горячие годы не была настолько ужасной! Мы же торопимся, забыл? Порталы? Целующиеся с пауками жрицы? Может быть, вернётся заскучавший глараг?

-Госпожа, - запротестовал Эл, - дай мне минуточку. Ты представляешь, как долго я мучился от боли, таскаясь в стареющем теле, которое с каждым днём подводило меня всё чаще и чаще?

Представляю, Эльминстер. Но подумай вот о чём: тебе предстоит пережить всё это старение заново, таскаясь по Королевствам ещё одну тысячу лет, а если и не тысячу — всё равно ещё долго после того, как от меня станется одна лишь память. Угасающая память...

-Госпожа, ты не будешь забыта! - моментально ответил Эл. - Я клянусь тебе в этом.

Он принял новую позу.

-Порадуйся вместе со мной! Оцени плавную линию талии, таза, бедра и лодыжки! Такого у меня никогда раньше не было!

Но не потому, что ты не пытался — если то, что я слыхала, правда, насмешливо сказала Симрустар. И ты говоришь, как мясник, который решает, куда обрушить свой тесак!

Эльминстер издал грубый звук, взмахнул одной рукой с длинными пальцами в совсем уж неприличном жесте, и с текучей грацией принял новую позу.

Ах, как хорошо было обладать телом, которое снова подчинялось его воле — без онемений, уколов боли и вечной ломоты в костях!

Эл присел, а затем подпрыгнул, потом ещё раз и ещё, серией лягушачьих прыжков по комнате — просто потому что мог. Потом он колесом выкатился через дверь в прихожую, которая, похоже, наполовину служила гардеробом, а наполовину — оружейной.

Оттуда он выскочил под звенящий аккомпанемент приятного смеха в голове. Симрустар, похоже, одобряла его гимнастику.

Теперь что-нибудь, чтобы прикрыть его столь мягкую и фигуристую шкурку...

Он не смутился бы, появись это тело в Королевствах без всяких полупрозрачных мантий — выкрашенных ужасным образом в навозные, блестящие жёлтые и лиловые цвета там, где они не были чёрными или кроваво-бордовыми — которые он видел на большинстве бездоспешных женщин-дроу в павшей цитадели, но некоторые чёрные доспехи дроу ему нравились. По большей части кожаные, а не гладкие и ребристые. И ножи, да, ножами тоже следовало обзавестись. Повсюду были зловеще-острые небольшие обсидиановые кинжалы с изогнутыми чёрными клинками, прекрасно сбалансированные для метания — а он всегда ценил хорошие метательные ножи.

Однажды, примерно двенадцать веков тому назад, он убил Верховного Чародея ножом в глаз, а потом была та небольшая дуэль в Корманторе. Не говоря уже об отрезанном у зулькиира пальце, когда он разрушил заклинание, которым так гордился тот тэянец...

Сколько ещё времени ты потратишь впустую, вспоминая о прошлых победах? Желчно поинтересовалась Симрустар в глубинах его разума. Я, к сожалению, больше не могу себе позволить пустую трату времени...

-Прости, - буркнул Эл и начал поиски. Торопливо.

Несмотря на эту спешку, потребовалось немало времени, чтобы найти доспехи на его фигуру — местный фасон облегал кожу слишком тесно, из-за чего очень важно было найти подходящий размер — но тряпок, корсетов и кинжалов в пристёгивающихся ножнах хватало. Хорошей тряпке есть множество применений, так что Эл набрал сразу несколько кусков ткани. Затем он пристегнул по всему телу кинжалы, не забыв прикрепить парочку под мелкими, аккуратными грудями, и ещё троицу — спереди под корсетом в качестве дополнительной брони.

ёмный эльф из хорошей семьи так бы не поступил, - пробормотал Эл, - но, боюсь, я не таков. Я всего лишь испорченный и падший человек.

Он крутанулся на месте, просто чтобы почувствовать, что может сделать это безболезненно, и засмеялся, когда к нему пришла новая мысль.

-Я смогу носить эти высокие сапоги! Наконец у меня есть подходящие для этого ноги!

Как оказалось, примерять сапоги не по размеру бывает больно, но вскоре Эл нашёл подходящие, хорошо севшие сапоги из кожи ящера с блестящим эбеновым оттенком. По крайней мере, в зеркале они смотрелись неплохо.

Симрустар фыркнула в глубинах его разума. Громко.

Теперь подходящий меч — все клинки дроу поблизости вместо длинных и прямых с большим радиусом действия были изогнутыми, но с его ловким телом он сможет прыгать к врагу и обратно, вместо того, чтобы наклоняться и подаваться вперёд, что постепенно вошло у него в привычку за многие годы, на протяжении которых стареющее тело постепенно слабело и теряло гибкость. И ему потребуется посох.

Затем — две верёвки с крюками вроде тех, что всегда носят с собой патрули дроу; их можно будет обмотать вокруг его стройной талии и устроить на самых больших бёдрах, что у него когда-либо были. Потом заплечный мешок, еда и питьё — особенно питьё — в таком количестве, чтобы мешок едва закрывался.

Поторопить. Ты хуже эльфийской девы, наряжающейся на свой первый бал!

-Сомневаюсь, подруга, - отозвался Эл, шагая по коридорам в поисках кухонь или кладовых, которые можно было бы разграбить. - Сильно сомневаюсь.

Он обнаружил и то, и другое, буквально наткнувшись на небольшую трапезную, значительную часть которой занимал овальный стол, заваленный неподвижными, безвольными дроу. Они раздавили или расплескали под собой почти всю еду, но арка в конце комнаты вела в похожие помещения, расположенные вокруг центральной кухни — кухни, смежной с кладовыми.

Огибая лежащих или ковыляющих вокруг дроу, у которых не осталось мозгов, чтобы заметить, как среди них снуёт храбрая жрица в воинских доспехах, Эл вволю набрал съестных припасов из кладовых крепости. Хорошее вино хранилось в пузатых, хрупких, абсолютно непрактичных бутылях и графинах, но солдатский паёк лежал в поясных сумах двойной толщины, и там был сыр, толстые куски вяленого мяса ящеров, и множество лепешек хлеба странников, который так ценили живущие близко к поверхности дроу.

Он взял столько, сколько смог унести, вместе с побитой железной кружкой, которую повар использовал как измерительный сосуд, и острым маленьким кухонным ножом длиной с его новоприобретённые пальцы, сложил всё в два заплечных мешка, которые держались друг на друге, как два неровных раздувшихся мочевых пузыря. Половину одного занял чей-то большой, испачканный каменной пылью старый тёмный плащ. Эльминстер покинул разрушенную цитадель, направляясь туда же, куда уполз глараг — так, чтобы слабый ветерок дул ему в лицо.

Ветер Подземья мог дуть из Королевств Наверху, из знакомых ему земель, и представлял единственный ориентир в этом бесконечном подземном лабиринте. Симрустар была права...

Разумеется.

Да, и спасибо тебе. Симрустар была права; не стоило слишком задерживаться в округе, чтобы не попасть в передрягу, когда появятся новые дроу и увидят, что случилось с их могучей цитаделью.

Нет, Эльминстер собирался как можно быстрее вернуться на поверхность, избежав при этом гибели своего нового тела или долгих задержек. Впрочем, путей наверх поблизости он припомнить не мог.

Зато мест, которых стоило избегать, он помнил великое множество. Заброшенный Ултул, с тамошними фаэримм и созерцателями, патрули великанов, которые выходили из Мэримидры. Но если держаться слишком далеко от этих угроз, он рискует угодить в распростёртые объятья охотничьих отрядов дроу, которых по мере приближения к Кормиру — и дроускому городу Сшиндилрину — будет всё больше.

Некоторые пути — если они пережили первые катаклизмы Волшебной Чумы и столетие после неё — вели вверх к пещерам Каменных земель, а некоторые — к пещерам Грозовых отрогов...

Лучшим выбором может стать маршрут через Громовые вершины, если обитающие в верхних пещерах драконы и драколичи отсутствуют, спят или чем-то заняты. Ха — если. Этим путём он выйдет на поверхность у восточной границы Кормира, где крепостей пурпурных драконов мало и встречаются они редко. У Эльминстера хватит заклинаний, чтобы избежать внимания кормирских солдат и без затруднений достичь центральных областей королевства, где он сможет приступить к исполнению поручения Мистры. Которое он помнил дословно: «Поставь мне на службу боевых магов Кормира — тем способом, который посчитаешь наиболее подходящим. Стань их главой или уговори их предводителей. Они должны с готовностью стать нашими союзниками, подмогой и шпионами для всех моих Избранных».

Правильно разыграв свои карты, Эльминстер сможет сделать это, не оповестив Мэншуна о своём возвращении сразу же. О, этот больной злодей вскоре всё узнает, и с ним рано или поздно придётся разделаться... но если получится — то лучше поздно. Он видел слишком много мужчин и женщин — и представителей эльфийского народа тоже — которые сражались с излюбленным противником, растрачивая свои жизни на поиск способов предотвратить вражеские планы и уничтожить его; но в конце концов, кроме этой борьбы они ничего в жизни не добивались.

А ты разве не совершил такую же в точности ошибку? В его сознании вызывающе прозвенел голос Симрустар. Только не говори мне, что ты слишком глуп, чтобы это заметить!

Эл вздохнул.

-Я даже слишком ясно осознаю это, госпожа. В конце концов, этот очевидный вывод столетие за столетием хлестал меня по щекам.

И значит?

-И значит, у Эльминстера из Долины Теней есть занятия поважнее, чем зацикливаться на единственной задаче или бороться с единственным врагом. Поскольку я начал мстить за свою семью, свергнув Верховных Чародеев, и в процессе приобрёл дар Искусства, я узнал, что могу быть кем-то большим, чем просто убийцей в тенях, и что Божественная Мистра желает моей службы. С тех пор у меня всегда есть занятия поважнее.

Когда мы впервые повстречались, я плыла по течению, не зная подходящей цели или награды — лишь порчу, упадок и медленное увядание моей семьи и моего города. Это стало одной из причин моего интереса — у тебя впереди было столько всего... я это чувствовала.

Эл ухмыльнулся.

-Я слишком часто и сам это чувствовал, - сказал он внутреннему голосу. - Обычно плеть заклинания, но иногда — поцелуй клинка.

Ну ладно, острослов. Итак, Громовые вершины?

-Громовые вершины, - подтвердил он. У этих путей были и другие выгодные стороны. Они скрещивались и пересекались, чтобы в конце концов выйти на поверхность дюжиной разных пещер. Всегда оставались хорошие шансы, что хотя бы одна из этих пещер не будет заблокирована, занята или охраняема.

Да, он отправится этим маршрутом, чтобы выйти к границам Кормира и там, вдалеке от Сюзейла и бдительного взора Мэншуна, или раз уж на то пошло — Вангердагаста и Глатры, попробует под чужим именем вступить в ряды боевых магов. Либо в своём новом теле, объяснив его как результат магической ошибки — или проигранной волшебной дуэли — или в другом, если сумеет каким-то образом заполучить человеческое тело.

Затем он пойдёт медленным, но надёжным путём, заводя друзей среди боевых магов, чтобы приобрести вес и уважение, расширив таким образом своё влияние.

В твоём изложении всё кажется таким простым. Надеюсь, так и будет.

-Как и я, - согласился Эльминстер, осторожно шагая по тоннелю, прекрасно осознавая все опасности, грозящие одинокому существу, странствующему в Подземье.

Странно, но у него не было никаких дурных предчувствий, а прошлая ярость испарилась. Сейчас он был весел и чувствовал себя счастливым и беспечным впервые за долгое время.

Почему?

Симрустар была тут как тут.

Он усмехнулся и обнаружил, что отвечает следующее:

-Я снова вернулся к работе на службе Мистры — ради этого я живу и в этом преуспеваю.

Довольный, он двинулся дальше, напевая себе под нос.

 

***

Несмотря на одиночество и на то, как сильно он жаждал, чтобы кто-нибудь — кто угодно — посетил его, поговорил с ним или хотя бы просто произнёс его имя, теперь, когда это произошло, Рорскрин Мрелдрейк был совсем не рад. Он был напуган.

В темницу Мрелдрейка вошёл лишь один мужчина в капюшоне, хотя через приоткрытую дверь он заметил — ему показали — клубящуюся тьму высотой с человека, предупредившую, что его гость был не один.

Это оказался один из волшебников в рясах. Он принёс с собой мешок, набитый тряпичными сумками и мелкими, хрупкими глиняными горшками — ни стекла, ничего железного, чем можно было бы колоть или резать — и опустил его со словами:

-Магические ингредиенты, что ты так спокойно просил.

Мрелдрейк покраснел, вспомнив собственные гневные вопли сквозь запертую на замок и на засов дверь. Ему не хватало всякой всячины — и выдержки тоже не хватало.

Но любому увлеченному своей работой магу не терпится её продолжить. Впервые в жизни он создавал нечто полезное и важное. Не просто хитроумную разновидность заклинания, изобретённого кем-то другим несколько веков назад. Нечто... новое. Нечто, в чём были заинтересованы его тюремщики, подтверждая подозрения Мрелдрейка о магической слежке.

Его посетитель прислонился к стене, скрестил руки на груди — руки были человеческими, мужскими, казались сильными, но не молодыми — и заявил:

-Пришло время небольшой демонстрации, Мрелдрейк. Покажи нам, чего ты добился.

Мрелдрейк обнаружил, что истекает потом.

-Это... не так уж много.

Гость вздохнул.

-Так уж случилось, что я немного знаком с процессом магических экспериментов и создания заклинаний. Я понимаю, что работа может продвигаться медленно, а достижения могут быть небольшими. Однако я заинтересован даже в небольших твоих достижениях. Впечатли меня.

-Я... да, конечно, - Мрелдрейк посмотрел в свои записи, вытер рукавом лоб, сделал глубокий вдох и выпалил:

-Что ж, вы знаете, что я пытаюсь найти способ сделать воздух твёрдым, как хорошо известная стена силы, только с острой режущей кромкой. Чтобы в конце концов получить незримый клинок, который может наносить удары издалека, но это в итоге, и...

-Слова я могу послушать где угодно, - тихо сказал человек в капюшоне. - Покажи мне.

Мрелдрейк бешено закивал, пробормотал согласие и снова зарылся в записи. Затем он указал в конец комнаты, где развесил нитки, вырванные из сукна своей мантии, привязав их к верху и низу кресла с открытой спинкой, на котором застыли капли свечного воска.

-Смотрите, - выдохнул он. - Я...

Он взметнул руки и оставил любые объяснения, произнеся вместо этого магическую формулу и одну за другой аккуратно касаясь вещей, которые принёс его тюремщик: утиные перья самки, осколок стекла, чешуйка металла от клинка, испившего крови в битве, человеческий волос, капля эльфийской крови. Он сжал в кулак пальцы, которыми трогал эти вещи, ударив воздух ребром другой ладони, как будто разрубая далёкие нити мечом.

Одна из нитей покорно разорвалась, обрубленные концы взметнулись под действием незримой силы, что разрубила их.

Мрелдрейк посмотрел на них, тяжело дыша. Он намеревался каким-то образом сделать себя — живого, целого Рорскрина Мрелдрейка — частью этой магии, чтобы тюремщики не смогли просто избавиться от него, когда он доведёт заклинание до совершенства. Но сейчас, пока он ещё не сумел этого добиться, такое намерение нужно было хранить в секрете. Иначе они в мгновение ока уничтожат его и найдут какого-нибудь другого злополучного мага, который сделает за них эту работу.

Эта мысль вернула Мрелдрейка к тому, что беспокоило его с самого начала. Он был не слишком умелым волшебником. Они должны были это заметить. Так зачем же им потребовался Рорскрин Мрелдрейк?

-Я... я не могу... магия быстро угасает по мере удаления от компонентов, и я пока не пытался увеличить дальность её действия.

Он задыхался, зная, что истекает потом. Он использовал свой волос и был связан с заклинанием лично; заподозрит ли прислонившийся к стене человек, что он намеренно пытается связать себя с магией?

Что бы ни подозревал его тюремщик, он казался удовлетворённым.

-Ты определённо не терял времени даром, Мрелдрейк. Продолжай в том же духе, и попытайся не рассыпаться от страха во время каждого визита. Мы знаем о твоих мыслях больше, чем тебе, без сомнения, хотелось бы — и любой дурак может догадаться о твоих замыслах.

Когда Мрелдрейк застыл, парализованный этими словами, человек в капюшоне шагнул к двери, добавив через плечо:

-Дай нам знать, если тебе потребуется перерыв. Мы заполним его, обсуждая с тобой сведения о боевых магах и повседневной жизни в королевском дворце Сюзейла.

-З-з-зачем? - осмелился спросить Мрелдрейк.

Человек в рясе остановился, неторопливо обернулся к своему пленнику, прежде чем небрежно пожать плечами, и негромко ответил:

-Как говорили маги более великие, чем любой из нас, всегда здорово узнавать что-то новое.




#96106 Эльминстер в ярости: четвёртая глава

Написано Redrick 30 Июль 2017 - 17:03

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
ЗДЕСЬ И ТАК СЛИШКОМ ОПАСНО

 

Небольшое облачко тумана в вышине пересекло великий зелёный простор пастбищ, торопясь на юг к неприступным стенам высокобашенного Сюзейла. Облако, которое не мог развеять или сдуть в сторону даже сильнейший ветер, направлялось прямо к кормирской столице, позаботившись о том, чтобы держаться выше, чем мог бы доверять своему глазу любой из пурпурных драконов-лучников, и казаться простым комком тумана, не напоминая формой человека.

Из полуразрушенного особняка Дардулкина дом был так себе. Тем не менее, туман возвращался домой.

Вскоре, разумеется, всё это будет принадлежать ему: все охотничьи угодья и пастбища, каждый дворец, особняк и дом.

Да, вскоре. Благородным лордам не терпелось дождаться возможности достать мечи и броситься друг на друга — сразу после того, как закончат убивать каждого ненавистного царедворца и членов пришедшей в глубокий упадок правящей семьи Обарскиров. Расколотые, уставшие от старых традиций и жаждущие крови, они станут игрушками Мэншуна.

Мэншуна, которому никто не посмеет перечить. Нетерезы красовались и смеялись в небесах, но были столь слабы, что им требовалось скрываться, чтобы править в Сембии и других местах, брать власть как воры там, где действительно могущественные маги смело провозгласили бы о себе и испепелили бы всех несогласных.

Симбул, возможно, и вернула себе на время здравый рассудок, но была слаба, что ей пришлось притвориться, будто она говорит от имени мёртвой богини, желая, чтобы Мэншун — вместе с её прирученным пёсиком Эльминстером — занялся для неё собиранием зачарованных побрякушек.

Ха. Мэншуну Могущественному не требовались магические предметы. Мэншуну никогда больше не понадобится возиться с ними. Мэншуну...

Эта мысль сбежала от него и пропала, когда башни Сюзейла взметнулись ему навстречу. Усиливающийся морской бриз принёс с собой запах соли, водорослей и мёртвой рыбы — этот туман мог чувствовать запахи и не обладая носом.

Ещё одна интересная особенность вампиризма, подумал Мэншун, перелетая городскую стену. Оказавшись в городе, он поднялся выше, не из страха перед заклинаниями боевых магов или наблюдателями на стенах, но помня о защитной магии особняков знати, которая могла — случайно или намеренно — простираться высоко в небеса над их башенками и величественными садами.

С высоты на улице внизу он разглядел что-то необычное. Небольшая величественная процессия, блеск начищенных доспехов, человек в камзоле герольда посередине... глашатай Короны, окружённый парой человек, которые могли быть только боевыми магами, а позади и впереди — по двое пурпурных драконов в доспехах. Крупные мужчины в самой лучшей броне; должно быть, это какое-то важное официальное заявление.

Мэншун с разгоревшимся любопытством стрелой ринулся вниз, стараясь держаться прямо над улицей, куда не должны были доставать магические печати. Камзол герольда должен быть ему знаком...

Да. Он следил за вестником Дарком Драгонетом, а рядом с ним определённо были боевые маги. Ветераны, судя по их виду, хотя Мэншун ни одного не узнал. Сопровождавшие их пурпурные драконы были огромными, мускулистыми и суроволицыми великанами. Ни один из трёх человек, которых они сопровождали, тоже не улыбался. Так-так. Кого-то ждут плохие новости.

Мэншун опустился ниже как раз тогда, когда мрачная процессия прибыла на порог Зала Амбершильдов.

Высокий камень, ярко блестящие медные двери высотой в два человеческих роста, по бокам от них скульптуры крылатых львов на каменном постаменте, достаточно широком, чтобы двенадцать взрослых мужчин легко там поместились; городской особняк благородной семьи Амбершильдов. Толстошеиеее любители традиций, которые сопротивлялись попыткам Мэншуна совратить их точно так же, как сопротивлялись реформам короля Форила Обарскира. Каменные головы на мощных плечах.

Мэншун скользнул вниз в затейливую каменную резьбу, окружавшую величественные парадные двери Амбершильдов, чтобы подслушать происходящее. Дверь украшали дельфины и морские волчки, бьющиеся с мерфолками и людьми с копьями верхом на существах, похожих на виверн; очень воинственно и без сомнения впечатляюще.

-Нет, мне приказано не входить, а прочитать сообщение с порога, - говорил привратнику глашатай. - Позовите его, пожалуйста.

Если бы туман в весёлом удивлении мог выгнуть бровь, Мэншун именно так бы и поступил. Всё лучше и лучше.

Ждать пришлось недолго. Бесспорно, верные приверженцы традиций.

-Да? - лорд Амбершильд наградил глашатая кратчайшим из кивков.

Дарк Драгонет поклонился, затем величественно и строго провозгласил:

-Именем короля лорду Амбершильду приказано выслушать мои слова!

Лорд коротко кивнул, и герольд продолжил.

-Такую же весть прямо сейчас разносят всем главам благородных домов, находящимся в Сюзейле. Король Форил Обарскир, что восседает на Драконьем Троне и обладает законной и абсолютной властью над всем Кормиром, принял во внимание недоверие главных родов этой земли к его последним указам. Королевским решением Совет Драконов отменяется, и следующий сезон король проведёт в личных встречах с каждым лордом, пожелавшим аудиенции, чтобы с глазу на глаз откровенно обсудить их идеи касательно управления Кормиром и будущего страны, чтобы выслушать все мнения и чаяния. Знати Кормира выражается глубокая благодарность за посещение совета и за крепкую любовь и заботу о королевстве. Вас просят мирно возвратиться в свои дома, к делам, отложенным ради посещения столицы, пока мудрый король Форил обдумает то, что вы сказали ему, и начнёт проводить эти встречи.

На это лорд Амбершильд ответил ещё одним коротким кивком.

-Передай мою благодарность, добрый глашатай, - холодно сказал он и захлопнул дверь перед носом Дарка Драгонета.

Глашатай пожал плечами и развернулся, махнув пурпурным драконам, чтобы те следовали за ним. Мгновение спустя люди Короны уже спешили прочь, чтобы прочитать то же объявление перед новой аудиторией.

Бледной дымкой повиснув в воздухе над дверью в Зал Амбершильдов, Мэншун злорадствовал.

-Обарскиры последней отчаянной хваткой цепляются за Драконий Трон, - прошептал он сам себе. - И их руки соскальзывают. Вскоре воспрянет моя империя.

 

***

-Глеммераивский суп, - с гордостью провозгласила леди Марантина Делькасл, поставив между ними дымящуюся супницу.

Поймав взгляд сына, она резко добавила:

-Да, я приготовила его сама. Глеммераив я не ловила — ловля сетями морских черепах не входит в список моих умений — но сделала всё остальное. И земляного гаранта я тоже поймала в силки сама.

Арклет наградил её широкой, восхищённой и искренней улыбкой.

Ещё мгновение она с подозрением смотрела в его глаза, затем расслабилась и улыбнулась сама, плавным движением ловко сняв крышку с супницы, чтобы не позволить каплям влаги пролиться на стол, и потянулась за черпаком.

Мать Арклета не только пригласила Шторм и Амарун на поздний ужин в особняке Делькаслов, надеясь услышать всё о происходящем при дворе, она также прогнала всех слуг, чтобы «держать подальше чужие уши», и подавала блюда сама.

Арклет явным образом был потрясён, но осторожно воздерживался от любых комментариев о том, насколько хорошо его властная драконица-мать справлялась с обязанностями прислуги. Леди Делькасл была не менее ловкой и внимательной, чем любая плавно скользящая по полу служанка — и намного, намного более вежливой, чем обычно. И терпеливой.

Хотя она заявила, что хочет услышать последние придворные новости, болтовню о будущем Кормира и узнать, что говорят и делают различные лорды, Марантина Делькасл до сих пор не попыталась заставить гостей сплетничать. Обычно она набрасывалась на каждое произнесённое слово, с жестоким энтузиазмом безостановочно обхаживая собеседников или угрожая им, как будто в безумной спешке вытащить из них новое сочное откровение.

Увидев, что её улыбка становится всё более и более вымученной, Арклет пожалел мать. Служанку она изображала идеально, но кто знает, когда именно ожидание окажется для неё слишком долгим и мать взорвётся?

-Уверен, что визит глашатая стал настоящей неожиданностью, матушка, - вежливо сказал он, подливая всем вина, прежде чем это успела сделать она. - Ты наверняка хочешь узнать о том, что мы видели и слышали в городе и окрестностях, не так ли?

-В самом деле, - благодарно отозвалась леди Делькасл. - Мне... не терпится узнать о сплетнях, которые могли достичь ваших ушей. О том, какие лорды подчиняются королю и поддерживают его, какие партии в открытую заявляют о неподчинении, кто какую позицию занял. Сделал ли уже король из кого-нибудь жестокий пример для остальных? Я...

Она резко захлопнула рот, яростно затрясла головой и снова улыбнулась.

-Прошу прощения, я опять начала тараторить без умолку.

Она бросила взгляд на сына и сухо добавила:

-Да, дорогой, я готова была взорваться. Твоё возрастающее опасение было слишком очевидным.

-Ваш глеммераив, - произнесла Шторм с ложкой в руке, - просто восхитителен.

-Спасибо, - с искренним удовольствием отозвалась Марантина Делькасл, взявшись за собственную ложку. - Вам понравилась нотка горчицы?

-Горчица и... дэрадорнское вино... потомившееся на медленном огне, прежде чем вы добавили бульон гаранта, - медленно сказала Шторм, дегустируя последнюю ложку. - Прекрасная готовка.

-Лучший суп, что я когда-либо пробовала, - тихо добавила Амарун. - Хотела бы я уметь так готовить.

Леди Делькасл просияла.

-Ты научишься, Рун, ты научишься. Признаю, в последнее время я слишком редко появляюсь на кухне, но...

Она прервала себя, рубанув воздух ладонью, как топором палача.

-Позже. Сначала сплетни!

Шторм почти сумела подавить весёлое фырканье, из-за чего Арклет торопливо сказал:

-Что ж, матушка, королевство по-прежнему лихорадит — правда, это не такие уж и свежие новости. Наиболее преданные лорды, те, что помудрее, как Спурбрайт и Вивернспур, всеми доступными способами пытаются успокоить страну — и пытаются заставить самых горячих голов вернуться из Сюзейла обратно в их семейные крепости до того, как начнутся неприятности. А такие, как леди Харвендур и леди Донингдаун, тем временем расплёскивают свой обычный словесный яд, распространяя злобные сплетни и настраивая друг против друга как можно больше лордов и леди. Целый городской гарнизон пурпурных драконов патрулирует улицы, постоянно сменяя друг друга...

-Толпами, а не патрулями, - пробормотала Шторм.

-Да, толпами, чтобы не позволить телохранителям лордов сражаться друг с другом. Если кто-нибудь получает кулак в лицо, драконы появляются раньше, чем раздаются первые крики. Корона пытается сдержать любые беспорядки.

-Среди всё нарастающего потока жалоб благородных лордов на злоупотребления солдатами властью против невиновных и преданных граждан, как я подозреваю, - сухо сказала леди Делькасл.

-Ну конечно. Но законные жалобы тоже были.

-О? Например?

-Ну, к примеру жалоба о неспособности Короны, хм, «искоренить или по меньшей мере приструнить» банды разбойников, чьи набеги на северо-восточных границах королевства становятся всё более дерзкими.

-Обычные орки и головорезы к северу от Хуллака? Воспользовались всем этим шумом и тем, что лорды собрались в Сюзейле на совет?

-Вроде того, но некоторые набеги действительно были наглее обычного. Звери Броудшильда, к примеру, нападали на города — и не только ночью, чтобы...

Он замолчал, когда рядом напряглась Шторм, а выражение лица матери изменилось. Проследив за её взглядом, Арклет бросил быстрый взгляд через плечо.

В комнату без объявления и без сопровождения слуг вошли три молчаливых гостя в длинных, тёмных плащах. Их капюшоны были подняты, скрывая лица, а руки — и любое оружие, которое они могли сжимать — прятались в длинных, просторных рукавах.

-Да хранят нас пурпурные драконы! - воскликнула леди Делькасл, скорее, удивлённая, чем напуганная. - К нам вторглись!

Она повернула покорно засиявшее кольцо на своей левой руке, а потом поднялась на ноги, чтобы воскликнуть:

-Стойте! Стойте и покажите себя!

Арклет уже вскочил с кресла и его меч выскользнул из ножен.

-Уберите сталь в присутствии короля! - рявкнул ему тот, что был пониже, пошире — и стоял поближе.

Арклет узнал этот голос даже раньше, чем его обладательница откинула капюшон: боевая волшебница Глатра Баркантл. Остальные двое сняли капюшоны не так быстро, оказавшись королевским магом Ганрахастом и... королём Форилом Обарскиром, Драконом Кормира.

Арклет глубоко поклонился королю, и Амарун быстро поднялась на ноги, чтобы отодвинуть кресло, освободить место и преклонить колени. Шторм вставать не стала, но улыбнулась и кивнула стареющему монарху в знак безмолвного дружеского приветствия — а Марантина Делькасл одарила его своим лучшим гневным взглядом.

Не обращая внимания на жезл в руке Глатры, который нацелился на неё, матриарх семьи Делькасл процедила:

-Есть ли какая-нибудь причина для этого нежеланного и необъявленного вторжения в мой дом? Неужели Кормир настолько низко пал, что больше не требуется просить приглашения, посылая сначала герольдов, чтобы просить оказать вам честь, согласившись на встречу? Неужели королевство вступило в войну? Или вы просто совсем забыли подобающие манеры и права граждан — те самые права, о которых вы трубите день и ночь, швыряя их в лицо любому высокорожденному?

-Матушка, - произнёс Арклет.

Леди Делькасл повернулась к нему.

-Не матушкай мне тут, щенок! Я выносила и вырастила тебя и ожидаю твоей преданной поддержки! Я...

-Я просто хотел указать, - оборвал её Арклет, - что ты задала его величеству достаточно вопросов и ему требуются один-два вздоха, чтобы ответить, прежде чем ты похоронишь его под следующей частью своей тирады. Как мужчина, я знаю, когда приближаюсь к пределу вопросов, на которые могу ответить за раз — а мой разум куда менее занят, чем разум нашего Дракона.

-Это уж наверняка, - с едким триумфом ответила ему мать. - Разумные мысли слишком редко...

-Кормир не вступил в войну, - вежливо вмешался король Форил, голос которого немедленно заставил всех замолчать. Он добавил с кривой ухмылкой:

-Пока что.

Король сделал шаг вперёд.

-Я искренне извиняюсь за вторжение в ваш дом, и за, хм, нарушение семейного спокойствия, Марантина. Я не стал бы так поступать, будь обстоятельства менее суровыми. Я взываю к вашей любви к Кормиру, чтобы вы проявили терпение, и уверяю, что при нашем вторжении не пострадал ни один из ваших людей. Здесь ли ваш друг и коллега Эльминстер?

-Что? - спросила леди Делькасл одновременно с тем, как Арклет и Амарун оба ответили:

-Нет.

-Зачем вы его ищете? - спокойно спросила Шторм.

-И почему здесь? - резко добавил Арклет, заслужив одобрение матери. Она энергично кивнула в поддержку его вопроса, по-прежнему грозно взирая на гостей. - Разве Эльминстера видели в особняке Делькаслов?

-Нет, нет, - успокаивающим голосом ответил Ганрахаст. - Мы, хм, проследили за лордом Делькаслом до этого места.

-Как? - изумив всех, с неожиданным запалом воскликнула Рун. - Вы что, следите за Арклетом?

-Ах, нет, нет, - торопливо ответил Ганрахаст с мягкой неловкостью храмового жреца, не привыкшего к резким вопросам, - мы просто надеялись обнаружить его в обществе леди Шторм, - он кивнул Шторм, - и лорда Эльминстера.

-Не уклоняйтесь от вопроса, - рявкнула леди Делькасл. - Вы нашли моего сына с помощью магии, я так понимаю? Как именно? В этом доме и в большинстве других стоит защита для предотвращения подобной слежки, волшебные печати, которые, уверяю вас, завтра же обновят и удвоят, но я требую ответа — каким способом и по какому праву вы...

-Этот способ, - сухо ответила Глатра, - является государственной тайной.

Во внезапно наступившей следом за её словами тишине она осознала, что все присутствующие смотрят на неё с кислым выражением лица. Даже Ганрахаст.

-Мне что, можно рассказать больше? - глупо спросила его Глатра. - Разве это мудро?

Королевский маг вздохнул.

-Скажи им, - пробормотал он, взмахнув рукой, как величественный оратор, представляющий умелого докладчика.

Глатра вздохнула, заметно раздражённая и сомневающаяся, затем сказала сидящим вокруг стола:

-Вам наверняка известно имя Вангердагаста. Присутствующих вряд ли удивит его продолжающееся по сей день существование. Так вот, когда лорд Делькасл недавно помогал магу Эльминстеру вселиться в тело боевого мага Эпплкрауна, Вангердагаст наложил на Арклета... кое-что. Он только сейчас рассказал нам, и мы немедленно этим воспользовались.

-И явились сюда. Долго этот след будет держаться?

-Вам надо спросить Вангердагаста, но он дал нам понять, что наше использование оборвало действие следа, - неохотно ответила Глатра.

Леди Марантина Делькасл громко и впечатляюще фыркнула.

-Как будто можно доверять хоть чему-нибудь, что говорит старый ужас, - сказала она, обращаясь к потолку. - Я помню ночь, когда он сказал мне, как глубоко он уважает меня, а утр...

-Не сейчас, леди Делькасл, - поспешно сказала Глатра. - Пожалуйста, не сейчас.

Улыбка короля Форила была немного печальной.

-Мы поспешили сюда, чтобы встретиться с вами, лорд Делькасл, надеясь также найти леди Шторм и лорда Эльминстера. Мы не желаем вражды между Драконьим Троном и Эльминстером, способным убить или ранить множество боевых магов, учитывая что Корону и двор в настоящее время осаждают бунтующие дворяне и скрывающиеся в Сембии и других местах враги королевства — но его кражи волшебных предметов в Кормире должны прекратиться.

-Форил, - со слабой улыбкой спросила леди Делькасл, - ты наконец научился умению издавать жёсткие указы? Конечно, поздновато, но...

-Научился, Марантина, - вежливо сказал Дракон Кормира, и его негромкий голос снова заставил всех замолчать. - Но не будем уходить от темы. Я слишком долго медлил, и из-за этого теперь приходится спешить. Леди Шторм — сейчас я обращаюсь к маркизе Иммердаск, как её монарх — где мы можем отыскать Эльминстера?

Шторм прямо встретила королевский взгляд.

-Я не знаю. Ни его судьба, ни текущее местонахождение мне неизвестны. Он в спешке отправил нас троих обратно в Кормир. Но будьте уверены, что ему больше не требуется похищать ничью магию за исключением нескольких определённых вещей. Ни одна из которых, насколько я знаю, больше не находится в Лесном Королевстве, а тем более — не является собственностью Драконьего Трона.

-Предметы синего пламени? - прорычала Глатра, как будто допрашивая пленника, совсем не желающего сотрудничать.

-Предметы синего пламени, - подтвердила Шторм.

-Как мы можем тебе доверять? - прямолинейно спросила Глатра. - Простите меня, леди Иммердаск, но вы, Избранные — вы, арфисты, раз уж на то пошло — известны готовностью сказать что угодно, лишь бы вышло по-вашему, и у нас нет средств удостовериться в ваших словах.

Шторм ехидно ей улыбнулась.

-Мы прямо как царедворцы, или боевые маги, или благородные лорды, не так ли?

-Вот! Именно об этом я и говорю! Вы пытаетесь увести меня в сторону...

-Леди Глатра, - твёрдо сказал король Кормира, - довольно.

Он посмотрел на не сокрушающим взглядом и погрозил пальцем, чтобы погасить любые возражения, затем повернулся обратно к Шторм.

Которая вежливо сказала:

-Я хочу напомнить присутствующим, что знаю Эльминстера очень давно, и вместе с ним мы служим одному божеству. Прости меня, Глатра. Выслушай меня, посмотри в мои глаза и реши, насколько искренне я говорю: Эльминстер в первую очередь служит богине Мистре, как и я, и эта служба важнее даже его любви к Кормиру — но уже многие века он тем или иным способом оберегает Кормир. Эльминстер сражался с врагами Кормира дольше, чем любой король или королева, любой королевский маг или полководец, любой старший рыцарь и галантный пурпурный дракон, чтобы этот край смог выжить, уладить все дела, найти собственный путь и выковать собственную судьбу.

-Простите, леди Иммердаск, - ответила Глатра. - Думаю, что вы говорите искренне и не хочу вас оскорбить, но должна указать, что красивые речи — только красивые речи. Вы ссылаетесь на благородство намерений Эльминстера, но в последнее время он действовал как вор, неоднократно и очень грубо выступая против законной власти — а сейчас вообще исчез. Вы говорите о его долгой службе королевству, но прямо сейчас он может быть где угодно и делать что угодно!

-И после этого царедворцы считают грубыми нас, дворян, - сказал потолку Арклет.

Шторм успокаивающе положила ладонь ему на плечо и сказала Глатре:

-Действительно, может. Но я много раз беседовала с ним, провела с ним больше времени, чем все ныне живущие, и могу сказать, что Эльминстер очень сильно хочет сотрудничать с боевыми магами — закулисно, не угрожая независимости Драконьего Трона и не пробуждая среди вашей знати опасений, что ещё один зловещий волшебник пытается заставить их плясать под его дудку. Он свяжется с вами, когда сможет. Сейчас им руководит преданность Мистре.

-Я принимаю это, - провозгласил король Форил. - Давайте больше не будем подвергать сомнению истинность того, что сказала нам леди Шторм. Мы можем верить, что Эльминстер прекратил похищать волшебные предметы Короны и будет нашим союзником. Хорошо.

Он кивнул Ганрахасту и Глатре, будто отдавая им бессловесный приказ, начал поворачиваться... и затем снова обернулся, чтобы посмотреть Шторм прямо в глаза.

-А вы? Можем ли мы рассчитывать на вашу верность?

Шторм спокойно встретила его взгляд.

-В первую очередь я слуга Мистры, а во вторую — арфист, но на протяжении нескольких веков защита Кормира была одним из самых важных моих устремлений. Спросите Алусейр или Ванги, и вы услышите подтверждение этих слов. Я буду помогать Кормиру любым возможным способом, если мне не запретит Мистра.

-Вы говорите об Утраченной Богине, как будто она ещё жива, - задумчиво заметил Ганрахаст.

-Да, - вызывающе отозвалась Шторм. - Говорю. Не сомневайтесь в моей искренности или здравом уме, королевский маг. Это будет ошибкой.

Глатра помотала головой.

-Кто-нибудь здесь может предположить, хотя бы предположить, что вас следует заставить рассказать нам о происходившем на протяжении последних десяти дней? Вы днём и ночью носились по дворцу, побывали в заброшенном крыле, в королевском склепе и, похоже, в каждой кладовой в здании; Мудрец Долины Теней легкомысленно похищал любые королевские сокровища, обладавшие хоть какими-то чарами; этот парад, когда вы вошли во дворец, чтобы воспользоваться порталом Шаг Долин... всё это?

Шторм улыбнулась.

-Сколько у вас свободного времени? Здесь есть, что рассказать...




#96105 Эльминстер в ярости: третья глава

Написано Redrick 30 Июль 2017 - 17:01

ГЛАВА ТРЕТЬЯ
ЦИТАДЕЛЬ, СТАВШАЯ МОГИЛОЙ

 

В поисках серебряного пламени Эл нырнул в разрушенные комнаты, через покосившиеся арки и рухнувшие потолки.

После первого прилива поток серебряного огня быстро утих, уменьшился до тонкой струйки. Это означало, что нужно спешить...

Повсюду лежали полузасыпанные обломками искалеченные тела дроу, из-под многочисленных каменных насыпей текли влажные полосы крови.

Менее кровавыми, но более жуткими были последние жертвы гларага, физически не пострадавшие, зато лишившиеся рассудка тёмные эльфы, распростёртые на камнях.

Эл скользнул мимо них, метаясь туда-сюда, следуя угасающему следу божественного пламени Мистры, углубляясь в остатки цитадели... в уцелевшие комнаты сбоку от разрушенного участка.

Он знал, что найдёт смерть, последние мгновения того, кто вполне мог оказаться дорогим ему человеком. Неужели на то была воля Мистры? А огонь был её подарком ему?

Такие мысли успокаивали, да, но...

Что, если это ловушка? Что, если он торопится на встречу своей гибели? Привлечённый тем, кто жаждет убить Избранного, или тем, кто просто готов прикончить любого незваного гостя?

Эльминстера это не беспокоило. Он должен был знать, кто истекает серебряным пламенем, должен был испить больше этого огня, если сможет... должен был...

Эл оказался в последней комнате, где на полу вокруг стола лежало множество распростёршихся дроу — паучьих жриц и магов. На столе цепи удерживали распластанное тело, которое было так сильно изрублено, что не поддавалось опознанию. Жертва была Избранной и эльфийкой. Это всё, что он сумел определить.

Эльминстер приблизился. Угрюмый гнев поднялся внутри. Дроу удалили у жертвы внутренние органы и использовали на ней экспериментальные заклинания, пока эльфийка ещё была жива.

В горшке, который по-прежнему баюкал в руках осевший на пол и лишившийсяя разума тёмный эльф, лежал свежеотрезанный человеческий язык, и... не глазные ли яблоки это блестели на подносе в другом конце комнаты?

Да, это были глаза, уже навечно уставившиеся в никуда. Вспыхнула чёрная ярость, разгораясь до тех пор, пока Эльминстер не захотел завопить или зарычать. В виде пыли он не мог сделать ни того, ни другого; он мог только клубиться.

За эту смерть заплатят. Я клянусь.

Он взбешённо огляделся вокруг в поисках врагов, но никого не увидел и не почувствовал. Он не знал, что сильнее: его гнев или его печаль.

К этим чувствам добавился стыд, когда Эл закружился в воздухе над скорбными останками товарища-Избранной, которой он не мог помочь и имени которой не знал. Чувствуя себя таким же мерзавцем, как её мучители-дроу, он вместо этого стал питаться, поглощая каждую каплю утекающего из неё огня Мистры.

Это драгоценное серебряное пламя струилось мимо линий фиолетового и чёрного огня, чертившего медленный и бесконечный круг в воздухе над залитым кровью столом; посредственное заклинание дроу, которое должно было удержать утекающую божественную эссенцию для последующего использования тёмными эльфами. Заклинание потерпело неудачу. Эл бросил на него короткий взгляд. Такая магия никогда не смогла бы сдержать серебряное пламя...

Он вздрогнул от потрясения, когда в него потекли последние проблески серебряного огня, окутав чувством... тревоги. Странным, слегка тошнотворным... более широким, как будто принадлежало не только ему...

Огонь Мистры горел достаточно долго, чтобы выпить и высушить тёмное пламя дроу, а также несколько других потерпевших неудачу тёмноэльфийских заклинаний поблизости, и передать их магию Элу. Может быть, с ним что-то случилось из-за этого? Он...

Нет, Старый Маг, ты всё такой же стойкий и выносливый, как прежде, произнёс весёлый голос в глубинах его разума.

-Кто...? - выпалил Эльминстер, взволнованно оглядываясь вокруг, как будто прямо перед ним в воздухе могло возникнуть какое-то волшебное зеркало и показать, кто это говорит. Ничего такого не произошло.

Это могла быть лишь Избранная на столе, проникшая в него вместе с последними сполохами своего серебряного пламени... но голос не казался знакомым.

Он был слабым и затихающим; без поддержки Плетения она, наверное, долго не протянет...

Согласна, недолго. У меня осталось мало времени, Эльминстер. Хорошо распорядись моим огнём — и помни меня, когда будешь его использовать.

-Я... - Эльминстер обнаружил, что голос хрипит, и ему пришлось сделать усилие, чтобы заговорить. - Это будет проще, если я узнаю, кем вы были.

Кто я такая, нетерпеливый мужчина. Я всё ещё жива, большое тебе спасибо!

Резкая мысленная отповедь попала прямо в цель; Эл моргнул и опустил голову.

-Примите мои извинения, госпожа, умоляю вас. Кто вы такая, разумеется. И, хм, кто же вы?

Так-то лучше. Когда-то ты знал меня. Симрустар Огламир, в прошлом из Кормантора. Мы расстались не в лучших отношениях.

-Симрустар? Госпожа, как... как...

Как я оказалась здесь? Давным-давно дроу пленили в меня и годами осаждали мой разум своими заклятиями. Я сражалась с ними и побеждала, снова и снова, пока они не отчаялись завоевать меня и решили вместо этого меня уничтожить, чтобы добраться до хранящейся внутри меня силы Мистры. И справились с этим. В конце концов, когда Наша Госпожа умолкла, я, судя по всему, оказалась не такой уж особенной.

Голос в голове Эльминстера на мгновение смолк. Он был пронизан весельем, когда зазвучал снова.

Или ты хочешь узнать, каким образом я вдруг стала Избранной? А ты об этом не знал?

-А... да. В смысле, первое. Что касается второго, то Мистра, разумеется, укрыла тебя от меня.

Укрыла. Ради нас обоих. Я люблю тебя.

-И я тебя. Я верю тебе, когда ты говоришь о любви — но признай, ты очень странно её выражала.

Меня разрывало на части, и не просто разрывало. Ещё я тебя ненавидела. За то, что ты был человеком, Эл. Испытывать страсть к человеку — это было... позором для меня. Пока меня не разубедило сердце, я была уверена в том, что люди вонючие, волосатые, жестокие дикари, как была уверена в восходах и закатах солнца и луны. Юная, безрассудная, младшая раса, которая не заслуживала уважения и была недостойна своей всё возраставшей власти. Чума на лике Королевств, что без сожалений и забот портила и разрушала, а когда людям указывали на их вину — они отвечали яростным насилием. Ты разбил всю мою картину мира, всю целиком, и... и я увидела грядущее. Мне, как и любому эльфу, высоко- или низкорождённому, непросто было смириться с этим зрелищем. Для меня это был яд. Ты был для меня ядом.

-Я... Госпожа, я был молодым, глупым и гордым, и... и причинил тебе зло.

Я пыталась поступить с тобой ещё хуже. Даже молила не только хорошо знакомых богов, но и Мистру о средствах для того, чтобы уничтожить тебя.

-Расколотые заклинания... - поражённо прошептал Эл. - Ты разве не знала...?

Об узах между тобой и твоей богиней? Вскоре узнала. Голос в его сознании звучал иронично. Но я никогда не знала такой любви, такого милосердия. Вместо того, чтобы уничтожить или обмануть меня, Мистра подарила мне свою доброту и мудрый совет. Который я отвергла. Когда наконец я пала в бою, она пришла к мне, когда я, охваченная огнём, летела сквозь небо, и предложила мне новую жизнь. Я сказала «да». Мистра пообещала мне, что ты не узнаешь, пока она цела. Сейчас мне кажется, что она могла предвидеть свою судьбу.

-Я... я думаю, падение Мистры было частью цикла, которому суждено повторяться снова и снова, поскольку Плетению — как и всей магии в мире — необходимо обновление. Мистра вернулась.

ЧТО? Я её не почувствовала!

-Она... сильно изменилась. Ослабла. Отчаянно нуждается в моей службе, хотя раньше я был всего лишь одним способным слугой и посланником из многих других, имевшихся в её распоряжении.

И ты будешь жить, когда я уйду во мрак. Но пока я угасаю, у меня осталось ещё немного времени с тобой. Ты всегда выбирал самый сложный путь, лорд Омар. Принц. Голос потерял своё мрачное и тоскливое звучание и стал тёплым и ласковым. Ты пройдоха.

-Госпожа, - ответил Эльминстер. - Я... хотел бы я, чтобы между нами всё сложилось иначе.

Будь желания войсками, Кормантор бы ещё стоял. Я получила свой второй шанс, Эл, и столько сделала благодаря ему, и давным-давно оставила любые сожаления. Я нашла любимых, близких и хороших друзей среди последователей Мистры, а затем смирилась с тем, что произошло, когда мы оба были в Городе Песни. Мистра часта показывала мне твои разворачивающиеся деяния, и это нас с ней развлекало. Знай, что я...

Голос задохнулся на мгновение, как будто подавляя всхлип.

Что я часто радовалась за тебя.

В голосе Симрустар снова зазвучало ироничное веселье.

Даже когда ты... не пропускал ни одной юбки.

Эльминстер вздрогнул.

-Мистра никогда не говорила мне...

Мистра о многом никогда тебе не говорила. Но знай, что она ценила тебя превыше всех остальных её слуг, давала тебе самые сложные задания, доверяла тебе больше, чем кому-либо другому. Ты был её львом. Я... я часто задавалась вопросом, на что похож твой разум.

-И на что же он похож сейчас?

Он... уютный. Более дружелюбный и милый, чем я ожидала. Ты — гордый лев, Эльминстер.

Эл снова вздрогнул.

-Я... в эти дни я стал неуклюж. Пытаюсь сделать то, что должен, не причинив большого урона окружающим Королевствам. И слишком часто терплю в этом неудачу, должен сказать.

Сказано скромно, лорд Омар, но прямо сейчас я вижу в твоих мыслях твой главный твой интерес — похитить себе чужое тело. Не слишком скромное желание.

-Ой. Твой язык жалит с прежней лёгкостью.

Я пока ещё не мертва. Так что делись. Это моя последняя прогулка, и я хочу ей насладиться.

-Госпожа, в том, чтобы летать вокруг, как какой-нибудь турист, осматривающий достопримечательности, есть свои мимолётные плюсы, но Мистра возложила на меня выполнение срочных задач, и от меня многое зависело ещё до того. Чтобы выполнить любую из этих задач, мне необходимо тело, руки и всё остальное. Не какой-нибудь раб под принуждением, которым я буду управлять с расстояния, но точный, близкий контроль, который получаешь, вселившись в тело и управляя им как собственным.

Как же ты ухитрился оказаться столь неосторожным и потерять собственное?

Эл вздохнул.

-Совсем длинная история, госпожа. Ты действительно хочешь, чтобы я потратил на неё время?

Нет. Я... дразню тебя. Моя вечная ошибка. Прости меня. Продолжай искать. Чем быстрее ты найдёшь тело, тем быстрее мы отсюда выберемся.

Последние мысленные слова сопровождались нарастающим страхом, отвращением и быстро подавленной вспышкой чудовищных воспоминаний об ухмыляющихся дроу, резавших Симрустар до тех пор, пока она не теряла сознание от невыносимой боли.

Эльминстер отправил ей все утешающие, любящие эмоции, которые смог собрать, чем заслужил резкое:

Избавь меня от романтики, Мудрец Долины Теней. Для нас обоих уже слишком поздно, тебе так не кажется? Начинай искать!

-Твоё желание, госпожа, - криво усмехнувшись в мыслях, ответил эльфийке Эльминстер, - закон для меня.

Он поплыл вперёд. Но даже для клубящейся пыли спешка среди свежих руин, где часто внезапно рушились колонны и потолок, оказалась почти невозможна. Пришлось осторожничать.

Судя по тому, что увидел Эл, наблюдая за гларагом, безмозглых тел должно было быть в достатке, если он не станет медлить с выбором. Он видел безмолвных дроу с пустыми взглядами, пускающих слюну и бесцельно волочащих ноги в дальних галереях, не обращая внимания на опасность; были это самые лучшие и сильные тела, или ему следовало выбрать не пострадавшее, но валяющееся без чувств?

Выбери самую красивую женщину-дроу, насмешливо предложила Симрустар. В этом мужчины-дроу и мужчины-люди похожи; красота отвлекает их от немедленной жажды убийства. Они скорее сначала позабавятся.

-Цинично, - пробормотал Эл, - но разумно.

Одно другому не мешает. Даже среди людей. Что же до эльфов, неужели ты совсем забыл о наших временах в Корманторе?

-Нет, - прошептал Эльминстер. - Никогда.

Спокойно, Эл. Я не хотела тебя ранить.

-У меня множество ран, - отозвался он. - Хуже всего заживают те, что я несу в своём разуме.
Ты тщательно занавесил их шторами и спрятал, как я вижу.

Эльминстер снова вздрогнул.

В засыпанном обломками котле, в который превратился каменный выступ твердыни, большинство дроу были мертвы или покалечены — их тела лишились конечностей или оказались наполовину раздавлены. Эл потёк в нетронутые комнаты глубже в уцелевшей части цитадели, где убили Симрустар.

Вероятно, разумнее искать здесь, одобрительно заметила его новообретённая гостья. Или опаснее — в этом направлении располагались покои самых могущественных жриц.

-Глараг высосал каждый разум, до которого смог дотянуться, - ответил Эл. - Битвы я не жду, если до того, как я закончу, не появятся другие дроу.

Битвы он не нашёл. Повсюду были глядящие в никуда дроу, тела — нетронуты, но сознания нет. Некоторые из них были безмолвны и, похоже, не воспринимали его присутствие и окружающий мир, другие убегали прочь, как испуганные собаки, от любого движения поблизости.

Он струился сквозь комнату за комнатой. Обстановка становилась всё роскошнее, ядовитых стражей-пауков тоже становилось всё больше — некоторые свернулись в тугие комки агонии или безумно содрогались и тряслись, другие потрясённо застыли из-за резкого исчезновения разумов дроу, с которыми они были связаны.

Он обнаружил жриц, облачённых в затейливые паучьи мантии с высокими капюшонами. У жриц были скипетры и жезлы, обладавшие зловещей и грозной силой. Некоторые лежали в таких местах, как будто охраняли запертые комнаты — и в одной такой комнате Эльминстер с удивлением обнаружил длинный стол, окружённый безмозглыми, слабо шевелящимися мужчинами-дроу, мантии, магические кольца и жезлы которых указывали на то, что они были волшебниками. На столе лежали книги заклинаний.

Человеческие книги заклинаний! Тома, и гримуары, и карманные книги полезных заклятий, принесённые в Подземье из Мира Наверху, с поверхности знакомых Элу Королевств. Тёмные эльфы лежали на страницах или осели в своих креслах. Очевидно, эти волшебники занимались исследованиями, когда на крепость напал глараг.

Эл окинул взглядом несколько усыпанных рунами страниц, чувствуя, как внутри кипит серебряный огонь; огня было больше, чем он мог спокойно вместить. Он мог швыряться им во врагов, да. Если Эл этого не сделает, огонь будет медленно вытекать из него... или он может найти ему лучшее применение, как делал уже раз-другой за свою тысячу с лишним лет. Потратить капельку туда и капельку сюда, чтобы поместить несколько заклинаний с этих страниц в свой разум на довольно долгое время. Навечно, если серебряный огонь не выжжет их оттуда опять. Превратить их в магию, которую он сможет творить одной лишь силой воли. Всего несколько заклинаний, поскольку каждое, которое он выжжет в своём сознании, замедлит и стеснит его. Он должен выбирать осторожно.

После того, как выберет лучшее тело, которое станет ему новым домом. Возможно, ему потребуется использовать серебряный огонь, чтобы разрушить зачарования на этом теле, изгнать из него яд или болезнь. Да, сначала необходимо отыскать тело.

Эл шарфом обернулся вокруг рухнувшей жрицы, которая охраняла комнату с книгами. Высокая, стройная дроу — или была бы таковой, если бы не распостёрлась в собственной слюне на кишащем пауками каменном полу крепостного коридора. Её руки и ноги были широко раскинуты по сторонам, и пауки кусали их, будто пытаясь отомстить за годы пренебрежения.

И это была ещё одна проблема; любой из этих бесчисленных арахнидов величиной с кулак и меньше мог служить глазами и ушами Паучьей Королеве. Эл не стремился сражаться с дюжинами дюжин безжалостных паучьих жриц или их приспешников, или заслужить яростное внимание безумной и ненасытной богини, иметь с которой дело лучше было тогда, когда на его стороне окажется возрождённая и целая Мистра.

По крайней мере, Эльминстер, ты наконец пришёл к очевидной мысли, что следует поторопиться.

-Да, мамочка, - насмешливо ответил Симрустар Эл. Его наградили мысленным образом Симрустар, глядящей презрительным взглядом. Её лицо так неожиданно возникло в его мыслях, что он содрогнулся. И сразу же почувствовал тёплую вспышку её удовлетворения.

-Не сейчас, - мрачно сказал он и начал укреплять себя ментально, собирая волю в кулак. Может встряхнуть...

Эл воспарил над прекрасным, но тревожаще пустым лицом жрицы — затем нырнул вниз в её открытый рот, отыскивая носовой проход, чтобы занять тёмный, и, как он надеялся, пустой разум.

Он проник внутрь! И здесь было пусто; он падал, погружался в неизвестные глубины, кувыркался...

Последовало несколько мгновений головокружительной, неприятной дезориентации, потом более долгое чувство «неправильности»... и тело стало его, задвигало пальцами, а затем и ногами по его приказу, перевернулось — и встало, так же ловко, как он двигался в юности по крышам давно сгинувшего Аталантара.

У него снова было тело!

-Госпожа, - спросил он вслух, слова сначала звучали глубоким клёкотом, затем превратились в мягкое, более высокое эхо его прежнего голоса, - ты всё ещё со мной?

О да, лорд Омар. Так легко ты от меня не избавишься.

-Ах, подруга, это ни в коем случае не попытка от тебя избавиться — но я подумал, что если захватить это тело оказалось так просто, с моей помощью ты тоже можешь обзавестись телом, вернуть себе свой огонь и жить дальше!

Ответ с задворок его разума пришёл не сразу.

Это было жестоко, Эльминстер. Для этого я ушла уже слишком далеко. Для чего-то большего, чем мысли и мысленная речь, меня осталось слишком мало. Я даже не могу... нет. Я не могу. Если ты попытаешься использовать на мне серебряный огонь, хоть каплю, он разорвёт то, что осталось от меня, и задует меня, как свечу. Я... меня почти не осталось. Не покидай меня.

-Госпожа, у меня и в мыслях такого не было, уверяю! Я...

У тебя, как всегда, бойкий язык. Давай больше не будем это обсуждать, не будем тратить время, которого нет у нас обоих. Молчание этой крепости наверняка не осталось незамеченным. Где-то здесь есть — или были — порталы к другим крепостям дроу; очень скоро у нас могут появиться крайне враждебно настроенные гости.

-Я... да, ты права. Книги заклинаний...

Быстрее, Эльминстер, быстрее.

Эльминстер заторопился, ловкими, длинными пальцами перебирая ключи, которые он обнаружил на поясе своего нового тела. Стройная, грациозная и лишённая болячек фигура была облачена в прозрачную мантию таких оттенков, которых он терпеть не мог, укрытую храстовыми паучьими узорами! Он нетерпеливо вцепился в ткань.

Вот это Эл, которого я помню. Все женщины должны расхаживать нагишом, да?

-Госпожа, - прорычал он вслух, и это прозвучало, как гневное урчание, - ты мне не помогаешь!

Я буду помогать, Эльминстер, обещаю. Когда смогу и как смогу. Клянусь тебе.

Его едва не обожгло от неожиданной решимости, прозвучавшей в мысленном голосе в его голове.

Тронутый, Эл обнаружил, что готов зарыдать — более крупными и маслянистыми слезами, чем были у его человеческих тел. Он шмыгнул носом.

Прекрати это. Заклинания, помнишь?

-Да, дорогая, - насмешливо отозвался он. На мгновение в его голове воцарилась тишина, затем раздался прекрасный женский смех.

Сколько Избранных отдавали свои жизни за все эти долгие годы? Неужели мы так мало значим для Мистры?

Поспеши.

Эл бросился к книгам, серебряное пламя взметнулось в его мозгу. Следовало быть осторожным и не позволить огню потечь с его пальцев и повредить заклинания, которые он мог для себя захотеть.

И выбирать их следовало осторожно. Но приходилось спешить.

Эл снова зарычал.

Да, это урчание было очень приятным.




#96082 Эльминстер в ярости: вторая глава

Написано Redrick 26 Июль 2017 - 15:24

ГЛАВА ВТОРАЯ
Я ОДИН БУДУ ВЕРШИТЬ ЗАВОЕВАНИЯ

 

Закончились ловкие ремарки, Мудрец Долины Теней? В рукаве не осталось хитрых заклинаний, Эльминстер? Умри же на сей раз! Умри навечно!

Мэншун знал, что безумно кричит, оказавшись в своей ярости на скользкой грани рыданий, швыряя заклятие за заклятием. Магию, которая раздирала, вспахивала и разбрасывала землю там, куда он вогнал Эльминстера.

Могущественную магию. По его велению во все стороны летели грязь и камни, и его безрассудные взрывные заклятья вырыли глубокую неровную яму у входа в пещеру.

Вниз, вниз, на глубину пятерых человеческих ростов и ещё ниже, и его заклинания продолжали рыть, рыхлить и взрывать. Он должен был убедиться, что Эльминстера больше нет. Что он раздавлён, мёртв — окончательно и бесповоротно мёртв.

-Где его кровь? - визжал Мэншун. - Где?

Мэншуна переполняла ярость, красно-жёлтая пелена заволокла сознание и ослепила его. Сквозь эту пелену он изрыгал и выкрикивал одну за другой магические формулы, пока не закончились все до последнего его боевые заклинания.

Оставив его задыхающимся в теле созерцателя, в дикой местности где-то неподалёку от Долины Теней.

Почти не задумываясь Мэншун сотворил магию, которая вернула его в человеческую форму. Он полетит обратно в Сюзейл облаком тумана — такой способностью он обладал, будучи вампиром. Обратно в город, где в погребе будет высыхать и рассыпаться один из его созерцателей, испорченный и мёртвый.

Но если — если — он действительно наконец уничтожил Эльминстера из Долины Теней, потеря одного из порабощённых глазных тиранов ничего не значит. Совсем ничего. Слишком малая цена, чтобы вообще о ней задумываться.

Щупальца, глазные стебли и левитация исчезли в тошнотворной перемене, которая по-прежнему, даже после сотни подобных превращений, вызывала неудобство. И Мэншун обнаружил, что стоит на краю своей глубокой пропасти, а внутри безмолвно кипит ярость.

Эльминстер должен быть мёртв. Никто не может пережить такого!

Но он не видел тела, не видел ни пятнышка крови...

Ба! Его магия, должно быть, испарила старого дурня, превратила Эльминстера в пыль, затерявшуюся среди песка, комьев грязи и слоёв камня.

На миг, когда что-то сделало его спокойнее, Мэншун испытал слабое чувство дезориентации, как будто погрузившись в воспоминания, которые принадлежали не ему. Затем чувство прошло и Мэншун сразу же забыл о нём, потеряв это ощущение в новой завладевшей им уверенности, которая заставила его безоговорочно поверить, что с Эльминстером покончено. Даже если Мудрец Долины Теней не был уничтожен, Мэншуну следовало двигаться дальше, продолжать жить так, будто его ненавистной немезиды больше не существует.

Эльминстер был уничтожен. Оригинальный Эльминстер, по крайней мере — поскольку старый дурак, разумеется, скопировал блестящий замысел Мэншуна и изготовил клонов самого себя. Любой архимаг поступил бы так.

-Что означает, - произнёс вслух основатель Зентарима, медленно оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что за ним никто не следит и поблизости не уползают прочь раненые Эльминстеры, - что я должен выследить новых, младших Эльминстеров. Чтобы убедиться, что Старый Маг пропал навсегда и никогда уже не вернётся.

Он не видел ни единого убегающего, прячущегося или наблюдающего существа — даже мелкой птички. Позволив себе долгую медленную улыбку, Мэншун превратился в туман. Он обогнул край ямы, в которой погиб его старый враг, затем воспарил в небо, описав широкий круг и всматриваясь вниз на землю в поисках соглядатаев.

Никого. Тогда он позволил себе позлорадствовать.

-Наконец твой рок настиг тебя, старый козёл из Долины Теней — и узрите, этим роком был я!

Ликующим потоком из Мэншуна полились раскаты громкого дикого хохота.

Триумф и ликование слишком быстро угасли, когда на ум пришли воспоминания о насмешках Эльминстера... смеющееся лицо Старого Мага, Мудрец Долины Теней, бросающий ему вызов, поучающий его, и... и...

Тьфу! Он разорвал их все, все до последнего из этих ненавистных смеющихся лиц. И клоны — только часть предстоящей работы. Поиски и ликвидация всех потомков Эльминстера тоже должны стать частью этого, поскольку оставался шанс — и немалый — что Мудрец Долины Теней спрятал внутри них «эхо» себя. В конце концов, именно так поступил бы сам Мэншун, а Эльминстер был ничем не лучше, поэтому, разумеется...

Так что сегодняшняя победа была лишь началом, а не окончанием. Уйдут годы на то, чтобы обнаружить и уничтожить каждого клона и каждого отпрыска Эльминстера, и поэтому он не мог бросить другие свои планы, чтобы этим заняться. Он не станет их бросать.

Он, Мэншун, будущий император, продолжит завоевание Кормира — просто не будет в открытую покушаться на место правителя, пока не убедится, что Эльминстера больше нет. Вместо этого он станет использовать человеческих марионеток, одну за другой сажая их на трон, чтобы они занимались всей достающейся правителям работой и разбирались с неизбежными попытками покушения, а сам Мэншун сможет свободно охотиться за Эльминстером, угнетать дворян, а также собирать собственный арсенал предметов синего пламени, раз уж они настолько важны.

Пускай Мистра, если Мистра действительно вернулась, хоть раз отнесётся с уважением к нему. Пускай благоволит Мэншуну, ведь Мэншун заслуживает благосклонности.

В конце концов, если она могла положиться на Эльминстера — сойтись с ним в интимной связи, если верить историям! — её вкусы не настолько взыскательны, чтобы обойти вниманием того, кто Эльминстера превосходит.

А если Мистры не было, и безумная бывшая королева Агларонда просто бредила, убедив себя, что Мистра руководит ею, Мэншун видел достаточно примеров того, что может сделать с помощью призраков синего пламени юный идиот благородных кровей, чтобы понимать, что магия синего пламени в любом случае достойное приобретение.

Да. Но он опережает сам себя. Сначала нужно вернуться в Сюзейл, к своим базам в городе, лавке и дому Сронтера-алхимика и полуразрушенному особняку Ларака Дардулкина. Усесться там с бокалом вина и погрузиться в раздумья. Решить, каких его марионеток пробудить, какие именно шаги по завоеванию Кормира предпринять далее, где начать поиски клонов Эльминстера и предметов синего пламени. Не стоит...

Ха! Ну конечно! Он начнёт с охоты на трёх спутников Эльминстера: Шторм Среброрукую, лорда АрклетаАрклета Делькасла и танцовщицу Амарун Белую Волну.й Волны. Ни один из них не сможет укрыть себя так, как мог Мудрец Долины Теней со всей его магией — и всё, что осталось от Эльминстера, будь то клон или потомок, будет где-то рядом с ними. Или рядом со Шторм, по крайней мере. Так что она и остальные двое легко приведут его к Эльминстеру. Это было очевидно любому, кто потрудился бы немного задуматься.

Точно. Решено. Но у него были собственные, давно вынашиваемые планы, которые следовало привести в действие в первую очередь. Мэншун коснулся разума последних завербованных лордов — Краунруда, Андольфина, Блэксильвера, Лоруна и остальных — заставляя делать за него его работу. Самое время начать усердно трудиться с целью заполучить власть над подходящими боевыми магами. Использовать дворян и магов Короны, чтобы изолировать королевскую семью и немногочисленных оставшихся царедворцев, достойных доверия и эффективных, до тех пор, пока они не окажутся лицом к лицу с верными ему людьми — и тогда Мэншун с лёгкостью захватит королевство.

Да. Ах, наконец-то это время пришло...

 

***

-Я не замечал за тобой стремления искать моего совета прежде, - сухо сказало ей похожее на паука существо. - Равно как и попыток проявлять минимальное уважение, обращаясь непосредственно ко мне, глядя на меня или вообще признавая моё существование — когда поблизости нет короля или королевского мага.

-Значит, ты признаёшь, что больше не являешься королевским магом Кормира? - огрызнулась Глатра.

Вангердагаст вздохнул.

-Нападки, одни лишь нападки... юная леди, вы вообще умеете что-нибудь кроме этого?

Глатра Баркантл ответила мелкому чудовищу кислым взглядом. На самом деле она боялась обладающего сомнительной славой Вангердагаста. Не говоря уже о том, что существо, в которое он превратился, инстинктивно вызывало отторжение. Почерневшая человеческая голова, за которой волочились волосы и борода, балансировала на неприятном сморщенном чёрном мешке, как на грязном ошейнике, из которого подобно паучьим лапам росли чёрно-серые пальцы. Существо ползало на этих лапах, как самоуверенный краб. Она глядела на нечто, напоминавшее груду человеческих останков, собранных жрецом или магом после смерти в огне с целью опознания. Это был уже не человек, не «он»... это было «оно».

И Глатра всё так же сильно его ненавидела.

-Я знаю, как сделать всё необходимое для охраны Кормира, - зарычала она, - и делаю это прямо сейчас. Довольно успешно, что бы ты там ни думал. Будь любезен, прекрати уходить от ответа на мой вопрос. Спрошу ещё раз, существо: ты признаёшь, что больше не являешься королевским магом Кормира?

-Я всегда буду королевским магом, пока остаюсь Вангердагастом, - немедленно прозвучал ответ. - Но я признаю, что Ганрахаст тоже королевский маг Кормира. Кажется, ты неспособна смириться с таким положением дел. Скажи мне, сейчас все боевые маги настолько лишены гибкости?

-А если и так? - сплюнула Глатра.

-Тогда, возможно, мне придётся испытать каждого из вас, большинство распустить, и начать тренировать и возрождать магов Короны до тех пор, пока они снова не станут достойны служить королевству. Я уже делал это прежде.

-О? И ты, наверное, думаешь, что мы просто выслушаем тебя и подчинимся? Примем твоё решение, решение чудовища, а не человека, чудовища, которое может быть дьяволом или нежитью, что завладела воспоминаниями Вангердагаста? В прошлом ты демонстрировал очень уж гибкое понимание кормирских законов, обычаев и иерархии! Я так не думаю!

Выхватив два жезла из-за пояса, Глатра направила их на существо на полке.

-Вот сила! Эти жезлы могут отправить тебя обратно в тот Ад, откуда ты вылез, если я того пожелаю! И дюжины — сотни — таких же носят преданные боевые маги по всему королевству! Уклонись от моих, и тебя разорвут жезлы, нацеленные другим верным Короне магом! Они делают меня такой же полезной Драконьему Трону, как какое-то ползающее чёрное существо из прошлого, которое...

-...создало все эти жезлы и может ими управлять, - мягко сказал Вангердагаст, и прыгнул со своей полки прямо ей в лицо.

С воплем ярости и ужаса Глатра активировала оба жезла, бешено пытаясь испепелить чудовище прежде, чем оно коснётся волшебницы. Отшатнувшись назад, она споткнулась и упала на спину, охваченная страхом.

Жезлы не подействовали. Она хваталась за две палки из обструганного дерева, в которых не было ни капли магии.

Кто-то коснулся её груди, пальцами голой плоти. Паучье существо взобралось по её телу на кончиках своих пальцев...

Над ней нависло чёрное бородатое лицо, глядя на неё нос к носу. Глаза существа пылали.

-Госпожа, - грозно сказало оно. - Я не требую, чтобы ты меня любила или была моим другом — хотя так было бы проще. Я требую, чтобы ты служила Кормиру вместе со мной — или убралась с пути. Не заставляй меня отбрасывать тебя с дороги. Никогда.

Пальцы прошли по её ключице, подбираясь к горлу. Их носы практически соприкоснулись.

Вангердагаст улыбнулся ей широкой тёплой улыбкой.

-Я могу быть весьма обаятелен, знаешь ли.

Глатра потеряла сознание.

 

***

Мрелдрейк окинул взглядом голые жёлтые стены, которые стали уже слишком скучно-знакомыми, и не смог сдержать тяжёлого вздоха. Это была тюрьма, клетка такая же прочная, как камера в любом глубоком подземелье — и он сам вошёл внутрь. По собственной воле.

Да, Мрелдрейк лишился любых сомнений касательно собственной глупости. Но это была первая ловушка, попадание в которую его обрадовало.

Да, обрадовало. Его отчаяние угасло, как и большая часть горечи от того, в какую тесную тюрьму превратилась его жизнь.

От магии, над которой он работал, его поглотило нарастающее возбуждение. В кои-то веки идеи по усовершенствованию и управлению Искусством переполняли его разум, а мысли зачастую опережали скрипящее по бумаге перо. Эксперимент за экспериментом оказывались успешными или, по крайней мере, в достаточно обрисовывали открывающиеся чары, чтобы показать, в каком направлении двигаться.

Впервые в жизни он был по-настоящему вдохновлён своим собственным магическим умением.

В ворохе записей, рун и начертанных формул, с этими порошками, горшками и жаровнями он создавал магию — настоящую магию, намного превосходящую странные фокусы «заставь сиять свой ночной горшок» из его юности.

Магию, что могла менять королевства, менять всё. Магию, что могла сделать своего обладателя величайшим серийным убийцей...

 

***

Глараг торопился. Эльминстер струился следом, его прах вздымался и клубился в собственной спешке, пытаясь не терять червя из виду. Впереди проход поднимался, его хорошо освещали частые заросли грибов в верхней части тоннеля, на которые червь не обращал внимания.

Что искало это чудовище? Или червь бывал здесь раньше и знал, куда направляется?

Эл попытался печально покачать головой, хотя головы у него не было. Прожил намного больше тысячи лет и по-прежнему так мало знаю о Фаэруне. Всё своё время я проводил в битвах, в тревоге или в интригах, чтобы ещё несколько человек могли выжить вместо того, чтобы погибнуть... и терпел неудачу, слишком часто терпел неудачу...

Проход делал резкий поворот, и он неожиданно услышал крики. Певучие, мелодичные голоса — дроу.

К тому времени, как Эл добрался туда, откуда смог их увидеть, все тёмные эльфы были мертвы, раздавлены. На камнях остались кровавые пятна, копья и арбалеты были сломаны и разбросаны вокруг.

Глараг прорвался прямо через сторожевой пост в расположенную за ним большую пещеру. Чудовище направлялось прямо к тёмному выступу камня, торчавшему на открытом пространстве, как нос некого исполинского корабля богов, погребённого здесь — каменная стена, усеянная многочисленными балконами и башенками, в сотнях окон которой виднелось мерцание червячных ламп и грибов.

Цитадель дроу, арраугры которой — более быстрый и элегантный эквивалент орудия, которое большинство людей называли баллистой — обрушили дождь копий на надвигающегося гларага.

Эл инстинктивно уклонился от одного свистнувшего копья, хотя полосе пыли на самом деле не требовалось ни от чего уклоняться, и посмотрел на несущегося червя, чтобы проследить за его реакцией.

Копьё за копьём попадали в цель — шкура чудовища в конце концов оказалась не такой уж и прочной — но глараг, похоже, даже не замечал этого.

Барраж прекратился, когда у защитников-дроу закончились заряженные и готовые к ведению стрельбы арраугры. Эл видел, как на балконах мечутся стройные тёмные тела, пытаясь перезарядить, но глараг не стал ждать. Он протаранил самый центр торопливо выстроенной стены воинов перед ближайшими воротами цитадели и не стал останавливаться.

Он ворвался внутрь крепости, где сразу же застрял в узких проходах и крошечных комнатах, хоть стены и были очень гладкими. Тёмноэльфийская архитектура могла предпочитать плавные изгибы и гладкую поверхность, но тесные помещения оставались тесными...

Глараг толкнул себя в очень узкий проход, вытянувшись, как лента, затем резко напрягся. Камень вокруг него застонал и в бесчисленных местах раскололся, рухнув дождём обломков, из которых глараг освободился с помощью пары взмахов своего хвоста, после чего пополз вперёд.

Раздался треск, грохот, затем шум повторился. Великая цитадель, которой пробурили сердце, начала рушиться.

Глараг выпотрошил большую часть сердцевины крепости быстрее, чем Эльминстер смог бы выхватить волшебный жезл, и теперь червь ударял головой в открывшиеся комнаты, кусая и всасывая. Дроу напрасно сражались с преследующими их щупальцами, торчащими с боков чудовища — и все погибли.

Тогда глараг затих неподвижно.

Затем, когда эхо устроенного им разрушения наконец стихло и воцарилась неподвижность, существо внезапно взметнулось в едином великом взмахе. За этой могучей конвульсией последовал ментальный натиск, ударивший Эльминстера приливной волной, грохочущая безмолвная тьма, которая разбила его мысли и почти смела его прочь, утащив его ближе к гларагу, чем он собирался когда-либо оказаться.

Когда это случилось, Эльминстер следил, как какие-то маги-дроу торопливо вытаскивают зачарованные скипетры, чтобы разделаться с противником, и очень хорошо разглядел эффекты ментальной атаки гларага. В одно мгновение тёмные эльфы воплощали собой бешеную ловкость, отпирая запоры и доставая завёрнутые жезлы — а в следующее они безвольными кусками мяса рухнули наземь, как марионетки с обрезанными ниточками, лишившиеся воли и мозгов. Один даже ухитрился нанизать себя на собственный скипетр.

Каким-то образом — он так никогда и не узнал, как это вышло — Эльминстер вырвался из хватки гларага, хватки тёмного и голодного разума, который хотел поглотить его сознание, и смог хорошо разглядеть лицо одного из павших магов дроу. Пустые глаза, из открытого рта течёт слюна, обвисшее тело. Безвольное мясо, никаких сомнений.

Глараг позади снова взметнулся, и ментальную тягу будто ножом отрезало. Затем великий червь развернулся. Взмах его хвоста обрушил ещё несколько комнат и освободил достаточно места, чтобы чудовище могло развернуться и покинуть крепость.

Оно скользнуло обратно в пещеру уже не так быстро, как атаковало цитадель, и замерло. Казалось, оно обнюхивает доступные пути, прежде чем выбрать один из них — снова направившись к источнику дуновения. Червь отправился дальше в Подземье. Энергичное подёргивание его хвоста, когда он покидал пещеру, казалось почти... удовлетворённым.

Эльминстер наблюдал за его уходом. Он уже решил остаться в цитадели. Среди стольких безмозглых тел дроу он мог выбрать подходящее тело для себя. Тёмные эльфы были сама гибкость, и... Мистра!

Что это, именем Девяти Пылающих Адов, такое?

Он много лет не испытывал этого неожиданного зуда, и даже не надеялся почувствовать его снова. Холодная прохлада, почти чувственный прилив внутри, который заставил его непроизвольно замурлыкать вслух, мягкое рычание, что разбросало короткие серебряные вспышки у него прямо под носом.

Серебряный огонь.

Божественный огонь Мистры тёк в него из какого-то источника поблизости, где-то в разрушенной цитадели!

Взволнованный, Эльминстер забыл о глараге и обратил своё внимание на окружающие руины. Великая цитадель была расколота, её центр разрушен. Позади зиял заполненный обломками провал. Каменный выступ превратился в две расколотые, отдельные стены из камня, между которыми были лишь обломки и несколько шатких стен и колонн, которые долго не простоят и вскоре присоединятся к грудам камня.

Он чувствовал себя взбодрившимся, как никогда сильным. С этим новым огнём внутри иначе и быть не могло — но он должен был узнать, кто умирал поблизости, какой Избранный Мистры покидал этот мир и отдавал свой божественный огонь, сочившийся в окружавшие Королевства. Он должен был узнать!

И кто осмелился убить Избранного Мистры?

Сияя серебрянымнём, обезумев от возбуждения, которое всегда рождала в нём такая энергия, и жаждая большего, быстрый поток мерцающей пыли, который был Эльминстером, скользнул в руины.

Кто или что ожидавшее там могло убить хранителей божественного огня, принадлежавшего владычице всей магии?




#96064 Эльминстер в ярости: первая глава

Написано Redrick 18 Июль 2017 - 15:01

ГЛАВА ПЕРВАЯ

МОЯ МРАЧНАЯ СУДЬБА

 

Он падал вечно.

Дрейфуя. Просачиваясь. Вниз, вниз, сочась сквозь холодную каменную тьму в смутном, полубессознательном состоянии, пока его прах отдельными тропинками прокладывал себе путь вниз сквозь землю, скалы, каменную пыль, в... открытую пустоту среди холодных камней. Это была пещера Подземья, часть сети — Эльминстер понял это по лёгкому, но непрекращающемуся потоку сырого, насыщенного запахами минералов воздуха, проникающего откуда-то издалека.

Снова собравшись воедино — ну, насколько может быть «единым» клубящееся облако пыли — он повернулся к источнику этого ветерка. Он снова оказался в Подземье, и странным образом в этот раз ему грозила куда меньшая опасность, чем во время предыдущих визитов. Путешествие по Подземью в одиночку — отчаянное и чаще всего обречённое предприятие, но сейчас он находился здесь без тела, не представляя собой привлекательную жертву. Так он надеялся.

Он дрейфовал в поисках тела — и многочисленные незримые охотники в глубинном мраке вокруг без сомнения занимались тем же самым. «В бесконечном танце смерти во тьме», пропел про себя Эльминстер, вспоминая одну из своих любимых баллад Шторм. Ах, как долго он и она занимались этим...

Служили Мистре. Нашей Госпоже Тайн, богине магии. Пропавшей во время Волшебной Чумы, но возвратившейся. Ьочнее, «возратившейся» в некоторой степени. Ослабевшей, бесспорно. И всё же она, как и прежде, оставалась его возлюбленным тираном, а её заповеди до сих пор были картой, по которой Эльминстер прокладывал свой жизненный курс.

Каким бы сложным или бессмысленным этот курс временами не казался, без Неё его жизнь окончилась бы очень, очень давно — хотя это могла оказаться куда более простая и более счастливая жизнь. И всё же... без неё весь прошлый век он чувствовал себя потерянным. Подчинение Мистре стало не просто привычкой, это было целью его существования.

Мистра приказала Эльминстеру завербовать кормирских боевых магов к ней на службу, так он собирался это сделать. Она сказала ему работать в союзе с Мэншуном, и он попытался. Хотя основатель Зентарима по-прежнему страстно желал уничтожить Мудреца Долины Теней, Эл не мог — и не хотел — пытаться его убить. Неважно, насколько старый дурак заслуживал быть испепелённым... или разорванным на части, чтобы умирать от долгой агонии. Неважно, как сильно Эльминстер хотел сломать его, унизить его, а затем уничтожить его навсегда.

Он обнаружил, что в памяти возникли воспоминания о напуганном, яростном и искажённом от боли лице Мэншуна в тех случаях, когда Эл унижал или убивал его... и эти образы потекли в его разум долгим и разнообразным потоком, и его вспышка злости сменилась чувством удовлетворения. Прежде он разбирался с основателем Зентарима должным образом, и скорее всего, когда наступит время, сделает это снова.

Но сейчас его приказы требовали иного. Они с Мэншуном должны были собрать предметы синего пламени, а кроме того, Мистра хотела, чтобы Эльминстер обучил свою правнучку Амарун Белую Волну как преемницу и, со временем, Избранную богини.

В памяти возникло её юное, упрямое лицо. Уверенное, безрассудное, красивое. Эл попытался вздохнуть, и его прах взметнулся от усилия. Его наследница; он слишком хорошо знал, какую жизнь это означает для Амарун. Эл очень хотел защитить Рун, спрятать её и охранять изо всех сил, чтобы уберечь даже от самой малой доли того, что довелось пережить ему... но это была бы ошибка, и скорее всего — смертельная. Избранная, которую так опекают, будет слабой и хрупкой. Рун должна быть способна справится с тем, что бросят на неё такие, как Мэншун.

Впрочем, прямо сейчас Эльминстер всё равно не мог должным образом её защитить. Он снова лишился тела. Безумный, слабый тупица, каким стал сейчас Мэншун, с лёгкостью одолел его. Эльминстер почти утратил способности Избранного Мистры, его собственное Искусство осталось бледной тенью того, каким было прежде... а Волшебная Чума разрушила и исказила любую магию. Многие заклятья стали почти бесполезными, сложными на короткой дистанции и невозможными издалека — и к тому же опасными для разума заклинателя. Каждое заклинание, которое позволяло заглянуть в чужой разум или взять его под контроль, телепортироваться или находить вещи, стало ненадёжным и опасным, и большая их часть оставалась недосягаемой для Эльминстера до тех пор, пока у него не было тела, чтобы выучить, произносить и запоминать магию, которая перестала быть знакомой.

Да, разрушение Плетения — Мистры, которая и была Плетением — принесло в Искусство огромные перемены. Точно так же изменились и сами Королевства — целые земли исчезли, а на их месте возникли другие. Но изменилось не всё. Подземье, к примеру. Обычные опасности здесь по-прежнему оставались... обычными.

Эльминстер дрейфовал, держась поближе к каменистому полу, чтобы его не разметало по сторонам, если поток воздуха вдруг усиливается. Тут и там мерцало пугающее сияние — едва заметные аметистовые тона каменных излучений и более яркая, разноцветная люминисценция дюжин грибов — некоторые были съедобными, другие ходячими и полуразумными, и все они были опасны. Тот стоячий корень был смертельно ядовит при употреблении внутрь, а этот поближе — вызывал смерть от одного прикосновения, а вон те шершавые бело-зелёные и коричневатые поросли высасывали телесное тепло у любого живого существа, подошешего слишком близко... да, отсутствие тела обладало своими преимуществами. Спасибо извращённому юмору богов за такие мелкие поблажки.

Эльминстер струился дальше, вытянув своё облако пыли в длинную извилистую линию, надеясь, что если его заметят — а человек, который искал себе тело, рисковал быть замеченным — то примут за ниточку паутины. Здесь внизу наверняка хватало бдительных патрулей дроу.

Ага! Как говорится, вспомни о враге — и он тут же объявится. Из бокового тоннеля на полной скорости показались стройные чёрные тела в тяжёлых доспехах, около дюжины или больше. Боевой отряд дроу, готовый к битве, но марширующий с поспешностью, а не с осторожностью; воины заслоняли собой паучих жриц. На стройных спинах последовательниц Лолс сидели почтовые пауки, а рядом с отрядом и по каменным сводам над их головами ползли многочисленные дрессированные клинковые пауки... восемь, нет, десять... двенадцать, а среди них — другие породы пауков, подобно жадной стае боевых псов. Это определённо был боевой отряд,.

Эл не надеялся узнать, откуда они пришли, но то, что вынуждало их так спешить, могло оказаться... интересным. Битва означала тела, и дроу или враг дроу ослабленный или оглушённый может стать прекрасным новым телом для превратившегося в пыль старого архимага. Он не стал тратить время на раздумья и поспешил за дроу, которые торопились вниз по тоннелю, навстречу воздушному потоку, следуя очевидно знакомым им маршрутом.

Он сначала почувствовал их цель, и только потом увидел. Те, кто долгое время работал с Плетением, привыкали чувствовать приливы и отливы естественных сил, и даже сейчас, лишившись своей силы, Эл ощущал странную, неуютную пульсацию, повторяющееся эхо, треск разрывов...

Разрывов, да, это слово подходило лучше всего. Волна за волной... слабости, моментальной сосущей пустоты, за которой следовал импульс энергии, затем опять слабость, снова и снова накатывающая на него, как волны на песчаный пляж. Разрывы становились сильнее по мере продвижения отряда дроу, который направлялся к источнику беспокойства. Это было нечто виднеющееся вдали, пульсирующее в унисон с теми разрывами, что он ощущал. С каждой волной на камни падали блики фиолетово-белого сияния, затем угасали, когда накатывался новый поток энергии, затем снова вспыхивали, опять и опять.

Эльминстер уже видел такие цвета. Эти конретные оттенки обозначали разлом. Дроу спешили к планарному разлому, к трещине, где его собственный мир и другой соединялись неконтролируемой брешью, которая, очевидно, росла или изменялась... и вряд ли это было к лучшему. Отсюда и чувство слабости; сама ткань Фаэруна натягивалась или исчезала поблизости, где-то впереди.

Дроу не замедляли шаг, вынудив Эла прибавить скорость, чтобы не отставать. Из боковых проходов возникли другие отряды дроу и устремлялись к просвету впереди, в направлении разлома. Проход поднимался, изгибался, затем делал резкий поворот вокруг огромного скалистого выступа и приводил в большую пещеру, где сходились несколько путей — и бушевало фиолетово-белое море.

Разлом похож был на глаз лежащего на боку великана, открываясь вертикально и выпуская свой фиолетово-белый свет в пещеру. Его пульсация отдавалась глубоким, громоподобным и безжалостным стуком сердца.

А из ослепительного сердца разлома в пещеру вытекал кошмарный зверинец, врезаясь в малочисленные, неровные ряды дроу, которые пытались остановить его. Сверкало оружие. На эту битву и спешили боевые отряды.

Твари из разлома бросались на защитников-дроу, врезаясь в тёмных эльфов, а иногда — становясь на дыбы и нависая над ними. Это были огромные, облачённые в панцирь чудовища с большими жвалами и длинными, зазубренными колющими антеннами — или тем, что походило на антенны. Такие монстры были самыми крупными, но их было меньше, чем похожих на тигров кошек, которые хватали дроу клацающими челюстями, что метались и клацали на концах длинных, похожих на угрей щупалец, вырастающих из их могучих львиных плеч. Были здесь и более странные существа из разлома, включая похожих на живые колонны блестящих чудищ, которые колыхались в бою, разбрасывая длинные иглы со смертоносной точностью, копья, что пронзали тёмных эльфов и швыряли их на стены пещеры.

Перед разломом бушевала великая кровавая битва — бесконечный поток монстров перебирался через всё увеличивающуюся кучу тел, в которой павшие дроу смешались со всеми видами мёртвых или умирающих существ разлома. У дальних стен пещеры Эл увидел огромные клетки, сотрясавшиеся под натиском бешеных попыток запертых там монстров вырваться на свободу.

Значит, этот разлом был здесь достаточно долго, чтобы местные дроу поставили возле него постоянную стражу и начали захватывать или убивать появляющихся из него существ. Да, существа в той клетке, вероятно, должны были стать верховыми животными, существа в вон той, подальше — вьючными животными, а пёстрая коллекция копошащихся мелких существ, заполнявших вон тот ряд клеток, вероятно, предназначалась в пищу. И если Эл хоть что-нибудь понимал в дроу, они искали чудовищ, которых смогли бы использовать как оружие против своих врагов в Подземье.

Да, скорее всего, твари вон в тех клетках, почти утопающих в сражающихся дроу и новоприбывших монстрах. Существо, которое походило на огромную миногу с бритвами вместо зубов, величиной с самую старую пилораму в Долине Теней, едва показалось над головами, чтобы превратить сражавшихся дроу в дождь из окровавленных частей тел тёмных эльфов... и Эл заметил позади него разбитые, открытые клетки.

Пустые клетки. Чудовища вырвались наружу в разгар битвы и обрушили на своих захватчиков свирепую месть.

Впрочем, ни один тёмный эльф не казался пристыженным или напуганным. Боевой отряд, за которым следовал Эл, немедленно бросился в битву, пауки побежали по тушам чудовищ из разлома, чтобы добраться до мест, которые можно укусить, воины выхватили клинки и нырнули в бойню, а жрицы остановились совсем рядом со схваткой, чтобы сотворить вихрь из заклятий.

Безрассудный бой всегда остаётся популярной забавой, ехидно напомнил себе Эльминстер — а затем замер в ошеломлённом удивлении. Внизу под ним жрицы задыхались и кричали проклятия, потрясённые тем же зрелищем.

Яркий фиолетово-белый свет на мгновение потемнел, когда его заслонило нечто гигантское, проходя сквозь разлом, давя мелких чудовищ на своём пути, корчась и выгибаясь, как гигантская гусеница. Оно скользнуло в пещеру, широкое, блестящее, кроваво-красное, его широкая пасть прокладывала себе путь, не разбирая, где тёмные эльфы, а где чудовища.

Затем оно встало на дыбы, нависнув над полем боя. Это действительно был червь, подобного которому Эльминстер раньше видел один раз — но тот червь был пленником в Авернусе. Жестокое зачарование заставляло его постоянно отращивать свою тушу заново по мере того, как её заживо пожирали толпы постоянно сменяющихся младших дьяволов. Этот же пленником не был, и он был голоден и зол. Его большая, похожая на шлем голова была почти черна от ярости.

В Адах этих существ звали гларагами. Но этот был куда крупнее пленника, которого видел Эл. Этот глараг был длинной с сюзейльскую улицу и толщиной с трёхэтажный дом. Он разбил сталактиты, встав на дыбы, но не смог вытянуться во всю длину благодаря низкому своду пещеры. В своё время Эльминстер повидал сотни червей-переростков, от печально известных лиловых червей до камнежуев, что проедали бесконечные норы в твёрдом камне в самых глубоких местах земли, но этот превзошёл их всех.

Восемь рук-щупалец росли вдоль туши чудовищного червя, каждое оканчивалось сосущей пастью и выдвигающимся костяным когтем, который торчал, как копьё, когда тварь того хотела, но в остальное время исчезал — а это означало гларага и только гларага.

Могучий червь на долгое, шатающееся мгновение задрожал, когда в него вместе с дождём копий и дротиков одно за другим ударили заклятья жриц дроу — затем рухнул вниз, в гущу самого большого скопления тёмных эльфов, раздавив многих в кровавую пасту. Чудовище ринулось вперёд, извиваясь, как будто пытаясь наносить удары сразу во все стороны. Хлестнул по огромной дуге его хвост, отправив противников на калечащую встречу со стенами пещеры, а затем червь скользнул вперёд, как нетерпеливая змея, чтобы спокойно попировать среди вопящих, напрасно убегающих жриц.

Двое или трое крупных чудовищ зарычали или встали на дыбы, отказываясь уступить ему — и глараг с готовностью разорвал их на части, смахнув останки своим хвостом. Он направлялся туда, откуда в пещеру шёл поток воздуха, заметил Эл.

Что за бойня! Не то, чтобы смерти дроу сильно печалили его даже в лучшие из времён, но как только глараг достигнет поверхности, его жертвами скорее всего станут люди. И это не единственная угроза. Многочисленные чудовища, текущие сквозь разлом бесконечным потоком...

Сохрани нас всех Мистра. Эта мольба, которую он повторил по привычке, сейчас не обладала особой силой. Но кому же ещё молиться о закрытии разлома?

Эл вгляделся в фиолетово-синюю прореху, зиявшую ещё шире, чем раньше. Глубокий барабанный бой её пульсации стал почти оглушительным, когда шум битвы превратился в разрозненные стоны и крики умирающих. Даже будь у него тело и любые книги с заклинаниями, он, возможно, и не сумел бы запечатать этот разлом и зашить вокруг него ткань Королевств. Во всяком случае, без Плетения, с которым мог бы работать, или без подходящих артефактов — предметов синего пламени или других.

А возможно, даже с ними.

Объятый страхом, Эл в последний раз посмотрел на волну меньших монстров, текущую сквозь разлом. Река чудовищ снова ускорила свой бег, изливаясь в пещеру, чтобы захлестнуть немногих разбегающихся дроу, которых не убил глараг. Затем Эльминстер развернулся, чтобы полететь следом за великим червём, опасаясь за будущее Фаэруна вокруг больше, чем когда-либо за последние годы. Почти сто лет он вынужден был смиряться с собственным медленным и печальным упадком и бессилием, но это... сотня таких разломов, тысяча...

Мистра сохрани. Девять Адов, любой бог нас сохрани!

Но единственное, что он мог сделать прямо сейчас — это смотреть, как скользит вперёд глараг, рыская из стороны в сторону, пожирая всё, что пожелает, разбивая всё, что возникало у него на пути. Со стороны чудовища раздавался зловещий присвист — глараг вынюхивал следы дроу, уходящие в боковые тоннели.

По червю пробежала резкая дрожь и он прекратил принюхиваться, скользнув вместо этого к источнику слабого ветерка, извиваясь, как плывущая змея, набирая скорость. Он уходил дальше в Подземье, всё быстрей и быстрей.

Мрачная полоса пыли преследовала его. Мистра хотела, чтобы Эл прекратил именно такие вещи, и прямо сейчас он ни храста не мог поделать ни с червём, ни с разломом. Он потерял силу, как большинство волшебников в Королевствах; его репутация сейчас намного превосходила его возможности. И когда он встретит врага, который это поймёт...

 

***

-Рорскрин Мрелдрейк, как по-твоему, какая судьба тебя ждёт, если этим вечером ты войдёшь в королевский дворец Сюзейла?

Мрелдрейк видел только пару холодных глаз, глядящих в его собственные из тёмной тени капюшона собеседника. Глаз, что... мерцали. Их взгляд не был ни дружелюбным, ни успокаивающим. Ни на грамм.

Он сглотнул и попытался казаться спокойным, даже весёлым.

-Заточение и долгий магический допрос. Меня посчитают предателем Драконьего Трона.

Трое скрытых капюшонами голов кивнули, но заговорил опять тот, что посередине.

-Хорошо, что ты это понимаешь, - раздался сухой ответ. - Этим ты заслужил наше одобрение.

Мрелдрейк ждал, пытаясь не выдавать свой страх.

-Одобрение твоего предложения, - добавила фигура слева. Они сидели напротив него, их лица скрывали глубокие капюшоны. - Мы накормим и приютим тебя, предоставим те из запрошенных тобой компонентов для магических исследований, которые посчитаем целессобразным — в обмен на твоё полное подчинение, твоё согласие оставаться за этими стенами, и временами твою готовность принимать наши указания вне зависимости от природы твоих изысканий.

-Если ты нарушишь этот уговор, - мягко произнёс последний из троицы, - ценой станет твоя жизнь.

Эти условия достаточно простые и ясные, чтобы даже боевой маг Кормира их понял, - -холодно сказал центральный маг в капюшоне.

-Бывший боевой маг, - осмелился поправить его Мрелдрейк. В ответ он получил молчаливое пожатие плечами, после чего три фигуры резко поднялись с вихрем взметнувшихся тёмных мантий и направились к дверям.

В воздухе над свободным креслом посередине что-то мерцало. Это было вырванное из глазницы человеческое глазное яблоко, окутанное слабым и гаснущим синим сиянием.

Оно холодно смотрело на Мрелдрейка. Тот хмуро посмотрел на него в ответ, не став сдерживать вздох.

В другом конце комнаты хлопнула тяжёлая железная дверь. Он услышал скрежет ключа в замке, но этот звук заглушил резкий лязг тяжёлых металлических засовов, встающих на место. Один засов, два, три.

Он был заперт. Его заперли волшебники, достигшие куда больших высот в Искусстве, чем он когда-либо мог надеяться. Один из них — с холодным голосом, высокий, что стоял посередине — обладал глазами, которые мерцали куда сильнее человеческих. Благодаря их бледному сиянию Мрелдрек смог разглядеть тёмное, смуглокожее, сухое лицо, с чёрными зубами и языком, в котором узнал лицо шейда. Он стал пленником Нетерила — или нетерезов-отступников.

Хотя какой из вариантов хуже, он сказать не мог.




#96056 Сбор средств на перевод книги Эда Гринвуда "Эльминстер в ярости"

Написано Redrick 16 Июль 2017 - 13:02

Ну, поехали. Добиваем трилогию.

3-4 месяца на перевод.

 

Собрано:

11104 из 17500 руб.

 

Webmoney-кошельки

U286180468755
R347265396022
Z351164298955

 

Qiwi-кошелёк

+380671133259

 

 

elm_enraged_new.jpg

 

Спонсоры

nikola26, Mormegil Turambar, g0ddest, Серёга Воронцов, Tien




#96049 Сбор средств на перевод книги Эда Гринвуда "Закопайте Эльминстера поглубж...

Написано Redrick 15 Июль 2017 - 18:59

Книга переведена, и я даже, кажется, не сошёл с ума.) Спасибо спонсорам, спасибо за указания на опечатки, спасибо Rogi за обложку.

Пожалуйста, если кто-то будет делать другие форматы - используйте именно этот файл, не надо собирать текст по выложенным главам.

 

Прикрепленные файлы




#96020 Закопайте Эльминстера поглубже: двадцать девятая глава

Написано Redrick 03 Июль 2017 - 15:13

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

ИНАЯ НОЧЬ

 

В клубе Драконьих Всадников ночь выдалась долгой, и Амарун так устала, что её танцы вскоре превратились бы в храпящие падения на колени клиентов, попытайся она продолжать.

После того, как она вернулась к выступлениям, каждая ночь казалась длинной.

Дело было не в работе: дело было в напряжении.

Все осторожно следили друг за другом; каждый оглядывался через плечо; у каждого был запасной нож или мешочек с песком или перцем... за десять дней после Совета Сюзейл надел маску спокойствия, которой никто не доверял.

Все выжидали, чтобы увидеть, как и когда вспыхнет драка.

Никто не сомневался, что это произойдёт. Большинство дворян, которые явились на Совет, по-прежнему были в городе, строя заговоры и интриги за закрытыми дверями, но на улицах и в лавках соблюдая демонстративную вежливость.

Добрые купцы Сюзейла — и не особенно добрые тоже — стремительно зашибали монеты, обеспечивая лордов, их прислугу и телохранителей пищей и выпивкой, но задумываясь, как скоро закончится этот водопад щедрости. И насколько жестоко.

Прямо сейчас Рун чересчур, до самых костей, устала, чтобы продолжать об этом думать. Впрочем, она и так уже размышляла об этом слишком много.

Сильнее всего, как обычно, болели ступни.

Она задумчиво помассировала их, свернулась клубочком в кресле, затем встала с него, чтобы найти одежду. Удивительно, как её собственная жизнь вернулась к привычной рутине. К тому, как жила девушка, прежде чем некий лорд Делькал обзавёлся к ней очень личным интересом.

Не говоря уже о сумасшедшем старике по имени Эльминстер и зловещей воровке по имени Талан.

Вздрогнув при воспоминании о последнем имени и задумавшись, не пора ли ей в конце концов отправляться домой, Амарун провела пальцами по волосам, чтобы расправить их, с зевком попрощалась с зеркалом, задула маленькую лампу и в полной темноте уверенно прошла к двери.

Казалось, с тех пор, как она была Тихой Тенью, угрозой ночи, миновала целая жизнь. На какое-то время за последние несколько дней — неужели их и в самом деле было так мало? — она превратилась в украшение для щегольского юного лорда. Сильная девушка, но всего лишь девушка, бедная и с никому не известной фамилией...

Стражник, которого Тресс наняла, чтобы следить за чёрным ходом и улицей снаружи, чтобы никто не притаился там, поджидая её танцовщиц, улыбнулся и кивнул Рун.

Это означало «там безопасно, насколько оно вообще обычно бывает». Подавив новый зевок, Рун улыбнулась в ответ, взмахнула рукой на прощание и выскользнула за дверь.

Улица не пустовала. Сверкающий белый экипаж стоял там, где девушка наверняка врезалась бы в него, если бы вышла, опустив голову. Лошади довольно перебирали копытами, сунув морды в мешки с овсом. Из ближайшего окошка ухмылялось ей знакомое лицо.

-Лорд Арклет Делькасл, - поприветствовала она его с усталой усмешкой. - Надеюсь, вы ничего от меня не ожидаете. Например, что я буду бодрствовать.

Арклет распахнул дверь и выскочил наружу, чтобы с изящным поклоном ей помочь.

-Ничего подобного, уверяю. Я получу всё требующееся мне сейчас наслаждение, взяв силой твоё храпящее тело — а серьёзно, Рун, почему бы не провести ночь под моей крышей в особняке Делькаслов? В одиночестве, в гостевой спальне, со слугами, которые знают, что тебе нужно поспать, и роскошной трапезой, ожидающей тебя, когда ты наконец встанешь? Мать не будет возражать, учитывая, что она сама это предложила. Что скажешь?

-Скажу «да, пожалуйста, и очень большое тебе спасибо, галантный лорд, и разбуди меня, когда мы приедем», - счастливо ответила Амарун, устраиваясь на мягком сидении экипажа.

Через мгновение они катились по улицам, она прижималась к Арклету и болтала без остановки. «Изливала все свои секреты», как сказала бы Тресс.

-По правде говоря, я чувствую себя так, будто угодила в лабиринт, - щебетала она. - Вернулась к прежней жизни, как будто всё это, созерцатель и проведённое в цепях во дворце время — и всё остальное — как будто всё это было не по-настоящему. Но когда я оказываюсь в одиночестве, это снова захлёстывает меня, всё плохое, я имею в виду. Я по-прежнему боюсь, что Талан появится, когда я меньше всего буду готова, и по-настоящему боюсь, что в моих апартаментах меня будет ждать смертельная ловушка — или жестокий убийца с толстой шеей. Но когда я оказываюсь на залитых солнцам улицах, всё становится иначе — Эл и Шторм просто ушли, а вместе с ними — все волнительные и важные дела, которыми мы занимались!

Арклет кивал, поэтому она продолжила.

-Я... я боюсь, что теперь никогда больше не осмелюсь приблизиться ко дворцу, в одиночку и самостоятельно... и все ещё чувствую, что не принадлежу к вашему величественному и дорогому миру дворян — и мне кажется, что никогда не буду.

Арклет улыбнулся.

-Дворяне не так уж отличаются от простолюдинов, - тихо сказал он ей. - Мы просто более испорчены, более помпезны, лучше питаемся — и у нас больше монет, которые можно потратить, и лучшая одежда, в которой их можно потратить, вот и всё.

-Вот и всё, - зачарованно повторила она.

Да, эти слова были правдой, потому что они с матерью Арклета постепенно становились подругами, и мало кто мог сравниться с Марантиной Делькасл по части холодного высокомерия, когда она изображала благородного до мозга костей матриарха.

Странное спокойствие, которое воцарилось в Сюзейле, наступило после того, как в стычках и поединках было ранено немало дворян. Некоторые высокорожденные покинули город ради относительной безопасности их разнообразных загородных имений.

Но интриги всё-таки не прекращались, лорды продолжали как можно быстрее нанимать бойцов — некоторые в куда больших количествах, чем любой беспристрастный наблюдатель мог посчитать необходимым для охраны, или, если уж на то пошло, в больших количествах, чем позволяли законы королевства — но всё это происходило не на виду, за закрытыми дверями или высокими стенами особняков и имений.

Боевые маги снова взяли ситуацию под контроль, возглавляя очень заметные патрули драконов, призванные поддерживать порядок в городе, удалять нежелательные элементы, и поддерживать сторожевой гарнизон на случай неминуемого вторжения, о котором ходили слухи. Все независимые маги в Сюзейле находились под тщательным присмотром, и казалось, что большинство простолюдинов — после первоначального стремления заполучить средства транспортировки для быстрого бегства и монеты, чтобы тратить в изгнании — затаили дыхание и просто ждали, что произойдёт следующим.

-И скорее всего, - мрачно заметил Арклет, когда их экипаж свернул за угол, - это будут неприятности со стороны Сембии, или что-то особенно жестокое, глупое и своевольное от одного из старших домов. Моя мать горячо с этим спорит, но это правда. Это поймёт любой, кто потрудится задуматься на подобную тему.

Он вздохнул.

-Мне интересно, кто станет следующим камнеголовым идиотом, который поставит под угрозу всё королевство?

-Арклет Делькасл! - выкрикнул кто-то, как будто в ответ — и к притормозившей повозке из темноты бросились люди.

Арклет схватился за меч, и Рун, чьё сердце неожиданно затрепетало, занесла за ухо один из своих ножей, готовясь его метнуть.

Но человек, который шагнул к карете, чтобы постучать в закрытое окно, лучезарно улыбался и был знаком Арклету.

-Здравствуйте, лорд! - были его первые слова, когда Арклет открыл окно. - Я — мы — служим лорду Элберту Олдбрайдлу, который поручил нам пригласить вас на званый ужин завтра, в доме лорда Арканона Наландера.

-Это открытое приглашение, Кларн? - мягко спросил Арклет.

-Нет, - прозвучал ответ.

-Не трудитесь приводить вашу любовницу, - холодно добавил Кларн, бросив взгляд на Амарун.

Арклет кивнул, наёмник Олдбрайдла спрыгнул с подножки, и карета снова пришла в движение.

-А это что ещё было? - спросила Амарун.

-Приглашение присоединиться к заговору лорда Наландера с целью посадить кого-то — скорее всего, его самого, его сына Аркельда или, возможно, того, кого выбрали его сембийские союзники — на Драконий Трон после того, как молодые глупцы вроде меня рискнут шеями, уничтожая дом Обарскиров, - мрачно ответил Арклет. - Идея сбежать в лес со Шторм и Эльминстером и задержаться там начинает казаться мне всё привлекательнее и привлекательнее.

-Что случится, если ты не придёшь? - тихо спросила Амарун.

-Они решат, что я враг, и поведут себя соответствующе, - спокойно ответил Арклет. - Видишь? В конце концов, не так уж мы и отличаемся от простолюдинов.

Амарун покачала головой и прошептала:

-Ты понятия не имеешь, каковы простолюдины на самом деле, не так ли?

Арклет нахмурился.

-Госпожа, - резко сказал он, - я изо всех сил пытался идти по жизни с открытыми глазами, видеть сквозь маски, которые надевают люди, встречаясь с окружающим миром, и подмечая подробности множества жизней, профессий и обычаев, чтобы...

-О, я не говорю, что вы видели только жизнь и дела дворян, милорд, - честно сказала ему Амарун. - И это одна из причин, по которой... по которой я люблю тебя. Я... я...

Она обхватила его руками, потянула его в к себе в объятия и прошептала:

-Что ты собираешься делать? Если не эта партия заговорщиков, то какая?

-Никакая, - отрезал Арклет. - У нас есть собственная партия — ты, я, госпожа Шторм, Мирт, твой пра-прадед. Плюс, наверное, призрак принцессы Алусейр, когда мы отправимся во дворец.

-Так мы повернём повозку и направимся в гостиницу, где расположился лорд Хелдерстоун?

-Утром, - сказал ей Арклет, на лице которого проступила улыбка. - Этой ночью, госпожа Рун, ты принадлежишь мне.

 

***

-Уже несколько дней нет никаких признаков юного лорда Грозозмея или его пылающих убийц, - произнёс Эльминстер. - Интересно, кто до него добрался?

-Думаешь, он мёртв? - вместо ответа спросила Шторм.

Этим утром они со Шторм шагали по просторной, залитой светом ламп улице с благородными особняками, не демонстрируя Сюзейлу своё настоящее обличье.

Эксцентричная старая леди Дарлетра Грейтгонт была известна как коллекционер диковинок, любительница пеших прогулок и охотница. Также она всегда требовала защиты боевых магов, когда находилась в «безбожном, опасном, почти-таком-же-скверном-как-Западные-Врата» Сюзейле. В виде одинокого мага в качестве её постоянного эскорта. Симпатичного молодого мужчины, разумеется.

Боевой маг Релдик Эпплкраун был далеко не самым красивым из боевых магов во дворце и уж точно не самым могущественным. Но он, в отличии от своих коллег, с готовностью согласился выполнить это задание.

Разумеется, леди Грейтгонт не ожидала, что эскорт посетит её спальню — на самом деле, она стала бы громко возмущаться и оскорбилась бы до глубины души при малейшем намёке на подобное «отвратительно прямолинейное» поведение. Просто она любила гулять пешком. И гулять, и гулять, и гулять. Неважно, какими зловонными, многолюдными, пыльными или сырыми были улицы Сюзейла — когда она отправлялась в путь, она хотела пройти их все. Ровным шагом, который не оставлял места для промедления или покупок, но никогда не приближался к такому, какой можно было бы назвать «оживлённым».

Волшебники редко любили ходьбу ради ходьбы, и очень часто замечали, что от твёрдых, очень твёрдых камней сюзейльских мостовых у них начинают болеть ноги. Начинают болеть очень быстро и сильно.

Поэтому не было никакого соперничества за право сопровождать госпожу Грейтгонт, и Эпплкраун провёл на ногах долгий, болезненный день — предыдущие восемь или девять дней были такими же— тщательно исследуя Сюзейл на предмет булыжника в мостовой, на который ещё не ступали элегантные босоножки леди Грейтгонт.

Что же касается Шторм, то она износила три пары обуви, откровенно устала от необходимости вежливо кивать каждому патрулю стражи — большинству из них так часто, что она уже знала каждого дракона и мага Короны по их неформальным, сокращённым версиям имён — и заскучала достаточно, чтобы разодрать своё богатое платье, схватить за руку ближайшего купца и броситься танцевать с ним вдоль любой улицы, на которой они находились.

Леди Грейтгонт, разумеется, подобных забав одобрить не могла.

Впрочем, вряд ли ей в ближайшее время доведётся узнать, что некто похитил большую часть её гардероба и с помощью магии надел её обличье, учитывая, что настоящая госпожа Грейтгонт сейчас лежала в постели в апартаментах Мирта, очень больная после того, как некий неизвестный соперник — или один из нескольких куда более молодых наследников Грейтгонтов, страдающий от приступа нетерпения — попытался отравить её и почти преуспел.

Да, её двойник шагал даже более энергично, чем настоящая леди Грейтгонт, но она и Эл недавно провели большую часть последней десятидневки, утомительно прочёсывая Сюзейл в поисках предметов синего пламени, расхаживая по улицам и скрытно испуская мелкие импульсы магического огня, который должен был послать эхо, когда подобный предмет окажется поблизости.

Если они правильно составили заклинание, во всяком случае. Хотя после долгих веков игры с Плетением не так уж много людей в Королевствах могли бы лучше справиться с поиском необычной магии.

-Мёртв или сбежал, - ответил сейчас Эл, спотыкаясь от усталости. - Я почти выдохся, подруга. Давай возвращаться домой. На этих улицах нет ни следа ничего достаточно сильного, чтобы быть нашей целью.

Он взглянул ей в глаза. Леди Грейтгонт казалась такой же толстокожей и упрямой, как всегда, но глаза рассказали ему, что чувствует под этой личиной Шторм. В конце концов, это она служила якорем всем заклинаниям Эльминстера, постоянно возвращая его к здравому рассудку; она должна была устать намного сильнее.

-Как ты, подруга?

-Готова возвращаться домой, - вздохнула она, на мгновение позволив проявиться своей усталости. - Разотрёшь мне ступни, когда мы вернёмся к Мирту? Надеюсь, в этот раз обойдётся без его пьяного рёва. Его пьяный храп и так достаточно ужасен.

-Ха. Ты предпочитаешь обнаружить, что вместе с ним храпит семь-восемь юбок?

Шторм закатила глаза.

-Нет. Когда я вижу их прелести — даже если они потасканные и храпящие — я чувствую себя старой. Я рада, что Мирт вынослив, как молодой жеребец. Я просто хочу, чтобы он не испытывал необходимость доказывать этот каждый второй день! В одну из таких ночей он пригласит не ту девушку, и она перережет ему глотку и заберёт всё, что не прибито гвоздями.

-То есть вообще всё, - согласился Эльминстер. - Что ж, возможно сегодня всё будет иначе.

Так и случилось.

 

***

Счастливый Мирт находился в объятьях девушки свободных нравов, когда что-то, казавшееся похожим на холодный твёрдый камень не меньше его самого весом ударило его по затылку и отправило во тьму.

Девка под ним ещё набирала воздух для крика, когда ей на голову набросили плащ. Затем она получила такой же удар по голове.

 

***

Комнаты лорда Хелдерстоуна неожиданно наполнились мужчинами в кожаных одеждах и с оружием в руках, среди которых было два хмурящихся и осторожно озирающихся мага.

Один из них неожиданно встрепенулся и рявкнул:

-Кто-то — нет, сразу двое — поднимаются по ступеням!

-Я позабочусь об этом, Морл, - сказал второй маг. - Не прерывай свою магическую слежку. Я хочу убедиться, что мы захватим не только тех двоих в поле зрения, но и всех остальных.

Взрывное заклятье, которое он швырнул на лестницу, было куда мощнее необходимого, но ему требовалось отработать свои деньги, а выжившие свидетели являлись таким проклятием, которое способно преследовать тебя до самого конца жизни в этом городе.

-Ты попал в них, Скармар, - удовлетворённо объявил Морлигул Даундаггер. - Мужчину швырнуло вниз со ступеням и выбросило назад из здания. Женщина застряла в перилах, но не шевелится. Больше пока никого не вижу.

-Продолжай следить, - сказал Скармар. Вытащив свой парализующий жезл, он взмахом приказал шестерым-семерым наёмникам следовать за ним.

С вершины лестницы он использовал жезл на распростёртой женщине, затем сказал наёмникам:

-Спускайтесь и отыщите мужчину, которого я взорвал! Я хочу, чтобы он оказался здесь немедленно!

С диким грохотом сапог они промчались мимо. Скармар Хелдет с оставшимися громилами отправился за ними следом, зная, что Даундаггер из Хаймуна охраняет их тыл; в Аткатле, откуда он был родом, людей, которые сломя голову бросались в неизвестность, обычно называли «трупами».

-Старовата для проститутки, - прокомментировал один из наёмников, поднимая парализованное тело Шторм. - И платье дорогое.

-Выглядит как благородная, - сказал другой.

-Они сказали, что у него есть служанка, - добавил третий, - так что если благородные леди случайно не начали торговать своим телом, это должна быть она. Она примерно того же возраста, что и он, так? Это служанка Хелдерстоуна, может, принарядившаяся для выхода в люди.

-Они не могут его найти, - неожиданно сказал Даундаггер, глядя куда-то вдаль.

-Стларн, - пробормотал Хелдет. - Ненавижу болтающиеся концы.

Наёмники возвращались к дверям. Он видел по их лицам, что Даундаггер прав.

Он оглянулся на коллегу-мага, на лице которого было нарисовано такое же беспокойство.

-Давайте убираться отсюда, - произнёс он.

Даундаггер кивнул, затем рявкнул воинам:

-Шлюху оставьте в постели, но Хелдерстоуна и его служанку забираем на склад — шевелитесь!

Наёмники потащили неподвижное тело Мирта вниз по лестнице туда, где оставили старую женщину в платье, подхватили её и поспешили в ночь.

-Нам стоит сопровождать их на тот случай, если они повстречают патруль, - сказал Даундаггер, когда Хелдет положил руку ему на плечо. - Да и вонь того фургона с дерьмом меня не впечатляет.

Он был бы удивлён, узнав, что обожённый и злой боевой маг Релдик Эпплкраун присел в свежем, мокром содержимом ночных горшков по другую сторону старых досок по бокам фургона золотаря, слушая каждое их слово — и удивился бы ещё сильнее, узнав, что Эпплкраун на самом деле был Эльминстером, легендарным убийцей драконов и сокрушителем престолов, Избранным Мистры.

Но так случилось, что Эльминстер не хотел его просвещать. Пока.

-Нужно решить, что сказать о том, который скрылся, - проворчал Хелдет.

-Скажи ему, что мы задержались на мгновение, потому что знали, что он прячется, нашли идиота и испепелили его, - фыркнул Даундаггер. - Что же ещё?

-Сам и скажи, - фыркнул в ответ Скармар Хелдет. - Он платит мне только за работу этой ночью — и теперь, отведав этой работы, я хочу убраться подальше из Сюзейла, пока он не решил избавить Королевства от тех, кто может слишком много рассказать о его намерениях. Будь поосторожнее.

-Ха, - оскалился Даундаггер. - Со мной он на такое не осмелится. Если я погибну, половина заклинаний, что защищают его от слежки и прорицания, умрут вместе со мной — и тогда его собственная быстрая смерть от рук боевых магов предрешена.

-Как знаешь, - ответил Хелдет, отправляясь в путь. Спустя два торопливых шага он оказался окружён мерцающим облаком искр. Волшебной печатью.

Даундаггер жестоко ухмыльнулся. Какое доверие, в самом деле. Эта печать могла предназначаться лишь для защиты от его, Даундаггера, заклинаний.

Так что заклинания он использовать не стал и произнёс вслед Хелдету:

-Идиот. Ты мог бы стать богачом.

Затем Даундаггер огляделся кругом, никого не заметил, и отправился туда, где исчезли остальные наёмники.

-Что ж, пойдём сообщать хорошие новости.

Он оглянулся в последний раз, прежде чем повернуть за угол, но так и не увидел испачканного, хлюпающего человека, который тихо вылез с дальней стороны фургона с дерьмом, чтобы тихонько прокрасться следом за ним, оставляя слизистый след.

Он что-то унюхал, но в конце концов, там же был фургон.




#96019 Закопайте Эльминстера поглубже: двадцать восьмая глава

Написано Redrick 03 Июль 2017 - 15:13

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
ГОСПОЖА ПРИЗРАКОВ

 

Утреннее солнце запустило в окна свои яркие пальцы. Однако ни один из дюжины старших боевых магов, собравшихся вокруг длинного стола, почти целиком заполнявшего всю эту запертую комнату на верхнем этаже огромного королевского двора, не обращал на солнечный свет внимания.

Их мысли были обращены к более тёмным вещам — а конкретно, к текущим опасностям, грозящим королевству.

Королевский маг Кормира и лорд печатей слишком долго отсутствовали на подобных собраниях, и им многое требовалось наверстать.

-Разумеется, наши вечно замышляющие измену дворяне готовят настоящую гражданскую войну после этого катастрофического Совета, - провозгласила леди Глатра, - но есть и другие, менее крупные игроки, которых мы не должны упускать из виду.

Ганрахаст поднял руку, чтобы прервать её.

-Я хочу, чтобы ты перечислила их для нас через минутку, но сначала — Эрзуред?

-Наша беспрестанная работа, состоящая в том, чтобы заботиться о любом дружке и союзнике, которого он приобретает, - ответил худой и мрачный маг, - продолжается, и он снова и снова остаётся в одиночестве. Множество партий и клик сембийских и сюзейльских купцов прямо сейчас пытаются попасть к нему, но пока он не присоединился ни к одной — и все они страшатся возможности того, что он шпионит для короля.

В ответ на иронию этого заявления раздались мрачные смешки. Королевский маг снова оборвал их поднятой рукой и спросил:

-Глатра? Меньшие игроки?

-Тарграэль, рыцарь смерти, которая считает себя истинным стражем Кормира. За этот титул с ней соперничает призрак принцессы Алусейр. Тот, кто послал глазного тирана напасть на нас прошлой ночью. Призрак-паук — не знаю лучшего имени для этого существа — который утверждает, что является знаменитым Вангердагастом и определённо может управлять дворцом в той же степени, что и легендарный королевский маг — статуями и прочим. Не говоря уже о сбежавшем Эльминстере и его спутнице Шторм Среброрукой, которые на протяжении нескольких лет крали магию у нас из дворца.

-Кто-нибудь из них заключил союз с амбициозной знатью, пока мы... спали? - нахмурившись, спросил Вэйнренс.

-Насколько нам известно, нет, - медленно ответила Глатра, когда все остальные промолчали, - но любой из них способен на подобную измену.

Ганрахаст фыркнул.

-Как и любая собака или пролетающий сокол. Не стоит самим создавать себе призраков и потом пугаться их. Настоящие враги и так достаточно опасны.

-У меня есть подозрения касательно одного из нас, - добавила Глатра, поднимая палец, - хотя признаю, что пока ещё моя тревога не приобрела какой-то серьёзный вес. Но мы все следуем за нашим чутьём, зудом, беспокойством... и это — самое недавнее.

Ганрахаст взмахом предложил ей продолжать.

-Озвучь свои подозрения. Пожалуйста.

-Велвин Трейсгар, - прямо ответила она. - Прошлой ночью я приказала ему поместить трёх персон под арест для дальнейшего допроса — Шторм Среброрукую, лорда Арклета Делькасла и городскую танцовщицу, которая, похоже, является потомком Эльминстера, Амарун Белую Волну. Он выполнил приказ, но затем исчез вместе с пленниками и человеком, который зовёт себя Миртом и заявляет, что он — лорд Глубоководья. Хотя это имя пользовалось большей известностью в Глубоководье около ста лет назад.

-Мы можем отбросить любые подозрения касательно боевого мага Трейсгара, - твёрдо провозгласил Ганрахаст, - и оставить его в покое, чтобы он мог действовать без помех.

Глатра подалась вперёд, чтобы взглянуть на него, и нахмурилась.

-Почему?

-Я посоветовался с Вангердагастом — или тем, что от него осталось — и в этом мы достигли согласия, - резко ответил королевский маг. - Больше ни о чём не спрашивайте.

Вокруг всего стола взлетели вверх брови, но Глатра просто запрокинула голову и спросила в потолок:

-Наступит ли однажды день, когда кто-нибудь ещё кроме бывшего королевского мага — который сполна заслужил свою очень сомнительную репутацию — будет принимать решения за Лесное Королевство?

-Вангердагаст поклялся посвятить свою жизнь служению Кормиру, и он по-прежнему охраняет Кормир. Руководствуясь мудростью и опытом, с которыми мы не можем тягаться, - тихо ответил Ганрахаст. - В этом отношении ещё какое-то время я намерен ему доверять.

-Какое?

-Посмотрим.

 

***

Погреб начинал напоминать тюремную камеру. Мэншун расхаживал по нему, лелея тёмные мысли.

Он вернулся в тело Сронтера, который питал склонность к подобным мрачным раздумьям — но заполняющее Мэншуна беспокойство принадлежало ему самому.

Он не мог отыскать ни следа Мрелдрейка или Тарграэль — или Талан!

Посмеет ли он проникнуть обратно в разум младшего сенешаля Корлета Фентабля, используя одного из своих кучеров, которые каждый день привозили во дворец продукты, чтобы достичь Фентабля? И узнать с его помощью текущие мысли Короны?

Или настало время залечь на дно, вообще не приближаясь ко дворцу? Он мог вместо этого заново оценить боевых магов и присмотреться к тем, которых сможет изолировать и уничтожить или разрушить их репутацию с помощью скандала — обманом или провокацией.

Ничего не делать и позволить другим захватить власть шло вразрез с его желаниями — даже необходимость вернуть созерцателей в укрытие в погребе его разозлила — но, возможно, на следующие несколько месяцев это был наилучший курс действий. Он мог использовать Дардулкина, чтобы сохранять присмотр за некоторыми амбициозными дворянами...

С мрачным чувством Мэншун кивнул.

Он снова поддался жажде напрямую участвовать в происходящем, и результаты были катастрофическими.

Два созерцателя мертвы, взамен — ничего, и он едва не выдал своё присутствие. Во всяком случае, подозрений может оказаться достаточно, чтобы боевые маги стали его выслеживать.

Нет, лучше всего было на какое-то время затаиться и держать созерцателей в укрытии.

Мэншун мог действовать через Дардулкина — в конце концов, он сумел уничтожить всех, кто видел его тиранов — и использовать нескольких менее влиятельных марионеток, слуг и грузчиков, чтобы попытаться узнать, кто ещё из кормирских дворян, кроме Марлина Грозозмея, управляет призраками синего пламени.

Эта скрытность поможет ему держаться в том числе и вне поля зрения Эльминстера. Он дождётся, пока Мудрец Долины Теней не выдаст себя, а затем атакует и снова уничтожит Эльминстера.

-И на этот раз я закопаю его поглубже, - яростно сказал он погребу. Прозвенел колокольчик лавки, и он поднялся по ступеням. - И буду продолжать, пока он не умрёт навсегда.

 

***

-Ну? - фыркнул Марлин Грозозмей. Наступило утро, и лесничие не заставят себя ждать. Его телохранители должны были справиться с этим намного быстрее.

-Сделано, милорд, - раздался сухой, почти грубый ответ. - Егерь и шестеро стражей охотничьего домика мертвы.

-Заверните тела в самое старое полотно из того, что есть на чердаке, и отнесите их медвежьей берлоге у Чёрной скалы, прямо к камням у её подножия, чтобы медведи сожрали их. Не позволяйте себя заметить, не оставляйте кровавый след. Галхант останется здесь со мной.

-Как прикажете, - почти дерзко ответил мужчина, и ушёл.

Раздражённо помотав головой, Марлин пошёл в другую сторону, к открытым и ждущим дверям охотничьего дома Виндстагов — его дома, по крайней мере на несколько ночей.

Виндстаг найдёт другого егеря, а сторожить дом смогут любые громилы с оружием. В конце концов, дом Виндстагов не испытывал недостачи в монетах.

Галханту по крайней мере хватило ума зажечь дрова, что были оставлены в очаге, чтобы прогнать холод.

С удовлетворённым вздохом Грозозмей опустился в большое кресло прямо перед очагом и сбросил с себя сапоги, чтобы согреть свои холодные и ноющие ступни. Он всегда хотел заполучить это конкретное кресло себе.

Он благодарно кивнул Галханту, когда наёмник поднялся от очага.

-Как раз собирался набрать ещё дровишек, милорд, прежде чем явятся назойливые лесничие и захотят узнать, кому принадлежат все эти незнакомые лица.

Грозозмей удовлетворённо кивнул. Сарай был примерно в десяти шагах; Галхант почти сразу же вернётся и сможет приготовить завтрак. От одной этой мысли его живот громко забурчал.

Он услышал, как хихикнул на это наёмник, покидая дом. За Галхантом слабо скрипнула дверь.

Следующее, что он понял — в огонь что-то швырнули, полетели искры. Что-то круглое, издающее злобное шипение. Что-то, смердящее... горелыми волосами?

Марлин Грозозмей выпрямился, потёр глаза. Должно быть, он задремал.

Что это... что это было в огне?

Треснуло полено, предмет, на который он смотрел, перевернулся, и он понял, что смотрит на отрубленную голову Берта Галханта.

Но кто...?

Он попытался заглянуть за спину, но помешали высокие подлокотники кресла. Синее пламя, холодное и неустанное, мерцало позади него, и он отчаянно схватился за Парящий Клинок. Его пальцы сомкнулись на знакомых, успокаивающе тяжёлых изгибах рукояти.

Затем мужчина с обнажённым мечом, которого Марлин никогда раньше не видел, показался в поле зрения, шагнув из-за кресла, улыбаясь ему. Жестокая улыбка на лице мужчины была окутана синим огнём.

Призрак синего пламени, но чужой!

Сильные, холодные руки схватили его с другой стороны кресла, с силой стали стиснув его собственные руки. Марлин попытался достать меч, неожиданным рывком смог наполовину вытащить его из ножен — а потом почувствовал самую холодную и острую боль, что испытывал в своей жизни.

Его руку отрубили.

Человек, который обошёл кресло, улыбаясь ему, схватил другую руку и прижал её к подлокотнику кресла. Окутанный синим пламенем клинок снова ударил, и Грозозмей закричал.

Он потерялся в боли, он недоверчиво глядел на два дымящихся обрубка — и на трёх вставших плечом к плечу, улыбаясь ему, призраков синего пламени. Незнакомцев.

Парящий Клинок и Виверноязыкая Чаша были потеряны для Марлина. Он больше не мог призвать своих собственных огненных убийц, чтобы спастись.

Если для спасения не было уже слишком поздно.

Он чувствовал, как его собственная жизнь покидает его, вытекает толчками...

Этого не могло быть! Не могло...

Он был лордом Марлином Грозозмеем! Разве они этого не знают? Как они посмели?

Кто-то ещё неторопливо обошёл трёх призраков и протянул длинные, стройные руки, чтобы забрать Клинок и Чашу. Его Клинок и Чашу.

В блекнущем, предсмертном недоверии Марлин посмотрел на неё. Помутившимся взглядом он различил высокую, стройную, красивую человеческую женщину с жестоким лицом и тёмными, полными ярости глазами, облачённую в чёрные одежды, с серебряным плащом на плечах. Её он тоже никогда раньше не видел.

Она положила меч и чашу на столик, до которого Марлин не мог дотянуться, и Грозозмей увидел окровавленное лезвие кинжала, выступавшее у неё меж грудей.

Он быстро угасал, жизнь вытекала из его бесполезных обрубков с каждым ударом сердца. Он попытался поднять их к ней, и его усилие заслужило холодную усмешку в ответ.

-К-кто ты? - сумел выговорить он.

-Госпожа призраков, - раздался насмешливый ответ. - Я собираю призраков синего пламени. Твои станут прекрасным пополнением моей коллекции.

Она шагнула ближе. Марлин с тупым, предсмертным интересом уставился на измазанный кровью кончик, выступающий у неё из грудной клетки.

Она улыбнулась.

-Нравится? Я ищу человека, который воткнул его туда. Знаменитого волшебника по имени Мэншун. Уверена, ты о нём слышал, но не встречал ли ты его где-то поблизости? Недавно?

Марлин покачал головой.

-Кто-нибудь ещё в Кормире собирает призраков синего пламени?

-Один появился... на Совете, - слабо ответил он, чувствуя вкус собственной крови во рту. - Никто не знает, кто им управляет.

Она неожиданно наклонилась и взяла его за горло жестокой сильной хваткой.

-Ты сказал мне правду? - прошипела она, и в глазах женщины внезапно заплясал синий огонь.

Марлин задрожал, пытаясь не закашляться.

-Д-да.

Она встряхнула его, обжигая взглядом.

Затем, неожиданно, она начала рассказывать ему историю, быстро шепча слова.

-Тот, кого зовут Мэншуном, буквально ударил меня в спину, много лет назад, и как видишь, оставил во мне свой погрузившийся по самую рукоять кинжал. Я проклята и не могу умереть, пока заклятье на снимут — и живу в вечной агонии. Хуже, чем ты чувствуешь себя сейчас, червяк.

Марлину как раз хватило сил недоверчиво покачать головой.

-Меня ведёт боль, - прошипела она ему в лицо. - Боль и ненависть. Я ищу смерти Мэншуна. Я не смею вырвать его кинжал, потому что это изменит чары на моём теле и я буквально сгнию заживо. Может, такова моя судьба, но пока я не хочу её выбирать.

Выпрямившись, он выдернула умирающего лорда из кресла. Марлин оказался рядом с женщиной, повиснув на её руках, сжимавших его за плечо и горло.

-Я иду по следу Мэншуна, - прошептала она. - Он — Коллекционер призраков синего пламени; он разыскивал их, когда мы встретились, все эти годы тому назад. Собирая мою собственную коллекцию, я надеюсь выманить его из укрытия. Ко мне. В пределы досягаемости, по крайней мере.

Марлин Грозозмей смотрел на неё стеклянным взглядом тёмных и пустых глаз.

-Итак, - прорычала она, - можешь ли ты рассказать мне что-нибудь, что поможет отыскать Мэншуна, обречённый лорд? Хоть что-нибудь?

Но она трясла мертвеца. Пока она шипела ему свои слова, Грозозмей скончался.

С тихим проклятием она швырнула его безвольное тело на пол.

 

***

Стены комнаты в недрах самого глубокого уровня дворцовых погребов поросли тёмной, болезненной на вид зелёной плесенью, а воздух был сырым и зловонным.

Лорд Арклет Делькасл подвёл волшебника Трейсгара с пустым взглядом к массивному каменному столу, который был единственным предметом мебели в комнате, снова огляделся вокруг, и закатил глаза.

-Здесь внизу около шести сотен комнат, и мы должны встречаться именно в этой?

Его голос принадлежал Эльминстеру.

Хоть Вангердагаст и превратился в паукообразное нечто, но пожимать плечами он по-прежнему умел.

-Никто к ней и близко не подходит. Поэтому она полезна. Ты даже не представляешь, сколько любовников прокрадываются вниз в погреба для волнительных свиданий в свете свечи.

-Ещё как представляю, - мрачно ответил Эльминстер. - Уж поверь.

Он посмотрел вниз, на лежащего на столе мужчину, на голове которого, будто охраняя его, сидел Ванги-паук.

Юный, с приятной внешностью, но не слишком красивый, на вид — из чондатанцев. Одет в мантию вроде тех, что предпочитают боевые маги. Дышит очень медленно, но без сознания. Заметных ранений или шрамов нет.

-Кто это?

-Боевой маг Релдик Эпплкраун. Юный, преданный, не слишком умелый в Искусстве. От ран, полученных прошлой ночью в схватке с созерцателем, его исцелили, но его зацепила магическая отдача и лишила большей части разума.

-Сожжённые мозги, - пробормотал Эл, глядя на Вангердагаста с безмолвным вопросом в глазах.

-Твоё новое тело, если хочешь, - хрипло сказал бывший королевский маг Кормира. - Королевство в долгу перед тобой. Девять Адов, оно должно тебе куда больше. Как и я.

Эльминстер мрачно посмотрел на него.

-Спасибо.

Он наклонил голову Арклета в сторону Трейсгара и спросил:

-Он нужен тебе на столе?

-Нет, - ответил Ванги. - Просто заставь его обойти кругом — медленно — пока мы примемся за работу.

Эльминстер так и сделал, и они вдвоём, ведомые заклинанием Вангердагаста, погрузились в разум Велвина Трейсгара, затуманив его память несколькими наслаивающимися друг на друга заклятьями, чтобы он забыл о том, как помог своим узникам сбежать. Затем они опустили Трейсгара на пол и наложили простые сонные чары.

-Я поддержу тебя, когда окажешься внутри, - предложил Ванги, кивая на юношу на столе. - Не хватало ещё, чтобы ты встал и споткнулся о Трейсгара, а он проснулся и решил, что встретил двух магов-предателей и паукообразную тварь, которых немедленно требуется испепелить.

Эл пожал плечами.

-Глатра бы так и сделала.

Вангердагаст всё ещё невесело смеялся, когда молодой волшебник на столе дёрнулся, затем забился в конвульсиях.

-Не пытайся пока встать, - посоветовал паук. - Сначала я должен рассказать лорду Делькаслу о том, что мы собираемся сделать, иначе он может решить, что не стоит тебя ловить, когда ты начнёшь падать.

Похожие на паучьи лапы пальцы поднялись, указывая вниз за край стола.

-Арклет, попытайся не наступить на Трейсгара. Он будет смотреться немного странно с отпечатками сапогов на лице, когда они обнаружат его спящим в кровати, в которой его быть не должно, где-нибудь во дворце.

-А... в какой кровати? - осторожно спросил Арклет.

-В одной из готовых комнат в гостевом крыле, думаю — там его найдут прежде, чем он умрёт от голода. Мои сонные чары не спадут — при условии, что потолок не обрушится и кровать не сломается — пока кто-нибудь из нас четверых не коснётся его.

-Четверых?

-Я считаю Эла, болван. И его новое тело. Которое на самом деле пока ещё не его — до тех пор, пока он не научится ходить и разговаривать.

Арклет недоверчиво нахмурился, и почти одновременно человек на столе неловко подбросил руку в воздух, попытался пошевелить пальцами и открыл челюсть достаточно, чтобы произнести:

-Пооокаа неммного неепривввычно!

Закатив глаза, лорд сделал быстрый шаг назад, чтобы оказаться в стороне, если тело внезапно начнёт размахивать конечностями.

-Мудрый парнишка, - мрачно провозгласил Вангердагаст за миг до того, как дикий взмах руки Эпплкрауна сбросил его самого со стола.

Арклет захихикал, потом позволил себе громко захохотать.

-Вот так, парень, - раздался голос Ванги откуда-то с пола по другую сторону стола. - Мне нравятся ручные лягушки, которые умеют смеяться.

 

***

Многолюдные и яркие коридоры дворца, увешенные щитами и заставленные статуями, не входили в число излюбленных мест Глатры для важных политических дискуссий, но старший рыцарь Старбридж и сэр Талонар Винтер подбежали к королевскому магу когда он, Вэйнренс и Глатра направлялись на кухни, чтобы перекусить. Она не помнила, когда в последний раз жевала еду или осушала что-то кроме кубка с водой, схваченного с подноса проходящей мимо служанки.

Похоже, кто-то вломился в особняк Стагхэвен, оставшись незамеченным соседями или патрулями стражи, и убил лорда Виндстага вместе с большей частью его слуг. И совсем недавно — когда их нашли, из некоторых тел по-прежнему текла кровь. Драконы, осмотревшие дом, узнали среди распростёртых тел человека, которого там не должно было быть: дворцового сенешаля Рорстила Холлоуданта. Что ещё хуже, кто-то наложил на убитых могущественные чары: трое жрецов и молодой боевой маг, которые использовали на трупах заклинания, пытаясь узнать больше об их гибели, немедленно погрузились в лающее, воющее безумие.

-Никаких больше попыток использовать любую магию на убитых, - мрачно постановил Ганрахаст. - Возьмите самый старый фургон для припасов, вывезите тела на скалы у Западного холма и сожгите их там вместе с фургоном. Пускай стражники держат любопытных зевак подальше. Я хочу, чтобы это было сделано в тайне, насколько возможно — чтобы не расползлись слухи.

Старбридж и Винтер кивнули, поклонились и поспешили прочь, выполнять указания.

-Так кто, по-вашему, это сделал? - произнёс Вэйнренс, глядя, как они спешат по коридору, стремительно удаляясь.

-Дворяне убивают дворян, - вздохнул Ганрахаст. - Началось.

-Королевский маг, - угрюмо сказала Глатра, - со всем уважением, это началось немного ранее. Просто сейчас станет ещё кровавее.

-Пролитой среди дворян крови я ожидал, - ответил Ганрахаст. - Предательства и измены среди людей Короны — вот что выводит меня из равновесия. И, что более важно, выводит из равновесия Драконий Трон.

-Каждое из них, - согласно кивая, подтвердил Вэйнренс.

-Захоронения в королевском склепе уже изучили? - спросил их Ганрахаст.

-Да. Всё на месте, ничего не пропало, пустых гробов больше нет. Были наложены новые защитные и сигнальные чары.

-Вы нашли Вангердагаста? - резко спросила Глатра.

-Нет.

-А почему? - надавила на него Глатра, как будто тот был непокорным юным магом, а не её начальником.

Лорд печатей пожал плечами.

-Он не хочет быть найденным.

 

***

Призраки покинули охотничий домик зловещей безмолвной процессией. Их госпожа выскользнула следом с Парящим Клинком и Виверноязыкой Чашей в руках. Она даже взгляда не бросила на распростёртый на полу труп Марлина Грозозмея.

Комнату начал наполнять смрад горящей головы Берта Галханта, но дверь вскоре снова открылась.

Вошёл единственный человек, в плаще и капюшоне, и подошёл прямо к мёртвому лорду.

Напевая себе под нос строчки из баллад, новоприбывший нагнулся, чтобы подобрать две отрубленных руки и сложить их в мешок.

-Но её глаза, тёмные как ночь, смотрели только на меня-аа...

Тихое пение прекратилось, и снова зачирикали птицы.

Когда они умолкли и дверь в хижину снова отворилась, голова в огне уже превратилась в чёрный комок — череп, в котором сложно было узнать Берта Галханта.

Двое телохранителей были разгорячёнными, вспотевшими и очень усталыми. Не говоря уже о голоде. Они провели на ногах всю ночь, и если их безумный хозяин сейчас не спал, то они определённо этого хотели.

-Лорд Грозозмей? - позвал один из них, увидев, что кресло — нет, вся комната, прятаться было негде — пустует. Он заглянул на чердак, но увидел там только шкуры и трофеи, никаких затаившихся убийц.

Второй телохранитель коснулся его руки и молча указал вниз, на кровь на полу.

Крови было много.

-Тлуин, - выругался первый и поспешил к ведущей на кухню двери, чтобы убедиться, что Грозозмея — или кого-либо ещё — там нет.

Он вышел обратно, качая головой.

-Обойдём хижину кругом.

-Конечно, - ответил второй, доставая меч. - Ты думаешь о том, о чём и я?

-Если ты думаешь, что лорд Могучие штаны Грозозмей мёртв, и мы лишились нанимателя и скорее всего нас будут разыскивать как убийц, значит да.

Они обменялись мрачными кивками и поспешили наружу.

Так и не увидев и не услышав человека в капюшоне, который следил за их тщетными поисками из-за далёкого дерева, напевая очень тихо:

-Нет ничего печальнее... телохранителя... без тела, чтобы... охранять.

 




#96018 Закопайте Эльминстера поглубже: двадцать седьмая глава

Написано Redrick 03 Июль 2017 - 15:12

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
ВТОРЖЕНИЕ В СПАЛЬНЮ

 

-Поймал тебя, да?

Глатра Баркантл застыла, как будто ей отвесили пощёчину, затем медленно обернулась, стиснув дрожавшие руки, с и её губ сорвалось нечленораздельное высокое рычание.

После того, как она не обнаружила никакой опасности в королевском крыле и поняла, что её обдурили, и что она разбудила Обарскиров без повода, гневные королевские упрёки в её компетентности не улучшили настроения боевой волшебницы.

Сейчас она стояла перед сонным королём Форилом, и он был не в лучшем расположении духа.

Так что неожиданный голос за спиной оказался последней каплей.

-Назови мне хотя бы одну причину, - прошипела она, обращаясь к паукоподобному нарушителю, который каким-то образом миновал несколько постов стражи и пробрался в крайнюю переднюю королевских покоев, - почему я не должна испепелить тебя на месте сейчас же.

-Ты обречешь королевство на смерть исключительно ради своих эгоистичных амбиций и узколобости, - спокойно ответила чёрная, похожая на призрака голова, восседавшая на человеческих пальцах, как на паучьих лапах, поднимая один из этих пальцев, чтобы неодобрительно погрозить собеседнице. - Если выражаться дипломатично.

Король схватил скипетр, способный испустить взрыв такой силы, что хватило бы, чтобы избавиться от всех его посетителей и большей части стены за ними, но он смотрел мимо Глатры на ходячую голову, забравшуюся на спинку его лучшего гостевого кресла, не со страхом, а с интересом.

-И кто же ты, по-твоему, такой? - тихо спросил Форил. - Вангердагаст?

-Он и есть, - ответило паукообразное существо. - И мне нужно было выманить эту шумную волшебницу сюда, чтобы я мог поговорить с ней в присутствии короля. Это значительно увеличивает шансы на то, что она выслушает и подчинится.

Глатра взорвалась.

-Что? Не думай, что можешь отдавать мне приказы! Твоё время прошло, старик — во имя дракона, твоё человеческое время прошло!

-Я по-прежнему служу королевству. И делаю это куда лучше, чем ты когда-либо, Баркантл. Вспыльчивость, самодурство и грубость, привычка лезть в драку, не подумав о последствиях — всё это всегда будет уступать умению тонкой манипуляции. Даже если бы у тебя сейчас не было целого города разгневанных дворян, у которых просто чешется найти какой-нибудь повод. Так что избавь меня от своих воплей и приготовь уши и те мелкие части своего мозга, которые ты ещё используешь для того, чтобы думать.

-Как ты смеешь? Да со мной никогда так не разговаривали...

-И в результате у нас куча проблем! Выслушай наконец-то!

Глатра скрестила руки на груди и помотала головой.

-Я даже не знаю, действительно ли ты — тот самый знаменитый королевский маг! Ты выглядишь как создание амбициозного, но неумелого волшебника! Слова, которые я сейчас слышу из твоих уст, могут исходить от любого неверного лорда, сембийца или другого врага Драконьего Трона!

-Или они могут быть моими собственным. Форил, вспомни строчку из стихотворения, что оставила тебе записанным в медальоне королева Филфаэрил, но не произноси её вслух.

Король нахмурился, потом кивнул.

-Я помню.

-Тяжела корона Дракона, и я дарю свою любовь всем, кто наденет её после меня, ведь лишь любовь способна удержать её, - продекламировало похожее на паука существо, затем спросило:

-Ну что, теперь верите, что я — старый Ванги?

-Нет, - отрезала Глатра, прежде чем король успел заговорить. - Эти слова знает целая дюжина царедворцев благодаря некоторым королевским писарям, дворцовым сплетням и тому, что старшие рыцари используют в качестве кодовых фраз фрагменты этого стихотворения.

-Ладно, - ответил призрак-паук и прошептал что-то слишком тихо, чтобы услышал король или боевая волшебница.

Скипетр Форила внезапно исчез из его руки, два комплекта доспехов в углах помещения шагнули со своих плит и встали на колено перед королём, и пыльная каменная статуя в конце комнаты сменила позу, протянув вперёд и раскрыв каменную книгу, которую держала. Книга оказалась хранилищем для трубок, где лежали три трубки и четыре мелких и заплесневелых полоски табачного зелья.

-Теперь-то вы мне верите? - весьма раздражённо поинтересовался паукообразный нарушитель. - Так уж случилось, что я явился по делу некоторой важности, и не хочу лишать коронованного главу Кормира остатков королевского сна, поскольку меня вынуждают показывать фокусы.

-Я тебе верю, - твёрдо сказал король Форил Обарскир, - и этого должно быть достаточно. Чего ты хочешь, королевский маг Вангердагаст?

-Рассказать вашему величеству, что я обнаружил Ганрахаста и Вэйнренса погружёнными в волшебный стазис внизу в королевском склепе.

-Что? - одновременно воскликнули король и боевая волшебница.

-Низведённый до своего нынешнего состояния, - спокойно продолжал Ванги, - я не смогу использовать необходимые заклинания, если они очнутся обезумевшими или порабощёнными врагом королевства. Поэтому мне нужна Глатра, чтобы собрать четверых-пятерых опытных и заслуженных боевых магов, спуститься в склеп и освободить их.

-Это новый заговор, старый безумец? Очередной обман? - сплюнула Глатра. - Какая ловушка ожидает нас там? Ты просто хочешь избавиться от всех нас, чтобы снова править самому!

-Ничего подобного я не желаю, - фыркнул Вангердагаст. - Хочу лишь знать, почему вы ещё несколько дней назад не обыскали дворец достаточно тщательно, чтобы самим их обнаружить. Мне отвратительна мысль, что ты настолько некомпетентна или настолько неверна королевству.

Глатра побелела.

-Ты смеешь обвинять меня в неверности?

-Да. Уже дважды. И сделаю это снова, если ты туга на ухо. Форил, не мог бы ты пожалуйста приказать этой ведьме отправиться вниз в растреклятый склеп и освободить королевского мага и лорда печатей? Я больше не нуждаюсь во сне, но даже меня утомляет бесконечная грызня и споры.

Неожиданный шум раздался за дверями, грубые крики бывалых драконов, заглушаемые твёрдыми приказами — а затем двери широко распахнулись.

Там стояли три мага Короны. Увидев короля в его ночной рубашке, они торопливо опустились на колени.

-Простите нас, ваше величество, но вы в смертельной опасности! Статуи и доспехи — твёрдый камень и пустые доспехи, вот так! — пришли в движение по всему дворцу! Они расхаживают по комнатам и переставляют вещи, и мы не можем...

Паук-призрак хмыкнул, что-то пробормотал, затем сказал:

-Извините. Сейчас всё это должно прекратиться. Надеюсь.

Боевые маги уставились на это существо, и некоторые из драконов за их спинами подняли копья, как будто собираясь ударить ими над головой глазеющих магов.

-Только посмотрите, - злорадно произнёс Вангердагаст. - Вот и боевые маги, которые тебе нужны, Глатра. Ты, наверное, сможешь даже попасть на место до полудня, если прекратишь спорить и начнёшь подчиняться!

Глатра злобно посмотрела на него.

-Я...

-...не можешь назвать ни одной весомой причины не спуститься в королевский склеп, чтобы проверить утверждения Вангердагаста, - твёрдо сказал король. - Посему, госпожа Глатра, я даю тебе твёрдый приказ так и поступить — тебе следует освободить королевского мага и лорда печатей, если ты их найдёшь, и привести их сюда в целости и сохранности, чтобы я мог с ними побеседовать. Возьмёшь этих магов и всех верных драконов за моими дверями кроме Лонселя и Тариммона, которые останутся и будут меня охранять. Иди. Иди же. Разберись с этим.

Глатра поспешно согнулась в поклоне и ответила:

-Разберусь, ваше величество.

Вылетев из помещения, она огляделась, чтобы посмотреть, не угрожает ли существо-паук королю — но оно исчезло.

Глатра помешкала, но король бросил на неё холодный взгляд. Она поспешила к ближайшей лестнице.

Королевский склеп был далеко внизу.

 

***

-Д-дверь Трёх Дельфинов, - промямлил Нелд. - Теперь ты перестанешь меня бить?

Мирт одарил его весёлой улыбкой и хлопком по спине, который едва не бросил конюха с сиденья на круп одной из задних лошадей.

-Ну конечно, - отозвался глубоководец. - Слезай и беги, и я не скажу королевскому магу про тебя ничего плохого. Рад был познакомиться, мастер Нелд, очень рад!

Нелд промямлил что-то недоверчивым голосом и совершил героический прыжок с козел на твёрдые булыжники Променада.

Мирт радостно махнул ему на прощание и заставил упряжку остановиться перед дверью Трёх Дельфинов.

На посту стояло четверо бесстрастных стражников. Они держали копья так, будто Мирта, экипажа и поднятой ими пыли здесь вообще не было.

Часовые плавно развернулись вперёд, чтобы любому покидающему дворец пришлось бы пройти между ними.

-Трое заключённых, - подозрительно начал голос офицера внутри дворца.

-У меня есть приказы, - раздался сухой ответ, затем тот же голос процедил собственные приказания. - Вперёд. В экипаж. Мой жезл наготове, не забывайте.

Из дворца, склонив голову, показалась Шторм Среброрукая в кандалах и свисающих цепях. За ней следовал лорд Делькасл, потом Амарун, также в кандалах. Позади них шёл боевой маг Трейсгар с жезлом в руках.

Шторм остановилась перед экипажем и стала ждать. После долгого промедления один из наружных стражников шагнул вперёд, открыл дверь повозки и спустил вниз пару ступенек. Она забралась внутрь, и за ней последовали два других пленника под хмурыми и подозрительными взглядами часовых.

Когда Трейсгар оказался в повозке вместе с ними, один из стражников присмотрелся к Мирту, затем рявкнул:

-Я тебя раньше не видел, и на тебе нет униформы! Кто ты такой?

Мирт бросил на него суровый взгляд.

-Спроси короля. Не забывай, что твоё низкое звание ограничит полученные ответы. И может оказаться ещё ниже после того, как ты закончишь с расспросами.

Трейсгар постучал изнутри по крыше экипажа, так что Мирт щёлкнул кнутом, прицокнул на лошадей и повозка тронулась. Его взгляд не отрывался от глаз стражника.

Пленники Глатры без всяких препятствий с роскошью отправились по Променаду — оказавшись за пределами её хватки.

На какое-то время.

 

***

Госпожа Делейра Трусильвер пребывала в скверном расположении духа. В таких случаях дуракам и тем, кто просто случайно мог стать причиной неудовольствия госпожи, лучше было убраться с глаз её долой и оставаться там. Хотя леди действительно была потрясающе красивой, стройной и элегантной, роскошные белые волосы контрастировали со сверкающими жёлтыми глазами, в ночи, подобные сегодняшней, в первую очередь запоминалась острота её языка и тяжесть выдающегося ума и характера.

Проще говоря, она правила особняком Трусильверов как тиран, и в столь-поздние-что-были-уже-ранними часы после её возвращения в свои покои госпожа Трусильвер словесно уничтожила двух родичей и нескольких слуг за различные глупости. Устав от необходимости отыскивать новые слова для упрёков, поводы для которых, казалось, окружали её со всех сторон, она снова вернулась в свои комнаты, распустив горничных и заперевшись внутри.

Убедившись, что на дверях есть не только замки, но и засовы, она задвинула их с прытью женщины вполовину моложе своего настоящего возраста. Движения Делейры были одновременно грациозными и величественными.

Когда последняя дверь была плотно заперта, оставляя ей в качестве путей добровольного отступления лишь окна, балконы и некоторые тайные проходы, леди Трусильвер повернулась и начала раздеваться, пересекая свою любимую спальню, сбросив свои изящные сапожки и затем расстегнув платье и нижние юбки и швырнув их в сторону, как будто она была танцовщицей из приватного клуба.

Когда на ней остались самые скудные клочки ткани — определённо подходившие танцовщицам из приватных клубов, а не стареющим благородным матронам — она голой ногой надавила на стенную панель с барельефом, сделала что-то с глазом вырезанного на ней оленя, затем ещё что-то с луной, изображённой на барельефе в противоположном конце комнаты — и тогда вернулась к первой панели, прижала два пальца к корявым древесным корням на изображении и осторожно отворила панель.

Открывшаяся ниша была достаточно большой, чтобы женщина могла спрятаться там целиком — Делейра поступала так уже дважды — но на вбитых крюках хранила отнюдь не женские предметы. Делейра достала их, один за другим, раскладывая на столике перед собой: сапоги, несколько поясов для оружия, затем одежда.

Тугое кожаное облачение вора.

В нише остались лишь парики — длинные тёмные волосы, что висели на крюках подобно плащам — и моток тёмной, тонкой бечёвки.

Она разворошила кожаные доспехи, потянулась к намасленным, удобным штанам — и замерла.

Занавески, обрамлявшие дверь на балкон, шевельнулись, но там никого не могло быть.

Кто-то был. Не из дома Трусильверов, но абсолютно незнакомый ей человек. Нарушитель. Смуглый, ловкий, женственный... и в одной руке сжимавший обнажённый меч, а в другой — кинжал.

Леди Трусильвер бросила взгляд на свой пояс с мечом — сразу за пределами досягаемости, на спинке кресла. Её ножи находились невозможно далеко, на диване. Она спокойно спросила:

-Кто ты и чего тебе надо?

-Я та, кто служит Кормиру с тех пор, когда твоя бабка ещё была молодой, - ответила нарушительница почти насмешливо, голос был женским, нежным и в то же время более холодным, чем самый ледяной тон Делейры Трусильвер, - и я хочу узнать твои секреты, Талан.

Леди Трусильвер застыла на месте. Никто не знал, что на самом деле она...

Она резко развернулась и побежала, устремившись в крайнюю спальню, дверь которой она могла захлопнуть за собой.

Ночная гостья сбросила тёмный шлем, бросившись через комнату, как пантера, и прыгнула, с силой сбивая Делейру Трусильвер на пол и легко взяв её в ледяную, крепкую как сталь хватку.

-Не так быстро, - прошипела незваная гостья. Их лица почти соприкасались. Зловещее мерцание виднелось из-под зубов незнакомой женщины. - Твою смерть можно легко устроить, но сначала я хочу знать то, что знаешь ты.

-И как ты собираешься этого добиться? - вызывающе фыркнула леди Трусильвер, борясь и выгибаясь, пытаясь отбросить противницу.

-Вот так, - ответила Тарграэль, открывая рот и демонстрируя сияющий белый камень на языке — прежде чем силой разжать челюсти Делейры Трусильвер своими железными пальцами и поцеловать её.

Когда их языки встретились, вспыхнул свет, и Делейра Трусильвер почувствовала его, как тихий рёв прибоя, разбивающегося о её кости, и испытала холодное, мятное чувство пробуждающейся внутри магии.

Её соперница была теперь не просто сильным, холодным телом, прижимающим её к полу. Внутри неё был чужой разум, тёмное и подавляющее присутствие, которое увеличивалось и приближалось.

Леди Трусильвер не столько услышала, сколько почувствовала произнесённые Тарграэль слова.

-Королевские маги Кормира прячут во дворце очень интересную магию. Эта показалась мне самой любопытной.

Порабощённая и беспомощная, Делейра Трусильвер не могла шевельнуться или заговорить, когда тёмная злоба жестокого, враждебного разума её противницы потекла в её сознание, погружая разум Делейры в содрогающуюся тьму...

 

***

Врата Рога, разумеется, были закрыты на ночь. Каменнолицие стражи сухо проинформировали Мирта, что у них нет ни малейшего намерения — если из дворца не раздастся соответствующий сигнал рога или не появится сам король, который сунет им под нос «корону и скипетр» — открывать их до утра.

-Всем кормирцам известны эти правила, - резко добавил один из них. - Слезай-ка оттуда и расскажи нам, как тебя зовут, что ты здесь делаешь, откуда ты родом, кто твои пассажиры — и какое у них место назначения. Сейчас же.

Мирт вздохнул.

-У меня уже есть приказ, который не очень-то хорошо сочетается с тем, что приказываешь ты. Так что никакого «сейчас же», если ты не возражаешь.

-Но я возражаю, сэр! В этот самый миг на вас нацелены десять арбалетов, так что повто...

-Если вы воткнёте стрелу в любого из моих пассажиров, - взревел Мирт, - то заплатите своими жизнями, идиоты! А теперь опустите луки и смотрите, кто выйдет из моей кареты!

Его крик эхом отразился обратно от запертых врат, и Мирт снова уселся на место кучера, истекая потом и надеясь, что он дал Эльминстеру достаточно времени, чтобы что-нибудь придумать.

Повозка под ним негромко заскрипела, что означало, что дверца отворилась и кто-то вышел наружу.

Среди стражников случилась небольшая суматоха, и он увидел, как опускаются арбалеты. Они явно узнали показавшегося пассажира.

-Откройте ворота, - раздался резкий, простой приказ.

Мирт ухмыльнулся. Голос был отличной имитацией воплей госпожи Глатры Баркантл, но это была эльминстерская отличная имитация.

И теперь стражники открывали ворота, а «Глатра» забиралась обратно в карету.

Мирт дождался стука по крыше, прежде чем снова хлестнуть лошадей, и они выехали из Сюзейла в последние тёмные часы ночи.

Или это были темнейшие часы утра?

Даже после двадцати лет, на протяжении которых он возглавлял вылазки в это тёмное время, Мирт так и не смог определиться.

Он дождался, пока они не отъехали на дистанцию одного полёта стрелы от стен города, открыл небольшое окошко, которое позволяло кучеру разговаривать с пассажирами, и спросил:

-Куда теперь?

-Отправимся к пастбищам у Восточных врат, - донёсся в ответ голос Эльминстера, - и оставим экипаж там, стреножив лошадей. После этого нам предстоит долгая прогулка на Шутовской луг вдали от городских стен. Оттуда пойдём на восток, сделав круг к Полевым воротам. Вернёмся в город через них на рассвете в сопровождении этого прирученного боевого мага, надев совсем другие личины. Кандалы закопаем.

-О? - проворчал Мирт. - И какой личиной ты собираешься наделить меня?

-Старого лорда Хелдерстоуна, - сказал ему Эльминстер. - У него нет наследников, он годами жил в одиночестве в Сембии — никто в Сюзейле не должен знать, что он уже скончался. Я знаю, где можно раздобыть неплохое состояние, так что мы сможем заявиться в дорогущую гостиницу. Шторм будет твоей служанкой. Я заставлю Рун выглядеть как старшего рыцаря в отставке, который, насколько я помню, погиб несколько месяцев назад — она будет расследовать, почему богатенький старый лорд Хелдерстоун вернулся в Кормир. Другими словами, какую именно партию замышляющих измену лордов он осыпает дождём монет. В остальное время она может выглядеть как Амарун и быть с Арклетом, и эти двое будут держаться от тебя на расстоянии.

-А я что буду делать в это время?

-Ходить по девкам, торговать, проворачивать аферы, богатеть — короче говоря, быть сами собой, - ответил Эл. - Ни один кормирский лорд, который не любит монеты и не любит их зарабатывать, не смог бы провести дюжину лет в Сембии.

-А ты чем займёшься?

-Попытаюсь выследить и сразить Мэншуна, удержать Кормир от раскола, найти и подчинить себе или уничтожить призраков синего пламени, разумеется.

Мирт медленно покачал головой.

-Ты, как всегда, безумен.

-Конечно же.

Мирт услышал, как ухмыльнулся Эльминстер.

 




#96017 Закопайте Эльминстера поглубже: двадцать шестая глава

Написано Redrick 03 Июль 2017 - 15:11

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
ЛОЖЬ, ЦЕПИ И ПОЦЕЛУИ

 

-Хм, эй, бесстрашный часовой? Сэр дракон?

Мирт нацепил на лицо выражение, которое, как он надеялся, примут за дружескую улыбку и бросился к дворцовому стражнику, выставив перед собой пустые руки, чтобы показать, что он не вооружён. Дракон дружелюбным не казался.

-Я ищу леди Глатру. Боевая волшебница, обычно торопливая, громкая и властная? Вы же знакомы с ней, да?

Пурпурный дракон повернул голову, чтобы смерить глубоководца долгим оценивающим взглядом. Взгляд прошёлся с его непричёсанных волос до разношенных сапог и обратно, затем уставился в одну точку. Мирт это заметил.

-Хе-хе. Не обращайте внимания на это существо на моём плече. Это всего лишь ручной питомец, не более. Уверяю, он безвреден. Безвреден.

Сразу за ухом Мирта Вангердагаст издал низкий, предупреждающий рык.

Мирт поспешил продолжить.

-Так что, сэр, не могли бы вы отвести меня к леди Глатре? Или объяснить, как её найти?

-Зачем? - отозвался дракон, переместив своё копьё из положения «направлено вверх согласно протоколу» в угрожающую, готовую к бою позицию. - Кто ты такой и какое у тебя к ней дело? Что ты вообще делаешь здесь внизу?

-Ищу Глатру, - терпеливо объяснил Мирт. - Я Мирт из Глубоководья, навестивший моего доброго друга короля Форила Обарскира. Что же до моего дела к Глатре...

Он подался вперёд, чтобы подмигнуть и дружески ухмыльнуться, но от того ужаса, что получился в результате, стражник отпрянул — затем покраснел от раздражения и оставил свои вежливые, нейтральные манеры и зарычал:

-Я тебе не верю. Скажи пароль!

Мирт вздохнул.

-Пароль, - отозвался он. - Доволен?

-Шутник, значит? - рявкнул дракон, опуская копьё, чтобы нацелить его во внушительное брюхо Мирта.

-Ага, - согласился Мирт, смахнув наконечник копья одной рукой в сторону. - Я так понял, местонахождение Глатры тебе неизвестно? Да? Ну что ж, тогда я просто...

-Стоять! Стой на месте и сдавайся! Тоже мне, лорд Глубоководья!

Дракон сделал колющее движение копьём, угрожая использовать его, если Мирт попытается сбежать. Затем он прислонил его к стене одной рукой, а второй достал меч.

-Считай себя арестованным, - резко сказал он. - Как мой пленник, ты будешь следовать за мной, не сопротивляясь, не прибегая к насилию, не пытаясь обмануть меня или сбежать из-под стражи. И, поверь мне, мы даже не приблизимся к леди Глатре...

Без предупреждения Вангердагаст прыгнул, как атакующий паук, прямо на лицо дракону. Тот рухнул на пол.

-Что ты с ним сделал? - проворчал Мирт, переступая через стражника и торопливо бросаясь бежать вниз по коридору.

-Заставил его уснуть своим касанием, - ответил Ванги. - В мои дни драконы не смели быть такими назойливыми. А уж тем более с правителем другого государства!

Мирт хмыкнул. Повернув за угол, он заметил второго стражника, несущего дозор у стены под фонарём.

-Хочешь пари насчёт исхода второй попытки?

-Нет, - сухо ответил Вангердагаст. - Ты их провоцируешь, а я всего лишь питомец — помнишь?

Мирту хватило приличия смутиться.

 

***

Когда в заметно увеличившейся дыре в дворцовой стене появилась Глатра, немедленно началась суматоха, поскольку боевые маги со всех сторон бросились к ней, чтобы заговорить, проталкиваясь через драконов.

-Молчать! - рявкнула она — и маги Короны подчинились, смолкнув на полуслове. Солдаты вокруг заморгали, вздёрнули брови или открыто заухмылялись.

Несмотря на то, что она по-прежнему лежала на земле и чувствовала полное опустошение, Шторм присоединилась к последней реакции.

Глатра это умела, да. Добиться подчинения единственным словом.

Но боевая волшебница ещё не закончила.

-Сможете доложить мне потом. Столкновение здесь очевидным образом закончилось, но я вижу, что мои приказы до сих пор не выполнены, несмотря на то, что в одном месте собралось больше верных солдат и принёсших присягу волшебников, чем я видела за долгое время. Давайте немедленно это исправим. Парализуйте заклинаниями этих троих — танцовщицу, Амарун Белую Волну; эту чужеземку, Шторм Среброрукую; и этого благородного лорда Кормира, Арклета Делькасла. Их следует поместить под арест и приковать к стене в западной камере для последующего допроса. Займитесь этим немедленно.

Шторм даже шевелиться не стала. Она была так измучена, что заснула бы мгновенно, если бы не боль. Её задел обжигающий луч созерцателя, хотя три дракона случайно защитили Шторм от полноценного воздействия своими телами и заплатили за это сполна. Западная камера была чистой, сухой и светлой, и повиснув на цепях она могла поспать не хуже чем на улице, где на неё могли наступить или переехать.

Боевые маги с готовностью подчинились Глатре — вероятно потому, что в этот раз она задержалась достаточно, чтобы проследить за выполнением своих приказов. Когда двое стоявших над Шторм закончили свой короткий речитатив, она почувствовала всего лишь немедленное онемение. За которым, разумеется, последовал зуд, который она не могла почесать. Шторм напрягла палец и обнаружила, что может его согнуть — но сразу же перестала шевелиться, чтобы никто не заметил.

Старая парализующая перчатка арфистов. Она по-прежнему была заткнута у Шторм за пояс, и, должно быть, поглотила магию, которая должна была заморозить арфистку. Что могло означать, что перчатка снова заработает, парализуя своим касанием — хотя бы разок-другой.

-У вас нет права... - закричал Арклет, но голос резко оборвался, когда магия его парализовала.

-Права? - зарычал дракон, выбивая меч из руки обездвиженного лорда. Меч зазвенел на мостовой. - Не смеши меня. Мы добиваемся своих прав клинками наших мечей!

-Они готовы, - доложил маг. Шторм знала этот голос.

-Очень хорошо, - сухо отозвалась Глатра. - Боевой маг Велвин Трейсгар, вы проследите за доставкой пленников в камеру. Драконы, вы будете подчиняться Трейсгару, как любому военачальнику. Займитесь этим.

-Госпожа, - с поклоном отозвался Трейсгар, обладатель знакомого голоса.

Шторм постаралась притвориться парализованной, когда сильные руки подхватили её, подняли и потащили прочь.

 

***

Трейсгар вытянул руку.

-Ключи.

Лионар покачал головой.

-Нет, сэр. Леди Глатра сказала, что мы будем подчиняться вам как военачальнику. За исключением нужд военного времени ни один военачальник не нарушит этот постоянный приказ — ключи должны храниться у солдата за пределами темницы, чтобы не позволить пленникам, которые сумеют справиться со стражей, освободиться от своих оков или открыть камеры. Пленников заковали — поэтому я ухожу и забираю с собой ключи.

Трейсгар наделил лионара суровым взглядом.

Дракон встретил его взгляд с каменным лицом.

-Леди Глатра доверила заключённых под мою полную ответственность, - отрезал боевой маг, - и я не смогу выполнить этот приказ, если у меня не будет ключей.

-Ну так объявите себя регентом, сэр. В этом случае вы получите их мгновенно. А все мы подождём, пока вы будете объяснять королю причины подобного повышения в звании. Сэр.

Трейсгар посмотрел на лионара долгим, холодным взглядом, затем поморщился и махнул дракону, давая ему знак уходить и забирать с собой товарищей.

Они так и поступили. Один из драконов осмелился отвесить на прощание низкий поклон, предназначавшийся для действующих регентов.

Пока Трейсгар сверлил их спины взглядом, Шторм выскользнула из своей рукавицы.

Как и Амарун, она была прикована к стене за лодыжки, шею и правое запястье — от кандалов к кольцам в стене шли цепи примерно в фут длиной. Их левые руки были свободны.

Мужчин считали более опасными, и оба запястья Арклета, несмотря на его благородное происхождение, были прикованы к стене. Его приковали между Шторм и Рун к общим кольцам у лодыжек и запястий, но цепи были достаточно короткими, чтобы пленники не могли коснуться друг друга.

Волосы Шторм собрали в хвост, вытянули вдоль спины и приковали к цепи, которая шла к кольцу у её правой лодыжки. Кормирцы, похоже, решили не рисковать.

Уходя, драконы оставили дверь камеры открытой. Согласно действующим приказам, Трейсгар или назначенный им подчинённый должен носить ключи от всех дверей, чтобы любому заключенному, попытавшемуся сбежать, пришлось бы заставить сотрудничать — или убить — сразу двух тюремщиков. Кормирские царедворцы слышали слишком много баллад, чтобы совершать самые очевидные ошибки.

Похоже, за исключением той, когда ты злорадствуешь, повернувшись к пленникам спиной.

Трейсгар опять обернулся к ним и шагнул к Шторм.

Он медленно провёл пальцем по её лицу, от виска к челюсти, объясняя:

-Я совсем не рад тому, что вам приходится терпеть подобное обращение, но в королевстве сейчас слишком много тревог и опасностей, а госпоже Глатре в первую очередь нужны ответы. Эти кандалы лишь затем, чтобы избежать недоразумений, пока из постелей не поднимут боевых магов-ветеранов, которых леди Глатра хочет, хм, познакомить с вами. В обычных обстоятельствах для персон вроде вас оковы не требуются — но времена сейчас отнюдь не обычные.

Его лицо было так близко, что он почти задевал Шторм губами, когда говорил.

Шторм потянулась своей перчаткой, поцеловала его, чтобы задушить любую быструю и отчаянную магическую формулу — и Трейсгар замер в беспомощном молчании.

-В точности мои мысли, - промурчала в ответ Шторм, обхватив парализованного мага свободной рукой и разворачивая его так, чтобы Трейсгар врезался в Арклета. Она придержала его, прижимая к боку застывшего Делькасла, чтобы Эльминстер смог поработать над волшебником.

-Эл?

Мудрец из Долины Теней никак не мог ответить, но по движению глаз Арклета она видела, что он заметил целебное зелье — сверкающий стальной флакон с изображением солнца — на поясе Трейсгара.

Затем из носа Арклета потекла пыль, и Шторм поняла, что Эл находится на пути к ноздрям и рту Трейсгара, собираясь вторгнуться и завоевать разум боевого мага.

В отличии от Трейсгара, Эльминстер способен был прочесть заклинание с помощью одной лишь силы воли.

Трейсгар напрягся, затем его глаза сверкнули и он зашевелился. Двигаясь плавно и обыденно, как будто был старым другом, он снял флакон с пояса, повернул пробку, чтобы сломать восковую печать, затем поднял своим пальцем подбородок Шторм так нежно, будто это была ласка.

Шторм покорно открыла рот, и Эл заставил боевого мага медленно и осторожно влить в неё зелье. По телу прошло знакомое тепло, затем волна мятной свежести, изгоняя всю боль и усталость, заставляя Шторм почувствовать себя чудесно.

Она испустила удовлетворённый вздох. Трейсгар отступил на шаг и прочёл новое заклинание, бормоча выбранные Элом слова — он отправлял магическое послание Вангердагасту, рассказывая тому, что произошло.

Затем заколдованный боевой маг произнёс ответ.

-Мирт доставит экипаж к двери Трёх Дельфинов для транспортировки трёх заключённых в сопровождениииии боевого мага Велвина Трейсгара, - сообщил Ванги Эльминстеру. - Если, конечно, вам хоть раз хватит здравого смысла, чтобы как можно быстрее убраться из Сюзейла. Всем вам.

 

***

В тёмные, холодные часы очень раннего утра переулок за лавкой Сронтера-алхимика обычно пустовал, но сегодня всё было иначе. Во мраке ночи стояли два закрытых и загруженных фургона, запряжённые дремлющими лошадьми, и на каждом фургоне подобно статуям восседали грузчик и кучер, вцепившись в свои вожжи и кнуты, как будто погружённые в собственную дрёму.

Стройная фигура в тёмном кожаном облачении вора полностью сливалась с тенью, пока не взобралась на один из фургонов. Она уселась рядом с возничим и поцеловала его очень крепко.

Тогда кучер вздрогнул, повернул голову и сказал ей холодным знакомым голосом:

-Теперь отправляйся домой и наслаждайся остатком сна госпожи Делейры Трусильвер. Заляг на дно, пока я снова с тобой не свяжусь. Ты не слишком подходишь для следующих моих битв.

Талан кивнула, осмелилась на прощание стиснуть руку кучера, соскользнула с фургона и пропала, бесшумно растворившись в ночи.

Только оказавшись в трёх улицах от лавки, она осмелилась прошептать:

-Вы могли бы и поблагодарить меня, лорд Мэншун. Я всего-навсего спасла вашу жизнь. «Не слишком подходишь...» тьфу.

Она не ожидала благодарности, но остаться в стороне от главного веселья было обидно.

 

***

-Получил?

Мирт содрогнулся.

-Да. Не то, чтобы мне нравилось, когда образы комнат и коридоров просто пихают мне в голову, имей в виду. Я уже чувствую приближающуюся мигрень.

-Если ты потеряешься и наткнёшься не на того боевого мага, то скоро узнаешь, на что похожа настоящая мигрень, - фыркнул Вангердагаст. - Не трать времени зря. Чем дольше ты задержишься в конюшнях, тем больше преданных кормирцев будут с тобой драться.

В ответ Мирт испустил нечленораздельное хмыканье и зашагал по проходу.

Ванги слабо улыбнулся в широкую спину глубоководца. Ну что ж, по крайней мере тот выбрал правильный коридор и направлялся в верную сторону.

И в тот же миг Мирт остановился, повернулся и проворчал:

-А ты что будешь делать, пока я краду экипаж, лошадей и всё прочее?

-Притворяться намного более молодым и неопытным боевым магом, чем я есть на самом деле, - ответил Вангердагаст. - Пошлю Глатре фальшивое предупреждение о нарушителях, пробравшихся во дворец, чтобы убить короля, с целью увести её — и большую часть драконов и прочих магов, которые сейчас не спят — в королевское крыло дворца. Но я буду далеко отсюда.

-Ха, - пророкотал Мирт, снова начиная шагать. - Вы, волшебники, всегда берёте на себя самую лёгкую часть. Разговоры. Всегда разговоры. Некоторым из нас приходится заниматься настоящими действиями, знаешь ли.

 

***

-Куда он? - прошептала Амарун, когда Трейсгар вышел из камеры, оставляя их прикованными к стене.

Маг только что оборвал действие паралича на ней и Арклете, который посмотрел на девушку и ответил — собственным голосом, хвала Тиморе!

-Эльминстер использовал заклинание, чтобы завладеть его разумом из моего разума; ради этого Шторм и прижимала его тело ко мне. Он ушёл, чтобы найти стражника, у которого есть ключи к нашим кандалам, и договориться с ним.

-Договориться навсегда?

-Нет, - вмешалась Шторм. - Боги хмурятся на тех, кто убивает без нужды — и в награду посылают им неудачи. Дракон немного вздремнёт, вот и всё.

Рун ещё кивала, когда Трейсгар появился снова и без единого слова освободил их всех.

-Оставьте надетыми незамкнутые кандалы, - приказала Шторм, пока её волосы, оставаясь собранными в хвост, выгнулись, чтобы скользнуть ей за воротник и скрыться под одеждой, - и ведите себя так, будто они по-прежнему заперты, а мы по-прежнему пленники. Скорее всего, мы столкнёмся с кем-нибудь по пути. Будем идти за Трейсгаром.

Безмолвный боевой маг угрожающе взмахнул жезлом и вышел из камеры. Его лицо было мрачным. С таким же угрюмым выражением, сложив вместе запястья, за ним последовала Шторм, так что Арклет и Амарун пристроились за ней.

За дверью, что выглядела точно так же, как и множество других дверей, которые они уже миновали, находилась кладовая с другой дверью, на которой мерцал предупреждающий символ. Трейсгар проигнорировал его и распахнул дверь, открывая заставленные сияющими флаконами полки. Шторм дала всем выпить по одному флакону, чтобы изгнать усталость и боль, затем раздала ещё по два про запас.

Трейсгар бросил пустые флаконы в ведро на полу, снова закрыл дверь кладовой и взмахнул жезлом, указывая в новый коридор.

Шторм опять свела вместе запястья и приняла удручённый вид. Рун и Арклет последовали её примеру и засеменили за молчаливым боевым магом, позвякивая цепями.

Они направлялись к горящему вдалеке фонарю у большой двери, которая выглядела так, будто вела наружу из дворца. Под фонарём стояло четверо бесстрастных пурпурных драконов, наблюдая, как пленники совершают свое долгое, долгое путешествие.

Когда они приблизились, двое стражников направили копья в их сторону. Другие двое прислонили копья к стене и достали мечи, шагнув вперёд с крайне недружелюбным видом.

 

***

Мирт тяжело вздохнул.

-Я не знаю, ни каких лошадей брать, ни какая упряжь мне нужна. Но точно знаю, что мне приказали взять закрытую повозку — вроде этой, или вон той — и как можно быстрее подогнать её к нужной двери. И учитывая, что эти приказы исходили от высокопоставленного боевого мага, я не намерен проявлять неподчинение. Почему же ты собираешься так поступить?

-Потому что я в жизни тебя раньше не видел, - прямо отозвался старший конюх, - потому что ты разговариваешь, как чужеземец, и потому что сейчас середина проклятой ночи, и даже в полдень твои требования будут таким же странными! Почему бы нам просто не подождать, пока этот важный маг не покажется сам и не потребует свой экипаж? В конце концов, он будет злиться на тебя, а не на меня. Я всего лишь человек, который отвечает здесь за все экипажи, лошадей и сбрую, и ничего из этого я не выпущу из виду без чётких указаний от моего начальства.

Мирт вздохнул.

-Я боялся, что ты поведёшь себя так, и хочу, чтобы ты знал: я сожалею о том, что собираюсь сделать.

Он потёр костяшки, сжал руку в кулак и угрожающе двинулся вперёд.

Конюх оскалился, отступил на шаг и потянулся к вилам. Тут же из стойла показался массивный и мускулистый пурпурный дракон, чтобы встретить Мирта.

-Какие-то проблемы, Нелд?

-Да, - триумфально заявил конюх, глядя на Мирта. - Этот толстый чужеземец пытается украсть экипаж — и хочет, чтобы я сначала запряг для него лошадей.

-Нет, ничего такого я не пытаюсь, - проревел Мирт, продолжая наступать и не разжимая своих волосатых кулаков — не обращая внимания на дракона. - Я пытаюсь заставить тебя выполнить приказы самого королевского мага.

-Вот как? - мягко спросил дракон. - Учитывая, что королевский маг пропал без вести много дней назад, я хотел бы услышать эти приказы от него лично. А пока назови своё имя, чужеземец, и род занятий.

-Мирт. Я лорд Глубоководья. За это неплохо платят.

-Не сомневаюсь, если тебе всегда приходится добывать экипажи таким образом, - фыркнул дракон, шагая вперёд навстречу Мирту.

Глубоководец был крупным мужчиной, но солдат был выше и шире в плечах, и там, где у Мирта был жир, у него были мускулы.

-Ну? - шёлковым голосом поинтересовался он. - Попробуешь силой заставить Нелда помочь тебе с экипажем, лорд Мирт?

-Я попросил вежливо, но, похоже, местные обычаи требуют применения силы, а значит, я вынужден её применить, - прорычал Мирт. - Уйди с дороги, безымянный дракон.

-Ха. Меня зовут Ворульд, и я не повинуюсь указам чужеземных конокрадов.

-Уйди с дороги, Ворульд, - прорычал Мирт.

-Или что?

Мирт пожал плечами, сорвал один из мешочков с перцем с пояса так, чтобы развязать шнуровку, и швырнул его в лицо Ворульду. Когда дракон взревел от боли, Мирт уклонился от неизбежного слепого удара, ловко перерезал противнику завязки на штанах — и оказавшись позади ревущего дракона, хорошенько пнул его в подходящее место.

Затем он пробежал по содрогающемуся телу дракона, оказавшись за пределами досягаемости вил Нелда, схватил с крюков несколько полных мешков с овсом и швырнул их в лицо Нелду.

За ослепляющей дозой овса последовали кулаки Мирта. Тот получил немалое удовольствие, дважды сбив Нелда на землю. Когда в третий раз конюх, похоже, лишился желания вставать, Мирт взял его за ухо и поставил на ноги.

-Я спешу, - с радостной ухмылкой прорычал он, вытирая полетевшую в лицо вместе с проклятиями Нелда слюну. Конюх сфокусировал на нём взгляд своих заплывших глаз, которые к полудню наверняка приобретут фиолетово-чёрный оттенок. - Поэтому не стану ломать тебе нос или челюсть. При условии, что ты запряжёшь хороших лошадей вон в ту повозку, прямо сейчас и без промедления. И на тот случай, если ты решишь дать мне плохих лошадей или неверную упряжь, или выкинешь ещё какой трюк, думаю, стоит предупредить, что в своё время мне приходилось готовить упряжки. Перережешь ремень или ещё что-то испортишь — я тебе пальцы сломаю. В обратную сторону.

Нелд сглотнул.

Мирт наградил его нежной улыбкой.

-Я не шучу, - весело добавил он. - Время пошло, мой новый друг Нелд. Терпение королевского мага небезгранично. И если я простой человек, который всего лишь знает, как ломать вещи, то он — маг, который знает, как сделать месть по-настоящему долгой.

Нелд бросился к ближайшему столу со сбруей. Быстро.

 




#96016 Закопайте Эльминстера поглубже: двадцать пятая глава

Написано Redrick 03 Июль 2017 - 15:09

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

СПАСЕНИЕ И ПЛЕНЕНИЕ

 

Королевский дворец, Променад и ряд зданий по другую сторону самой широкой улицы Сюзейла содрогнулись и задрожали все разом. Каменный карниз отломился от стены и рухнул на мостовую, разлетевшись на части. Во все стороны полетели кувыркающиеся обломки.

Едва ли кто-то обратил внимание. Падающие, подскакивающие на дрожащих камнях среди клубящейся пыли люди смотрели вверх, на созерцателя. Глазной тиран оказался в ревущем сердце более двух дюжин бушующих заклинаний. Они рвали и били, обжигали и хлестали, и в конце концов подбросили в небо вопящую, рассыпающую клыки, сломавшую челюсть беспомощную сферу, вырвав ей глазные стебли, посыпавшиеся на землю дождём мокрых ошмётков.

Умирающий, разорванный на части и расплёскивающий внутренности ливнем фиолетового мяса созерцатель, который, как только что узнала Талан, был Мэншуном, замедлил полёт, достигнув зенита, и начал падать обратно.

Растерзанный, дрейфующий в воздухе, слишком пострадавший, чтобы кого-то атаковать, созерцатель покачнулся, пытаясь замедлить своё падение. Его центральный глаз глядел в никуда и начал блекнуть. Кормирцы наблюдали, не осмеливаясь пока радоваться победе.

Тарграэль не останавливалась, следуя за созерцателем, не отрывая от него пристального взгляда, высматривая любой признак того, что Мэншун читает какое-то последнее заклинание.

Созерцателя повело в падении вбок, прочь от дворца... к остальной части города. В сторону крыши, где затаилась Талан.

Тарграэль ни на мгновение не позволила своему взгляду оторваться от искалеченного чудовища. Рухнет ли он на крышу клуба и разобьётся там, рядом со своей подлой маленькой ментальной рабыней?

Было похоже на... нет... нет. Чудовище увело в сторону достаточно сильно, чтобы пролететь мимо, чтобы рухнуть влажной грудой на улицу за клубом или врезаться в фасады лавок и балконы следующего здания напротив.

Затем внимательность Тарграэль была вознаграждена.

Она заметила практически неуловимую вспышку между созерцателем и тёмной фигурой на краю крыши. Мэншун нырнул в разум своей Талан.

Талан, которая днём была леди Делейрой Трусильвер, обитательницей особняка, который не мог спрятать или передвинуть даже основатель Зентарима.

Тарграэль начисто забыла о падающем созерцателе. Её новой целью была Талан.

Она бросилась бежать. Драконы тоже бежали, и некоторые даже устремили взгляды на неё, поднимая мечи, но она не обратила на них внимания, всё ускоряя бег и направляясь к улице с другой стороны этого клуба, пытаясь обойти крышу сзади.

Она успела увидеть, как Талан высоко наверху сделала опасный прыжок на крышу соседнего здания.

-Ты! - закричал позади человек, совсем рядом. - Опусти оружие или умрешь!

Тарграэль закатила глаза. Неужели тупоголовые драконы никогда не сдаются?

Не прекращая бежать, она оглянулась. Проклятье! У него были друзья, около дюжины, и среди них был боевой маг. И не похоже, чтобы он был испуган или задыхался от бега. Он доставал свой тлуинов жезл!

Она миновала клуб и побежала вдоль стены второго здания, зная, что Талан, скорее всего, уже оказалась в нескольких зданиях от неё, перепрыгивая с крыши на крышу и обладая широким выбором путей вниз на улицу — и даже под улицу.

По переулкам к ней бежали новые драконы, стремительно сокращая расстояние.

-Проклятье! - воскликнула она. - Довольно! Я отправлюсь в дом Трусильверов, чтобы выследить Талан, но сначала мне всё равно нужен тот камень из тайника королевы Эленду. Если я захвачу его разум, он не сможет использовать на мне свою магию!

На добрых шесть шагов опережая пурпурного дракона, который продолжал требовать сложить оружие и грозил неминуемой гибелью, она свернула за знакомый угол и оказалась перед деревянным люком, который помнила. Она подхватила крышку люка и даже не оглядываясь швырнула её за спину в лицо преследователя, и не глядя бросилась ногами вперёд вниз в открывшуюся шахту.

Она успела проделать дюжину шагов по зловонному канализационному тоннелю, достаточно большому для высокой воительницы, направляясь во дворец по одному из самых удобных путей, прежде чем дракон, лицо которого она только что разбила брошенным люком, сделал последний, захлёбывающийся вздох и умер.

 

***

Мирт сменил свой бег по дворцу на быструю спотыкающуюся походку и достаточно восстановил дыхание, чтобы прореветь:

-Помогите! Эй! Спасите! Нападение созерцателя! Драконы и боевые маги окружены! Дворец пробит! Нужна помощь!

Куда подевались все пажи и стражники? Обычно проклятые гады были повсюду, как мухи на свежем дерьме, вечно преграждали тебе путь с вежливой гримасой, и...

Он подошёл к освещённому лампами перекрёстку, где должен был находиться пункт стражи, но здесь тоже никого не было. Ну что ж, может быть, они все уже на улице и заняты тем, что гибнут...

На стене у фонаря висел старый щит с отслаивающейся краской, изображавшей когда-то без сомнения известный герб. Вероятно, это была драгоценная реликвия, принадлежавшая какому-то древнему Обарскиру, увековеченному в песнях герою.

Ну что ж, реликвия, настало время снова спасать Кормир. Перехватив свои кинжалы за лезвие, Мирт забарабанил по щиту, избивая его, как гонг, пока тот не начал ритмично биться о стену, подняв невообразимый грохот.

Мирт услышал, как в шести или семи комнатах отсюда эхо заставляет греметь различные далёкие и невидимые металлические предметы. Ухмыльнувшись, Мирт заколотил по щиту ещё сильнее. Вокруг начала оседать пылью краска.

Распахнулась дверь, и из неё вывалился мужчина с искажённым от гнева лицом.

Боевой маг.

Разумеется.

Увидев Мирта, он угрожающе взмахнул руками и рявкнул:

-Прекрати это! Сумасшедший! Старый болван! Люди спать пытаются!

Мирт продолжил барабанить, но одной рукой указал в ту сторону, откуда пришёл, потом взмахнул кинжалом.

Маг Короны не впечатлился.

-Нападение! Тьфу!

Вытащив жезл, он подошёл к Мирту, принял драматичную позу, готовясь испепелить это шумное неудобство — и рухнул на пол без чувств, получив удар по затылку.

Мирт с любопытством посмотрел вниз на мага, затем отпрянул. То, что его вырубило, казалось похожим на клочок чего-то тёмного — отчасти призрак, отчасти паук. Оно разжало свои длинные лапы — которые начинали казаться похожими на человеческие пальцы — отпуская плитку с потолка, верхом на которой свалилось на мага. Как паук, оно побежало в сторону Мирта, который сдержал желание раздавить существо обоими сапогами.

Теперь призрак выглядел скорее как лицо старика, а волочившееся следом за ним облако напоминало бороду. Под бородой у лица росли определённо человеческие пальцы, скорее даже рука... но на этих пальцах лицо бежало по полу.

Да, по полу; оно спустилось с бесчувственного волшебника и направилось к Мирту. Тот посвятил себя осторожному отступлению.

-Мирт из Глубоководья, - сухо поприветствовало его паукообразное создание. - Здравствуй. Вангердагаст, королевский маг Кормира, к твоим услугам. Продолжай барабанить в этот щит.

Мирт поклонился, кивнул, и с энтузиазмом продолжил бить по щиту.

Когда в дело вступило эхо, звон стал чудовищным, почти оглушительным, и вскоре из-за угла показался некто на вид одновременно сонный и злой, и устремился по коридору к Мирту.

Пристально разглядывая второго прибывшего на предмет жезла или произносимого заклинания, Мирт едва заметил, что паукообразное создание обогнуло его кругом, спрятавшись за сапогами от приближающегося царедворца.

Тот закричал:

-Прекратить шум! Кто ты такой и чего тебе надо! Я — младший сенешаль Корлет Фентабль!

Мужчина назвал своё имя так, будто ожидал, что оно произведёт на Мирта впечатление, поэтому Мирт пожал плечами и улыбнулся.

-Я Мирт, и я барабаню в этот щит, чтобы известить весь дворец о том, что снаружи на улице созерцатель сжигает драконов и боевых магов — и даже прожёг большую дыру в стене дворца. Здравствуй.

-О? - похоже, это заявление не произвело на Фентабля впечатления. - Подожди здесь. Я вернусь с соответствующими подчинёнными.

Повернувшись кругом, он отправился тем же путём, которым пришёл.

-Он собирается позвать драконов, чтобы вернуться и арестовать тебя, - тихо сказал Вангердагаст из-за сапогов Мирта. - Беги следом и выруби его.

Мирт улыбнулся. Кажется, это был лучший совет, что ему приходилось слышать за долгое время. Втянув воздух, который требовался ему для быстрого рывка по коридору, он взвесил кинжалы в руках, рукоятями вперёд — и поступил так, как ему сказали.

Когда он посмотрел на Вангердагаста над распростёртым телом сенешаля, один из паучьих пальцев согнулся, подзывая его обратно.

Мирт наклонился, сгрёб в кулак кусок рубахи Фентабля, и бросил вопросительный взгляд на королевского мага.

Ванги кивнул, и Мирт потащил сенешаля обратно к щиту.

-Этот человек — предатель Короны, - объяснил королевский маг. - Я пока не знаю, на кого именно он работает и чего добивается — и прямо сейчас у нас нет времени, чтобы выбить эти ответы. А королевству нужны ответы, а не вопли и беготня во время всех этих невзгод. Поэтому мне нужно, чтобы ты отнёс его в королевский склеп.

Мирт пожал плечами.

-Ладно — до тех пор, пока стражники не попытаются похоронить там и меня.

-Хорошо. Не шевелись.

Человекоголовое паукосоздание стало карабкаться по ноге Мирта.

-Я поеду на твоём плече и буду указывать дорогу. Склеп должны охранять только защитные заклинания, а о них я позабочусь. У нас там есть пустые гробы, и любой, кого в них положат, погружается в магический стазис. Мне в голову приходят сразу несколько персон в этом королевстве, которых я хотел бы туда поместить, пока не буду готов с ними разобраться, но этот негодяй будет первым.

Мирт засмеялся.

-Веди меня.

-Пойдём по этому коридору, чтобы свернуть вон там. Видишь квадратный камень на полу? Ударь его сапогом. Другой камень, прямо перед тобой, должен чуть-чуть отойти. С силой надави на него, и откроется потайная дверь.

-Всё лучше и лучше. Поблизости случайно нет никаких сокровищ, по которым не будут скучать?

-Нет, - сухо сказал Ванги. - Но, говорят, королевский маг обычно награждает тех, кто хорошо послужил Кормиру.

Мирт последовал его указаниям, и перед ним на удивление тихо отворилась дверь. Он потащил тело Фентабля через неё и дальше. Дверь закрылась сразу же, как только волочащиеся сапоги сенешаля пересекли порог.

Пару мгновений спустя, когда в непроглядном мраке Мирт уже открыл было рот, чтобы спросить паукообразное существо на плече, куда идти, он услышал шум с другой стороны стены.

Множество людей в сапогах повернули за только что покинутый им угол, и среди них была по меньшей мере одна женщина. Их выдавал голос Глатры, который нельзя было ни с чем спутать. Голос давал понять всем в поле слышимости, что она просто взбесилась, и кто-то должен за это заплатить; и что она хочет знать, кто осмелился разбудить эту часть дворца, и что она хорошенько постучит по его гонгу.

Мирт и Вангердагаст оба были хитрыми старыми ветеранами, так что они выждали, пока звуки не утихнут вдали, прежде чем засмеяться. В унисон.

 

***

Поздней ночью Королевский лес был холодным местом, окутанным ледяными клочьями тумана и пронизанным зловещими звуками.

Один из этих звуков раздавался из пологой лощины недалеко от Пути Дракона. Это был глубокий, громкий храп уставшего молодого кормирского лорда.

Подложив под голову плащ телохранителя, Марлин Грозозмей, лежавший на двух других плащах и укрывшийся своим, глубоко погрузился в сон, пока дрожавшие от холода телохранители стояли над ним мрачной стражей.

-Того, что он нам платит, за такое и близко недостаточно, - уже не в первый раз хрипло прошептал один из них.

-Заткнись, - ещё резче прежнего раздался знакомый ответ.

-Слышали? - выхватив меч, прошипел третий громила. - Что-то приближается — там!

Краем глаза они заметили далёкий синий огонь между деревьями, и в страхе торопливо принялись будить лорда, тряся его и пихая сапогами.

Призраки синего пламени их господина возвращались, и эти проклятые существа, шагнувшие за грань смерти, подчинялись лишь ему.

Марлин проснулся в таком же страхе, как и они, промокнув от пота и ругаясь, и ему пришлось быстро вскочить на ноги, чтобы приготовить Клинок и Чашу. Два пылающих убийцы подобрались к нему. Они тащили за собой мохнатую массу крупнее их двоих вместе взятых. Масса оставляла широкий, мокрый след крови на листьях и опавших ветках. Это заставило телохранителей помрачнеть ещё сильнее и сдвинуться, пока они не встали плечом к плечу с мечами наголо.

-Что такое? - без энтузиазма спросил Грозозмей.

-Ты приказал нам добыть дичи. Смотри. Это медведь — всё остальное в лесу сбежало от нас.

Трое телохранителей обменялись молчаливыми взглядами, затем все вместе сказали:

-Неудивительно.

Грозозмей просто кивнул, поднял Чашу и Клинок, и направил свою волю на призраков. Призраки подались вперёд, будто в воинственном вызове, но ничего не сказали.

В зловещей тишине лорд напрягся, задрожал и побледнел... и медленно, очень медленно, окутанные холодным синим пламенем мужчины растворились, их последние огоньки поднялись с двух предметов, которые сжимал юноша.

Грозозмей сделал глубокий вдох, позволил рукам упасть, затем повернулся и рявкнул на троих телохранителей:

-Разделайте этого медведя, разведите костёр, и начинайте готовить. Разбудите меня, когда будет готово.

Прижав Чашу и Клинок к груди, как будто он был жрецом, несущим ночное бдение на алтаре, он опустился на плащи и закрыл глаза.

Ворчавшие телохранители начали выполнять его приказы. Когда они опустились перед медведем со своими кинжалами и начали резать, взгляды, бросаемые ими на господина, были почти такими же злобными, как взгляды призраков несколькими мгновениями ранее.

 

***

-Весёлое местечко, - прокомментировал Мирт, глядя, как приближение Вангердагаста к двойным дверям заставляет проявиться зловещие символы. Предупреждение дуракам и грабителям могил.

Что ж, в своё время он побывал и тем и другим, и, вероятно, станет снова...

Он посмотрел на Фентабля. После того, как его протащили по двум лестничным пролётам и по стольким коридорам, что Мирт даже не стал трудиться их считать, сенешаль выглядел немного похуже.

Двери со скрипом распахнулись, и Вангердагаст сказал:

-Спасибо, что отвёл взгляд. Я вижу, у Глубоководья достойные лорды.

Мирт сумел подавить фырканье, которым обычно встречал подобные сантименты, и увидел, как в пустом воздухе зажигается бледное свечение, когда похожий на паука королевский маг осторожно углубился в большую, тёмную палату.

-Здесь... бывают проблемы? - осторожно спросил Мирт, не двигаясь с места.

-С тех пор, как я в последний раз был здесь, потревожены слишком много гробов. Знаю, что с первого взгляда и не скажешь, но можешь мне поверить. Оставь сенешаля и входи. Мне потребуется твоя помощь с крышками.

-А мне потребуется твоя помощь в развоплощении нежити, когда она выпрыгнет и попытается прищучить меня, - многозначительно ответил Мирт.

-Ты её получишь, - раздался сухой ответ.

Мирт закатил глаза и двинулся вперёд.

-Который из них первым?

В седьмом открытом Миртом гробу лежал неподвижный, не пострадавший на первый взгляд мужчина. Он находился в самом сердце слабо звенящего магического свечения, заполняющего его каменное прибежище.

-Не трогай, - предупредил Вангердагаст.

-Не бойся, - отозвался Мирт. - Я просто ищу ловушки.

-Он пойман в одну. Стазисную ловушку, - фыркнул королевский маг, карабкаясь на вершину погребальной колесницы поблизости, чтобы взглянуть вниз в открытый гроб.

-Это лорд печатей, Вэйнренс, - добавил он удовлетворённым голосом, когда увидел неподвижное тело в гробу. - Оставь его. Надеюсь, что в одном из трёх оставшихся потревоженных гробов лежит Ганрахаст. Это последнее место во дворце, которое я ещё не проверил в их поисках.

В следующем гробу лежал королевский маг в таком же звенящем, слабо пульсирующем стазисе.

-Мы не посмеем тревожить их без старшего боевого мага под рукой тот на случай, если немедленно потребуются заклинания. Я на быструю магию не способен, учитывая моё нынешнее состояние.

Мирт с интересом посмотрел на паукоподобного мага. Голос Вангердагаста не был печальным, он лишь констатировал факт.

-Что мне делать с дурнем, которого я сюда притащил?

-Положи его в тот гроб и закрой крышку. Он полежит, пока у меня не найдётся времени на такое же заклинание стазиса. С ним я справлюсь, хоть и медленно.

-Хорошо, а потом?

-Пойдём разыщем Глатру. Ради разнообразия она хоть раз может сделать что-то полезное.

 

***

Арклет устало огляделся вокруг. Пурпурные драконы и боевые маги радовались победе. В любой момент они могли заметить рядом с собой благородного лорда — с цепляющейся за него танцовщицей и печально известной арфисткой с серебряными волосами, которая лежала у его ног. Шторм казалась такой же потерянной для мира, как и Эльминстер в голове Арклета.

Замолкший, не отвечающий. Пропавший.

-Рун, - прошептал он в ближайшее ухо танцовщицы, которую с каждой секундой любил всё больше и больше, - если я понесу Шторм, сможешь взять её за ноги?

-Куда? - прошептала в ответ Рун. - Во дворец?

Арклет пожал плечами. Куда ещё им было идти? Он очень сомневался, что если прямо сейчас попытаться протащить Шторм по Променаду, им позволят просто покинуть это место. Многие из этих людей слышали приказы Глатры.

Дерьмо. Похоже, они постоянно попадали глубоко в свежее, тёплое дерьмо.