Перейти к содержимому


Свернуть чат Башня Эльминстера Открыть чат во всплывающем окне

Трёп, флейм и флуд. Все дела.
@  PyPPen : (28 Сентябрь 2017 - 07:42 ) @Valter Я только-только закончил читать "советники и Короли" на русском. Вся трилогия переведена, хотя и не отредактирована.Ну, может я не заметил ошибок, но, как по мне, там все хорошо
@  Valter : (18 Сентябрь 2017 - 10:25 ) Ладно, что делать. Буду читать из "Водных врат" то, что уже переведено тут на форуме. А остаток - в оригинале.
@  Valter : (18 Сентябрь 2017 - 10:22 ) Zelgedis, и эти тоже, конечно, читал. "Путеводный камень", кстати, понравился. "Муншаае" - не особенно.
@  Zelgedis : (16 Сентябрь 2017 - 11:49 ) @Valter А совсем из старых? "Путеводный камень" или "Трилогия Муншае"?
@  Valter : (12 Сентябрь 2017 - 01:01 ) Zelgedis, нет, не все. Недавно закончил с "Героем" Сальваторе, но из непрочитанного Дом змей, Проклятые земли и еще что-то..
@  Zelgedis : (07 Сентябрь 2017 - 07:19 ) @Valter Ты все на русском переводы прочитал?
@  Valter : (06 Сентябрь 2017 - 02:54 ) печаль. И еще печаль, что тут прочитал, что книги по FR издавать не хотят. И лета не было опять... Кругом печаль
@  nikola26 : (01 Сентябрь 2017 - 05:01 ) @Valter, ещё не.
@  Valter : (01 Сентябрь 2017 - 11:39 ) Всем здравствовать! Я про Floodgate опять же, Еще не?
@  Faer : (22 Август 2017 - 09:12 ) @nikola26, этой опции пока не нашел
@  Mogrim : (22 Август 2017 - 03:59 ) О, Чат снова воскрес?)
@  nikola26 : (22 Август 2017 - 02:11 ) а зарегистрированных спамеров не кикнул с форума?
@  Faer : (22 Август 2017 - 02:05 ) ну хорошо. посмотрим. Еще я добавил интервал 2 мин между сообщениями, чтоб было. Не бейте))
@  nikola26 : (22 Август 2017 - 02:02 ) хз. я сейчас попробовал зарегиться. написали - регистрация отключена
@  Faer : (22 Август 2017 - 01:59 ) а новый участник как зарегился тогда?
@  nikola26 : (22 Август 2017 - 01:57 ) Закрыл вроде.
@  Faer : (22 Август 2017 - 01:42 ) или нет...
@  Faer : (22 Август 2017 - 12:58 ) ну... я что-то поклацал
@  Redrick : (21 Август 2017 - 09:47 ) Хрен знает, как это делается.
@  Faer : (21 Август 2017 - 06:54 ) Закрой, плз. А там поглядим)
@  Redrick : (21 Август 2017 - 04:52 ) Или капчу какую прикрутить, но тут я не знаю, как это технически сделать
@  Redrick : (21 Август 2017 - 04:52 ) Разве что регистрацию закрыть, наверное...
@  nikola26 : (21 Август 2017 - 12:01 ) Как же задолбали эти спамеры! Егор, Faer можно ли их как-то победить?
@  Faer : (20 Август 2017 - 09:00 ) Привет. Не только Сальваторе, но и вообще художку по миру пока выпускать не планируют( Не выгодно, говорят.
@  jackal tm : (20 Август 2017 - 07:55 ) Всем привет. Никто не слышал, когда будет продолжение "тёмного эльфа" Сальваторе?
@  Redrick : (07 Август 2017 - 03:58 ) Просто декоративная смена сеттинга.
@  Defender : (07 Август 2017 - 02:59 ) Я так понимаю, что это Betrayal at House on the Hill, перенесенный в сеттинг или ожидается что-то принципиально иное?
@  Defender : (07 Август 2017 - 02:58 ) Что господа эксперты скажут про настолку http://dnd.wizards.c...al-baldurs-gate ?
@  Redrick : (29 Июль 2017 - 11:21 ) Костя, если вдруг заглянешь сюда - с днём рождения)
@  Redrick : (21 Июль 2017 - 11:02 ) Пост уже редактированию не поддаётся. Вся важная информация там есть, а кому нужен перевод - его и без ссылки на форуме легко найти.
@  Mogrim : (21 Июль 2017 - 08:30 ) Рэдди, прикрепи ссылку на сбор средств к посту вк) А то ее нет:D
@  Allistain : (19 Июль 2017 - 06:26 ) Жду)
@  Mogrim : (13 Июль 2017 - 11:04 ) *Обнял Аллистайн* Потом распишу тебе рецензию в личку на перевод и остальное:D
@  Allistain : (13 Июль 2017 - 10:36 ) Господа, у кого есть полномочия, удалите подраздел форума о Нежити, плиз
@  Mogrim : (13 Июль 2017 - 12:12 ) Что ж...я дочитал "Нечестивца". Я доволен, мне хорошо:D Спасибо Аллистан за перевод!) Ошибок не обнаружил в ходе чтения
@  Alishanda : (11 Июль 2017 - 06:19 ) Да вроде нет.
@  Redrick : (11 Июль 2017 - 01:01 ) Откуда все эти спамеры лезут... у нас что, кто-то проверочный вопрос при регистрации отключил?
@  Memrik : (07 Июль 2017 - 07:34 ) Оля, пасиб!
@  Mogrim : (06 Июль 2017 - 01:08 ) ААААААААААААААААААААААААА
@  Memrik : (05 Июль 2017 - 10:58 ) Ого! Нечистый появился! Сяпки!
@  Alishanda : (04 Июль 2017 - 12:54 ) Почему мне второй раз достается книжулька с главами в километр? ;(
@  Mogrim : (30 Июнь 2017 - 07:46 ) Э нет, Оля, может и мне нужны!
@  Redrick : (30 Июнь 2017 - 07:44 ) Мне нужны сиськи. Если к ним прилагается девушка.
@  Alishanda : (30 Июнь 2017 - 06:57 ) Ой, ну тебе-то понятно, что незачем!
@  Mogrim : (30 Июнь 2017 - 05:46 ) Зачем сиськи!
@  Alishanda : (30 Июнь 2017 - 04:28 ) О_о. А.. сисек?(
@  Redrick : (30 Июнь 2017 - 11:50 ) Этот день настал.) Увеличение члена в каждый дом!
@  Mogrim : (22 Июнь 2017 - 04:44 ) Тварюги, уже и до гугла лапки протянули!-_-
@  Mogrim : (21 Июнь 2017 - 08:18 ) А я слышал, что где-то тут "Нечестивец" летал, это ведь правда?:В
@  Alishanda : (19 Июнь 2017 - 08:33 ) Есть небольшой шанс, что я добью-таки сегодня главу от Оплота. С утра он был почти 100%. Но потом мне прострелили колено...
@  Mogrim : (19 Июнь 2017 - 03:22 ) ммм, 3 года на "Долине")
@  Redrick : (19 Июнь 2017 - 09:39 ) Чтоб я ещё помнил, где там админка.
@  Alishanda : (19 Июнь 2017 - 09:16 ) Если ты мне дашь пароль от админки сайта, я могу поклацать после обеда.
@  Faer : (19 Июнь 2017 - 08:48 ) @Redrick, с ходу как єто сделать не соображу, и боюсь что-то наклацать впопыхах (мои таланты ты же знаешь)). Так что извиняй
@  Mogrim : (19 Июнь 2017 - 06:55 ) и такое возможно? Во делаа
@  Redrick : (19 Июнь 2017 - 05:37 ) Ребят, отключите кто-нибудь на сайте возможность комментирования незарегистрированным пользователям. Идёт волна спама.
@  Valter : (16 Июнь 2017 - 01:07 ) Alishanda, так я другое читал
@  Alishanda : (15 Июнь 2017 - 07:28 ) Я бы ее уже три раза прочиталаб. Еслиб читала.
@  Zelgedis : (15 Июнь 2017 - 11:56 ) @Alishanda что касаемо числа символов, то есть такое.) я как главу прочитывал, то сразу смотрел сколько страниц следующая. =)
@  Valter : (14 Июнь 2017 - 11:15 ) Прочитал тут недавно Сумеречную войну Кемпа всю. Что сказать, хорошая история про Кейла у него получилась. Скоро вот сяду за Богорожденного.
@  Valter : (14 Июнь 2017 - 11:13 ) Faer, понял, спасибо! Очень жду! )
@  Valter : (14 Июнь 2017 - 11:13 ) Да конечно лучше водные врата, просто я именно привел, как у вас на сайте написано))
@  Alishanda : (14 Июнь 2017 - 10:39 ) Да, если что я сижу с Оплотом. Просто главы 50 000 символов. Много.
@  Alishanda : (14 Июнь 2017 - 10:38 ) Да. Плиз. Проклятье на этом форуме принадлежит Вызову.
@  Faer : (14 Июнь 2017 - 08:47 ) @Zelgedis, про проклятье это ты загнул, а в черновик я подглядываю))
@  Zelgedis : (14 Июнь 2017 - 02:00 ) @nikola26 Да я в курсе, но спасибо.)
@  nikola26 : (14 Июнь 2017 - 01:54 ) @Zelgedis так там только 6 последних глав требуют вычитки. Остальные отредактированы вроде. Это про "Водные Врата".
@  Zelgedis : (14 Июнь 2017 - 01:33 ) @Mogrim Терпи! =)@Valter Всё-таки "Водные Врата" больше подходит по смыслу =). @Faer а вообще жаль черновой вариант.) Прям проклятая книга =)
@  Faer : (13 Июнь 2017 - 07:07 ) @jacksparrow375, то, что гуляет по сети - по факту черновик. Его еще сверять и вылизывать.
@  jacksparrow375 : (13 Июнь 2017 - 08:57 ) А разве Водоспуск не закончен? сколько там всего глав?
@  Mogrim : (12 Июнь 2017 - 10:00 ) *Что-то там бурчит про "Нечестивца"*
@  Faer : (12 Июнь 2017 - 09:48 ) Будет, как только с Вызовом закончу
@  Valter : (12 Июнь 2017 - 09:11 ) Привет! Перевода Водоспуск (The Floodgate) не будет на сайте?
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 08:48 ) Благодарю <3
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 08:44 ) А на английском тебе вот это может зайти: http://imaginaria.ru...fth-season.html
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 08:38 ) "Меекхан" Вегнера можешь попробовать.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 08:37 ) Я пока думаю. Всяко надо что-то в поезд прихватить. А то я завтра в часдня приезжаю. За это время можно взвыть от скуки. Может сейчас Этерны вторую часть в электронке поищу
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 08:25 ) Не читай. Пустая трата времени.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 08:20 ) Придется читать этот Меч Истины или как его там. Про невнятного чувака и светлую жрицу. А то в питер ночью еду и делать нечего будет
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 02:44 ) От хоста который под ддос попадает через раз, а виноват сайт про ельфов, другого и не ждала. Огорчают
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 02:22 ) Ага. Вот почему у меня тогда даты не сошлись. Очень плохо, что они так коварно прячут эту информацию. Надо бить по рукам.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 02:18 ) И 18 апреля продлен был второй наш домен. Жесть конечно у них, а не биллинг. Нужно пройти квест чтобы найти данные. У нас на хосте все списания в одном месте лежат
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 02:09 ) Короче деньги были сняты за продление домена последний раз. Эти самые чудесно исчезнувшие 400 ре.
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 02:02 ) Фаэр, а никак не перевожу. Мне не попадалось, кажется.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 01:34 ) Судя по запрошенному отчету с нас списали 1 июня не 9 а 422 рубля. Спросила, чо за нахер
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 01:23 ) И да, с деньгами на счету происходит что-то странное.
@  Redrick : (09 Июнь 2017 - 01:23 ) Вообще мы должны жрать по 295 где-то рублей в месяц.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 12:54 ) Нажеюсь, сейчас узнаем
@  nikola26 : (09 Июнь 2017 - 12:46 ) Так вот и я думаю, что 500рэ на 10 дней слишком жирно. Или нам места выделено терабайт? )
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 12:25 ) Я бы прям наверное даже могла предложить на свою железку переехать, она стоит почти голая, но эт надо нагрузки обмозговать. Мускуль любит очень много кушать.
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 12:20 ) Я запросила историю списаний в техподдержке. Не нашла, где посмотреть. Стоит явно не те 350 рублей которые были списаны за 9 дней. Судя по договору мы 10 рублей в день примерно жрем
@  nikola26 : (09 Июнь 2017 - 12:06 ) А сколько стоит хостинг в месяц?
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 11:00 ) Вот так. Сама удивилась. Надо посмотреть историю списаний. Если таковая тут есть.
@  Faer : (09 Июнь 2017 - 10:58 ) Рэд, ты как переводишь arcanist?
@  nikola26 : (09 Июнь 2017 - 10:07 ) Как закончился? Я 30 мая только закидывал.
@  Faer : (09 Июнь 2017 - 06:49 ) Спасибо!
@  Mogrim : (09 Июнь 2017 - 01:04 ) *Хлоп-хлоп*
@  Alishanda : (09 Июнь 2017 - 12:36 ) А тем временем у нас опять закончился хостинг. Но я прилетел и все спас. *типа почесала свое раздутое ЧСВ* =)
@  Alishanda : (08 Июнь 2017 - 04:04 ) Последнее время даже мать с подругами и 'установи скайп тыжпрограммист" усылаю. Если чел считает невозможным сам научиться нажимать 2 кнопки но считает возможным тратить половину моего дня - пускай платит либо деньгими, либо... логайнами, лол. Сложная ситуация с работой сразу убивает всю доброту.
@  Alishanda : (08 Июнь 2017 - 04:00 ) Про меня тоже скоро узнают. У меня есть два человека, которые могут попросить у меня все что угодно бесплатно. Потому что они рисуют мне логайнов. На этом благодетельность заканчивается.

Просмотр профиля: Redrick
Offline

Redrick


Регистрация: 02 Фев 2011
Активность: Вчера, 21:44
*****

#96248 Сбор средств на перевод книги Эда Гринвуда "Эльминстер в ярости"

Написано Redrick 17 Октябрь 2017 - 11:13

It's done, спасибо спонсорам! (Как же безбожно тупит форум...)

Прикрепленные файлы




#96244 Эльминстер в ярости: двадцать пятая глава

Написано Redrick 07 Октябрь 2017 - 22:53

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ
ЭХО В ПЛЕТЕНИИ

 

-Я... я не знал, что драконам так интересны людские дела, - слабо сказал Харбранд. - Разве мы для вас не просто, эм, еда?

-Заткнись, дурень, - предложил из-за спины Хокспайк.

Дракон снова хмыкнул глубоким громом, от которого задрожала пещера — и их задние зубы.

-Я начал свою жизнь не чёрным драконом, - сказал им он. - Сейчас я зову себя Алоргловенемаусом, но на самом деле я человек — волшебник, превращённый своим собственным Искусством. Некогда меня боялись в Братстве и не знали за его пределами.

-Братстве? Зентариме? - спросил Харбранд.

-Да. Я Геспердан из Зентарима. Я превратился в дракона около ста лет назад, чтобы присматривать за магом Вангердагастом, самопровозглашённым стражем Кормира. Однажды он был одновременно королевским магом, придворным волшебником и истинным правителем королевства — и когда посчитал, что настало время, он покинул свой пост и принял драконье обличье. Я подозревал его тогда и подозреваю его сейчас.

-О? - спросил Харбранд, начиная испытывать искренний интерес. Сначала он заговорил лишь затем, чтобы купить ещё несколько мгновений жизни, но...

-В самом деле, о. Несмотря на то, что в Искусстве он был слабее, он незаметно превратился в самого опасного волшебника-тирана из всех нас, его власть превзошла даже власть Мэншуна благодаря боевым магам, которыми он командовал. Я считал, что разрушение его планов — самая важная жизненная цель, которая только может быть у волшебника. Я по-прежнему так считаю.

-И что дальше?

-А дальше пришла Волшебная Чума и изменила всё. Боги посмеялись над нами.

-И как она тебя изменила? Ты заперт в теле дракона?

-Нет, но синий огонь навредил мне. Со мной случаются долгие периоды, когда я Алоргловенемаус — я имею в виду, долгие периоды, когда я вообще не помню, что был Гесперданом.

Харбранд и Хокспайк переглянулись. Им не нужно было что-то говорить, чтобы объяснить друг другу то, что партнёры только что мгновенно осознали. Если дракон — или Геспердан, или кто он там на самом деле — рассказал им об этом, это означало, что он не намерен позволить им прожить достаточно долго, чтобы передать эту информацию ещё кому-либо.

 

***

Иногда Иммерская крепость казалась тюрьмой, набитой безумными заключёнными, пытающимися заставить его присоединиться к ним.

Да, королевский лорд Лотан Дурнкаскин поистине был не в духе, признался он себе — и настроение только ухудшалось.

Даже в лучшие времена Иммерфорд был не самым спокойным городом, учитывая не уменьшающийсяяяяя список его бед, а сейчас на Дурнкаскина свалились не только Харклур, Мраксун и Феррад — ему нужно было разобраться с лордом Торнкреском.

Король Форил был достойным монархом, добрее и мудрее большинства других и намного менее жесток, но проблема с такими людьми была в том, что они восхищались решительными и находчивыми. Что означало, что время от времени они даровали титул решительным и находчивым, но не лучшим людям. Торнкреск пробыл лордом сколько, девять лет? Десять? И со своей бандой хорошо вооружённых наёмников он уже, прикрываясь тем, что якобы «верен тому, каким должен быть Кормир», вмешивается в дела по всему Иммерфорду, провоцируя жителей совершать нападения на слуг и инспекторов Короны и даже патрули пурпурных драконов.

А королевский лорд остался без боевых магов, которое могли связаться для него с Сюзейлом или Арабелем, и отчаянно нуждался в немедленной помощи. Ему требовались подкрепления, чтобы помешать подстрекательствам Торнкреска, но не только пурпурные драконы, готовые размахивать своими мечами, которые станут удобными целями для Торнкреска. Ему требовалось достаточно боевых магов, чтобы приковать всех магией к земле, и несколько царедворцев с хорошо подвешенным языком и умиротворяющим дождём монет — и они нужны были ему прямо сейчас!

Во внешнем кабинете грохнула дверь, и там раздались голоса. Повышенные голоса. Один принадлежал его телохранителю, который не позволял кому-то пройти. Другой был грубым, пыхтящим, и не принимал отказа.

Дурнкаскин положил руку на кинжал, прошептал слово, которое активировало его чары железной стражи, чтобы защитить себя от метательных ножей, арбалетных болтов и всего прочего, и подошёл к дверям. Кто на сей раз захотел поругаться с королевским лордом?

Он на волосок приоткрыл дверь, подперев сапогом, чтобы так и оставалась, и выглянул наружу. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как толстый старый мужчина, чьи морские сапоги хлопали при каждом шаге, отбрасывает телохранителя прочь от двери кабинета, затем поворачивается, чтобы успокоить измученную на вид, растрёпанную женщину. И ведёт её прямиком к двери Дурнкаскина.

Ну что ж, настало время быть решительным и находчивым. Дурнкаскин широко распахнул дверь и встал в проёме.

-Да?

-Это ты здешний лорд Форила? - прорычал старик, окинув Дурнкаскина взглядом сверху донизу, но не прекращая решительно шагать вперёд.

-Я, - Дурнкаскин не отступал. - А вы кто?

-Мирт, лорд Глубоководья. Это Реншарра Айронстейв, госпожа списков. Да, самый высокопоставленный сборщик налогов королевства. Она нуждается в самом безопасном охраняемом убежище, которое вы только можете предоставить. Прямо сейчас.

Дурнкаскин моргнул.

-Что?

Он бросил взгляд на женщину, но та едва стояла на ногах и смотрела в пол. Мирт повернул её так, чтобы она не оказалась между ними, пока он приближается — и продолжил шагать прямо вперёд.

-Ты Дурнкаскин, значит?

-Я... - они столкнулись, грудь к груди, и Мирт продолжил шагать.

Дурнкаскин раздражённо оттолкнул его.

-Назад! И убирайтесь отсюда! Я...

-Ужасно занят, спасая королевство? Легко могу в это поверить, но прямо сейчас мне нужно, чтобы ты понял, что защита этой прекрасной леди самая важная...

-Нет. Вы меня не слышали? Нет.

Дурнкаскин считал себя человеком твёрдым и по-прежнему сильным, несмотря на многочисленные часы, проведённые, сидя за столами или стоя без движения, разговаривая и слушая. Поэтому он был слегка потрясён, когда его сгребли за дублет, оторвали от пола, и оттолкнули спиной вперёд в его собственный кабинет.

Шаркающий и качающийся старик даже втащил за ними женщину, прорычав Дурнкаскину в лицо:

-После моего прибытия в это прекрасное королевство у меня создалось впечатление, что местные лорды надменны, ленивы и бесполезны. Докажи, что я ошибаюсь. Пожалуйста, докажи, что я не прав.

-Мне не нравится, когда на меня давят в собственном кабинете, - прорычал в ответ Дурнкаскин, - и это я решаю, в чём состоит...

-...полнейший сволочизм? Что ж, решай быстрее!

-Почему? Что за спешка?

-Если мне придётся закрыть тебя в твоей собственной темнице и начать опустошать твои сундуки, чтобы нанять головорезов в количестве достаточном, чтобы охранять эту прекрасную леди — главного сборщика налогов, позволь напомнить — уйдёт некоторое время на то, чтобы в окрестностях узнали, что я — новый королевский лорд. Вот что за спешка, верный Лотан.

-А если я соглашусь защищать её?

-Тогда где твои стражники? Она в опасности прямо сейчас — и нуждается в кровати и туалете, не говоря уже о лёгкой горячей трапезе и глотке хорошего вина. И если ты сумеешь воспротивиться искушению запереть её в какой-нибудь камере, то, возможно, это удержит меня от того, чтобы вместо этого снять с плеч и запереть твою голову! Спрашиваю ещё раз: где твои стражники? Такие, как тот бубнящий тупица, которого я отшвырнул по пути сюда, не смогут удержать даже мальчишку с пращей!

-Что касается этого, - сухо ответил Дурнкаскин, поднимая обе руки, чтобы попытаться вырваться из хватки волосатого кулака Мирта, - они прямо за твоей спиной.

Пурпурные драконы ворвались во внешний кабинет с мечами наголо. С ними был разгневанный телохранитель, которого Мирт выкинул из комнаты, указывающий на толстого старого нарушителя и изрыгавший поток проклятий и приказов.

Мирт, похоже, абсолютно не впечатлился.

-Они? Они похожи на толпу необученных тупиц. Где разведчики? Человек с взведённым арбалетом и сонным зельем на острие болта? Прикрывающий лучник на случай, когда первый промажет? А?

-Ага, - устало согласился Дурнкаскин. - Вольно! - пролаял он над плечом Мирта, обращаясь к драконам. - Подождите в коридоре, вы все!

Солдаты с сомнением уставились на него.

-Вы все! - с неожиданным огнём взревел Дурнкаскин. - И закройте за собой дверь!

Он присовокупил гневный взгляд и не отводил его, пока солдаты неохотно не отступили и не закрыли дверь. Он не удивился, обнаружив, что к тому времени женщина упала в его собственное кресло, а Мирт шарил по его шкафчикам в поисках вина, которое можно было бы ей дать.

-Нижний ящик, - сказал ему Дурнкаскин. - Пойло на виду — для жалующихся посетителей вроде вас.

Это заслужило ему ухмылку от Мирта. Дурнкаскин взял одно из кресел для посетителей, подтащил его к другой стороне собственного стола, уселся и сказал:

-Вы кажетесь волевым человеком, достаточно решительным, вероятно даже находчивым. Возможно, мы можем заключить сделку.

-Как один ворчливый бык с другим?

-Именно. Я с радостью предоставлю этой доброй леди сомнительное убежище Иммерской крепости, если вы, лорд Глубоководья, без промедления отправитесь для меня в Сюзейл. Чтобы раздобыть помощь, в которой я так отчаянно нуждаюсь.

Графин с лучшим вином Дурнкаскина со стуком опустился на стол между ними.

-Объясни, - предложил Мирт, наполняя бокалы.

Королевский лорд подчинился.

И поэтому спустя короткое время, задумчиво поцеловав Реншарру и забрав второй графин для утоления дорожной жажды, Мирт из Глубоководья покинул Иммерскую крепость, погладил по шее одну из свежих лошадей, которыми запрягли его украденный экипаж, и начал стремительную поездку обратно в Сюзейл.

Такими вещами занимаются решительные и находчивые люди.

 

***

Всюду были облака, но они были белыми, лёгкими, похожими на шёлковую пряжу, и не предвещали дождя или грома. «Меч облаков» скользил под ними на приспущенных парусах.

Это был не один из великих небесных кораблей Пяти Дружин, но древнее халруаанское сокровище, которое долго оставалось покрытой пылью, неподвижно парящей в небесах рухлядью, пока его не отремонтировали искатели приключений, которые теперь составляли его команду. И занимались доставкой послов, важных сообщений и договоров по всем южным королевствам — когда не останавливались ненадолго у различных высоких башен и крепостей, чтобы совершить отчаянный ночной грабёж или похищение.

Но Ваэрен Драгонскорн никогда не называл себя пиратом. «Пираты» было чересчур примитивным словом. «Небесный искатель приключений» — вот это уже более привлекательная фраза. Да, мы небесные искатели приключений на борту «Меча»...

Небесный корабль стал куда тяжелее, чем был в начале этого путешествия, благодаря сокровищам враждующих волшебников Алгобреля и Сарлартонта, заполнивших пустой трюм. Множество сундуков, заполненных монетами, драгоценными камнями и гримуарами в железных переплётах, статуэтками и многочисленными любопытными вещичками, испускавшими странное магическое сияние, и вещами, которые лучше было не трогать, пока их не выгрузят в горном убежище. К слову о нём...

Драгонскорн повернулся и кивнул рулевому, который, как и сам Драгонскорн, уже видел впереди игольно-острые вершины Ронтрильских гор. Такие вершины были не только удобными ориентирами, но и угрозой для корабля...

Позади него раздался какой-то шум. Рулевой уставился туда. Драгонскорн развернулся кругом — и тоже уставился.

Стоявшая на палубе среди его испуганной команды женщина была высокой и царственной, несмотря на босые ноги и полное или практически полное отсутствие одежды. Он не мог сказать точно, какой одежды, из-за её волос. Они были серебряными, Дикий Странник свидетель, и почти такими же длинными, как она сама — и сейчас извивались на женщине, как колония разгневанных змей, или злобных червей или... или...

-Кто ваш капитан?

Полезных ответов на её вопрос не прозвучало, что неудивительно. Команда была исключительно мужской, а распорядок «Меча» в последнее время не позволял им насладиться женским обществом, поэтому они выхватили мечи и воздух загудел от ответов, самым вежливым из которых было «Кто ты, во имя ждущих и влекущих прелестей Сьюн, такая?»

-Лучше всего меня знают как Симбул. Кто из вас капитан этого корабля?

Прежде чем она смогла получить хоть один полезный ответ, она заметила Драгонскорна и сказала:

-А! Это ты!

Она шагнула к нему. Валькур и Берван, она действительно была голой!

-Сэр, - вежливо сказала Симбул, - у меня нет вражды с вами или вашей командой, но я должна заполучить синее пламя, которое находится у вас в трюме.

-Синее пламя?

-Некоторые из зачарованных предметов, которые мерцают ярким синим огнём, который не греет и не поджигает. Они нужны мне.

-Нужны, - Драгонскорн окинул её взглядом сверху донизу. - И вы ожидаете, что я просто отдам их?

Симбул вздохнула.

-Нет, - с мрачным видом ответила она, - я ожидаю, что вы будете сопротивляться. Я предпочитаю, чтобы вы вместо этого остались в живых, но... я слишком хорошо узнала людей за все эти века, чтобы ожидать от вас готовности помочь. Но я буду благодарна — даже обрадуюсь — если вы меня удивите.

Драгонскорн улыбнулся — и затем оскалился.

-О, я вас удивлю, не сомневайтесь. Взять её! Но помните: первой она достанется мне, как вашему капитану!

Команда «Меча» радостно взревела и бросилась на одинокую женщину. Симбул грустно посмотрела на Драгонскорна и покачала головой.

Затем подняла одну пустую руку и обрушила на них огонь.

-Магия! У неё магия! - предупреждающе воскликнул один из матросов, когда из ниоткуда вспыхнуло кольцо пламени, и ближайшие к среброволосой женщине люди рухнули на палубу, как марионетки с обрезанными ниточками. Обгоревшие и дымящиеся марионетки.

-Ну конечно у неё есть магия! - рявкнул кто-то ещё. - Она возникла у вас на палубе из фаррукового воздуха, разве не так?

Затем сказавший это метнул топор, сильно и точно, прямо в голову женщине.

Симбул спокойно смотрела на летящий топор, не пытаясь пригнуться или шагнуть вбок. Когда топор оказался совсем рядом, в воздухе уже было полно летящих ножей и сабель, устремившихся к ней, как и люди, которые их швырнули. Она стояла неподвижно и позволила всему этому пронестись прямо сквозь неё — топор первым, чтобы вонзиться или отскочить от того, что находилось позади Симбул. Крики и проклятья пронзили воздух.

Затем поднялся новый ропот, на этот раз гневный — и выжившая команда «Меча» со всех сторон бросилась на женщину, готовая хватать и держать.

Симбул наконец шевельнулась, пригибаясь, уворачиваясь и шагая, как калишитская танцовщица в вихре серебряных волос, которые подсекали лодыжки, хлестали по лицам и плотно сжимались на шеях.

Железное оружие проходило сквозь неё, будто она была просто иллюзией, хотя её волосы и ноги и кулаки были достаточно тверды — она вывела одного человека из равновесия, чтобы толкнуть на вытянутый меч другого, затем беспечно подалась вперёд под свирепый удар третьего, чтобы вонзить два пальца ему в глаза. Крики и хрипы начали заглушать ругательства.

Но небесные моряки не были ни трусами, ни слабаками. Когда наконец они похоронили её под своей массой, нанося удары руками и ногами, она поднялась с палубы борющимся комком конечностей и переплетающихся серебряных волос — и испустила ещё одну вспышку магии, оглушившей и лишившей всех чувств. Люди посыпались онемевшим мёртвым мясом на палубу. Или скорее на головы товарищей — незримая магия подталкивала каждого рухнувшего туда или сюда, чтобы попасть в стоящих внизу людей.

Пару мгновений спустя палуба была усеяна стонущими или безмолвными распростёртыми мужчинами. На ногах осталась едва ли горстка. Симбул опустилась за доски палубы и направилась к Драгонскорну.

-Мне нужно только синее пламя в вашем трюме, - спокойно напомнила ему она. - А не забирать жизни или калечить вашу команду.

Потрясённый Драгонскорн выхватил из-за пояса длинную, изогнутую саблю. Он знал, что оружие магическое — вырвал её из руки умирающего телохранителя волшебника, стрелявшего с кончика сабли смертельными молниями в его команду. С тех пор Драгонскорн использовал саблю, чтобы поглощать молнии в бурях, сквозь которые шёл «Меч». Нацелив саблю на Симбул, он выстрелил в неё молнией.

Молния вонзилась в неё, затрещала в волосах, на руках и ногах, и он увидел боль на её лице. Зарычав, капитан обрушил на неё новые молнии.

Симбул продолжала идти на него, уже медленнее.

-Умри, храст тебя возьми! - крикнул он. - Умри!

Её зубы были сжаты в безмолвном рыке, боль исказила её красоту, но Симбул не останавливалась, шагая прямо в сверкающую, трескучую пасть того, что извергал клинок.

И тогда, с треском и дождём искр, молнии угасли. Оставляя улыбающуюся Симбул на расстоянии вытянутой руки от капитана.

-Спасибо за это, - произнесла она. - Я чувствую себя намного сильнее.

-Да неужели, ведьма? - крикнул он в ярости, и отшвырнул свой меч, зазвеневший по палубе у их ног. - Неужели?

Он бросился на Симбул и сомкнул обе руки у неё на шее. И сдавливал, сжимал свою хватку со всех сил, которые только смог найти, пока его лицо не покраснело, а руки не задрожали... и она осела, её глаза умоляюще распахнулись. Обречённо.

Ваэрен Драгонскорн запрокинул голову и триумфально расхохотался. Он всё ещё смеялся, когда её пальцы сомкнулись на его локтях, легко сломали их, затем скользнули к запястьям и сделали с ними то же самое.

Его хватка разомкнулась, и он застонал от боли — и она подняла его в воздух и швырнула высоко и далеко.

За борт, далеко за перила «Меча». Удаляющийся крик сопровождал его путь вниз, прочь из поля зрения.

Никто не помешал Симбул, когда она прошла по лестнице вниз, никто даже приблизиться к ней не осмелился.

 

***

Эльминстер неслась, будто грозовой ветер, бежала по коридору с развевающимися позади волосами и пылающим взглядом.

Там! Там были два боевых мага, Рун и Арклет за ними, глядели в её сторону, выкрикивали её имя.

И там, на полу перед ними, распростёршись в тёмной и растекающейся луже крови, лежал лорд-констебль Фарланд, с которым она совсем недавно делила разум.

Разум, теперь угасающий и... погибший.

Она пришла слишком поздно. В очередной раз.

-Нееееееет! - закричала Эл, хриплым мучительным воплем, который зажёг в ней новую ярость.

Почему у неё никогда не получалось спасать хороших людей?

Почему?

 

***

Так случилось, что в заполненном трюме было только два предмета синего пламени. Когда она потянулась вперёд самым лёгким из заклинаний поиска, хватало мерцания другой магии, золотого, медного и любых оттенков драгоценных камней Искусства... но только два источника синего огня. Пылающий с обоих концов жезл, похожий на миниатюрный храмовый скипетр Тиморы, и серповидный пектораль, похожий на чересчур большой и неудобный горжет.

-Мистра, - прошептала она, - какие силы у этих предметов? И чьи призраки заключены в них?

Я узнаю только тогда, когда ты пробудишь их. Я... намного меньше, чем была когда-то.

-Об этом я догадалась, - тихо сказала Симбул. - Сколько ты помнишь?

Многое... и немногое. Воспоминания переплелись с воспоминаниями, некоторые — мои собственные, некоторые принадлежат всем вам, Избранным, и другим моим верным слугам, тем кто выжили, и тем, кого... уже нет.

-Ты можешь чувствовать нас сейчас, когда мы странствуем по Королевствам, совершая дела твоим именем? Проникать в наши разумы и видеть то, что мы делаем?

Конечно. Вас немного. Мои дочери и мой самый старый любовник.

-Любовник? Эльминстер?

Эльминстер.

-Разве это не та Мистра, что была до тебя? - осмелилась спросить Симбул.

Эхо в Плетении, дочь моя, эхо в Плетении... мы видим и чувствуем столько же, как и те, кто были в Плетении до нас; это становится нашей частью, память Мистры, которая родила тебя, стала моей частью, и так я стала той Мистрой...

-Я... вижу.

Тогда ты чаще всего видишь лучше меня. Некогда я была сильна.

Симбул не смогла придумать ответ. Внезапно её охватила дрожь.




#96243 Эльминстер в ярости: двадцать четвёртая глава

Написано Redrick 07 Октябрь 2017 - 22:50

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ
НЕЧТО ПРЯМОЕ И ГРУБОЕ

 

-Я тебе не какая-то дешёвая аферистка, лакей! Я — леди Джалассра Донингдаун!

Сверкая глазами и потрясая двойным подбородком — или так показалось Реншарре, учитывая демонстрацию колыхающейся надушенной и припудренной плоти на другом конце стола — разъярённая леди вскочила на ноги так, что зазвенели её серьги с драгоценными камнями, и прошипела:

-Ты скорее умрёшь, чем дождёшься, что я исполню эти возмутительные требования!

Высокорожденная леди Донингдаун обильно сплюнула на налоговые документы, подготовленные Реншаррой Айронстейв, которая только что закончила вежливо объяснять, что каких бы благородных кровей ни был подданный, нельзя избежать оплаты отдельного ежегодного налога на мостовую и фонари за каждую приобретённую дополнительную городскую собственность. Счёт был так высок, поскольку скромная мзда за шестьдесят один дом, лавку и конюшни в Сюзейле, сложенная вместе, достигла внушительной суммы, но её, разумеется, можно было оплатить из прибыли, которую эта собственность приносила владелице, а именно — леди Джалассре Донингдаун.

Затем госпожа Донингдаун вихрем вылетела из кабинета госпожи списков, по дороге свирепо обезглавив беззащитное растение и его вазу своей позолоченной тростью.

Реншарра со вздохом опустилась назад в своё кресло, закрыв усталой рукой лицо. Лорды! Неужели все они всегда будут такими?

В любое время года их излюбленной тактикой было источать ярость и презрение. Игнорировать счета, отправлять собирателей податей ни с чем или спускать на них собак или более экзотических питомцев, а когда счета увеличивались из-за опоздания с оплатой — на целый сезон — врываться в дворцовые кабинеты. Чтобы с притворным или искренним гневом в свежекупленном дорогом наряде заявлять о своей бедности.

Реншарра принялась завязывать толстую папку с документами леди Донингдаун, чтобы очистить стол для следующей.

Благородные лорды, не выплачивающие налоги, всегда требовали говорить с главным ответственным должностным лицом — с ней — и всегда разбивали вещи, кричали или по-змеиному шипели угрозы, и вылетали из кабинета в ярости, закончив свой спектакль. Чтобы ждать следующего и ещё более крупного счёта, чтобы они могли повторить это столь вежливое и утончённое представление. Но так или иначе, она заметила, что благородные скандалисты всегда платили по счетам до того, как Корона начинала конфисковывать их собственность взамен платы.

Госпожа списков сделала глубокий вздох и позволила себе расслабиться. Возможно, после этого день в конце концов станет получше.

Может быть.

 

***

-Так-так, - процедил неприятный голос с пролёта выше. - Что здесь у нас? Да это же тёмная эльфийка, похоже, одна из этих злых и опасных, но таких красивых созданий! Такое искусительное зло! Убить её — практически наша обязанность, да?

-Именно так! Но лишь после того, как мы вкусим её красоты, ведь красота — сама по себе награда, и жизнь, проведённая в поисках красоты — это жизнь, достойная благородных! - согласился другой маслянистый голос.

Сверкнули украденные у стражи ножи, и улыбка знатного лорда над ними стала шире.

-Поднимайся поиграть, маленькая красавица-дроу, - насмешливо позвал первый сбежавший заключённый. - Густав, ты посмотри, да ей самой не терпится!

С пылающим взглядом, но не обронив ни слова, Эльминстер взбежала по лестнице. Когда к ней протянулись руки, она совсем не замедлила бег.

Заключённые едва успели закричать.

 

***

-Релрунд! Торц! У меня есть для вас работёнка!

Леди Донингдаун процедила эти слова так, будто хотела впиться во что-то зубами. Два её старших головореза переглянулись, старательно не позволяя какому-то выражению проступить у себя на лицах. Кто-то должен был скоро умереть.

-Возьмите с собой этих двух новичков, отправляйтесь прямиком в кабинет Реншарры Айронстейв — госпожи списков, как её называют, как будто она хоть в малой степени достойна носить даже пустой титул — и избейте её до смерти. Пускай это будет долго, убедитесь, что она страдает. Но пускай не шумит, иначе на вас обрушится половина стражников во дворце. Просто чтобы вы не испытывали ни капли милосердия, знайте — она главный сборщик налогов в королевстве.

Припечатав их взглядом, который не оставлял никаких сомнений, что она не пьяна и не шутит, их нанимательница устроилась на своём обычном месте в дальнем углу своего сидения и так яростно захлопнула дверцу, что загремел весь экипаж.

Релрунд и Торцил с осторожной точностью поклонились в её сторону — она наблюдала, в этом они не сомневались — достали свои мечи и положили их на переднее сиденье, подозвали двух товарищей-головорезов и приказали им сделать то же самое, затем отправились во дворец.

При них остались кинжалы, открытые и спрятанные, и короткие железные бруски, которые каждый носил в левом сапоге. И хотя они ни слова друг другу не сказали, думали они об одном и том же.

Сборщица налогов. Это должно быть забавно.

 

***

-Останьтесь, - коротко приказал Фарланд Арклету и Амарун, когда ужасное бульканье стихло. - Я пойду взгляну.

Молодая пара покорно кивнула.

-Итак, - пробормотал себе под нос лорд-констебль, торопясь по коридору с мечом в руках, разглядывая заключённых в дверях их камер и следуя в направлении, куда указывали их вытянутые пальцы, - узрите храброго и решительного лорда-констебля Ирлингстара, прибывшего для осмотра последней жертвы незримого убийцы.

На сей раз благородным лордом с рассечённой глоткой, истёкшим кровью в дверях своей камеры, оказался Блейс Индимбер. Что ж, невелика потеря, и...

Что-то скользнуло по запястью Фарланда, внезапный поцелуй, похожий на лёд и пламя.

Он отдёрнул руку, когда хлынула кровь.

Дерьмо! Сам воздух разрезал запястье его правой руки!

Он замахнулся мечом на незримого нападающего, или по крайней мере туда, где должен был стоять невидимка — но рассёк лишь пустой воздух.

Фарланд бешено замахал мечом во всех направлениях, пытаясь удержать врага на дистанции. Глаза говорили ему, что здесь ничего нет, что его клинок пронзает пустоту... но разве здесь не было чего-то твёрдого, всего на миг, что скользнуло по его руке?

Фарланд развернулся и выбросил вперёдсвою свободную руку, пытаясь поймать всё, что могло там находиться, незримую твёрдость, которая...

Иааргх!

На сей раз его как огнём ужалило, когда брызнула кровь и несколько его пальцев отлетели в сторону! Их отрезал невидимый клинок — но хватать было некого.

Его собственный меч только что рубанул, затем рубанул в противоположном направлении, затем ударил сверху, и там оказалось фарруково ничего!

Фарланд развернулся кругом и бросился обратно в коридор так быстро, как только мог. Волшебники... ему нужны волшебники, иначе он мертвец! Заключённые выкрикивали насмешки или подбадривали его, или забились назад в камеры от страха, когда он бежал мимо них, спасая свою жизнь.

Несколько стремительных шагов спустя незримый клинок с силой вонзился в его руку с мечом, выше полурассечённого запястья. Он взревел от боли, споткнулся от жгучего огня боли, охватившего руку, но не замедлил бег. Он не смел останавливаться. Меч зазвенел на камнях позади. Вместе с ним, знал Фарланд, упала большая часть его правой руки.

Ему нельзя было останавливаться, нельзя...

 

***

Реншарра подняла взгляд.

-Я могу вам чем-то помочь? Это кабинет госпожи списков, а не...

Четверо мужчин улыбались весьма свирепыми ухмылками. Они осторожно и бесшумно закрыли за собой дверь её кабинета и шагнули к Реншарре.

-Вы — Реншарра Айронстейв? - спросил её передний, самый старший на вид. - Которая только что говорила с леди Джалассрой Донингдаун?

Нет. О нет. Реншарра нажала ногой на педаль, которая звонила в тревожный гонг, встала и нажала на педаль снова, затем скользнула за своё кресло.

-Как вас зовут, джентльмены? - строго поинтересовалась она. - Вы задержались с выплатой налогов?

Ближайший мужчина неприятно ухмыльнулся ей и сказал через плечо:

-Это она. Если мы отрежем ей язык, это должно заставить её немного притихнуть.

Затем он взмахнул своим плащом. Края плаща были утяжелены, чтобы тот красиво кружился — благодаря чему легче было накидывать его на голову и плечи жертвы.

-Мне нравится то, что я вижу, - сказал один из троих помладше. - Можно, мы чуток поиграем с ней? После того, как заставим расстаться с языком?

Реншарра с испуганной спешкой подхватила кресло, подставив его под плащ. Затем она нырнула в сторону, когда носитель плаща обошёл стол, обрушив на неё град ударов.

Его нож запутался в плаще, конечно же, и Реншарра вырвала кресло и огрела им мужчину. Что оставило её открытой для сильного удара от нарушителя, который зашёл с другой стороны стола.

-Помогите! - закричала она, отлетев к стене, как щит поднимая перед собой кресло. В голове звенело, из одного глаза хлынули слёзы. - Хулиганы! Убийцы! Помогите!

Третий и четвёртый мужчины, с широким и довольным оскалом на лицах, перепрыгнули прямо через стол.

 

***

-Это Фарланд! - прислушавшись, воскликнул Арклет.

-Он бежит в эту сторону, - напряжённо согласилась Рун, вглядываясь в дальний конец коридора.

Тогда они увидели его. Лорд-констебль бежал, наполовину повернув корпус, его глаза были широко распахнуты. Из него струёй текла кровь — боги, его правая рука исчезла!

-Гулканун! Лонклоус! Остановите заклинания! - рявкнул Арклет с твёрдостью любого офицера или военачальника Короны. - Немедленно!

Фарланд изрыгал проклятия — или пытался сделать это между лихорадочными вздохами. Он был близко и стремительно приближался, в глазах плескались боль и ужас.

-Не подходите! Будьте осторожны! Меня атакуют! - выдохнул он. - Невидимый клиноааа..

Воздух за головой Фарланда сгустился в подобие ножевой кромки, и они увидели едва заметный сумрачный намёк на два тёмных глаза и нахмуренный, потеющий лоб над ними, зловещее, решительное присутствие...

Эта кромка скользнула вперёд и вдоль, и горло Фарланда взорвалось кровавым дождём.

-Эльминстер! - в отчаянный унисон закричали Амарун и Арклет — но пугающее присутствие позади лорда-констебля в следующее же мгновение исчезло. Фарланд споткнулся, осел на бегу, и рухнул прямо на каменный пол.

Он проскользил по крови к их ногам, его конечности по-прежнему слабо шевелились, его кровь хлестала во все стороны.

 

***

Это было прочное кресло, в старинном стиле, с высокой спинкой и длинными, толстыми ножками — и это было всё, что удерживало ножи от её лица. На миг-другой, пока один из них не присядет и не ударит её по ногам.

-Помогите! На помощь! - завизжала Реншарра как можно громче. Мужчина, которого она огрела креслом, потирал голову и бросал на неё злые взгляды, а остальные троё сомкнулись вокруг, придвигаясь к креслу. Через мгновение они схватят её за руки с двух сторон, и всё будет кончено...

Позади них открылась дверь её кабинета.

Возникло потрясённое лицо её секретаря с отвисшей челюстью — и это было всё, что она увидела, поскольку позади него возникла волосатая рука и убрала его голову вниз, с дороги. Владелец руки припечатал его рычащим потоком непристойностей и швырнул кинжал, который с глухим стуком ударил в плечо одного из усмехавшихся мужчин слева от Реншарры.

Тот прекратил усмехаться, завопил и отступил от неё вдоль стены, стеная и ругаясь.

-Мирт! - взвизгнула она. - Спаси меня!

Прежде чем слова сорвались с губ, второй кинжал попал в человека прямо перед ней — точно в затылок. На неё брызнула кровь, глаза жертвы широко распахнулись — и он начал оседать, потащив за собой её кресло.

Третий мужчина с силой ударил Реншарру тыльной стороной ладони, отшвырнув её на пол, на второго мужчину и кресло. В глазах у госпожи списков помутилось от слёз и неожиданного звона в ушах. Затем он перестал обращать на неё внимание и повернулся к новой ревущей угрозе, которая только что завалила двух его товарищей.

Мужчина, которого она первым огрела креслом тоже повернулся, нагнулся, чтобы вытащить что-то из сапога — и снова выпрямился с коротким железным бруском в одной руке и длинным, острым на вид кинжалом в другой.

-Кто ты такой, тлуин тебя побери? - проворчал он, огибая стол.

-Мирт, лорд Глубоководья, - был ответ, - и твоя смерть!

Мужчина с железным бруском разразился хохотом и махнул двум своим товарищам. Тот, кому кинжал Мирта угодил в плечо, стонал от боли и ругался, но встал на ноги и с угрожающим видом подался в сторону Мирта.

Реншарра встала, подняла своё кресло и с силой им замахнулась.

Мужчина с железным бруском не заметил удара. Кресло обрушилось ему на затылок, треснула одна из ножек, и он с грохотом рухнул лицом на пол.

Ближайший головорез оглянулся через плечо, напуганный звуком. Реншарра швырнула кресло как можно выше и сильнее.

Оно ударилось о пол прямо перед мужчиной, отскочило и упало ему на ногу.

Он взвыл и запрыгал от боли — прямо на клинок Мирта. Который воспользовался оружием как рукоятью, чтобы повернуть пронзённого противника и толкнул его на последнего, прижав их обоих к стене.

Затем крепкий и пыхтящий лорд Глубоководья подхватил упавший железный брусок и несколько раз стукнул обоих мужчин по голове — просто для надёжности. Когда они неподвижно распростёрлись в собственной растекающейся крови, он снова повернулся к тому, которого оглушила Реншарра, и задумчиво нанёс несколько ударов по его затылку.

-Ты в порядке, подруга? - выдохнул он, выпрямляясь, когда сделал свою кровавую работу. - Они не...?

-Ударили меня разок-другой, это всё, - ответила госпожа списков. Её голос дрогнул лишь раз. - Но они собирались отрезать мне язык, а потом... потом...

Её голос сорвался на слёзы, и она бросилась в объятья Мирта.

-Поразвлечься, - мрачно закончил за неё фразу Мирт, крепко сжимая Реншарру. - Как жаль, что нам теперь нужен жрец, чтобы заставить говорить то, что от них осталось. Я заберу тебя отсюда, как только соберу своё оружие. И этот железный брусок — полезная штука.

Так что очень скоро леди Донингдаун бесцеремонно вытащили из её собственного экипажа, стоявшего перед дворцом в ожидании возвращения её головорезов с известием, что с Реншаррой Айронстейв удовлетворительным образом расправились.

Она бросила лишь один взгляд на лицо старого толстого мужчины, вытащившего её из угла кареты, как будто она вовсе ничего не весила, и ещё один — на суровое лицо Реншарры Айронстейв, а потом отвела глаза. Без единого слова леди Донингдаун зашагала через дворцовый двор так быстро, как только позволяла ей поддержка позолоченной трости.

Мгновение спустя её кучер и оба пажа все полетели лицом на камни, подскакивая в пыли, ругаясь и хватаясь за разбитые кровоточащие носы — и её лучший экипаж помчался прочь так быстро, как только могли нести исхлёстанные старым мужчиной лошади, наружу на Променад с нарастающим грохотом.

-Стой, вор! - осмелилась крикнуть она, потрясая своей тростью вслед удаляющейся повозке. Никто, разумеется, не прислушивался. Дворцовые пажи просто пожали плечами, когда она сообщила им о случившемся, так что она резко сказала им нечто прямое и грубое, и отправилась в путь пешком.

Достигнув восточных врат, чтобы пожаловаться стоящим там на часах пурпурным драконам и потребовать отправить за похищенным экипажем всадников, она передумала вообще что-либо требовать. Экипаж едва не переехал этих стражников, покидая город, и они всё ещё ворчали о высокомерных дворянах и говорили друг другу, что узнали герб Донингдаунов на дверцах, да, это уж точно...

Бормоча некоторые из собственных отборных проклятий, леди Донингдаун направилась к ближайшему наёмному экипажу, чтобы купить проезд домой через половину Сюзейла.

 

***

Даже одноразовым рабам будущего императора Кормира время от времени требовалось благоразумие.

Поэтому на последнем отрезке своего путешествия боевой маг Ярлин Фламтарг бросил своего коня и покинул дорогу Орондстаров ради крова подступающих к ней деревьев.

Однако теперь над ним нависли стены Ирлингстара. Он вышел на дорогу ради последних тяжёлых шагов вверх по склону к ближайшим воротам, где взмахнул большой звенящей колотушкой, представился часовым и был впущен внутрь.

Лорд-констебль, похоже, был занят в коридоре наверху. Он сказал обеспокоенному стражнику, что сам найдёт туда дорогу, и отправился по ведущей наверх лестнице. На её вершине находился длинный коридор, проходивший, похоже, через всю крепость. Была здесь ещё и другая лестница, ведущая ещё выше, но Фламтарг пока проигнорировал её в пользу длинного прохода.

В первом дверном проёме камеры стоял скучающий лорд. Он сплюнул на проходящего мимо волшебника, как только Фламтарг оказался достаточно близко.

С усмешкой маг Короны бросил взрывное заклинание в лицо заключённому. Оно вспыхнуло безвредным сиянием, оказавшись перехваченным незримой печатью, что протянулась через дверь камеры. Лорд решил, что настал его черёд усмехаться.

Но-но. Так не пойдёт. Мэншун прочитал неизвестное Фламтаргу заклинание и прожёг дыру в печатях на достаточно долгий срок, чтобы сжечь ухмыляющегося узника.

Когда дымящиеся кости осыпались грудой клубящегося пепла, он весело оскалился им и пошёл дальше.

 

***

Бывший боевой маг Рорскрин Мрелдрейк пытался казаться спокойным. Он сидел один в своей запертой и запечатанной магией темнице, но, конечно, его тюремщики следили за всем, что он делал — и слушали тоже.

Их требования были ясны. Поэтому, несмотря на успешную цепочку смертей в Ирлингстаре, Мрелдрейк вносил мелкие изменения, чтобы усовершенствовать способы использовать его магическую, похожую на призрака кромку силы на расстоянии. Клинок мог преодолевать магические печати, если усилием воли приказать ему появиться внутри них, но его тюремщики желали, чтобы он мог разрезать печати, или по крайней мере проходить сквозь них без задержки.

Но несмотря на их придирки, их постоянную мелкую критику, требования были исполнены. Лорд-констебль Ирлингстара был мёртв.

Так что Рорскрин Мрелдрейк с удовлетворением, хотя и усталым удовлетворением, взял перерыв от убийств в Ирлингстаре и от совершенствования будущих убийств, чтобы размять свои уставшие пальцы и выпить немного чая.

Он не был предателем. Совершённое им было ради блага Кормира — а значит, правильным и справедливым. Конечно, многие лорды и царедворцы с этим не согласятся, но злодеями были они, а не Мрелдрейк. Ох, этот чай... успокаивал. Да.

Только семьи заключённых лордов Ирлинстара могли не согласиться с его мнением о них, как о расходном материале. В конце концов, он даже от робких дворцовых писарей слышал слова о том, что это мерзавцы и смутьяны, без которых Кормир — и любая другая страна — станет только лучше. Так что не было ничего плохого или злодейского в том, чтобы использовать их как подопытных в его... экспериментах.

Со взрывами не повезло, но в ходе экспериментов подобные вещи случаются. Это были всего лишь непредусмотренные результаты попыток сложить его режущую кромку силы в виде ладони, чтобы попытаться взять зачарованные предметы издалека. Все эти попытки закончились катастрофой. Контакт между его кромкой и зачарованными предметами всегда заставлял магические вещи взрываться. И отдача всегда оставляла его без сознания и с головной болью ещё какое-то время после этого.

Даже самые упрямые из его тюремщиков, похоже, были сыты подобными происшествиями. Он случайно и ненамеренно доказал, что это не сработает — его кромку нельзя было использовать для работы с другой магией на расстоянии. Однако использование клинка силы только для разрезания глоток работало неплохо. Так что пускай рассечённые глотки принадлежат важным противникам.

Таким, как Мэншун, а ещё тот, кого зовут Эльминстером...

 




#96242 Эльминстер в ярости: двадцать третья глава

Написано Redrick 07 Октябрь 2017 - 22:47

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ХИХАНЬКИ И ХАХАНЬКИ

 

Демоны рвали её когтями, хватались за волосы и гладкую кожу плечей. Она не обращала внимания, потерявшись в ледяном огне разлома, с которым сражалась... гасила... уничтожала.

Оставляя себя пустой и уставшей, а предметы синего пламени поблекшими и замедлившими вращение.

Когти снова впились в неё, всё больше и больше когтей, когда осмелевшие демоны потекли на неё со всех сторон, вырываясь из тёмных полостей разрушенной крепости, пытаясь навалиться на неё, пытаясь утащить её вниз, разорвать...

Пригибаясь и уворачиваясь, хлестая, опутывая и удушая своими длинными серебряными волосами, Симбул боролась, чтобы не утонуть под массой тел свирепых демонов. Сражаясь, чтобы держаться на ногах, она испепеляла противников заклинание за заклинанием.

И они гибли. Когти, гротескные шипастые конечности, многозубые челюсти сыпались на неё вниз отвратительным ливнём чёрного и пылающего ихора, когда её магия заставляла демоническую плоть кипеть и демонические тела взрываться.

Она хлестала их этим утекающим огнём, извергая его на скалящиеся морды, увенчанные жалами хвосты и жестокие рвущие когти. И там, где серебряный огонь касался демонической шкуры, это тёмное мясо плавилось, с удивительной скоростью превращаясь в клубы вонючего дыма, превращая демонов в ничто с той же лёгкостью, что и предметы синего пламени. Но они продолжали наступать.

Она одно за другим истратила свои заклинания, повергнув небольшую армию, но оставшись сражаться с бесконечным, непрерывно растущим войском. Когда Симбул истратила серебряный огонь, чтобы превратить заклинание открытия печатей в поток дезинтеграции, а магию отправки сообщений — в рассекающий плоть вихрь... её арсенал почти иссяк.

-Эл, - воскликнула она вслух, пока всё больше и больше демонов, жаждая вцепиться в неё, продирались через оседающую, замедлившуюся сеть предметов синего пламени, практически угасших и оставляющих за собой совсем слабый синий след, - где ты? Ты мне нужен!

Единственным ответом был пронзительный демонический хохот, и к ней пришло отчаяние. Её нападающие собрались в огромную и плотную орду, наседая друг на друга в жажде уничтожения.

-Эльминстер! - закричала она. - Услышь меня, любимый!

 

***

-Что-то я не думаю, что любой истинный кормирец нуждается в уроках того, как необходимо править королевством, от какой-то хитрой арфистки-чужеземки, которая покрасила свои волосы серебром, - холодно сказал лорд Бриклар. - С меня довольно твоей болтовни. Сгинь.

Он отвернулся.

-Стражники, выбросьте прочь эту женщину. Нежничать не нужно.

-Если ты не возражаешь, Олдус, - отрезал лорд Хамнлер, - моим стражникам в моём доме приказывать буду я. Я хочу услышать больше об этих новых правах. Если Форил желает отдать нам часть своей власти ради новых законов, которым придётся следовать каждому подданному, давай узнаем подробности.

Позади него стражники, поспешившие на зов Бриклара, замешкались, вопросительно глядя на лица собравшихся за столом лордов.

-Лорд Бриклар, - спокойно сказала Шторм, - лорд Хамнлер прав. Пытаться заткнуть гонца всякий раз, когда вам не нравится послание, не выслушав его до конца, значит постоянно оказываться неготовым ко всему, что приготовила вам жизнь. Этот путь ведёт лишь к синякам и скорой могиле.

Она подняла свой бокал.

-И к вашему сведению, лорд Бриклар, я — маркиза Иммердаска. Моя кровь до последней капли не менее благородна, чем ваша, и я такая же «истинная кормирка», только моя родословная намного древнее. Бриклары, насколько я помню, пришли из Западных Врат менее четырёх поколений назад...

-Вы смеете меня оскорблять?

-Вы смеете притворяться оскорблённым? - ответила Шторм, идеально подражая гневу Бриклара. Затем она захихикала, не сдержавшись, качая головой. - Приношу свои извинения, господа, - сказала она всему столу, - но я просто не могу изображать высокомерную надутую дворянку настолько же хорошо, как наш Бриклар. Эту стадию я переросла давным-давно.

-О, - издевательски произнёс Бриклар, - это ваша поза «Мне много-много веков, я лично знала Берубла, короля Дуара и бессмертного Пурпурного Дракона, и знаю, что для вас лучше». Которая либо сплошная ложь, либо вы — мерзкий демон или коварный эльф, который способен принимать человеческое обличье, чтобы обманывать нас! Ну что ж, я на такое не поддамся...

Она побледнел и схватился за разукрашенную рукоять своего меча, потому что Шторм резко встала, опрокинув на стол свой кубок с вином. Лорды за столом напряглись и потянулись к своему оружию, и стражники лорда Хамнлера снова подались вперёд.

Леди Иммердаск, казалась, не обратила на всех них внимания. Она видела далёкие места, её лицо побледнело и стало печальным, и — хотя её приоткрытые губы даже не шевельнулись — она бормотала что-то тихое, что вырвалось из её глотки с пронзительным высоким звоном далёкого крика «Эльминстер! Услышь меня, любимый!»

 

***

Она утонула в демонах, вонзавших в неё острые когти, пытающихся грубой силой разорвать её на части.

У них начинало получаться. Суставы и жилы стали поддаваться, пряди выдирались с корнями, и повсюду горела боль, вырвав у неё крик сквозь сжатые зубы. Ей придётся умереть здесь, придётся подвести Мистру...

О нет, Алассра. Ты не подвела меня. Призови к себе синее пламя. Прикажи ему.

Мистра! Богиня услышала её!

Надежда вспыхнула в Симбул, как яркое освежающее пламя. Симбул подчинилась — или попыталась подчиниться, собрав всю свою волю в сырой красный жар усиливающейся агонии. Когти демонов с её конечностей перешли к более мягкой, лёгкой цели её живота и вонзились в него. Они потянули за края этой раны, пытаясь широко разорвать её, открывая внутренности. Ноги и колени омыла её собственная тёплая кровь, а туловище превратилось в одну огромную зияющую рану...

Не обращай на это внимания. Призови синий огонь.

Симбул позвала, и почувствовала, как предметы, содержащие синее пламя, начали отзываться, подлетев к ней поближе.

На их пути находились тела демонов, рвущие, теснящиеся, вздымающиеся. Всё было безнадёжно...

Надежда, моя дорогая дочь, это фонарь, который нужен всем нам, и нам никогда нельзя её бросать. Даже мне. Держись покрепче за свою надежду, и продолжай призывать пламя. Прекрасное синее пламя...

Синий огонь пришёл к ней, предметы, что несли его, прожгли дыры сквозь демонов на своём пути. Демоны вопили и ревели, умирая и оставаясь искалеченными, многие посыпались прочь от неё.

Но пришло ещё больше рычащих чудовищ. Хоры и раттеры, глабрезу и безымянные червеподобные корчащиеся создания... они впивались в синее пламя, махали оружием и читали заклинания, но не могли ничего сделать, чтобы остановить, замедлить или сбить с курса призванный синий огонь — ведь прикосновение к нему уничтожало, а магия только заставляла его сиять ярче прежнего.

В твою рану. Вбери огонь в себя.

Симбул исполнила приказ Мистры, и серебряныййй огонь закипел внутри неё и потёк из её ран, голодными кольцами свиваясь вокруг синего пламени, сливаясь с ним... и поглощая его.

Неожиданно её наполнила раскалённая добела, разъярённая сила. Мощь, которая обожгла ей конечностиии, которая стонала и трещала в её волосах... которая изверглась из неё, когда Симбул закричала от боли.

Энергия выстрелила из её глаз лучами и вырвалась из её носа и рта, ударяя во всех направлениях ослепительно ярким потоком, который одинаково поглощал демонов и стены позади них.

Тёмные фрагменты стен тяжело рухнули, сокрушая под собой новых демонов. Другие с воплями разбежались во всех направлениях.

С криком, достаточно громким, чтобы заглушить их всех, от боли, ликования и голой ярости, Симбул вылетела из крепости, оставляя за собой прах убитых демонов, как комета, высоко воспарившая в ночном небе.

 

***

-Тлуин, - выдохнул Хокспайк, пытаясь перевернуться. Чума, как же у него всё затекло!

-Хок? - зевнул Харбранд. - Ты проснулся?

-Нет, - твёрдо отозвался Хокспайк, хотя на самом деле проснулся. Нельзя сказать, что он был этому рад. Всё тело ныло, каждое мгновение в него впивались холодные и острые камни, он был голоден — в животе то и дело урчало — и да, ему мучительно требовалось облегчиться.

Над головой был тёмный грубый камень. Они были в какой-то пещере. Да, теперь он вспомнил... большая пещера. Они пролили немного лампового масла на ветку и сделали факел, который горел достаточно долго, чтобы тщательно её обыскать. Одно просторное помещение, естественная пещера, в которой валялись мусор и старые кости... но ничего свежего, и никакого звериного запаха, а значит — она не служила сейчас никому логовом. Они были где-то высоко в предгорьях у Ирлингской горы. И, конечно, наутро у них всё болело, и отдохнуть, свернувшись в на беспощадно твёрдых, острых камнях, не получилось.

-Тлуин, тлуин, тлуин, - сказал миру Хокспайк, содрогнувшись, когда перекатился на колени и новые беспощадные камни сразу же вонзились ему в ноги. Он заставил себя выпрямиться, чтобы, неловко спотыкаясь, подойти туда, где смог опереться на стену пещеры. Во рту стоял такой привкус, будто он облизывал звериную клетку.

Харбранд, разумеется, уже встал. Храст его побери.

И делал растяжку в дальнем конце пещеры, будто танцовщица из таверны, готовящаяся к какому-то акробатическому номеру. И ухмылялся.

Боги в небесах, этот ублюдок намеревался быть в хорошем настроении.

-Мне, - провозгласил партнёр Хокспайка, прерывая растяжку серией выпадов ногами и руками, будто пьяный борец, - нужно опорожнить мочевой пузырь. И напиться. Вчера ночью мы слышали ручей, так?

-Ухху, - согласился Хокспайк, указывая туда, где, как ему вроде бы показалось, могла находиться бегущая вода. Она слышали журчание — небольшой, но свежий поток — где-то в той стороне.

Но чтобы помочиться или попить, разумеется, им придётся выйти в этот прекрасный кусок мира, ожидающий снаружи пещеры.

Он осторожно прошёл вдоль стены, ещё не доверяя своему чувству равновесия. Ох, как же промёрзли кости... Единственное, что его порадовало — Хар двигался ненамного быстрее. А это означало, что ему не придётся выслушивать многочисленные остроумные комментарии по меньшей мере до тех пор...

Что-то заслонило собой утренний свет. Хокспайк поднял взгляд — и застыл на месте. Харбранд поступил точно так же, превратившись в глазеющую, бледнолицую дрожащую статую.

У входа в пещеру зияла нисходящая борозда длиной с просторный загородный особняк. Её полностью заполняло чёрное рыло, проникшее глубоко внутрь. Рыло, которое крепилось к чешуйчатой, рогатой голове... чёрного дракона.

-Дерьмо, - выдохнул Хокспайк, и прямо на месте опустошил свой мочевой пузырь, прямо в любимый гульфик.

Взгляд мудрых и жестоких драконьих глаз, наблюдавших за аналогичным позором Харбранда, скользнул к нему.

-Здравствуйте, - сказал дракон, приоткрыв челюсть — эти клыки! — в медленной, мягкой улыбке. - Я Алоргловенемаус, и так случилось, что я нуждаюсь в Зверях на замену.

-О? - сумел выговорить Харбранд из другого конца пещеры. - Что за зверях?

Примерно в этот же момент Хокспайк решил, что потеря контроля над мочевым пузырём была неэффективной тактикой. И поэтому выбрал другую: как мёртвый, свалился без чувств.

-Прекрасная идея! - воскликнул Харбранд — и тоже потерял сознание.

Мгновение спустя пещера содрогнулась от оглушительного рёва. Алоргловенемаус хохотал.

 

***

-Такое... великолепие, - прошептала Симбул, глядя, как по горам ползёт рассвет. Из неё вытекло достаточно силы, чтобы она снова стала собой, снова была в своей власти. Повиснув высоко в воздухе, она исцелила себя, растягиваясь и сгибаясь с захватывающей дыхание лёгкостью. Вся боль исчезла, и она была сильнее, бодрее и живее, чем когда-либо.

-Спасибо, Госпожа-Мать. Что дальше?

Дальше ты должна отыскать больше синего пламени, разумеется. Тебя ждёт намного больше разломов.

Симбул застонала, затем сумела выдавить улыбку.

-Что ж, последний был... довольно весёлым. И у меня получается всё лучше; должно быть, практика.

Должно быть, согласилась Мистра, и они обнаружили, что снова смеются вместе.

 

***

Лорд-констебль Ирлингстара с трудом поднялся на ноги, смутно осознав, что Эльминстер — холёная зловещая дроу, которую он держал, прижав нож к её шее — бросилась от него прочь сломя голову, вниз по коридору и исчезла из вида.

Тёмная эльфийка вовсе не была Лаксаром. Лаксар был мёртв, и никто больше не спешил в Ирлингстар на помощь...

Кто-то кричал, несколько человек; узники, знакомые ему голоса знати, гневные и испуганные.

-Нас что, всех убьют, пока вы бездействуете?

-Боевые маги убивают нас одного за другим, пока вы стоите и смотрите!

-Убийцы! Где ваша хвалёная справедливость?

-Что? - устало произнёс Фарланд, по-прежнему не желая оставлять позади все эти воспоминания, забывать тепло того могучего разума, окутавшего его сознание... из-за чего все эти крики? Случилось новое убийство?

Случилось. Стражники только что нашли лорда Арлонда Хилоара лежащим замертво в дверях его собственной камеры. Ах да, надушенный Арлонд, светловолосый и вежливый, относящийся ко всем с ледяной надменностью, но чаще всего витающий в облаках, вечно баюкающий и гладящий небольшую табакерку в форме раковины, которую носил с собой. Незадолго до того, как обнаружили его тело, его видели там же, в дверях камеры, наблюдающим и слушающим более шумных заключённых в их собственных камерах вверх и вниз по тому же коридору, требовавших, чтобы их выпустили. Их всех держали в камерах невидимые стены новых печатей; «коробки безопасности» Эльминстера.

Хилоар ни с кем не делил свою камеру, и за исключением печатей, никакого пути наружу там не было — разве что сквозь крепкие каменные стены. Которые остались нетронутыми — как и печати. В какой-то момент во время всего этого окольцовывания он просто соскользнул на пол, оставаясь незамеченным собратьями-заключёнными до своего падения. Соскользнул, потому что его глотка была рассечена, рассечена так глубоко, что голова почти отделилась от шеи. Крови... хватало.

Сильнее всего испугались заключённые в соседних камерах. Один кричал — нет, уже двое, даже трое, только что присоединился новый — что в замке, должно быть, поселились призраки, и «долг перед Короной» Фарланда — забрать их отсюда в какое-то более безопасное место. Всегда наполовину затопленные камеры темницы в Иммерской твердыне, тюремные ямы Велуна, сырые, заросшие плесенью погреба темниц в Марсембере — куда угодно!

Фарланд вздохнул, припомнил несколько отборных проклятий, но отбросил их в сторону неозвученными, и решил, что как раз пришёл к тому самому выводу, который так раздражающе выкрикивали эти испуганные дворяне.

Хотя по любым трезвым меркам, под его началом осталось меньше шестой части людей от числа, которое требовалось, чтобы держать в узде этих заносчивых заключённых, как только они покинут Ирлингстар. Не говоря уже о том, что предпринимать такой смелый шаг без разрешения сверху означало рискнуть шеей и даже хуже. Ему требовались недвусмысленные приказы, разрешающие подобный поступок, и хорошая искренняя беседа со старшими царедворцами и боевыми магами — лордом печатей Вэйнренсом, например — прежде чем он мог позволить хоть одному лорду покинуть замок.

-Гулканун? Лонклоус? - позвал он, направляясь к ним, чтобы они услышали среди всех этих криков. - Если мы собираемся куда-то отправляться, мне надо, чтобы вы связались с лордом печатей... или с самим Ганрахастом.

Оба мага Короны кивнули.

-Разумеется, - ответил Гулканун, - но нам потребуется кто-то, чтобы постоять на страже, пока мы работаем. Установить контакт сквозь печати будет нелегко.

-На страже? Мы об этом позаботимся, - спокойно отозвался Арклет. Амарун у его плеча кивнула — и взмахнула ножом, которого у девушки не должно было быть. Фарланд вздёрнул бровь.

Затем он с иронией покачал головой, сказал им всем «Ну конечно», и начал указывать, как следует Делькаслу, девушке и ему самому расположиться вооружённым кольцом вокруг двух волшебников.

Два боевых мага едва начали читать заклинания, когда раздался новый крик из какого-то помещения неподалёку. Высокий и отчаянный, крик перекрыл гневные вопли из камер, обрывая их — прежде чем резко прекратился сам, перейдя в ужасное, мокрое, задыхающееся бульканье.

 

***

Эл нужно было уйти ото всех туда, где она могла собрать всю свою волю не только для того, чтобы швыряться Искусством, но чтобы выслушать ответ из какого-то далёкого места и попытаться почувствовать, где это место находится. Как можно быстрее.

Наполовину преодолев крутую каменную лестницу, оказавшись далеко от любой камеры или стражника, она остановилась, села, прислонившись к холодной каменной стене, закрыла глаза и попыталась выровнять дыхание. Чтобы можно было потянуться...

Алассра, я здесь! Где ты?

Её безмолвный зов покатился в отзывающиеся эхом дали, катился, катился... Эл прислушалась и напрягла чувства, ожидая ответа.

Ничего.

Она попыталась снова.

Алассра, любимая, это я, Эльминстер. Ты позвала, и я откликнулся. Где ты? Как я могу тебе помочь?

Катится дальше... дальше... дальше... Ничего.

Ничего, кроме обжигающей вспышки белого пламени, будто удар наотмашь по её сознанию, ревущего яркого инферно, слишком далёкого и болезненного, чтобы можно было понять, где оно находится...

До того, как оно пропало, снова оставляя её наедине с безмолвной пустотой.

Снова она позвала, напрягаясь, вытащив один из кинжалов дроу, которые забрала из той разрушенной цитадели в Подземье, того, что слабо покалывал кожу своим зачарованием. Она направила на него всю свою волю, пытаясь выпить его магию, чтобы усилить зов...

После того, как, казалось, прошло очень долгое время, кинжал из чёрного стекла со вздохом превратился в жирную пыль у неё на ладони, и Эл позвала снова, громко и сильно. Без результата.

Ей не хватало Искусства, чтобы достичь её Алассры. Или было слишком поздно. Она всегда был слишком занята, всегда была слишком далеко...

-Нет, - вслух воскликнула она, неожиданно разозлившись.

Эльминстер встала на ноги и ударила дровским кулаком по стене. Мелькнула вспышка, как загоревшийся огонь, раздался глубокий «бум», и стена треснула, крошечные осколки посыпались на ступени под её ногами.

Арргх! Когда магия ей не нужна — она тут как тут, но как только ей по-настоящему требуееееаАА!

-Эльминстер!

Крик с низа лестницы был отчаянным и вырвался из лёгких юноши и девушки. Знакомые голоса: Арклет и Амарун. Очи Мистры, но почему она всегда была кому-то нужна?

-Разве я не служила достаточно? - сплюнула Эльминстер на пустынную лестницу. - Почему я? Почему всегда я?

Она резко развернулась и побежала вниз по лестнице, глаза пылали, ярость, что копилась в ней годами — столетиями — восстала, едва не задушив её.

Вы звали, и Эльминстер пришёл. Готовьтесь, Королевства.

 




#96241 Эльминстер в ярости: двадцать вторая глава

Написано Redrick 07 Октябрь 2017 - 22:42

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
ЗАСАДА — ЭТО Я

 

А, ты использовал мозговую жидкость гусеницы-трупоеда. Хорошо. Паралич скоро пройдёт, и это тело снова можно будет использовать.

Голос в голове Гулкануна казался человеческим, мужским и... старым. Древним и могучим, разумом глубоким и сильным, достигшим высот в Искусстве и жизненном опыте. Разумом, который многое повидал, многое совершил, веками сплетал магию...

Ты знал короля Бероста? Бероста Храброго? Ты настолько стар? подумал Гулканун.

Да. Меня зовут Эльминстер. Тот самый Эльминстер. В эти дни меня лучше знают как Мудреца Долины Теней. Ходят сплетни, что я сумасшедший старый маг, который в своём безумии считает себя Избранным Мистры. Я безумен, я стар, я маг — и я действительно Избранный.

Я... я... подумал Гулканун.

Не благоговей и не бойся, Дат Гулканун. Ты служишь хорошему делу, твоё владение Искусством достойно уважения, и более того — ты человек благородный. Доброта, честность, скромность; ты бы удивился, узнав, насколько редко встречаются такие качества, а ты обладаешь всем перечисленным. И поэтому ты мне нужен — ты и Лонклоус, и все другие достойные боевые маги Кормира, от королевского мага Ганрахаста до самых зелёных рекрутов.

Я нужен? Мы нужны? подумал Гулканун.

Да. В голове Гулкануна будто бы медленно распахнулась настежь дверь, и оттуда хлынул яркий свет... свет, озаривший Гулкануна, омывший его сильным, нарастающим потоком, который нёс заповедь Мистры завербовать боевых магов, чтобы создать лучшее будущее для Кормира и всех Королевств, заповедь, пронизанную собственным трепетом Эльминстера.

Гулканун обнаружил себя в экстазе, тронутым величайшим блаженством, что он когда-либо ощущал, охваченным блистательной убеждённостью. Он мог верить вторгшемуся в свой разум, доверять коснувшемуся его могущественному интеллекту, поскольку видел, что всё это — правда. Богиня магии действительно вернулась из забвения, добрая, истинная и чудесная Мистра, и она в самом деле приказала Эльминстеру, её прежнему и нынешнему слуге, разыскать синее пламя и запечатать разломы, чтобы сохранить Королевства, и завербовать боевых магов, чтобы принести Кормиру новую славу, и...

Прежде я никогда с такой чёткостью не понимал, что мне говорят правду. Это... чудесно, прекраснее всего, что я когда-либо испытывал. Это доверие. Подумал Гулканун.

Это оно. Так может быть ты перестанешь подозревать эту прекрасную тёмную эльфийку? Раньше она была злой прислужницей Лолс, пускай и юной и ничего не добившейся, но сейчас в ней есть лишь мой разум. Нужно прекратить тратить время зря и начать действовать сообща.

Да, о да! Как мы начнём? Что нам делать прямо сейчас? Я... подумал Гулканун.

Грубые руки неожиданно вцепились в Гулкануна, утягивая его прочь от дроу, которую, как смутно осознал боевой маг, он обнимал будто любовницу.

В полноммммм смятении от Эльминстера и принесённого им света Гулканун обернулся и посмотрел в гневно хмурящееся лицо Имбрульта Лонклоуса.

Молча открывшего дверь и бросившегося вперёд, чтобы вытащить своего друга Гулкануна из тёмных и гиблых объятий, выбросив руку, чтобы с полным безразличием к женственной анатомии оттолкнуть дроу.

-Я так и думал, что она сразу же тебя соблазнит, как только получит возмо...

Поток слов Имбрульта стал потрясённым молчанием, когда свет — и Эльминстер — хлынули и в его разум.

Они с Гулкануном начинали как товарищи по несчастью и молчаливые союзники под гнётом высокомерия и насмешек Вандура, но быстро стали друзьями. Они работали вместе четыре долгих года, и оба любили и уважали друг друга сильнее, чем кого-либо ещё в своих жизнях. Они были... Эл показал им благодарность и дружбу, которую они питали друг к другу, их настоящие чувства. Их соединившиеся разумы дрогнули. Мысли и воспоминания Дата хлынули в Имбрульта и наоборот в счастливом вихре слияния и открытия.

Их лица были мокрыми от слёз, их руки обнимали друг друга, и они издавали взволнованные, нечленораздельные звуки, едва замечая это, пока между ними двумя и Эльминстером туда-сюда носились мысли. Великий и полный света разум Эльминстера был вокруг них, внутри них и баюкал их...

Мы должны это сделать! О, Кормир! Изгнать голод, нужду и коварство навечно, и... подумал Имбрульт.

Их взволнованное слияние снова резко прервали. На этот раз связь разбил Фарланд. Гулканун и Лонклоус покачнулись, наполовину оглушённые.

Лорд-констебль рванул тёмную эльфийку прочь от двух мужчин и прижал кинжал к её горлу.

-Я слышал все эти истории про дроу, - прорычал он, - и не верил, что они на самом деле такие соблазнительницы, как некоторые говорят, но кажется...

-Это не то, что ты подумал, - отрезал Гулканун.

Ухмылка Фарланда была свирепой.

-Похоже, что так, да, сэр Чароплёт?

Затем его лицо изменилось и он напрягся, пытаясь закричать и не в силах этого сделать. Нечто потекло в его разум...

 

***

Настало время снова отправиться на поиски приключений.

Но не чересчур дерзким способом, который предупредит боевых магов и весь королевский двор о его присутствии и амбициях. Что-нибудь, чего не смогут заметить даже ближайшие арфисты, разве что один из них будет стоять на обочине, когда Мэншун перехватит двух покинувших Хултейл магов Короны.

Нет, в этот раз Мэншун может вернуться к способу, которым сражался в те ранние дни, когда Зентарим был прекрасной новой идеей и только набирал силу, ещё не превратившись в повелителей всего и вся. И может сделать это с помощью его собственных более поздних дней — и гробницы Шанксозбура. Прошли годы с тех пор, как он вспоминал об этом безрассудном глупце. О человеке, настолько глубоко погрязшем в самоуверенности и глупости, чтобы считать, что сможет обмануть Мэншуна. Его настигла подобающая расплата — Мэншун переломал Шанксозбуру все кости и оставил двух червей, которые заползли в его нос и медленно сожрали изнутри. Но на этом его служба Мэншуну не прекратилась. О нет.

Лорда Чесса послали забрать владения Шанксозбура и распродать их прежде, чем успеет прибыть и заявить свои претензии его родня, а вырученные средства использовать для строительства затейливой гробницы — крепкого каменного мавзолея на лесном склоне рядом с мостом Каменщика. Кости глупца по-прежнему лежали в большом каменном гробу, крышку которого украшал образ Шанксозбура — а в полу находилась поворачивающаяся плита, которая использовалась, чтобы убрать гроб и открыть ведущую в нижнюю палату лестницу.

Люди, которых взял с собой Чесс, быстро расправились с прибывшими родственниками Шанксозбура, так что ключи к мавзолею остались только в распоряжении Братства. Зентарим веками использовал верхние помещения гробницы как логово на тропе контрабандистов, а в палате внизу лорд Мэншун предусмотрительно поместил нескольких своих клонов на случай, если они потребуются в будущем. Сейчас, разумеется, все его другие «я» давно пропали, пробудившиеся после смертей или унесённые в другие, более безопасные места.

Зато Мэншун знал гробницу очень хорошо. И это делало её надёжным местом назначения для телепортации. Оттуда он мог перемещаться в желаемом направлении с помощью магии от одного ориентира в поле зрения к другому, чтобы перехватить этих двух боевых магов. Гробница ждала, находясь от него всего в одном заклинании телепортации...

Но погодите-ка. Сначала рутина. Убрав прорицательные сферы, Мэншун прочитал заклинание, которое скрыло большую часть погреба Сронтера — тиранов смерти и всё остальное — за фальшивой наколдованной каменной стеной. Сюда может кто-то спуститься — вор, надменный инспектор Короны или стражник; в конце концов, к алхимикам все относятся с подозрением. Так что пускай обнаружат зловонную выгребную яму и обычную рухлядь — старую сломанную мебель и прочее, а не ожидающий ряд созерцателей-нежити.

А если нарушитель преодолеет его заклинание и увидит, что скрывается за ним... что ж, ему же хуже. Мэншун оставил тиранов бодрствующими и отдал им приказ убивать и преследовать всех живых. Если кто-то выпустит их, то когда Мэншун возвратится, они скорее всего ещё будут выполнять этот приказ. Живых в Сюзейле было много.

 

***

Гелнур Фарланд сгорал от стыда, отвращения и муки. Ментально изнасилован тёмной эльфийкой, к горлу которой был приставлен его клинок, которую он должен был убить прежде, чем она... Что это, именем Короны, такое?

Устремившийся в него разум принадлежал мужчине, человеку, и был старым и мрачным от груза многочисленных воспоминаний. Разум волшебника... о нет, неужели это боевой маг испытывает на нём выжимку разума? Они оба сойдут с ума? Это уже началось? Что...

Вторгшийся разум был могуч, как замок, нависший над игрушечным домиком разума Фарланда. Ошеломительным тёплым и тёмным потоком он пронёсся по его мыслям, по его воспоминаниям в поисках чего-то. В поисках... любых доказательств измены Короне или того, что Гелнур Фарланд имеет какое-то отношение к убийствам в Ирлингстаре. И не обнаружив ничего, он улыбнулся в голове Гелнура с таким приливом удовольствия, что Фарланд застонал вслух.

Кто это, во имя...

Старый бородатый маг, идущий в одиночестве, из Долины Теней. Старый Маг, Старый Мудрец, тот самый из легенд о Вестнике Рока Мистры, мужчина, который был девицей и...

Он видел все больше и больше из вторгшегося разума, ему показывали всё новые и новые воспоминания, прекрасные и ужасные, дьяволов, и драконов в небе, и Город Песни, и бесчисленные поля ужасных битв...

Я Эльминстер. Да, да, ты знаешь меня. Я человек из легенд твоих прадедов, и человек из трактирных историй об Избранных Мистры.

-Именем прославленных поцелуев Алусейр! - выдохнул вслух лорд-констебль.

О, подходящая клятва, ведь они были сладки, так сладки...

Эльминстер по своей прихоти открыл ему два ярких воспоминания, поочередно сунув образы в разум Фарланда, будто два крутящихся, мерцающих драгоценных камня.

Первое... ночь, костёр, открытые лесистые края северного Кормира, множество смеющихся людей в доспехах разбили лагерь и ухаживают за лошадями — прекрасными лошадями. Затем кто-то шёл среди этих весёлых витязей в их ярких доспехах к высокой женщине, которая расстёгивала и откладывала в сторону сверкающие в свете костра пластины её собственных великолепных доспехов, изогнутые и выкованные так, чтобы облегать её стройное тело... обнажённое в свете костра. Она с лучезарной улыбкой повернулась к нему и обняла, чтобы получить поцелуй, а не поцеловать самой... Алусейр, юная, сильная и гордая воительница, своенравная, распутная, дикая принцесса...

Свет костра угас, и в наступившей темноте Фарланда поглотил второй драгоценный камень, погрузив его в тёмную неподвижность пустого, покрытого паутиной и рождающего эхо высокого зала; королевский дворец Сюзейла, знаменитое проклятое крыло. И из мрака возникла скользящая тень с блеском призрачных доспехов, тем самым ниспадающим водопадом волос и таким же лицом, но старше; на нём оставили свои следы печаль, утраты и приступы ярости. Фигура быстро оказалась рядом, спеша получить поцелуй, но в последний момент замешкалась, не решаясь безмолвно молить о нём... и заплакала призрачными тенями слёз, когда поцелуй ей подарили. Её жаждущие губы принесли обжигающе-ледяную боль, похищая тепло жизни из Эльминстера, поцеловавшего Алусейр — крадущего жизнь призрака.

Ну вот. Теперь ты знаешь, чем клянёшься: прославленными поцелуями Алусейр.

Фарланд потрясённо выругался — и выражения, которые он использовал, были куда более грязными и красочными, чем та роскошь, которую ему показали.

Он отшвырнул прочь свой кинжал и заплакал.

 

***

Гробница была холоднее, чем он помнил.

Особенно таким морозным утром. С земли поднималась до колен дымка и струилась между деревьев. Мэншун вышел из усыпальницы и отправился на поиски удалённой точки в подходящем направлении, чтобы телепортироваться через Вивернов ручей, а оттуда — к северо-востоку, с одной возвышенности на другую. Маги Короны могли оказаться достаточно глупы, чтобы скакать всю ночь, но скорее всего они разбили лагерь у дороги, поспали ровно столько, чтобы дать лошадям отдых, и к текущему моменту уже снова находились в пути.

Мэншун потянулся и улыбнулся. Выбрав далёкое и высокое поле, он прочитал заклинание телепортации, чтобы отнести себя туда. Затем опять, с высокого восточного пастбища Нута Таммарсера к холму Ронтона. Оттуда на хребет за Загнутым Когтем. Стоя там, на источенном ветрами камне, под холодным дуновением воздуха, испугав орла, взлетевшего со своего излюбленного насеста, он смог посмотреть вниз, на дорогу Орондстаров.

Вон там. Двенадцать пурпурных драконов, скачущих кольцом вокруг двух верховых мужчин без доспехов; его боевые маги. Его жертвы.

Он выбрал следующий изгиб дороги, где смог беззаботно встать, ожидая их.

 

***

Его тюремщики вернулись, и страх сомкнулся на нём холодной белой рукой. Морозные пальцы крепко обхватили сердце.

Мрелдрейк сглотнул, затем сглотнул ещё раз. Его горло было сухим как старые кости, и он сильно дрожал. Он знал, что они знали, как сильно он их боится... и его это больше не волновало.

По крайней мере они улыбались.

-Мы довольны твоими продолжающимися успехами в использовании новой магии, - сказал один.

-Ты стал искусен в убийстве, - одобрительно добавил второй, как наставник, хвалящий маленького ребёнка.

Он смотрел на них, стоявших напротив в комнате, которую они сделали его тюрьмой, достаточно близко, чтобы ещё чуть-чуть — и можно было коснуться. Мрелдрейк обнаружил, что хочет вернуться в королевский дворец Сюзейла. Даже быть марионеткой Мэншуна лучше, чем это...

Он дрожал снаружи и был испуган внутри. Его могли убить одним усилием воли. Как тогда он сможет, как он осмелится деликатно сообщить им, что сделал необходимым компонентом для действия изобретённой им магии себя, а значит — он на это надеялся — стал незаменим?

Они улыбались Мрелдрейку почти нежно. Но в их глазах, видел он, была насмешка...

-Твои попытки спасти свою шкуру, включив самого себя в твоё новое заклинание, весьма нас позабавили. Знай же, что мы не собираемся тебя убивать.

Пока нет, добавил тон, которым его тюремщик сказал это.

Ну разумеется, пока нет. Сейчас, как знал Мрелдрейк, он будет им крайне полезен, позволив быстро и бесшумно завоевать Кормир.

 

***

Из-за поворота показались беззаботно скачущие ярким утром всадники.

Мэншун стоял, широко расставив ноги и скрестив руки на груди, слабо улыбаясь.

-Сила принадлежит мне, и я — само воплощение силы, - прошептал он себе, глядя, как пурпурные драконы хмурятся, натягивают поводья и резко приказывают остальным остановиться.

Один человек в диких пограничных землях, судя по позе — безоговорочно уверенный в себе, означал либо архимага, либо приманку для сотни спрятавшихся разбойников, поджидающих в засаде.

-Засада — это я, - вежливо объяснил он. - В одиночку. Поскольку я — архимаг, самый могущественный, кого вам доводилось встречать в ваших жизнях. Которые — с одним исключением — сейчас оборвутся.

Он легко высвободил заклинание, прочитанное им ранее и хранимое наготове.

Двенадцать пурпурных драконов с их конями неожиданно превратились в вопящую, спотыкающуюся падаль. Крики резко оборвались, когда вокруг сжалась воронка вихря и незримые силовые клинки принялись резать их в воздухе. Окровавленные конечности полетели в канаву позади них, где дорога вела к цивилизации.

-Ах, цивилизация, - произнёс Мэншун, глядя на двух волшебников, которых уберегла их магическая защита. Разумеется, защита была израсходована, оставляя их беззащитными перед его следующим заклинанием. - Мы так далеко от неё в эти дни, не так ли?

Пока Мэншун спокойно и неторопливо читал следующее заклинание, вспыхнула их первая поспешная магия и ударила в его щит. Когда Мэншун закончил, один из боевых магов очутился на дороге обгоревшим и оглушённым, его мантию охватил огонь, а лошадь исчезла. Только второй, не пострадавший маг сумел обрушить следующее заклинание на щит Мэншуна, снимая его. К тому времени будущий император Кормира без спешки сотворил новое волшебство — и от обожжённого мага остались лишь две ноги в сапогах на дороге Орондстаров, окружённые кучкой пепла.

Выживший боевой маг прочитал своё самое сильное боевое заклинание, расколов дорогу вокруг Мэншуна. Волшебная мантия архимага поглотила смерть, с таким отчаянием посланную забрать его. Выполнив свою работу, мантия развеялась, оставляя его без защиты. К тому времени, конечно же, он швырнул в единственного выжившего мага Короны рок разума и оказался внутри головы безнадёжного дурня.

Жертва не успела даже вздохнуть, а он уже сломал и поработил его разум.

Итак, это был молодой и полный энтузиазма боевой маг Ярлин Фламтарг. Хорошо, хорошо. Мэншун выжигал принадлежащее своему новоприобретённому слуге кольцо боевых магов до тех пор, пока там не осталось никакой силы, и кольцо уже нельзя было отследить издалека. Хултейл был отдалённым, не обладающем важностью сторожевым постом, местом спокойным; командного кольца у Фламтарга не было.

-Доброго пути, - вежливо сказал Мэншун лошади, успокоив её одним из заклинаний, которыми он гордился сильнее всего — одним из немногочисленных исцеляющих заклятий, которыми он когда-либо овладевал.

Затем он телепортировался обратно в погреб Сронтера в Сюзейле, но его сознание мысленно управляло боевым магом Ярлином Фламтаргом. Его новый ментальный питомец, уже в одиночестве ехавший по дороге Орондстаров, направлялся в замок Ирлингстар.

 

***

Симбул ногами вперёд опускалась с ночного неба, за её спиной развевались серебряные волосы.

Навстречу ей приближалась пустынная, разрушенная крепость, расположенная в неровной долине глубоко в скалистой глуши, одинокий расколотый коготь.

Здесь были часовые; многочисленные малгодемоны и набассу слетали с крошащихся тёмных парапетов, чтобы встретить её.

Она падала, окружённая внезапно вспыхнувшей сферой переливающегося синего сияния, очерченной тесными орбитами многочисленных летающих объектов, среди которых не нашлось и двух одинаковых, но все пылали синим огнём.

Со всех сторон на неё свирепым штормом обрушились зловещие летающие стражи, но Симбул низвергла их с небес заклинаниями, вылетающими из её клетки синего огня, ускорявшей своё вращение. Клетка обжигала и плавила на шипящие клочья любого демона, который в неё попадал, не позволяя чудовищам коснуться Симбул. Клетка падала вместе с нею, чтобы коснуться стен крепости и прожечь камни так, как будто они состояли из одних лишь теней и воздуха.

Клетка продолжала опускаться, погружаясь ниже и ниже сквозь сердце древней и разрушенной крепости, к зловеще мерцающему колодцу в её глубинах. Ещё один разлом в Королевствах, через который появлялись новые демоны, изливался бурлящим неостановимым потоком.

Симбул вцепилась в воздух, чтобы сжать клетку вокруг себя и превратить её в режущий разломы кинжал.

-Как сказал бы Эл, - произнесла она вслух, - давай по новой.

Вместе с кинжалом она скользнула в фиолетово-белую агонию.

 




#96240 Эльминстер в ярости: двадцатая первая глава

Написано Redrick 07 Октябрь 2017 - 22:38

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
ЛУЧШЕЕ ЗРЕЛИЩЕ

 

-Никогда не думал, что лучшим зрелищем за эти десять дней станет дроу, протягивающая мне кубок моего собственного вина, - проворчал лорд-констебль Ирлингстара. - Но спасибо.

По тому, как его взгляд скользил вверх и вниз по изгибам склонившейся над ним эльфийки, было ясно, что он оценил дроу совсем с другой стороны.

-Внутри этого тела, - сухим тоном отозвалась она, - я Бреннон Лаксар, боевой маг, помните?

-Ох, э... А. Конечно, - буркнул Фарланд, покраснев.

Они возвратились в его кабинет. У двери, через которую сбежали два наёмника, стояла новая стража, и из удвоенного наряда стражников ни у кого не было ключей для закрытой и запертой двери, которую они охраняли. За исключением ушибов — колено Фарланда не гнулось, и ему приходилось хромать — и лёгкого повторяющегося звона в ушах у Гулкануна и Арклета, они, похоже, легко отделались. Гулканун и Лонклоус даже как будто начали доверять тёмной эльфийке.

-Я... прости, что мы были так с тобой суровы, - сказал ей Лонклоус. - Я... ну, мне по-прежнему сложно не испытывать тревогу, когда я смотрю на дроу.

Лаксар пожал плечами и улыбнулся.

-Я тоже чувствую себя слегка встревоженным, когда вижу, что помогающая мне рука превращается в щупальца, или — она указала на его руки — похожие на лозы сосущие штуки. Но я справляюсь с этим и продолжаю ради Драконьего Трона.

-И правда, - вежливо согласился Гулканун. - Ты кажешься... озабоченным.

-Так и есть, - ответила тёмная эльфийка, стараясь не смотреть прямо на Арклета или Амарун. Она соприкоснулась разумом с обоими, приводя их в чувство, так что они знали, что она была Эльминстером. С тех пор они были довольно молчаливы; лучше не усложнять им жизнь, глядя на них или слишком много с ними разговаривая. Слишком легко с их губ могло сорваться «Эл», а всех боевых магов предупреждали о скрывающемся в Кормире Эльминстере...

-Ну?

Эл покачала головой.

-Обдумываю всё, что видел и слышал с тех пор, как попал сюда, чтобы посмотреть, не придёт ли что в голову.

Она бросила взгляд на Фарланда.

-Вы уверены, что двое наших беглецев не проникали в замок ещё до взрыва, до того, как вы их обнаружили?

Фарланд нахмурился, затем покачал головой.

-Не могли. Нет. Абсолютно нет. Да и не похожи они на убийц, которые наносят молниеносный удар и так стремительно исчезают. Причём дважды.

Гулканун кивнул.

-Я оценил их точно так же. Недостаточно умелы.

Эл кивнула. Хорошо, она успешно увела в сторону вопрос Гулкануна. Эл действительно задумалась, но это не имело никакого отношения к раскрытию убийц или бросателей бомб. Пока. Скорее, она пыталась придумать хорошее место, чтобы снять и спрятать командное кольцо, которое носила, на тот случай если Вангердагаст, Ганрахаст или ещё кто-нибудь может его отследить — или направить издалека враждебную магию через кольцо, вроде мысленного касания, которое Эл почувствовала за миг до того, как это касание оборвал взрыв. Нужно было снять его так, чтобы Гулканун, Лонклоус и все остальные не заметили, и положить туда, где кольцо не смогут найти до тех пор, пока Эл не будет готова его забрать...

Хмм... все туалеты в Ирлингстаре тщательно обыскивались перед каждым использованием, чтобы не позволить заключённым передавать через них предметы друг другу. Там было слишком мало постороннего убранства — вообще не было практически никакого убранства — чтобы послужить тайником.

-Не знаю как вы, а я устал, - провозгласил Фарланд. - Нам нужен план битвы. Шестеро нас против всех остальных в Ирлингстаре.

Арклет кивнул.

-Пока мы не узнаем, кто убивает людей и устраивает взрывы — а это могут быть разные люди — мы должны относиться к стражникам, заключённым, даже к коридорам и лестницам, где может скрываться некий неизвестный нарушитель, как к врагу.

-Именно, - согласился Фарланд. - Так как мы проведём предстоящую ночь, чтобы завтра утром остаться в живых?

-Поработаем над печатями, - предложил Лаксар. - Используем их, чтобы сделать новые стены и двери, которые нельзя будет взломать. После того, как мы поместим всех оставшихся заключённых в отдельные камеры на ночь, обернём вокруг них магическую печать, заключив их всех в одну большую коробку. Затем поработаем с печатями, чтобы запереть все внутренние двери. Затем поместим всех стражников и прислугу, кроме нас шестерых, в несколько комнат, включая кухни, но поодаль от всех дверей — поэтому любые задние двери кухонь нужно исключить — и запечатаем их в отдельную коробку. Наконец, затем мы по отдельности забаррикадируемся в комнатах, которые запираются изнутри, и немного поспим. Все, кроме боевого мага Гулкануна и меня; мы постоим на страже.

-Друг над другом, - криво усмехнулся Гулканун.

Фарланд устало кивнул.

-Мне нравится, как это звучит. Остальные?

Он увидел только кивки.

-Хорошо. Давайте так и сделаем, - сказал он, осушая кубок и с кряхтением поднимаясь на ноги. - Я не становлюсь моложе.

-И красивее, - пробормотал лорд Делькасл, но Фарланд ожидал подобного комментария и смог выдавить из себя усмешку. За которой последовал неизбежный зевок.

 

***

Как оказалось, Реншарра питала тайное пристрастие к небесно-голубому шёлку и позолоте. Огромному количеству позолоты. Всюду были резные украшения с завитушками, покрытые толстым слоем позолоты.

Мирт изо всех сил пытался не позволить своим бровям залезть на самый верх своего скальпа и остаться там.

Остальная часть небольшого дома была обставлена роскошно и со вкусом: длинное, узкое пристанище, просто и без излишеств украшенное жёлтым, багрянцем и новым, но дорогим отполированным деревом. Спальню, однако, заполняла похожая на шатёр кровать в стиле Старого Ташлутана, с полосами синего шёлка, опускавшимися с центральной кроны к углам, а оттуда складками нисходящими на пол. Золочённые завитушки были повсюду: простыни, подушки, даже храстовые резные уголки были золотыми...

-Итак, лорд Глубоководья, - подразнила его владелица грандиозного шатра, глядя на Мирта с его дальнего края, - не желаете ли... словить меня?

-Ну что ж, - пророкотал Мирт, - ты котёнок или тигрица, когда дело касается охоты?

-Иди сюда и увидишь, - промурлыкала Реншарра.

С рёвом Мирт вскочил на край кровати — лишь затем, чтобы получить в лицо её платье, которое предполагаемая жертва швырнула, откатившись на бок через постель.

Она выпрямилась, улыбаясь.

-Мне стало жарко — а тебе?

Её взгляд обстреливал его с головы до хлопающих старых сапог, пока она сбрасывала с себя собственную обувь. Затем она выбежала из комнаты.

Мирт преследовал её, покорно расстегивая по пути жилет.

Дверь на мансарду стояла открыта, с сияющего камня сняли накидку, чтобы осветить путь, так что он пошёл туда.

Свет исходил из дальнего конца мансарды, где громыхающий стук возвестил о том, что Реншарра Айронстейв владела лебёдкой для подъёма ящиков и только что опустилась на ней вниз, вероятно — в свой погреб.

Мирт ухмыльнулся и начал крутить рукоять. Какая прекрасная забава...

Он уже начал задыхаться к тому времени, как из глубин возник ящик — с её нижней рубашкой, разумеется — и он смог встать на него и с облегчением отпустить рукоять.

Его спуск был громким и быстрым, поэтому Мирт заметил, что что-то не так, только когда с гулким, мясистым толчком ящик приземлился.

Конечно же, руки в чёрных перчатках, торчавшие из-под ящика, и тонкая полоска крови, вытекающая наружу, чтобы присоединиться к ним, были зрелищем, которое ему уже не раз доводилось видеть.

Он с первого взгляда понял, что руки были слишком массивными, чтобы принадлежать Реншарре, поэтому не стал тратить на них времени больше, чем потребовалось, чтобы подхватить выпавший из них игольно-тонкий кинжал — разумеется, покрытый липкий зелёно-оранжевым калишитским ядом. По опыту Мирта, нанятые убийцы, которых посылали устранить целей рангом ниже правителей и благородных лордов, редко путешествовали в одиночку.

Помещение выглядело, как типичный лабиринт из корзин с яблоками, горшков с консервами и полок со всякой всячиной. Единственный свет сочился с ведущей наверх лестницы в противоположном конце погреба, так что Мирт двинулся туда.

Он был уже на полпути, когда закричала Реншарра и с грохотом разбилась какая-то глиняная посуда. Мирт взлетел по ступеням, как ревущий бык, пытаясь издавать достаточно устрашающие звуки, чтобы любой, загнавший госпожу списков в угол, отвлёкся бы от убийства из-за громкости и предположительной опасности приближающейся атаки.

В комнате наверху — столовой, судя по виду — он увидел Реншарру на вершине декоративной колонны, одетую лишь в чулки в сеточку, трусы и чёрный кружевной поясок для чулок. Реншарра лихорадочно отбивалась ногами от человека в маске, перчатках и чёрной коже, который наполовину залез на её столик, пытаясь схватить женщину за лодыжки и стащить вниз. Она только что сняла с себя лифчик и хлестала им нападающего по лицу. Чашки для грудей с металлическими наконечниками с высоким и пронзительным звуком звенели при каждом ударе, как железные «поющие ветра».

На обеденном столе неподвижно распростёрся на спине второй мужчина в чёрной коже. Вокруг его головы лежали осколки того, что ещё недавно представляло собой большую цветочную вазу — вода, цветы и всё прочее.

Мирт громко захохотал от увиденного, воскликнул «Не бойся, подруга! Я тебя спасу!», и бросился через всю комнату, подхватив по дороге стул.

Человек, пытавшийся схватить Реншарру, обернулся и спрыгнул на пол, выхватив из-за пояса и бросив в нового крупного врага нож.

Мирт смахнул его стулом в сторону и бросил собственный недавно подобранный кинжал. Тот попал мужчине в шею, застыл там на мгновение, затем улетел в стену рядом со столиком.

Мужчина выругался, судя по всему, скорее испугавшись, чем разъярившись, и выхватил ещё один нож.

Мирт бросил стул.

Мужчина взвыл от боли, когда брошенная мебель разбила ему несколько пальцев, отбросила руку за спину и отправила второй нож звенеть по полу. Затем кресло врезалось в боковой столик и отскочило от него — ножка покосилась — чтобы ударить мужчине сзади под колени. Оглушённый мужчина верхом на кресле заскользил по полу — но когда кресло остановилось, наёздник попытался повернуться к Мирту и достать короткий меч.

Он наполовину вытащил клинок, начал замахиваться и выкрикнул что-то отчаянное — его язык как будто заплетался, значит, на кинжале был сильный калишитский яд — и тогда его настиг Мирт. И вонзил тяжёлый волосатый кулак ему в лицо.

Треснул нос, хлынула кровь, владелец носа и крови рухнул на пол, как подкошенный.

Когда Реншарра снова закричала, Мирт уже поднял взгляд, чтобы улыбнуться ей своей лучшей подбадривающей улыбкой. Он увидел, куда смотрит Реншарра, и сразу же понял, что новый источник её страха находится в комнате позади него. Мирт пригнулся, схватил кресло, которое только что бросил, и метнул его снова, себе за спину.

Оглянувшись вслед за броском, он увидел как разъярённый человек, по последней моде одетый в дорогой и стильный вечерний наряд, легко уклоняется от снаряда, взмахнув своей рапирой, и восклицает:

-Я не проиграю это пари! Столько ещё наёмных головорезов нужно, чтобы прикончить ненормальную суку — дворцового писаря?

-Больше чем ты думаешь, - проинформировал его Мирт, бросаясь навстречу знатному лорду и подхватывая по пути стулья.

Лорд ухмыльнулся после первого стула, покачнулся после второго, и остался без меча, оглушённым и истекающим кровью из раны на черепе после третьего и последнего стула. Так случилось, что это был последний стул по эту сторону длинного обеденного стола, поэтому лорд Глубоководья ударил противника ногой в пах — позаботившись о том, чтобы ступня пошла вглубь и вверх, чтобы не сломать пальцы о наверняка присутствующий железный гульфик — и когда лорд сложился вдвое, обрушил на его горло свой лучший боковой удар.

С предсмертным всхрипом лорд рухнул. Мирт улыбнулся в безжалостном удовлетворении. Да, тяжело дышать через разбитую и сплющенную гортань. Поражение их нанимателя оставляло ещё четверых вооружённых наёмников, которых тот привёл с собой — но головорезам хватило одного взгляда на то, как их хозяин корчится и задыхается на полу, чтобы развернуться кругом и броситься наутёк.

Мирт решил подобрать рапиру лорда и отправиться в погоню, по крайней мере чтобы проветриться. Если число дающих показания свидетелей можно уменьшить до одного или нескольких раненых человек, страже придётся выслушивать меньше лжи — и меньше лжи по ошибке будет принято за правду.

Поэтому к Реншарре Мирт вернулся весь залитый кровью, ни капли которой не принадлежало ему самому. Подругу он нашёл забаррикадировавшейся в спальне. Остававшееся на ней бельё исчезло будто по волшебству.

-Мой герой! - выдохнула она по другую сторону баррикады из мебели. - Никто раньше не бился ради меня насмерть!

Она отшвырнула в сторону расколотую ножку кресла, которой готова была огреть неправильного нарушителя, и принялась разбирать баррикаду с яростной энергией и милым безразличием к устаревшим стилям мебели, чтобы поприветствовать нарушителя правильного.

-Ты заслужил награду, - выдохнула она, расчистив проход достаточно, чтобы затащить Мирта в комнату. - Приди и возьми её.

Мгновение спустя она продемонстрировала, что эти слова были приказом, а не предложением или просьбой, схватив его за залитый кровью пояс и с силой потащив на себя.

Они вместе рухнули на гостеприимную кровать.

 

***

-Его качает, - предупреждающе прошептала дроу Гулкануну, кивнув на Лонклоуса, когда проклятый волшебник, устало покачиваясь, вошёл в свою комнату и захлопнул дверь.

-Он просто устал, - резко отозвался Гулканун. - Он выполнил большую часть моей работы с печатями, зная, что мне придётся провести ночь, стоя на часах. С тобой.

Тёмная эльфийка кивнула. Лонклоус был последним из их коллег, уединившимся в комнате. Все предложенные ею изменения печатей были проведены, и все очень сильно устали. Она и Гулканун смотрели друг на друга, и оба не улыбались. Наступила тишина. В молчании фигуристая эльфийка медленно шагнула к Гулкануну.

-Я предпочёл бы, чтобы ты держала дистанцию, - произнёс он.

-Ты по-прежнему мне не доверяешь, - обвиняюще отозвалась она, продолжая наступать.

-Назад, - резко приказал он.

Даже не замедлив свой ленивый шаг, она подошла прямо к нему и протянула стройную руку с длинными пальцами. Эти пальцы потянулись к... запястью — той руки, которую он использовал, чтобы ухватиться за торчащий в футляре жезл.

Из-за спины Гулкануна со скоростью змеи возникла его вторая рука, сжимающая длинную иглу, и уколола эту тёмную руку дроу.

-Я подозревал, что ты что-то предпримешь, дроу! - мрачно воскликнул он. - Я...

Её руки сомкнулись вокруг него, рука с иголкой и вторая. Он зарычал, вытащил жезл, чтобы скормить ей...

Ничего ей не скормить, поскольку Гулканун напрягся и умолк. Застывший и беспомощный.

Эльминстер протёк в него сквозь ослабевшие и напрасно царапающиеся пальцы тёмного эльфа — и подчинил разум боевого мага себе.

 

***

Мэншуну потребовалось некоторое время, чтобы вообще найти волшебников в Хултейле. Грязные улицы заполняли крестьяне, направляющиеся на рынок со своими скрипучими телегами, но их намного превосходили числом горланящие несчастные рофы, козлы, быки и овцы, запертые в загонах мясников. Даже в фургонном депо, где фургону, отправляющемуся к Лунному морю, требовалось новое колесо и перила самое позднее завтра вечером, кипела жизнь.

Но никаких признаков скромной крепости, которую он ожидал найти, не было. Только заметив краем глаза небольшой каменный дом, крытый черепицей и спрятанный под раскидистыми старыми деревьями в задней части окружённого рвом и стеной из кольев двора стражи, он нашёл то, что искал — висящие на бельевой верёвке мантии магов.

Приближался закат, и в этом доме горела лампа, но лишь один человек показался наружу, чтобы забрать одежду до утренней росы. Единственный беззаботный человек, весело махавший различным членам стражи, которые — сняв доспехи и оставшись в одних штанах и наплечниках — выплёскивали в яму грязную воду с кухни, возвращаясь затем в свои казармы. Похоже, боевых магов в Хултейле явно недоставало. Вместо трёх остался лишь один, и никого это ни капли не беспокоило. Что означало, что оставшиеся двое находились где-то неподалёку или отбыли на задание.

Мэншун взял себе ещё один графин того, что сумел спасти из погреба Дардулкина, расслабленно раскинулся в кресле и заново окинул взглядом Хултейл. Обнаружив продолжавшуюся недостачу волшебников.

Поэтому, когда опустилась настоящая темнота, он осмотрел берега Вивернового ручья и Громового потока, разыскивая горящие факелы или какую-то активность. И по-прежнему ничего не обнаружил. Значит, настал черёд дорог — в первую очередь той, что вела к Громовому камню.

Вот оно! Мигающий, качающийся свет... фонари на шестах, которые держали скачущие верхом пурпурные драконы. Облачённые в доспехи, готовые к путешествию по глухой дикой местности, и окружившие кольцом, да, двух боевых магов. Маги Короны, ночью скачущие по дикой местности — это означало крайнюю срочность. Они направлялись к Громовому камню — и почти наверняка дальше, к замку Ирлингстар. Ну что ж...

Мэншун позволил себе злорадную безжалостную улыбку.

 

***

-Итак, господа мои? - юный лорд Регл Халгохар был красивым, очаровательным, и ему редко приходилось платить, чтобы его постель не пустовала. Любовной победой молодого лорда этим ранним вечером стали две сестры из Сюзейла, оставившие у него по всей спине царапины, ставшие для Регла предметом гордости, прежде чем он отдал девушек на потеху своего конюха и пажа. Сам он прибыл на это собрание заключавших пари лордов в сопровождении только лишь своих телохранителей — которые были счастливы поболтать с наёмниками других благородных лордов в соседнем помещении, перекусывая лучшим угрём со специями. - Ваши преданные чароплёты по пути сюда зевали, как скучающие коты, так что я знаю, что вы следили за весельем с помощью магии. Как прошло убийство Реншарры Айронстейв?

Вместо ответа кто-то с чувством выругался.

-Оно ещё не прошло, - немного напыщенно объяснил лорд Хэльдаун. - В смысле, она не погибла. Снова.

-Благодаря нашему жирному и престарелом защитнику, лорду Глубоководья?

-Именно, - коротко подтвердил лорд Лорун. - Этот старый пройдоха стоит мне целого состояния.

-Чьего?

Все вежливо засмеялись над этой старой шуткой. Ни для кого среди сюзейльской знати не было секретом, что Лорун от работорговли и перепродажи городских зданий перешёл к ростовщичеству, включающему убийство своих должников и захват всей их собственности до того, как успевали появиться родственники и другие кредиторы.

Лорд Таселдон и лорд Хэльдаун довольно улыбались.

-Ага, - верно истолковал это Халгохар, усаживаясь напротив. - Значит, вы поставили на провал?

-Поставили, - подтвердил Таселдон, толкая через стол графин и бокал. - Выпьешь с нами за наш продолжающийся успех?

-С радостью, - Халгохар посмотрел вдоль стола. - Лорун, где ты находишь таких некомпетентных убийц? В умелых головорезах не может быть такой нехватки.

-Ты будешь удивлён, как мало их осталось после всех попыток свести счёты между собравшимися на Совет здесь в Сюзейле благородными лордами, - был мрачный ответ. - Несколько дней назад ночью в гавань выбросили столько тел, что трупы забили две главных канализационных решётки города. Драконы так обрадовались, когда начали опознавать лица, что умолчали об этом.

-Хмм, - отозвался Халгохар, когда его посетила более мрачная мысль. - Интересно, и как часто происходят такие умолчания?

В улыбке Лоруна не было ни капли веселья.

-Ты удивишься.

 




#96239 Эльминстер в ярости: двадцатая глава

Написано Redrick 07 Октябрь 2017 - 22:36

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
НАБЛЮДАТЬ, КАК РАЗВОРАЧИВАЕТСЯ БЕЗУМИЕ

 

-Быстрее, храст тебя побери! Быстрее! - прохрипел Харбранд.

Хокспайк задыхался и не мог ответить.

Они промчались вниз по узкой каменной лестнице, болезненно ударяясь о стены последнего, как они надеялись, пролёта, споткнулись и едва не упали на последних нескольких ступенях, чуть не насадившись на лезвия копий, которые сжимали два стражника — стоявших перед очень крепкой на вид железной дверью.

-Стоять! - рявкнул один из стражников. - Заключённым не позволено...

-Мы не заключённые! - взревел Харбранд, а Хокспайк сгрёб оба копья и упал на пол, подкатившись вперёд и ударив солдат по лодыжкам.

Те рухнули на него, принялись бороться и ругаться. Харбранд быстро обрушил свой кулак на их затылки, затем вырвал из ножен кинжал одного из часовых и оглушил стражников рукоятью по голове.

Хокспайк с трудом выбрался из-под бесчувственных солдат и потоптался по их телам, пытаясь не отставать от напарника. Харбранд забрал у обоих стражников ключи и лихорадочно пробовал каждый, который хоть отдалённо казался подходящим к трём замкам на двери — один висел на уровне головы, второй — на уровне лодыжек, и третий — посередине.

Несколько задыхающихся моментов спустя дверь со стуком распахнулась, «Опасность по найму» вылетела в ожидающую снаружи глушь и бросилась под укрытие деревьев. Они уже прилично углубились в засыпанный листьями мрак, когда Харбранд набрал достаточно воздуха, чтобы предложить своему коллеге Хокспайку предоставить ему какие-то объяснения.

-Что это была за штука, которая едва нас не убила? И что, именем Незримого Дракона, ты вообще там бросал? С каких это пор у нас появились бомбы Гондара?

Хокспайк продолжил продираться через лес, ничего не отвечая, только энергично замотав головой — в знак согласия или отрицания.

Харбранд догнал его и ударил плечом, зарычав:

-Не надо забираться так далеко! Ты что, хочешь чтобы нас волки слопали — или ещё что похуже? Вернёмся к краю леса, где сможем идти вдоль дороги и не заблудиться!

Мотание головой Хокспайка перешло в кивки. Кивки продолжались, пока он не споткнулся о скрытый опавшей листвой корень и не рухнул головой вперёд.

Харбранд с гневным ворчанием поставил своего оглушённого спутника на ноги и они оба остановились. Лицо Хокспайка превратилось в маску грязи, прилипших веточек и листьев.

Когда он наконец смог глубоко вздохнуть, Вестник Рока смахнул несколько особенно уродливых лесных грибов с лица Хокспайка и устало потребовал:

-Скажи мне, Хок. Где ты взял светошумовую бомбу? И когда собирался мне о ней рассказать? Сколько ещё секретов ты от меня скрываешь? Что это было про Сарла?

Сарл Сулблейд был одним из их партнёров в «Опасности по найму» до того, как его настила внезапная, жестокая и до сих пор загадочная смерть. Дроу откуда-то знала, что его убил Хокспайк. Харбранду не нужно было подтверждение партнёра, чтобы понять это, а Сулблейд был настоящим ублюдком, но хотелось бы знать...

Хокспайк снова принялся ожесточённо мотать головой.

Харбранд снова вздохнул.

-Забудь, Хок. Забудь о том, что я только что спросил. Просто скажи мне: что только что случилось в замке?

Его усеянный многочисленными шрамами партнёр стёр с себя грязь, увидел неподалёку рухнувшее дерево и с благодарностью уселся на его большой пень. Потревоженная прибытием его седалища змея торопливо скользнула прочь. Хокспайк проследил за ней взглядом, затем медленно сказал:

-Это был мой талисман на удачу. Купил его у караванщика в Сюзейле — тот сказал, что это настоящая магия из храма Тиморы, что она принесёт мне удачу. Просто небольшой светящийся серебряный образ улыбающейся богини, только и всего. Я носил его годами. Заставлял девочек целовать его, когда они его находили... тех немногих девочек, что мне доставались.

-Тот караванщик обманом заставил тебя носить бомбу?

Хокспайк пожал плечами.

-Я не знаю, Хар. Эта штука была со мной три года, зимой и летом, днём и ночью. Я ронял её, падал на неё... она грелась на солнце, намокала, зимними ночами на холодном каменном полу стыла вместе с моими штанами... просто талисман на удачу.

-Пока не?

-Пока не оказалась вместе с нами в той комнате, где тёмноэльфийская сука рассказывала всё, что о нас знает. Внезапно я почувствовал пальцы — твёрдые пальцы, холодные, но настоящие, там, куда пальцы не должны были достать. Пальцы, Хар! Они игрались с этой безделушкой, крутили её туда-сюда. И тогда я вспомнил — единственные швы на фигурке Тиморы есть только возле её небольшой груди и задницы. Что означало, что их можно вдавить внутрь. И я испугался, по-настоящему испугался. Поэтому, чтобы избавиться от фигурки, я её швырнул её изо всех сил, как можно дальше. Остальное ты знаешь.

Хокспайк задыхался от страха, на его некрасивом лице блестел пот, его глаза были широко открыты — в них плескался страх.

-Эти пальцы...

-Забудь. Ты же от них избавился, ведь так?

Хокспайк кивнул.

-Пропали вместе с фигуркой. Ты же не думаешь, что взрыв кого-то убил?

Харбранд покачал головой.

-Слишком слабый, никого рядом не было. Швырнул нас всех вглубь комнаты — хорошо, что стены были далеко, иначе мы бы разбились, как яйца всмятку. Остальных хорошенько оглушило, кроме разве что дроу и лорда-констебля Лужёной Глотки.

-И нас, - буркнул его партнёр, заставляя себя подняться с зелёного, мшистого пня. - Кажется, они заслонили нас от самого худшего.

-Ну что ж, наше просто невероятное везение продолжается, - горько отозвался Харбранд.

 

***

-Прекрасный новый день, - просипел Вангердагаст на ухо Глатре.

Та вздрогнула. Одна лишь мысль о человекоголовом пауке-переростке, оседлавшем её плечо, заставляла Глатру... нет, хватит, она не собиралась снова об этом думать. Она собиралась справиться с этим, собиралась...

-Расслабься, подруга. Я не буду тебя кусать, - ёрзая у неё на плече, довольно грубо сказало то, что осталось от королевского мага, печально известного в той части истории страны, которую ещё помнило большинство живых кормирцев. - Во всяком случае, не на первом свидании.

Глатра напряглась.

-Господин Вангердагаст... - начала она предупреждающим тоном. - Я...

-Что ты? Ты поняла, что твои крики меня не пугают, и что не знаешь, насколько я силён, и теперь не понимаешь, чем мне можно угрожать? Всё так?

-Ты тлуинов старый ублюдок, - с чувством прошептала она. - Ты... ты...

-Эх, молодёжь, - почти весело сказало паукообразное создание у неё на плече, - тоже мне, ораторы. Называй меня «Ванги», подруга; это легко слетает с языка, так что можно быстрее переходить к проклятиям.

-Ты говоришь совсем как Эльминстер, - пробормотала она. - Неужели лет через сто-двести я буду такой же?

-Очень маловероятно, что ты столько проживёшь, подруга, учитывая твой норов и неумение держать язык за зубами. Может быть, ты научишься с этим справляться, но пока я никаких предпосылок к тому не вижу.

Глатра вздохнула и прекратила словесную битву, погрузившись в молчание. Мало того, что ей пришлось смотреть, как Шторм Среброрукая покидает дворец верхом на одной из лучших лошадей в королевских конюшнях — одной из личных лошадей самого короля! —отправляясь путешествовать по королевству, чтобы успокаивать разозлённых лордов и искать потенциальных арфистов. Хуже было то, что Ганрахаст и Вэйнренс оба приказали ей служить в качестве верхового животного и наблюдательной платформы для Вангердагаста; она подозревала, что это сделали для того, чтобы ей пришлось смириться с его присутствием, и Глатра не смогла бы ничем помешать Шторм или предупредить коллег о скором её появлении в каком-то конкретном уголке королевства.

В конце концов она сказала Вангердагасту — Ванги? Это звучит как имя куклы или домашнего питомца! — следующее:

-Мы должны заглянуть в Ирлингстар — или в то, что от него осталось, если тот взрыв был настолько сильным, как я опасаюсь.

Они могли отследить Арклета с помощью магии и сделали это, но лишь убедились, что он находится в Ирлингстаре или поблизости, ничего не узнав о его состоянии или положении дел в замке. Более того, у всех присутствующих сейчас во дворце рядом с Ирлингстаром не было никаких безопасных или «знакомых» точек для телепорта. Учитывая его близость к Хуллаку и Громовым вершинами и общую ненадёжность телепортации в тех местах после Волшебной Чумы... готовые порталы могли быть более быстрым и надёжным способом перемещения, чем серия прыжков или телепортация в Иммерскую крепость и путешествие в Ирлингстар оттуда. Ближайший стабильно функционирующий портал, связывающий дворец с окрестностями Ирлингстара, находился почти на самой вершине в постоянно охраняемой комнате в башне Вангердагаста, немного восточнее места, где стояла сейчас Глатра. Другой конец портала находился в замке Крэг, в трёх днях скачки на надёжных быстрых лошадях от Иммерфорда.

-Хмм, - прокомментировала Глатра, когда Вангердагаст поднял одну из своих паучьих ног, чтобы помахать отбывающей Шторм. Она не присоединилась; его прощания хватило на них обоих.

-Учитывая, как сильно сейчас заняты волшебники в Громовом камне, было бы быстрее вызвать трёх магов Короны в Хултейле и послать двух из них в Ирлингстар на лошадях по Орондстаровой дороге, огибая большую часть Хуллака.

-Действительно, - удивил её своим согласием Вангердагаст. - Так почему же, решительная ты наша предводительница боевых магов, ты не сделала это сразу же, как только Ганрахаст рассказал нам о взрыве?

-Кажется, - холодно отозвалась Глатра, - меня отвлекли.

Не беспокоясь о том, что Вангердагаст может слететь с её плеча, она поспешила обратно во дворец, чтобы связаться магическим образом с Хултейлом и отдать двум расквартированным там магам приказ как можно скорее отбыть в замок Ирлингстар и немедленно доложить о том, что там обнаружат — в том числе и о судьбе всех заключённых, а в особенности — лорда Делькасла и Амарун Белой Волны.

Волшебники Хултейла поспешили подчиниться.

Ну что ж, хоть что-то прошло сегодня так, как следовало. Если бы только это случилось ещё до заката...

 

***

Мэншун улыбнулся. Проблемы, вечные проблемы. Он способен был наслаждаться убийством людей. Когда проблемы не касались людей, они обязательно требовали какого-то особого подхода... и за прошедшие годы он начал и от этого получать удовольствие. Итак...

Ирлингстар был не такой уж старой тюрьмой. Нет, крепость уже довольно давно венчала этот хребет, но разве в прежние времена она не была замком какого-то разбойного барона? Затем королевство расширилось, и барон-разбойник стал кормирским бароном... что ж, неважно, так всё было или нет, магические печати там должны быть новыми; не старше срока правления текущего короля. Что означало, что скорее всего они довольно слабы, и Мэншун, возможно, сумеет не просто преодолеть их, но даже уничтожить.

Но разве сейчас подходящее время для такой смелой демонстрации силы? Это насторожит боевых магов, и если старческий маразм Форила зашёл ещё не слишком далеко, король сможет представить всё таким образом, будто страна подверглась магическому вторжению, и все верные кормирцы должны сплотиться вокруг короля и знамени, иначе сам Кормир может пасть...

Нет, такая суматоха и настороженность намного усложнят собственную работу Мэншуна и будут куда менее интересными. Так что нет, уничтожать печати он не станет.

Что оставляло ту же самую проблему: каким образом можно заглянуть внутрь Ирлингстара, окружённого действующими магическими печатями? Если в печатях нет прорех, значит, должна сработать хитрость... коррупция... каких из находящихся поблизости магов Короны он мог заставить или подкупить? Ведь боевые волшебники могли спокойно преодолевать печати, если носили на себе соответствующий предмет — обычно кольцо. Кроме того, их могли впустить в замок стражники. Если в сознание такого посетителя проникнет будущий император Кормира, он сможет заглянуть внутрь крепости-тюрьмы без необходимости привлекать нежелательное внимание, прокладывая путь сквозь печати силой или вовсе их уничтожая.

Итак, боевые маги должны быть расквартированы в Иммерфорде, Хултейле и Громовом камне... ведь они сопровождают пограничные патрули, не так ли? Да, особенно с тех пор, как Сембия стала использовать грифоньих всадников. Так что надо приступать к поискам подходящих ему волшебников...

Улыбка Мэншуна стала ещё шире. На самом деле всё было очень просто.

 

***

Госпожа списков потянулась через стол и схватила своего сотрапезника за толстую волосатую руку, прежде чем та смогла поднять пылающий кувшин величиной с её голову и опрокинуть его.

-Лорд Мирт, - мягко произнесла она, - я должна вам кое-что сказать.

Мирт ответил ей мягкой улыбкой и пророкотал «Хмммм?»

-Прошлой ночью вы были со мной так любезны. После того, как притворились героем-сорвиголовой и спасли мою жизнь — никогда этого не забуду. Вы привели меня к себе домой и накормили, затем закутали в одеяло и рассказывали мне сказки, пока я не заснула. У меня никогда раньше не было завтрака из полутёплого жаркого и полунагретого вина, но... только на сей раз, и только из-за приятной компании, этот завтрак был великолепен. Со мной... ни один мужчина никогда не обращался так нежно. И вы... ни в чём меня не обвиняли.

-Что ж, подруга, если бы ты родилась и выросла в Глубоководье, то аромат неприятностей настроил бы тебя хорошенько покувыркаться, но... женщины все разные, и каждая заслуживает того обращения, в котором нуждается. Я предпочитаю, чтобы женщина сама потащила меня в постель, без принуждения или обмана.

-Хорошо, - решительно отозвалась Реншарра Айронстейв, - потому что сегодня, думаю, я готова покувыркаться. Пойдёшь ко мне домой?

В глазах Мирта вспыхнула искра.

-Ну что ж, - пророкотал он. - Ну что ж...

 

***

Да, это я. Легонько вздохни или вообще никак не реагируй. На нас смотрят два боевых мага.

Рун улыбнулась, не успев сдержаться, но глаз не открывала и вслух ничего не произнесла.

Только мысленно, не стараясь скрыть — всё равно не смогла бы — своей радости от того, что склонившаяся над ней прекрасная тёмная эльфийка на самом деле была Эльминстером.

Я смотрю, ты нашёл себе тело, подумала Рун.

Нашёл. Нравится? Просто чудесно снова вселиться в кого-то молодого и ловкого, без болячек и травм.

Что с ней случилось? Ты... подумала Рун.

Нет, подруга, я ничего не делал. Я пришёл после того, как выползший откуда-то мерзкий червяк поглотил её разум, и забрал себе оставшееся тело. Но боевой маг, которым я притворяюсь, погиб на моих глазах. Мне нужно, чтобы ты и твой милый Арклет держали это в тайне. Иначе всё может пойти коту под хвост.

Я и сама прекрасно это понимаю, Старый Маг. Хорошо, что ты вернулся, Эл.

Смотри не передумай. Неприятности следуют за мной, как голодное зверьё.

И это я тоже понимаю, подумала Рун. Но я начинаю ожидать их — и получать удовольствие, наблюдая, как разворачивается всё это безумие.

-С ней, кажется, всё в порядке, - сказала тогда Эл вслух, и Амарун почувствовала новую руку сначала у себя на запястье, потом на шее, потом на лбу.

-Она очнулась или вот-вот очнётся, - согласился Гулканун. Его голос раздался прямо над девушкой. - Но я бы не стал кричать на неё или хлестать по щекам. Пускай придёт в себя.

-Её спутник просыпается, - добавил Эл — нет, Лаксар, теперь она должна думать о нём только как о Лаксаре, иначе проговорится.

Я буду признателен, если этого не произойдёт в ближайшие дней десять. И больше, если сумеешь сдержаться.

Вот так и случилось, что Рун очнулась, кивая и хихикая.

Из другого конца комнаты на неё бросил взгляд Имбрульт Лонклоус.

-Ни разу не видел, чтобы после взрыва приходили в себя таким образом, - прокомментировал он.

Фарланд поморщился.

-Лучше так, чем моё колено.

-У тебя по-прежнему остались обе ноги, ты даже ходить можешь, - отозвался Лонклоус. - За исключением моих ушибов и сгоревших волос, всё остальное кажется в норме. После такого взрыва? Да боги, должно быть, в нас влюблены!

-Вот как? - буркнул Фарланд, перенося вес на свою перевязанную ногу и снова поморщившись. - Они храстово интересно это демонстрируют.

 

***

-Я так и знал, что предпринимать попытку покушения в таком открытом, популярном и модном заведении, как «Тессарелла» - плохая идея, - буркнул лорд Хэльдаун.

Лорд Лорун пожал плечами.

-И ты поставил на неудачу и выиграл немного монет. Хватит ныть! Я вот проиграл кругленькую сумму.

-Тьфу! Дело не в этом, юноша! Если тебе приходится считать монеты, то заключать пари и вовсе не следует. Да и вообще, мерять успех монетами — чересчур распространённая практика. Я имею в виду, что такая неумелая попытка выдаёт нашу неуверенность и говорит всему остальному Кормиру — благородному Кормиру, во всяком случае, и это единственный Кормир, который имеет значение — что наша хватка слаба.

Лорд Лорун покраснел и холодно сказал:

-Я не нуждаюсь в лекциях пожилого мужчины о том, как быть благородным. Я редко выслушиваю их дважды. После первого раза я достаю меч и сражаюсь в поединке — навсегда избавляя любого от необходимости выслушивать один и тот же совет дважды. Имейте в виду, лорд.

-Ах, как изящна наша молодежь, - Хэльдаун поднял свой бокал, чтобы насладиться игрой света в вине. - И как терпелива. Прямиком переходит к угрозам, не утруждая себя остроумными репликами. Возможно, это потому, что ты вовсе на них не способен?

-Я не должен это выслушивать... - гневно воскликнул Лорун, положив обе руки на стол, будто собираясь встать, но лорд Таселдон со вздохом провёл своей длинной рукой по груди Лоруна.

-Лорун, этот пожилой лорд выкопал перед тобой яму, а ты ступил прямо в неё. Учись, смири свой норов, прояви терпение, и учись дальше. Только так юноши могут прожить достаточно, чтобы в конце концов стать хитрыми старыми псами вроде нашего Хэльдауна. Давайте вернёмся к обсуждению провала нашей первой попытки убить госпожу списков, и, что более важно, к тому, что мы сделаем иначе в следующий раз.

-Сегодня ночью вы даже убийство в ресторане не попытались устроить! Я хочу, чтобы её смерть была показательной, драматичной, чтобы весь Сюзейл о ней заговорил! Кого напугает, если мы отравим её одну в её кровати, чтобы во дворце могли списать это на лихорадку?

-Он отвёл её в «Разрелдрон», - отозвался Таселдон, - и со всеми этими частными кабинетами...

-Ха, - буркнул лорд Хэльдаун, - и этими мерзавцами-офицерами пурпурных драконов, которые так любят протыкать людей своими мечами!

-...именно так, милорд; и со всеми этими мерзавцами-офицерами, наши шансы на успех были невелики. Однако позднее, когда они отправятся в постель...

Лорун медленно улыбнулся. Это была довольная улыбка лисы.

Лорд Хэльдаун нахмурился.

-Проткнуть их, пока они будут предаваться блуду? Сдаётся мне, это неспортивно! Но есть способы умереть и похуже...

Он поднял свой бокал, Таселдон и Лорун чокнулись с ним, и все они вместе выпили.

 




#96231 Эльминстер в ярости: девятнадцатая глава

Написано Redrick 19 Сентябрь 2017 - 17:29

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
НЕИЗБЕЖНО НАЧИНАЕТСЯ КРОВОПРОЛИТИЕ

 

Заключённые Ирлингстара, все — благородные лорды, злорадствовали над первыми двумя смертями, но взрывы и убийство лорда Квенсина Рангобрара, похоже, быстро изменили их коллективный настрой.

-Сделай что-нибудь, констебль!

-Да! Теперь в опасности наши шкуры! Это твой долг!

Крики были громкими, гневными и испуганными, требования что-нибудь сделать — многочисленными и пронзительными.

-Для начала, убей эту дроу!

Тёмная эльфийка, на которую указали, улыбнулась осторожно надвигающимся разъярённым дворянам кривой ухмылкой и прошептала последние слова заклинания.

Сам воздух вокруг них замерцал, потёк и... бунтовщики напротив лорда-констебля и его пятерых спутников все до последнего задрожали, покачнулись — и без сознания рухнули на пол.

В наступившей тишине боевой маг Имбрульт Лонклоус развернулся кругом, чтобы исподлобья бросить на дроу подозрительный взгляд, сжимая наготове магический жезл.

-Печати... исчезли, по крайней мере в этой комнате, - сказал он. - Как ты это сделала?

-Магия, - спокойно ответила тёмная эльфийка.

Гулканун повернулся к ней, поднимая обе руки с жезлами и стараясь держаться на расстоянии от Лонклоуса. Когда они вошли в комнату, дроу скользнула в сторону, чтобы оставаться спиной к стене — так её не смогли бы атаковать с двух сторон. Она увидела, что боевой маг это осознал, и улыбнулась. Подозрительная гримаса Гулкануна стала мрачнее.

-Дат Гулканун, - сказала она ему. - Мне нравится быть в этом теле не больше, чем тебе нравится дроу, которая утверждает, что она — он — боевой маг. Но если мне придётся постоянно остерегаться тебя и Лонклоуса, выжидающих удобного случая меня испепелить, я не смогу выполнить свои приказы — приказы, исходящие от лорда ЛотанаЛотана Дурнкаскина, хотя моя клятва Короне говорит, что я должна относится к ним так, будто они исходят от самого короля Форила — с быстротой и эффективностью.ностью.ностью.. Так что же мне сделать, чтобы убедить тебя, что я — Бреннон Лаксар? Хочешь услышать пароли? Некоторые из тех секретов, что известны лишь нам, боевым магам? Любимый цвет королевского мага Ганрахаста?

Лонклоус фыркнул.

-Как будто мы об этом знаем.

Гулканун бросил на него заставляющий замолчать взгляд, затем развернулся и с вызовом спросил у дроу:

-Какую потерю сильнее всего оплакивает лорд Дурнкаскин?

-Публично? Здоровых коленей. Наедине с собой? Эсмры Винтервуд, содержавшей лавку с нарядами и кружевами в Иммерфорде и погибшей от остановки сердца два года тому назад. Он надеялся, что они обвенчаются, и ухаживал за ней, когда она заболела.

Гулканун и Лонклоус переглянулись и пожали плечами. Дроу была права про колени, и про женщину, скорее всего, тоже. Ходили слухи...

Лонклоус поднял подбородок и задал собственный вопрос:

-Как ты повстречался с Мэншуном?

-В первый раз? На задании Короны, которое все ещё остаётся секретным. Много лет тому назад оно привело меня в Западные Врата. Как вам известно, он правил там под именем Орбака.

-Мы знаем, - холодно сказал Гулканун.

Дроу просто улыбнулась.

-Второй раз произошёл в Каменных землях, после магической дуэли, которую я увидел издалека, занимаясь расследованием кое-чего другого. В результате дуэли мёртвый дракон рухнул с небес. В тот раз мне повезло сбежать.

-И что же именно ты расследовал?

-Давайте скажем просто, что это имело отношение к свидетельствам о шейдах, которых заметили ведущими торговлю в... стратегически важном для Кормира месте. Вы наверняка понимаете, что приказы не позволяют мне быть более конкретным. Я увидел Мэншуна снова прошлой весной, в сюзейльском переулке, когда он на мгновение потерял бдительность. Он приобрёл привычку разговаривать с собой вслух. В настоящее время мы ищем его следы и получаем доклады, когда его замечают. После того, как он посещает какое-либо место, там неизбежно начинается кровопролитие.

-Ты не рассказываешь нам про все свои дела с Мэншуном, - обвиняюще заметил Гулканун.

-Нет, - спокойно согласилась дроу. - Не рассказываю.

-Как долго проспят узники? - вмешался Фарланд. - Я и сам с большим подозрением отношусь к этой тёмной эльфийке, но сдаётся мне, что прямо сейчас стоит неохотно ей довериться.

-Прекрасно сказано, лорд-констебль, - тут же согласился Арклет. - Маги Короны, я сам — не боевой маг и не обитатель дворца, но недавно сидел за одним столом с Ганрахастом, Вэйнренсом и Глатрой — и кажется мне, что эта, хм, госпожа либо действительно Лаксар, либо достаточно знает о вещах, которые должен знать только он, чтобы вы не смогли разоблачить его — её — как притворщицу. Я думаю, что сейчас мы должны довериться дроу и позволить ей присоединиться к расследованию.

-Расследование — это наша задача, - сухо сказал Гулканун.

-И моя тоже, - сказала ему эльфийка. - Если вы предпочитаете, чтобы мы занимались этим плечом к плечу, не разделяясь, у меня нет возражений — пока вы не начнёте использовать это соглашение, чтобы ограничивать то, куда я хожу и с кем я говорю.

Гулканун и Лонклоус снова переглянулись, затем медленно кивнули друг другу и сунули жезлы в футляры.

-Расследуй, - сказал дроу Гулканун. - Большую часть времени мы будем рядом — слышать то, что ты слышишь, видеть то, что ты видишь, и знать, что ты делаешь.

Тёмная эльфийка с плавной грацией изобразила поклон, затем повернулась к лорду-констеблю и энергично заговорила:

-Чтобы раскрыть, кто взрывает башни и убивает в Ирлингстаре людей, я собираюсь задать вам множество вопросов. Пожалуйста, не принимайте это на свой счёт; я не пытаюсь в чём-то вас обвинить, просто нуждаюсь в информации.

Она повернулась, чтобы взглянуть на двух боевых магов, Арклета и Амарун, и добавила:

-Не стесняйтесь прерывать наш разговор собственными вопросами, когда таковые у вас возникнут. Я здесь вовсе не главный.

Она плавно развернулась обратно к Фарланду.

-Что печати Ирлингстара обычно допускают по части магии?

Лорд-констебль вздрогнул.

-Я знаю не так уж и много за исключением того, что они блокируют телепортацию, магические послания и мысленную связь снаружи и изнутри замка. Они отражают большую часть деструктивной магии, брошенной снаружи, и не позволяют большинству таких заклинаний сработать внутри, но что касается подробностей... их знали расквартированные здесь маги Короны.

Он прочистил горло.

-Вы могли слышать, что некоторые из моих предшественников предали своё звание — брали взятки у заключённых и тому подобное. Возможно, это имеет какое-то отношение к тому, как мало мне рассказали о печатях. Я слышал, что и сенешали, и лорды-констебли в прошлом знали намного больше, чем известно мне, и видел — кратко, так что не смог запомнить и узнать подробности — некоторые записи о том, что делают печати. Аватнар послал их назад в Сюзейл вскоре после того, как занял свою должность. Он сказал мне, что если эти записи попадут не в те руки, то станут оружием против нас.

Дроу кивнула.

-Так сколько обитателей насчитывал Ирлингстар перед этими недавними убийствами и взрывами? Целиком, а не только заключённых здесь благородных гостей.

Фарланд нахмурился.

-Двадцать и два стражника, которые подчинялись мне. Я. Шестнадцать человек обслуги — каменщики, кузнецы, конюхи и так далее — подчинявшиеся сенешалю Аватнару. Аватнар. Восемь человек на кухнях — женщины из Иммерфорда, некоторые пожилые, другие молодые. И два расквартированных здесь гонца — проходившие обучение посланцы Короны. Не считая вот этих лорда и девушку, - он кивнул на Арклета с Амарун, - у нас было сорок шесть узников. Замок может вместить вчетверо больше, если каждому выделить собственную камеру. Ну, то есть мог до того, как... рухнула южная башня.

-Назовите мне самых опасных из узников. Не самых раздражающих — я уверен, что за это звание могут посоревноваться все — но тех, кто кажется вам действительно опасными.

Фарланд нахмурился.

-Теперь, когда Рангобрар мёртв — он был истинным провокатором и манипулятором, который с лёгкостью мог заставить большинство заключённых делать то, что он захочет, обычно сам напрямую в этом не участвуя — я бы назвал Сигланда Моронтара, Блейса Индимбера и Ралдрика Аммеса. Все они — молодые лорды. Первые двое — наследники своих домов, а Аммес — второй сын, который дважды пытался организовать убийство старшего брата, прежде чем попал сюда. Все трое — приговорённые убийцы; никакой морали, никаких запретов. У нас есть и другие, способные на беспощадность, свирепость и даже жестокость в своём кровопролитии... но эти трое...

-Никаких угрызений совести?

-Абсолютно. Они достаточно хорошо понимают правила, традиции и этикет, как ограничения других людей, которыми можно воспользоваться — но самих себя ими не связывают. Большинство моих усилий сводилось к тому, чтобы как можно сильнее ослабить их власть над остальными и не позволить им собраться вместе.

-В таком случае, мы прикуём этих трёх к стене в отдельных закрытых камерах, подальше от остальных и друг от друга, - предложила тёмная эльфийка, - а остальных соберём и на время закроем в одном месте, забрав у них все острые и магические предметы, и дадим им столько вина, сколько они захотят.

Гулканун поднял бровь.

-А сами тем временем..?

-А сами тем временем обыщем каждый камень этой крепости в поисках нарушителей.

Фарланд закашлялся.

-Прямо сейчас у нас есть два человека в камере. Они находились снаружи, когда рухнула южная башня. Попросили убежища от дракона, назвались Харбрандом и Хокспайком, утверждают, что они частные детективы с лицензией Короны. Называют себя «Опасность по найму». Никогда в жизни не видел двух таких же неуклюжих скользких пройдох.

Лаксар улыбнулся.

-Приведите их ко мне, прежде чем мы займёмся остальным. Я сумею заставить их рассказать нам побольше.

Гулканун посуровел.

-Зачаруешь их?

-Нет, это в мои намерения не входит.

Арклет повернулся к лорду-констеблю.

-Давайте приступать. Я хотел бы получить ответы — до того, как прогремит следующий взрыв.

Фарланд вздрогнул, кивнул, взмахом пригласил всех следовать за собой и зашагал по коридору.

 

***

-Итак, кто-то связанный с дворцом организует заговор среди благородных лордов — и я всё сильнее и сильнее подозреваю канцлера Краунруда.

-Римель, мы все подозреваем и того, и этого. Есть у вас какие-то доказательства? Что-то, что можно будет швырнуть ему в лицо, не просто «вас видели с лордом Например, и на следующий день лорд Например напился и кричал, что Драконий Трон необходимо разрушить» и всё такое. Если бы этого было достаточно, чтобы посадить изменника в тюрьму, половина двора и все кормирские лорды уже томились бы в темнице.

-Нет, - тяжело сказал Римель. - У меня нет ничего, что можно было бы в открытую предъявить Краунруду. Пока. Но я, кажется, знаю... аррАааааа!

-Римель? Римель?

Голос младшего боевого мага от страха стал высоким и пронзительным от страха. Вранстейбль уже однажды слышал, как человек так всхлипывает — после того, как его проткнули. Это был последний изданный тем человеком звук.

Поэтому он приготовил свой жезл, прежде чем осторожно выглянуть за угол.

-Римель?

Ещё один жезл — жезл Римеля — ткнули в рот Вранстейблю, заставив его закашляться.

Его собственный предсмертный всхлип звучал даже хуже.

Мэншун покачал головой, когда второе тело соскользнуло на пол.

-Убивать этих дураков не так уж и сложно, - вслух произнёс он. Он начисто вытер жезл о мантию своей второй жертвы и вытащил второй жезл из руки Вранстейбля.

-Я даже оказываю Кормиру услугу, искореняя таких слабаков.

 

***

Эльминстер улыбнулась. Да, она знала этих двоих.

-Здравствуй, Друнан Харбранд. Или ты предпочитаешь «Вестник рока»?

Человек, которого она поприветствовала, уставился за неё, затем торопливо захлопнул рот, ничего не сказав.

Дроу не ждала ответа; она уже шагнула к другому мужчине.

-А ты, Андарфиск Хокспайк — как твои дела? Или мне называть тебя «Кулаками»?

Пятеро слуг Короны, стоявшие за тёмной эльфийкой, увидели, как побледнели два человека в чёрном.

-О-откуда ты нас знаешь? - спросил Харбранд, к которому вернулся дар речи. - Мы никогда не встречались.

Дроу снова подошла к нему, пока они не оказались лицом к лицу, и наградила его понимающей улыбкой.

-Разве? Я знаю про тебя всё, Друнан. Мне рассказать всем? Даже то, о чём ты бы не стал рассказывать Кулакам?

Харбранд сглотнул слюну. Хокспайк повернулся, чтобы бросить на него взгляд исподлобья, но дроу шагнула между ними и стала лениво надвигаться на покрытого шрамами уличного бойца.

-А ты, Кулаки, - промурлыкала она, - готов к тому, что твой партнёр услышит... про Сулблейд?

Хокспайк откинулся назад, уставившись на неё. За спиной ухмыляющейся тёмной эльфийки хмурился Харбранд.

-Что за Сулблейд?

Хокспайк бешено замотал головой.

-Не верь ей, Друн! Что бы она ни говорила, не верь!

Ох, Эл, ты такой злой, довольно промурлыкала Симрустар в голове Эльминстера.

 

***

Командир Высокого Рога подавил вздох и бросил кислый взгляд на волшебника.

-Нет, после убийства Дарлхуна ничего, - коротко сказал он. - Другие маги Короны не пропадали. Если хотите кого-то из них поискать, то я слышал, что Рорскрина Мрелдрейка так и не нашли. Или уже нашли?

Настал черёд волшебника вздыхать.

-Господин Сантер, - терпеливо сказал он. - Я понимаю, что вы не очень-то жалуете магов. Но вам нет необходимости злиться. Мы на одной стороне, знаете ли. Мы тоже чтим и защищаем Драконий Трон.

Эревон Сантер провёл рукой по старому шраму от меча, придававшему его подбородку искривлённый вид, и резко кивнул.

-Знаю. Я просто... не в себе. Сыт по горло. Половина лордов в стране обсуждает измену, слухи с каждым днём становятся всё мрачнее, внезапно отовсюду вылезли чудовища, которых мы не видели уже лет шестьдесят, и стали нападать на мои патрули...

Он поднял взгляд, сфокусировал уставшие глаза на боевом маге и проворчал:

-Почему бы вам хоть раз не сказать мне правду? Что привело вас сюда, зачем вы стоите тут и задаёте мне ваши непонятные вопросы? Скажите мне. Что-то случилось, это понятно. Ну так что же?

Маг Короны был молод. Он помешкал, затем сделал шаг ближе и сказал быстрым, тихим голосом, как будто подозревал, что в каждом углу кабинета командующего прячутся шпионы, несмотря на то, что помещение находилось на вершине главной башни крепости:

-По ночам в небесах во многих отдалённых краях королевства видели дикую магию. Синий огонь, огромные дикие вспышки в небесах, иногда с силуэтом одинокой человеческой фигуры в их сердце.

Лорд Сантер изучал его.

-И вы, маги, не знаете, что это такое, и вы напуганы, - медленно сказал он. - Что ж, теперь не вы одни.

Он поднялся, подошёл к своему комплекту доспехов на стойке в углу, поднял забрало своего шлема и вынул наружу графин.

-Стаканы вон там, - коротко сказал он. - Садитесь, выпейте, и поговорим. Я хочу услышать правду касательно сплетней о том, что Вангердагаст вернулся из могилы в виде какого-то паучьего создания.

Он хмыкнул, снова сел, и откупорил графин.

-Скорее всего, полная ерунда, учитывая, что говорят ещё и об этом старом козле Эльминстере, будто бы его тоже видели недалеко от дворца, но...

Завидев выражение на лице юного мага, он умолк.

-Ох, тлуин. Храст, тлуин и проклятие богов.

-Это хорошо описывает происходящее, да, - прошептал боевой маг, сжимая в руках оба стакана.

 

***

Арклет, Рун, Фарланд и два боевых мага с интересом наблюдали за допросом. Процедив всего несколько слов, Лаксар до смерти запугал жуликов.

Рун могла читать их лица, как два широких листа бумаги с крупными буквами. Двое мужчин в чёрном внезапно встретились с прекрасной и опасной женщиной-дроу, которую никогда прежде не встречали, которая очевидно знала про них всё и могла рассказать это боевым магам и лорду-констеблю. При этом они оказались заперты в камере, полной цепей и кандалов, в самом сердце кормирской тюрьмы...

-Если... если ты пообещаешь поклясться Лолс ничего не говорить о нашем прошлом, - выдавил Харбранд, - мы... мы ответим на любые вопросы о том, зачем мы здесь.

-Клянусь смертоносным поцелуем Лолс, - ответила дроу. - Говорите.

-Я... мы... ух...

-Вы пришли сюда, чтобы попасть внутрь Ирлингстара, не так ли? - резко спросил лорд-констебль. Они кивнули, и он продолжил:

-Зачем?

-Выполнить наше задание.

-Мы догадались, что вас кто-то нанял, - саркастично заметил Гулканун. - Для чего?

-Вытащить кое-кого в целости и сохранности из Ирлингстара, а потом — из страны.

-В Сембию. Кого?

-Ух, эээ...

-Посмотрите на того, что пониже! - неожиданно воскликнула Рун.

На лице Хокспайка возникло странное выражение. С постоянной угрюмости оно сменилось гневом, затем беспокойством, и наконец — неудобством. У них на глазах это неудобство росло, и к нему присоединилось изумление.

-Что происходит? - рявкнул Фарланд. - Кто-то использует на тебе магию?

Хокспайк неожиданно сорвал свой гульфик, выхватил из него нечто маленькое и железное — вещичка начинала сиять — и швырнул это как можно сильнее, высоко над головами присутствующих, в дверной проём и прочь из комнаты.

Он услышали, как эта вещь стучит по камням и скользит.

-Что это было? - взревел Фарланд, бросаясь вперёд, чтобы схватить Хокспайка за руки. - Господа, если вы...

В коридоре снаружи раздался внезапный рокот. Рокот, ворвавшийся в комнату, как стремительный дракон, заполняя её силой и огнём.

 

***

Королевский маг Ганрахаст неожиданно схватился за голову, завопил и рухнул лицом на стол, ударившись о его отполированную поверхность уже без сознания, широко распахнув невидящие глаза. Из его носа и глаз сочилась кровь.

-Ну вот опять, - рявкнула Глатра, торопясь на помощь. Ванги уже пополз по столу к королевскому магу. Вэйнренс и Шторм тоже сгрудились вокруг Ганрахаста.

-Не трогай его! - предупредила Глатра среброволосую арфистку, но на её предупреждение не обратили внимания. Шторм посмотрела на свой собственный палец, каким-то образом с помощью этого взгляда заставила потечь из него кровь, и сунула палец прямо в истекающий кровью нос Ганрахаста.

Мгновение спустя она спокойно доложила:

-Он работал с мысленной связью. Что-то ударило его через неё.

-Так что, госпожа? - ворчливо поинтересовался Вангердагаст, неторопливо пританцовывая на своих паучьих ножках. - Сможешь ли ты исцелить его?

-Я прямо сейчас его исцеляю, - ответила Шторм, - но Вэйнренс, если бы ты мог привести настоящих целителей — жрецов, боевого мага Саннета...

Без единого слова лорд печатей склонил голову и поспешил прочь из комнаты.

-Что именно ты с ним делаешь? - спросила Глатра, похоже, скорее из интереса, чем от подозрений.

-Держу его разум. Я сохраняю его рассудок в неизменной форме, как нечто застывшее во льду, чтобы ему не стало хуже. Защищаю уцелевшую часть от урона.

-Я не знала, что ты способна... - Глатра позволила своим словам утихнуть, не зная, что сказать дальше.

Шторм вежливо ей улыбнулась.

-Мы должны узнать друг друга получше, леди Глатра. Если бы ты знала обо мне больше, ты могла бы начать мне доверять.

-Могла бы, - эхом отозвалась Глатра, выдавив слабую улыбку.

-Тогда, - сухо добавила Шторм, - мы даже могли бы начать работать над тем, чтобы полюбить друг друга.

Глатра вздрогнула.

-Я это заслужила, - прошептала она. Вангердагаст прошёлся вдоль стола, предусмотрительно не глядя в её сторону и не произнося ни слова. Шторм просто улыбнулась.

Затем в комнату хлынули жрецы и боевые маги вместе с Вэйнренсом.

-Саннет, - твёрдо, как любой король, сказала Шторм, - используй своё заклинание — ты знаешь, которое — и соединись со мной. Святые отцы, пожалуйста, исцелите этого человека как можно нежнее. Саннет и я направим то, что даровали вам боги.

Ей подчинились без вопросов и возражений, но прошло, казалось, очень долгое, полное напряжённой тишины время, прежде чем Ганрахаст застонал, и его руки задрожали на протяжении нескольких секунд. Затем он попытался сесть, закрыл свои глаза, и принялся быстро моргать.

-Ганрахаст? - спросила Глатра. - Королевский маг?

Один из жрецов стёр кровь. Ганрахаст шмыгнул носом, покачал головой, снова застонал, затем выдохнул:

-Д-да, это я. Я... вернулся.

Он посмотрел на Шторм и Санната рядом с ней, затем горячо добавил:

-Спасибо вам.

Арфистка и боевой волшебник только мрачно кивнули. Саннат без единого слова встал и тихо выпроводил жрецов из комнаты.

-Ну? - выдохнул Вангердагаст, как только Вэйнренс закрыл за ними дверь. - Что, именем Девяти Адов, с тобой произошло?

Ганрахаст слабо улыбнулся.

-Я, хм, почувствовал изучающий взгляд или по крайней мере попытку дотянуться до меня из командного кольца. Его носитель искал меня. Я в свою очередь потянулся к его разуму — к разуму, который, кажется, мне незнаком, из чего можно сделать вывод, что кольцо носит не тот, кому оно предназначалось. И всё же я не могу быть в этом уверен; это продлилось слишком недолго, чтобы... чтобы...

-Почувствовать этот разум и опознать его, - подсказала Шторм, заслужив удивлённый взгляд Глатры.

-Почувствовать, да. Но я смог ощутить, что разум носителя обладает огромной силой. Он узнал обо мне, попытался блокировать меня — и потом всё как будто... взорвалось.

-И где же этот разум находился? - внимательно спросил Ванги.

-На северо-востоке королевства, где-то вдалеке, - медленно произнёс Ганрахаст, поморщившись, когда попытка вспомнить причинила ему сильную ментальную боль.

-Ирлингстар, - мрачно сказала Глатра. - Ну разумеется.

 

***

Погреб Сронтера снова озаряло мерцание прорицательных сфер Мэншуна. Начинающий император Кормира расслабленно сидел в самой их гуще, устремив взгляд только на одну. В её глубинах он следил за чёрным драконом, которого заметил летающим среди Громовых вершин, пока искал боевых магов у восточных границ королевства. Если бы он смог уничтожить их, то разбудил бы в кормирцах страх готовящегося вторжения Сембии, выманив ещё больше боевых магов, которых можно было бы прикончить.

Было в этом древнем чёрном вирме нечто интригующее. Сам Мэншун никогда бы такого не оседлал и не вступил бы с ним в беседу, это уж наверняка — но дракон почему-то казался знакомым...

В его сфере дракон направлялся к тюремной крепости, замку Ирлингстар — и вскоре в верхней комнате замка прогремел взрыв. Из окон вырвались языки пламени и клубы каменной пыли и крошки.

Мэншун моргнул от испуга, и судя по торопливым взмахам, за которыми последовало разозлённое верчение вместо бесстрашного полёта, дракон тоже испугался.

Вирм пролетел почти вплотную к стенам замка, скользя вдоль крепости и вглядываясь внутрь... затем, хотя Мэншун не заметил ни какой-то атаки со стороны дракона, ни реакции изнутри Ирлингстара, помчался прочь в бешеной спешке, направляясь в горы, как будто его преследовала сама смерть.

Должно быть, там находилось нечто могущественное, что приводило к одному взрыву за другим. Нечто необычное и могущественное, если оно смогло испугать опытного и сильного дракона...

Мэншун ждал, чтобы увидеть, не продолжатся ли взрывы в замке, на тот случай, если дракон спасался от взрыва, неизбежность которого увидел.

Но шло время, а второго взрыва не было.

Что ж... новая проблема. Как заставить магию прорицания проникнуть за замковые печати, чтобы заглянуть внутрь Ирлингстара...




#96230 Эльминстер в ярости: восемнадцатая глава

Написано Redrick 19 Сентябрь 2017 - 16:45

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
КОГДА Я ОТ ЭТОГО УСТАНУ

 

Взрыв, похоже, прогремел где-то вдалеке, но как несущийся, разъярённый дракон прокатился до самого кабинета лорда-констебля. Рёв и дрожь становились громче и ближе с пугающей скоростью.

Этот нарастающий шум почти заглушил звучащие по всему замку вопли и крики благородных пленников. Посыпалась и заклубилась свежая пыль, вниз полетела каменная крошка, и по вновь застонавшим стенам побежали новые трещины.

Когда взрывная волна дошла до северной башни, двери в кабинет лорда-констебля — все двери, включая три потайных, известных лишь ему — с силой распахнулись. Комнату будто схватила и затрясла незримая исполинская рука, швыряя мебель и шестерых людей внутри на стены, пол, потолок, двери яростно застучали, ударяясь о стены... а затем, очень неожиданно, всё замолкло и замерло. Кроме вечной струящейся пыли.

Только дроу стояла нетронутой. Окружавшую её сферу чистого воздуха облепила пыль.

-Видимо, магия — скорее всего, воспользовалась энергией храстового залпа из жезлов, - уставившись на неё, прохрипел на полу Фарланд, слишком оглушённый, чтобы не произносить свои мысли вслух. Он и остальные четверо слуг Короны всё ещё моргали, потирали ушибы и поднимались на ноги, когда по коридору, шатаясь, прошли покрытые пылью люди и ввалились в кабинет через главную дверь.

Эти новоприбывшие были заключёнными, что можно было определить по их покрытой пылью одежде — главным образом по тому, что это не были доспехи или униформа пурпурных драконов. Некоторые сжимали в руках мечи пурпурных драконов — что означало, что несколько стражников пострадали и, возможно, были мертвы.

Фарланд поднял собственное оружие и шагнул вперёд, совсем не удивляясь, что лорд Арклет Делькасл достал где-то клинок и встал рядом с ним.

-Опустите сталь, - приказал Фарланд кашляющим, спотыкающимся дворянам. - Именем короля...

Заключённый впереди сплюнул Фарланду под ноги.

-Вот твоему королю!

Он оскалился, прочертив мечом в воздухе сложный взмах дуэлянта.

-Лучше ты опусти сталь, или я вырежу этот меч из твоей руки — а затем начну вырезать каждого из вас! Знай, что я учился мастерству меча у знаменитого Нарлебо! А ещё брал уроки у Хелнана!

Второй лорд рассёк воздух ещё более затейливым приёмом.

-Ах, Хелнан, этот забавный маленький петушок. А я говорю, отрежем им сначала носы, - пробубнил он. - Без носа человек выглядит довольно смешно...

Ну разумеется, эти пленники оказались умелыми фехтовальщиками. Фарланд вздохнул, подобрался и приготовился умереть в бою.

-Защищаться и лишать оружия, - сказала дроу, - разве не таковы ваши действующие приказы, лорд-констебль?

-Заткнись, - яростно приказал Фарланд, ни на мгновение не отрывая взгляда от неторопливо приближающихся бунтовщиков. В свою очередь, эти только что сбежавшие заключённые остановились и уставились на фигуристую эльфийку, отступив на шаг до того, как мечи успели скреститься.

Дроу лениво, почти заигрывающе шагнула вперёд, по её изгибам скользнул тёмный и пугающий блеск, странное мерцание, источаемое её манящими глазами.

Вооруженные лорды уставились на неё во все глаза, побледнели и попятились, врезавшись в задние ряды узников.

-Дроу! Бежим!

-Вторжение из Подземья! Они перебьют нас всех! Кормир обречён!

Неожиданно все освободившиеся заключённые с воплями и проклятиями развернулись и бросились бежать через висящую в воздухе пыль, врезаясь друг в друга и не вписываясь в дверные проёмы.

Фарланд бросился за ними, выкрикивая «Назад по камерам, господа! Ради вашей собственной безопасности, вернитесь в свои...»

Погоня промчалась по двум коридорам и через пост стражи, достигнув большого помещения, где два зала соединялись с главным проходом. Там, среди оседающей пыли, некоторые беглецы развернулись, размахивая оружием, чтобы встретить лорда-констебля. Такое количество стали можно было забрать самое меньшее у двенадцати стражников, которые сейчас, наверное, были оглушены, серьёзно ранены или мертвы. Мечи взметнулись в салюте, заскользили в сложных фехтовальных упражнениях и засверкали с ловкостью придворных чемпионов.

Фарланд резко остановился, завидев эту демонстрацию боевого мастерства, и задумался, как долго он сможет продержаться против... скольки там, четырнадцати?.. умелых мечников.

Затем констебль увидел, как лорд Делькасл, сжимающий собственный меч, скользнул вперёд, чтобы стать с ним плечом к плечу — а у другого плеча возникла танцовщица, воровка, или кем она на самом деле была, Белая Волна, с бесстрашной улыбкой на лице и несколькими готовыми для броска кинжалами между пальцев...

-Ну-ну, - сказал один из лордов, награждая их отборной усмешкой. - Втроём против всех нас? Что это будет — пара мгновений азарта? Покажите, как хорошо вы умеете кричать и умолять! Женщину мы оставим в живых для, ха, обычных целей...

Он шагнул вперёд, яростно разрубая воздух своим мечом, будто мясник, точащий друг о друга два лезвия, ухмыляющийся строй вооружённых пленников шагнул следом за ним — и в этот миг прямо у них за спинами раздался ужасный крик.

Рассыпая проклятия, дворяне развернулись, испугавшись, что прибыли стражники и неожиданно напали на них сзади...

Но всё, что они увидели — одного-единственного товарища-заключённого, распростёршегося на камнях, и никого рядом с ним. Все они знали его — не могли не знать. Это был лорд Квенсин Рангобрар, один из самых надменных и агрессивных заключённых, которых когда-либо знал замок Ирлингстар. Он лежал на полу, напрасно хватаясь за собственное горло. Между пальцев сочилась кровь. Он слабо дрыгал ногами, корчась в луже собственной крови, кашляя и булькая.

И вокруг него не было никого, совсем никого поблизости.

Рангобрар издал последнее предсмертное бульканье — ужасный клёкот в его глотке — и умер, скорчившись лёжа на спине с поднятым вверх коленом. Его руки упали, и все увидели сырое зияющее месиво под его челюстью.

Исчезла большая часть его шеи, оторванная или отрезанная.

Лорда Квенсина Рангобрара только что убили. Человек, зверь, или неизвестная сила — практически у них на глазах.

 

***

«Блюдо Тессареллы» был одним из самых высококлассных ресторанов в Сюзейле, но знать уже давно решила, что это «было целых четыре года назад». В результате выхода из моды заведение потеряло популярность и отчаянно нуждалось в клиентах. И по этой причине прекрасно подходило тем, кто искал превосходного качества без необходимости за него переплачивать. Так что в эти дни «Тессарелла» — называть ресторан «Блюдом» считалось дурным тоном — стала излюбленным рестораном высокопоставленных царедворцев, посетивших Сюзейл чужеземцев и богатого кормирского народа, который не обладал титулами и не питал в этом отношении амбиций. Этим конкретным ранним вечером в «Блюде Тессареллы» за соседними столиками обедали два посетителя.

Первая, Реншарра Айронстейв, госпожа списков, тихая женщина в очках, по собственному выбору всегда трапезничала в одиночестве . У главы всех налоговых инспекторов Кормира было мало друзей, и её не должны были видеть в чьей-то компании — наблюдатели могли заподозрить сотрапезников в попытке подкупить Реншарру, заключить с ней сделку или напоить, а затем попытаться отравить госпожу свитков. Поэтому госпожа списков не возражала, когда ей выделяли столик похуже — по соседству с кухнями и рядом с главным потоком прибывающих и покидающих заведение клиентов.

Второй плохой столик прислуга «Тесаррелы» обычно отводила самому грубому чужеземцу или группе чужеземцев их возникших в дверях ресторана, чтобы держать их как можно дальше от остальных посетителей, в особенности — от постоянных клиентов.

Сегодняшней ночью титул «Самого грубого чужеземца» с лёгкостью заполучил некий Мирт Ростовщик, вовсе не прилагая для этого никаких усилий. Так и случилось, что он оказался за столиком по соседству с тем, за который усадили добрую женщину Айронстейв. Всего после одного блюда жареной рульки и задолго до прибытия заказанного «лучшего бока вепря» перед ним уже стояло целых три пустых бутылки.

-Ну что ж, - весело сказал Мирт, улыбнувшись ей широкой и приветственной улыбкой. - Здравствуй, прекрасная леди! Интересно, и какая же ты из богинь, спустившаяся с небес, чтобы очаровывать простых смертных этим замечательным вечером?

Воспитание Реншарры требовало от неё соблюдать вежливость даже несмотря на то, что работа с лживыми дворянами и богатыми купцами часто заставляла женщину вести себя резко и грубо, так что она отвернулась, чтобы не показывать ему, как с чувством закатывает глаза. В конце концов, он был чужаком — судя по акценту, с побережья Меча или из какого-то столь же западного и варварского края — и, вероятно, просто не умел вести себя иначе.

-Вы льстите мне, сэр, - провозгласила она сухим, серьёзным голосом.

-Как же я могу вам не льстить, когда ваша красота острым мечом пронзает мне сердце — или кое-что пониже?

Его подмигивание было широким, преувеличенным и сопровождалось искренним весельем. Боги, его глаза сверкнули как пресловутые звёзды! Реншарра фыркнула. Он был таким... очаровательно неотёсанным.

-Ваше зрение, сэр, - язвительно сказала она, - должно быть вас подводит. И уводит в сторону ваши суждения.

-О, но ведь это чудесно, - выдохнул он, будто обморочная принцесса в плохой пьесе. - Чтобы такая роскошная женщина так быстро меня увела! Тимора определённо мне улыбается — как, вижу, и вы. Не может ли быть такого, что ваша врождённая любовь к своеволию... ваша жажда к блужданиям, если я осмелюсь так это назвать... окажется сравнима с моей? Ах, но я чересчур дерзок! Позвольте мне отчаянно ухватиться за остатки моих манер и предложить вам своё имя — Мирт, лорд Глубоководья — и мой кошелёк, чтобы обеспечить вас всем, чего бы вам ни захотелось сьесть или выпить здесь, в этом превосходном заведении, сегодня ночью! Молю, примите моё предложение в качестве извинения за мои грубые, прямолинейные, низкие чужеземные манеры! Иы всегда откровенны в Глубоководье, мы преследуем то, чего желаем, мы стремимся быстро идти на абордаж и покорять, но осмелюсь заметить, что в здешних краях это неприемлемо...

-Мирт, - повторила Реншарра Айронстейв. - Я слышала это имя во дворце. Ты... кажется, недавно уселся на голову некой боевой волшебницы.

-Так и есть, и я...

Реншарра подняла руку и вместе с ней свой голос, твёрдо прерывая любые пошлые непристойности, которые он мог сказать.

-Я хотела бы всё про это услышать. Над бутылочкой любого рекомендованного вами вина, если ваше предложение выпить за ваш счёт — не просто бормотание охваченного страстью мужчины.

Мирт отпрянул.

-Госпожа, госпожа, мои предложения всегда остаются в силе! Я держу своё слово, держу, и...

-Лорд Мирт, вы совсем меня не удивили, - проинформировала его госпожа списков и повернулась, чтобы сообщить только что скользнувшему к её столику официанту:

-Я буду то, чем джентельмен за этим столиком захочет меня угостить.

Скучающие, полузакрытые глаза официанта широко распахнулись и он бросил быстрый взгляд на Мирта. Тот широко подмигнул, едва не лишив официанта обычной маски бесстрастия. Официант выпалил «Очень хорошо, госпожа Айронстейв», развернулся на каблуках и поспешил прочь.

-Кажется, вы его напугали, - одобрительно сказала Реншарра, обнаружив, что искренне наслаждается собой — и своей компанией — впервые за долгие, ну, годы...

-Госпожа, я? - запротестовал Мирт в притворном ужасе. - Я же ничего ему не сказал, вообще ничего!

Мгновение спустя всегда холодные пальцы Реншарры сжимала тёплая, волосатая, но нежная лапа, которая не схватилась за неё, а поднесла кончики её пальцев к губам, обрамлённым длинными, изогнутыми усами, которые... щекотались.

Она беспомощно захихикала, и тогда Мирт отпустил её, протянул свою четвёртую бутылку — единственную, которую ещё не опустошил — и предложил:

-Не начнёте ли напиваться, госпожа? Ради меня?

Реншарра разразилась хохотом. Этот человек был ужасен! Будто игривый боров или грубый старый менестрель, высмеивающий высокопарных дворян — и, во имя всех богов, ей нравился этот грубый флирт. В конце концов, она была в «Тессарелле», где весь персонал знал о её звании и положении; одного крика было достаточно, чтобы этого мужчину в мгновение ока выкинули прочь, так что она была в полной безопасности. Больше того, она провела здесь слишком много одиноких, грустных вечеров, играясь с едой, которая была превосходна, и всё же... почему-то расходовалась зря, когда Реншарра ужинала в одиночестве. Ба! Пускай сегодня будет ночь приключений, и она не останется в долгу.

-Думаю, что начну, лорд Глубоководья, - провозгласила она. - При условии, что вы искренне ответите мне на один вопрос, галантный Мирт. Правда ли то, что говорят о мужчинах из Глубоководья?

-Что именно, госпожа?

-О том, что они готовы гнать во весь опор, пока не сменится прилив?

Мирт коротко закашлялся, испугавшись подобного вопроса из такого невинного источника — вино попало ему в нос. Совладав с кашлем, он ухмыльнулся.

-Да, госпожа. Правду. Я верю в откровенность между друзьями.

Реншарра поглядела на него поверх только что наполненного бокала, который вручил ей Мирт. Бокал был чистым, поскольку сам Мирт пил прямо из бутылок.

-Я принимаю вас в качестве моего друга по столику, лорд Мирт, и весьма вероятно просто друга. Вы надеетесь на нечто более... близкое?

-Ты тоже веришь в откровенность, подруга! Ну, что ж, думаю, что надеюсь. А ваши надежды идут теми же тропами?

-Если вы напоите меня так, что я окажусь под столом, - смиренно сообщила добрая женщина Айронстейв скатерти на своём столике, - можете под этим столом мною и овладеть.

Она опустила бокал и подняла взгляд.

-Или, что вероятнее, учитывая, что это «Тессарелла», под другим столом, в другом месте по вашему или нашему общему выбору. После того, как мы будем есть и пить достаточно долго, чтобы вы доказали правдивость той поговорки, конечно же.

-Конечно же, - согласился Мирт, изображая глубокий поклон. Учитывая, что он по-прежнему сидел, этот жест просто окунул его нос в стоявшую на столе перед ним тарелку.

Он выпрямился с выражением давно страдающего мученика. С носа закапало, и Мирт на славу фыркнул, будто отступивший от кормушки боров. Реншарра снова разразилась смехом, а он потянулся к тому, что ещё оставалось в его четвёртой бутылке.

Лишь для того, чтобы с силой швырнуть её точно над плечом Реншарры, попав в нечто, мокро и нечленораздельно взвизгнувшее от боли.

-Ложись, подруга! - взревел он. - Ныряй под стол и не останавливайся!

Госпожа списков опустилась в кресле, но выскользнув из него, оглянулась — и как раз вовремя, чтобы увидеть, как элегантно одетый мужчина, у которого от лица осталось немногим больше, чем кровь и торчащие осколки бутылочного стекла, падает на украшенную занавесками стену. Его сжимавшая нож рука упала, не перерезав верёвку, к которой он тянулся.

Верёвка вела — Реншарра оказалась под столом, но всё равно выглядывала — к теряющемуся в тенях сводчатого потолка блоку, с которого свисала плетёная корзина размером с гроб.

Что-то вспыхнуло на верхней галерее, прямо у этой верёвки.

Мирт зарычал и вскочил с неуклюжей спешкой, от которой его стол перевернулся на стол Реншарры, обрушив его.

На эти импровизированные щиты мгновение спустя рухнул тяжёлый металлический грохот, расколовший одну столешницу, прежде чем корзина разбросала своё смертоносное содержимое: дюжины тесаков, ножей для резки, кухонных вертелов и шампуров вместе с осколками стекла и мерцающим морем лампового масла. Лампа, которая балансировала на вершине всего этого добра, коснулась растёкшегося масла и повсюду вспыхнуло пламя.

Реншарра была слишком испугана, чтобы кричать, но сумела издать придушенный взвизг, когда Мирт выхватил её из-под стола, сорвал пылающую половину её платья и бросил в разгорающийся пожар. Он потратил необходимое на комментарий «мило!» мгновение, затем развернулся и потащил её через весь зал.

-Но... но... - выдохнула она, заметив, как уставились на них другие посетители, - выход в другой стороне!

-Да, - прорычал Мирт, взбегая по ступеням и волоча её за собой, как детскую игрушку, - но выход на галерею здесь!

На полпути наверх они встретились с тропящимся вниз мужчиной. Мужчиной, вооружённым ножом и убийственным оскалом. Он рубанул Мирта, вскинувшего руку, чтобы принять нож — и выбросившего её вверх, чтобы превратить это защитное движение в сильный удар прямо выше колен противника.

Мужчина согнулся пополам, взвыв от боли, и рассечённая, истекающая кровью рука Мирта обрушила крепкий удар ему в промежность. Нож зазвенел где-то ниже по лестнице, мужчина пронзительно вскрикнул и упал, и Мирт отпустил Реншарру, чтобы схватить нападавшего одной рукой за горло, второй — за колено, развернуться и бросить.

Этот человек не был рождён, чтобы летать. Вместо этого он врезался в полную торчащих ножей пылающую корзину и столы с грохотом, который был даже громче и тяжелее, чем тот, которым завершилось падение смертоносной корзины. Он дёрнулся один раз, затем застыл, руки и ноги повисли, из проткнутого ножами тела потекла кровь. Реншарра вздрогнула.

Мирт обернулся и предложил ей свою руку. Та обильно кровоточила, но женщина как ни в чём не бывало приняла её. Мирт величественно повёл её вниз по лестнице туда, где суетились официанты, повар и сама Тессарелла. Посетители разбегались или подтягивались ближе, чтобы поглазеть, в огонь вёдрами выплёскивали воду из-под картофеля с кухонь, а мужчина, распростёртый в середине этого пожара и пронзённый несколькими ножами, выглядел совсем мёртвым.

-Я надеюсь, - вежливо сказал Мирт Тессарелле, когда эта воплощённая колонна вальяжности начала кричать и всхлипывать, - вы не станете выдвигать обвинений из-за этого представления.

Сунув маленький, но тугой кошель в ближайшую руку отупелой владелицы, он повёл Реншарру к кухням.

-Вход...

-Никогда не используй парадный вход после неудавшегося покушения, - прорычал Мирт. - Эта корзина предназначалась тебе, подруга. Её послал кто-то достаточно богатый, чтобы нанять других... ты в последнее время случайно не злила никаких дворян?

Реншарра выдавила слабую улыбку, пока он тащил её наружу в переулок через кухни, где забытые котлы начинали исходить паром, а соусы подгорать.

-Я... я главный сборщик налогов королевства, - сказала она ему, пока они вместе торопились сквозь шумный сумрак, а Мирт бросал взгляды во все стороны. - Я каждый день злю дворян. А когда я от этого устаю, я злю их ещё сильнее.

-Милая подруга, - нежно отозвался он. - К слову, ты выглядишь намного лучше без половины платья.

-Моя репутация...

-Подруга, подруга, если ты сборщик налогов, небольшая демонстрация обнажённой плоти только улучшит твою репутацию! Твоя репутация может двигаться лишь в одном направлении!

Они свернули за угол в конце переулка на озарённую лампами улицу, и Мирт добавил:

-Так-то лучше! Чем дальше мы уйдём...

Из следующего переулка вышел патруль стражи и сразу же поспешил окружить их, снимая полотно с фонарей.

-Это что ещё такое? - пролаял командир патруля.

Мирт ухмыльнулся, поклонился и указал на свою потрёпанную спутницу.

-Как видите, парни, - воскликнул он, - леди любит пожёстче!

Реншарра с пылающим лицом смогла заставить себя подмигнуть и улыбнуться, а затем приняла позу, которая, как она надеялась, была, ну... провокационной.

Тишина затягивалась... затем неожиданно кончилась. Со всех сторон честные стражники одобрительно кричали, смеялись и гикали.

-Счастливый ублюдок, - добавил один, хлопнув Мирта по плечу, когда патруль отправился дальше.

-Подождите, - неожиданно сказал второй, оборачиваясь и направляя луч фонаря на лицо Реншарры. - Ты разве не...

-Да, - промурлыкала она, шагнув к нему.

Лицо стражника расплылось в довольной ухмылке, он отсалютовал Реншарре, затем взревел «Вперёееед!» и поспешил за товарищами.

-Видишь? - сказал Мирт. - Твоя репутация...

Реншарра Айронстейв обнаружила, что она дрожит, готова разрыдаться, замёрзла, боится, устала так, будто проработала целый день напролёт, и дьявольски проголодалась.

-Мирт, - твёрдо сказала она. - Отведи меня домой. К себе домой.

-Ну конечно, подруга, - прогрохотал он, погладив её по руке. Его ладонь оставила кровавые следы на рукаве — её единственном уцелевшем рукаве. - У меня есть тёплая постель. И холодный цыплёнок.




#96229 Эльминстер в ярости: семнадцатая глава

Написано Redrick 18 Сентябрь 2017 - 12:46

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Я — ВАШЕ ВЕЖЛИВОЕ НАПОМИНАНИЕ

 

-До недавнего времени мы редко их раздавали, - добавил Вэйнренс, - но в последнюю десятидневку отдаём их всем боевым магам, до которых можем добраться.

Он толкнул одно из колец в сторону Глатры.

-Это твоё. Остальные кольца связаны с другими, которые уже носят некоторые из наших коллег.

Глатра с подозрением посмотрела на кольцо.

-Кто-нибудь из вас такое носит?

Вэйнренс поднял руку, показывая кольцо у себя на пальце.

-Кто-нибудь ещё? - она уставилась на человекоголового паука. - Ты?

-Конечно.

Паук перекатился, как опрокинутая игрушка, чтобы показать яркое кольцо, надетое до самого основания одной из его ножек.

-В конце концов, это я их создал.

Глатра нахмурилась.

-Вы же сказали...

-В эти дни я крайне редко использую магию, - спокойно ответила ей Шторм. - Однако за долгие годы я очень часто наблюдала за тем, как Эльминстер занимается волшебным ремесленничеством, и помню всё очень отчётливо.

-Значит...

Шторм гладко оборвала Глатру.

-Так что пока ты решаешь, осмелишься ли надеть своё кольцо, дорогуша, полагаю, мы можем приступить к обсуждению причин, почему все остальные за этим столом так жаждут приступить к использованию этой доступной мысленной связью, предназначенной лишь для общения, а не для принуждения.

-У меня есть только ваше слово, - зарычала Глатра. - Насколько я знаю...

-Хватит, - сказал ей королевский маг Ганрахаст голосом на самой границе рыка. - Госпожа Шторм абсолютно права. Важна не наша новая магия, а причины, по которым она потребовалась; слишком много лордов замышлют измену, и мы должны быть способны моментально предотвратить нападение на любого Обарскира — и на наших коллег-царедворцев. После совета несколько царедворцев были ранены или убиты.

-Не только царедворцев, но и боевых магов, - тяжело сказал Вэйнренс.

-Что? - Глатра была слишком потрясена, чтобы не повышать голоса.

-В последние несколько дней боевые маги по всему королевству за пределами Сюзейла замолкли — предположительно они были убиты. Уже больше двух десятков.

Глатра рухнула обратно в своё кресло.

-Тебе говорят об этом сейчас, - резко сказал Ганрахаст, прежде чем она смогла озвучить ожидаемый королевским магом протест. - Хотя у нас пока нет известного и явного противника, похоже, что Кормир в состоянии войны. Возможно, с самим собой — но я очень боюсь, что старые враги и соседи принимают в этом участие или скоро примут. Мы не можем допустить, чтобы в наших рядах остались предатели. Мы должны искоренять измену, когда встречаем её, а не ждать расследований и судов.

Шторм покачала головой.

-Нет, королевский маг, - тихо сказала она. - Как только вы сядете на эту лошадь, начнётся тирания, и вы перестанете быть защитниками всего, за что стоит сражаться.

-Слишком поздно, госпожа Шторм, - буркнул Вангердагаст. Паучьи ножки развернули древнего королевского мага к ней. - Я оседлал эту лошадь давным-давно, лишь для того, чтобы сохранить нечто под названием «Кормир». Как говорил наш общий учитель: «Приходит время, когда нужно отбросить все условности и сделать то, что необходимо». Это время пришло.

Шторм скрестила с ним взгляды.

-Это время пришло и ушло. Вернулось время доверять друг другу, время придерживаться законов и принципов. Для тех, кто на это способен.

Глатра проглотила своё инстинктивное возражение, сделала глубокий вдох и вежливо, почти скромно спросила Шторм:

-Простите, госпожа, но кто вы такая, чтобы велеть нам, хранителям законов Кормира, придерживаться законов?

-Я — ваше вежливое напоминание, - ответила Шторм. - Прежде чем простолюдины за этими стенами напомнят вам об этом куда более жестоким способом. Если одни поднимутся, в этом дворце прольётся кровь, и Драконий Трон может не уцелеть.

Глатра побледнела, но прошипела:

-Это угроза?

Шторм покачала головой в печальном отрицании.

-Предсказание той, кто слишком часто видела подобное в прошлом. Как однажды сказал мне Эльминстер... «Если не можешь быть блистательным примером, будь страшным предупреждением».

Одно из командных колец на столе неожиданно взорвалось, его кусочки разлетелись и зазвенели по комнате. Один осколок чиркнул по щеке Глатры. Она сумела подавить крик и прижала ладонь к ране, откуда хлынула кровь.

-Ещё одного хорошего мужчины не стало, - мрачно сказал Ганрахаст, глядя на выжженую на столе отметину там, где было кольцо.

Вэйнренс покачал головой.

-Хорошей женщины. Это была Лейлра, в Перепутье.

Глатра посмотрела на него.

-Лейл? Мы с ней вместе служили в... в...

Она зарыдала.

Шторм вытянула длинную руку и прижала боевую волшебницу к груди, чтобы гладить её, пока та рыдала. Вэйнренс пробормотал проклятие и взглянул на Ганрахаста.

-Нет, - отрезал Вангердагаст прежде чем королевский маг успел что-нибудь сказать. - Ты останешься здесь, чтобы руководить и отдавать приказы, и воздержишься от того, чтобы бросаться туда сломя голову и играть мёртвого героя. Прямо сейчас ты куда больше стоишь в качестве живого труса.

Паукоподобный остаток одного из самых могущественных магов Кормира снова повернулся к Шторм, чтобы бросить на неё взгляд над содрогающимися плечами и головой Глатры, и добавил:

-Пожалуйста, не надо напоминать мне об обстоятельствах, в которых Эльминстер говорил нам эти полезные изречения. Я и сам их помню.

Шторм улыбнулась ему слабейшим призраком улыбки.

 

***

Кабинет лорда-констебля, уныло подумала Амарун, начинает становиться чересчур знакомым.

В комнату набились она, Арклет, мрачный Фарланд и двое боевых магов, чтобы посовещаться. Забытые животы урчали. Они провели несколько напряжённых мгновений, запирая людей за различными дверями, проверив сначала, что эти двери — и стены вокруг них — находятся в достаточно крепком состоянии, чтобы кого-нибудь удержать. Двух жуликов, назвавшихся Хокспайком и Харбрандом, впустили в замок и заперли в предназначенных для гостящих жрецов или целителей Короны покоях, благородных лордов, которые осмелились выйти в коридоры, прочно закрыли в различных камерах, и наконец настало время задуматься над тем, что стало причиной взрыва. Или как эту причину можно отыскать.

Был ли это тот самый убийца, прикончивший другую жертву с помощью сильного взрыва? Пропало не меньше семнадцати незначительных дворян, и по крайней мере некоторые из них были мертвы, судя по крови, отрубленным рукам, ногам и другим кускам окровавленных тел, раскиданных по огромной куче обломков с южной стороны, где теперь заканчивался замок.

Или убийца — он, она или они, храст их побери — погибли сами, когда что-то взорвалось раньше, чем следовало?

Или взрыв не имел с убийствами ничего общего?

А эти двое подозрительных гостей — Хокспайк и Харбранд — настоящие жулики, если кто-то из собравшихся пяти слуг Короны хоть когда-то видел жулика — имеют ли они какое-то отношение к любому из двух убийств или взрыву? Или это дракон, которого по их словам они видели? Оба мужчины настаивали, что дракон улетел в горы сразу после взрыва, и эта история казалась чересчур удобной — но её повторяли некоторые из узников Ирлингстара, у которых не было возможности переговорить с Хокспайком и Харбрандом.

-По слухам, где-то поблизости в Громовых вершинах действительно есть логово чёрного дракона, - хмуро, как будто сам сознаваясь в преступлении, произнёс Фарланд. - И за последние годы его видели много раз. Не я лично, но многие люди, которым я доверяю. Насколько известно, он никогда не приближался к Ирлингстару и не совершал набеги в более людные земли Кормира, лежащие за Хуллаком — по крайней мере, насколько я знаю.

Гулканун кивнул.

-Займёмся драконом позже — если он нападёт, или после того, как выследим его, если в том возникнет необходимость. Прямо сейчас у нас есть разрушенная тюрьма и множество смертей, две из которых нельзя записать на счёт дракона, разве что он многократно уменьшился в размере и преодолел волшебные печати, или послал через них заклинания... и лично я сомневаюсь, что какой-то дракон сможет сделать такое, не уничтожив печати целиком.

Все кроме Амарун кивнули. Она поняла аргументы мага, но знала слишком мало о защитной магии, чтобы с чем-либо соглашаться.

-Сколько дворян находятся здесь в заключении? - спросил лорда-констебля Гулканун. - И кто они такие?

Фарланд с сомнением посмотрел на Арклета и Амарун, и высокий маг фыркнул:

-Кроме этих двоих, в присутствии которых, насколько я могу судить, вы можете говорить откровенно.

Лорд-констебль взглянул на Гулкануна с каменным выражением лица.

-Мне кажется, такие суждения могу выносить лишь я сам.

-Присягнувший офицер Короны, - мягким голосом ответил маг, - я чувствую, что должен напомнить вам — все присутствующие принесли присягу и находятся здесь потому, что служат Драконьему Трону. Отбросив в сторону звания, я прошу вас вспомнить, кто именно здесь владеет заклинаниями, способными превращать других в лягушек или садовые статуи... или ночные горшки.

Арклет ухмыльнулся.

-Говорите почти как Вангердагаст, - одобрительно заметил он.

Фарланд его проигнорировал.

-Это угроза? - зарычал он на Гулкануна.

-А если так?

После мгновения напряжённой тишины, Фарланд повернул голову, чтобы окинуть самым холодным своим взглядом каждого человека в комнате, затем тяжело сказал:

-Настало более чем подходящее время, чтобы каждый из нас раскрыл всю правду.

Он повернулся к Арклету и Амарун.

-Предлагаю вам забыть о попытках сохранить тайну и рассказать нам, кто именно послал вас сюда и зачем.

-Мы пообещали человеку значительно выше вас по званию сохранить его тайны, - холодно ответил Арклет, - и мы продолжим...

-Вы обещали королю, - сухо прервал его Гулканун, - в присутствии королевского мага, госпожи Глатры и вашей матушки. Присутствовал ещё один человек, чью личность мне не раскрыли.

-Шторм Среброрукая, - объяснила Амарун. - Маркиза Иммердаск. Расскажи им всё, Арклет.

-Всё? - неохотно спросил он.

-Всё, - твёрдо сказала она.

-Ну... - Арклет с сомнением посмотрел на свою возлюбленную, затем торопливо произнёс:

-Вы уже знаете наши настоящие имена и то, что мы на самом деле не заключённые, и знаете, кто нас послал. Мы пришли в Ирлингстар, чтобы найти в этих стенах человека из Сембии, который пытается захватить замок или освободить благородных узников и забрать их в Сембию, чтобы устроить там заговор против Кормира.

Фарланд с отвращением посмотрел на него.

-Бросьте! Нет никакого...

-Возможно, лорд-констебль, этот человек — вы, - твёрдо возразил Арклет. - Пожалуйста, поймите, что у меня нет никаких доказательств в пользу этого предположения, но король не разделяет ваше недоверие — а разве существует лучший способ помешать расследованию, чем насмехаться, сбивать с пути и воздерживаться от сотрудничества?

-Откуда вам известно, что предатель внутри Ирлингстара из Сембии? - быстро спросил Лонклоус, давая Фарланду знак замолчать. Удивительно, но лорд-констебль проглотил реплику, для которой уже подался вперёд и набирал воздух, и откинулся на спинку стула с безмолвной гримасой.

-У меня нет никаких поводов считать, что король Форил Обарскир нам солгал, - ответил Арлкет. - Зачем ему лгать? Что ж, он сказал, что боевые маги подслушали устное магическое послание, которое, как они считают, достигло своего адресата, не вызвав никаких подозрений в том, было перехвачено. Это был мужской голос, который сказал следующее: «Мы будем ждать в обычном месте, поскольку оно явным образом находится по нашу сторону границы. Если за нами придут какие-то драконы, грифоны будут ждать, и им придётся отведать новых бомб».

-И как бы вы интерпретировали это послание, лорд-констебль? - тихо спросил Гулканун.

Фарланд шевельнулся.

-Человек, который ожидает беглых заключённых из Ирлингстара, предупредил пограничные патрули Сембии — те, что летают в небе на грифонах — быть готовыми к появлению кормирской погони за беглецами.

Гулканун кивнул.

-Я услышал то же самое.

Рядом с ним кивнул Лонклоус.

-А сейчас, - заговорила Амарун, - это вы, лорд-констебль, скажите мне, почему мы должны вам доверять, если заключённые могут так легко убежать из Ирлингстара. И, - она повернулась, чтобы посмотреть на Лонклоуса тяжёлым прямым взглядом, - вы убедите меня, что вы в действительности боевой маг, по неясной причине страдающий от магического проклятья или болезни. Никогда не слышала, чтобы мага Короны не исцеляли от подобного, но всё равно оставляли на службе. Так действительно ли вы — боевой маг?

Фарланд начал говорить, но Лонклоус вскинул вверх синюю руку с плавниками вместо пальцев, которые быстро превращались в несколько пучков чешуйчатых, зеленовато-чёрных когтей, чтобы заставить констебля замолчать.

-Мы здесь, чтобы проверить лорда-констебля и всех остальных в Ирлингстаре, точно так же, как и вы. А что до этого...

Своей здоровой рукой боевой маг указал на когти — именно в тот момент, когда они превратились в трепыхающиеся, корчащиеся нежно-розовые щупальца, затем стали трансформироваться в нечто, похожее на влажные принющивающиеся боровьи рыла.

-...я получил это много лет назад, сражаясь с налётчиками на тракте к Лунному морю, за Тильвертоном. Мы обратили в бегстов их, а потом появился волшебник верхом на чёрном драконе и обратил в бегство нас. Он оставил мне это, а полгода спустя караваны принесли нам историю о том, как легендарный Мэншун Бессмертный, Чёрный Плащ, Владыка Жентарима, восседая на великом чёрном вирме «усмирил армию Кормира, собиравшуюся завоевать Долины».

Лонклоус ухмыльнулся Рун и Арклету безрадостной усмешкой.

-Так что если я когда-нибудь встречу этого Мэншуна...

-Если ты когда-нибудь встретишь Мэншуна, - оборвал его резкий, переливистый, мелодичный незнакомый голос, когда отворилась новая потайная дверь, - ты, скорее всего, проживёшь столько мгновений, сколько он захочет с тобой поиграться. Если хочешь прожить долгую и счастливую жизнь, я бы на твоём месте стремилась к более благородным целям.

Все повернулись, чтобы посмотреть на новоприбывшую.

Это была фигуристая, зловеще-красивая женщина-дроу.

Она улыбнулась, поднимая руки и расставив длинные изящные пальцы, чтобы привлечь внимание к кольцам: кольцу боевого мага и командному кольцу боевого мага.

 

***

-Сегодня на ужин жаркое из оленя, милорд, - облизываясь, сказал конюший.

-Ну конечно! - раздражённо отозвался командир Высокого Рога. - Именно тем вечером, когда я должен докладывать Дарлхуну! Что ж, постарайтесь хоть чуть-чуть мне оставить!

Сунув перчатки и шлем в руки конюшего, лорд Сантер прошёл внутрь, мимо прекрасного запаха, доносящегося из пиршественного зала — его живот сразу же проурчал собственный голодный охотничий зов — к ступеням. Это был долгий подъём на вершину главной крепостной башни.

Но не для Умбарла Дарлухна, конечно же. Храстовы боевые маги могли просто взлететь, не так ли?

И этот человек был таким храстово жизнерадостным, таким искренне вежливым, милым, скромным и... и...

Сантер хотел свернуть ему шею и ненавидел себя за это. Его живот снова заурчал.

-Тлуин, - беззвучно прошептал он. - Мне нужно выпить.

Когда он наконец добрался до собственных покоев, почти на самом верху башни, и отпёр двёрь, он обнаружил, что на самом деле ему нужно не просто выпить.

Счастливый боевой маг Умбарл Дарлхун уже никогда не будет рад кого-либо видеть.

Кто-то расчленил его на столе Сантера, предусмотрительно забрав с собой голову и толстую стопку пергамента, уложив конечности и торс так, чтобы они удерживали кровь, и написав послание внутренностями Дарлхуна: «Подарок от вашего будущего императора».

-Мне нужно напиться вусмерть, - вслух сказал Сантер. - После того, как меня вырвет.

 

***

Последние умирающие чудовища тщетно цеплялись за темнеющее сумеречное небо, когда слабо мерцающее, гаснущее фиолетовое сияние поглотило их.

Синее пламя зарычало вокруг фиолетового света, сдерживая его, стискивая. Фиолетовые огни вспыхнули и так же быстро угасли. Мерцание уменьшилось и ослабло.

Симбул скармливала тому, что осталось от разлома, новые и новые потоки синего огоня, исторгая его вниз, несмотря на то, что до дрожи устала.

-Уходи, - выдохнула она, запрокинув голову и заставив свои длинные серебристые пряди снова прийти в движение. - Сгинь навсегда.

Разлом вспыхнул последней вспышкой болезненно-фиолетового, выбрав момент почти бесстыдно, и умер.

Оставляя Симбул шататься от истощения.

-Сколько ещё, Мистра? - устало выдохнула она.

Уже недолго, драгоценная моя. Ты позаботилась о самом худшем.

-А Эл и Мэншун? Сколько закрыли они?

Пока ни одного. Мэншун... разочаровал меня.

-Но не удивил, - догадалась Симбул. - Он попытался убить Эльминстера в тот самый миг, когда я ушла?

Не совсем. Кажется, прошло шесть секунд.

Бывшая Королева-Ведьма всего Агларонда фыркнула, разбрыгивая слюну, на мгновение засмеялась, как юная девушка — а затем запрокинула голову и завыла.

Долю секунды спустя ей вторил громоподобный смех богини.

 

***

-Кто, - фыркнул боевой маг Дут Гулканун, чей самый мощный жезл уже оказался в его руке и нацелился на тёмную эльфику, - ты такая?

-Гулк, Гулк, я знаю, что наши дороги редко пересекались, и наш милейший Ностин не очень-то меня любил, но разве ты не помнишь Бреннона Лаксара?

Гулканун моргнул.

-Помню, и смутно помню, что Бреннон Лаксар был хорошим человеком, который мне нравился и которым я восхищался. Человеком, а не дровкой!

-Так и было, - ответила стройная, темнокожая... персона в другом краю комнаты с тем, что Гулканун — сглотнувший слюну, когда у него в горле внезапно пересохло — мог назвать лишь развязной, страстной улыбкой. Боги в небесах, никото не рассказывал ему, что злые тёмные эльфы, которых следовало убивать лишь только завидев, были такими... храстово красивыми. Она была... кем угодно, только не мужчиной. Фух.

-До этого проклятья, - печально добавила дровка. - Наш Лонклоус знает о проклятиях всё.

Названный ею боевой маг уже навёл на эльфийку два жезла. Его лицо напряглось, когда он предупреждающе покачал ими. Его гнев был очевиден. Один жезл опустился и тревожно покачнулся, когда сжимающая его рука снова начала меняться.

Что касается Фарланда, то он медленно вынул свой меч. Арклет встал перед Амарун, чтобы заслонить её. Она тут же воспользовалась этим прикрытием, чтобы быстро достать один из своих кинжалов и приготовиться к броску.

-Как ты попала сюда наверх? - зарычал Фарланд тёмной эльфийке. Та улыбнулась ему и медленно подняла одну длинную, прекрасную ногу.

-Использовала её. И вторую тоже. Мы в Иммерфорде называем это «ходьбой».

Она задумчиво погладила вытянутую ногу — долгое и ленивое движение, которое заставило Лонклоуса зарычать вслух, глубоким горловым звуком, прежде чем он смог себя остановить, и добавила дразнящим мурлыканьем:

-Лотан всегда говорил мне, что вы рассекаете залы Ирлингстара верхом на спинах ползущих узников. Конечно, я никогда ему не верил, но теперь...

-Я имел в виду, - неторопливо сказал Фарланд, многозначительно приподнимая в руке меч, - что тебе почти наверняка пришлось быстро убить нескольких моих стражников, чтобы попасть в проход, из которого ты только что вышла.

Дроу отмахнулась.

-В Ирлингстаре я никого не убил. Пара простых заклинаний временно — и без всякого вреда — обездвижили нескольких стражников, и я смог присоединиться к этому маленькому совету.

-Умри, лживая дроу, - холодно сказал Гулканун и разрядил свой жезл.

Рядом с ним вспыхнули, пробуждаясь к жизни, оба жезла в руках Лонклоуса.

-Идиоты! - закричал Арклет. - Вы убьёте нас... всех...

Его гневный крик потерял громкость. Не произошло вообще ничего. Магия жезлов, которую, вероятно, не мог преодолеть никто, сверкнула через всю комнату и...

Исчезла. Казалось, что без следа.

Дроу осталась невредима. Более того, она опиралась на стену, продолжала улыбаться и изучала свои ногти, являя собой картину воплощённого беззаботства. Воздух вокруг неё трещал и на время от времени вспыхивал крошечными мерцающими огоньками света - обычные последствия выхода на свободу могущественной магии, но...

-Лживая дроу-убийца! - пролаял Фарланд, бросаясь вперёд. В одно мгновение на его клинке вспыхнули дюжины — сотни — мерцающих огней света. Он закричал от боли и выпустил меч. Рука констебля забилась в диких спазмах.

Ругаясь, он схватился за непослушную конечность и попятился назад, тяжело рухнув спиной на стену.

-Как долго ты скрывалась в замке? - сплюнул он, соскальзывая на пол. - Это ты всех убила, не так ли?

Дроу покачала своей прекрасной головой.

-Нет, господин...

И это было всё, что она успела сказать, прежде чем Ирлингстар снова вздрогнул от взрыва.




#96228 Эльминстер в ярости: шестнадцатая глава

Написано Redrick 18 Сентябрь 2017 - 12:36

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

КОМНАТА НА НОЧЬ

 

В замке Ирлингстар было мало наружных балконов — что для построенной как тюрьма крепости в целом неудивительно. Один из немногих всё-таки имевшихся выходил из смежной с собственным кабинетом Фарланда комнаты записей.

Прямо сейчас туда направлялся боевой маг Гулканун, а Лонклоус сопровождал его до комнаты записей. Там проклятый волшебник повернулся, уселся на стол и вытащил из-за пояса два жезла. Хотя он ни слова не сказал, его намерения были очевидны: держать всех остальных подальше, там, где они не смогут разглядеть, что делает Гулканун. Магия, открывающая небольшую брешь в защитных печатях, была секретом боевых магов и должна была оставаться таковым.

Фарланд уставился на Лонклоуса, который встретил его взгляд со слабой улыбкой. Они оба знали, что делает Гулканун, но это не означало, что лорду-констеблю должно это нравиться. Так много людей пыталось отдавать ему приказы в его собственном замке, что Фарланд потерял им счёт, храст побери.

Этому Гулкануну — достойный парень, насколько вообще бывают достойными боевые маги — нужна была брешь в магической защите, чтобы связаться с Глатрой Баркантл в Сюзейле, доложить ей об убийствах и выяснить, действительно ли два новых заключённых являются агентами Короны под прикрытием, как они о том заявляют.

Глатра. Пальцы лорда-констебля снова потянулись к подвеске, которую он носил, скрытой под постоянно присутствующим горжетом. Это был подарок на память, который она вручила ему после долгой нежной ночи, случившейся ещё до того, как их отношения так плохо завершились.

-Используй подвеску, если я тебе понадоблюсь, - сказала тогда Глатра. Её глаза были большими и тёмными. Слова, которые он никогда не забудет.

Так почему же Фарланд так дьявольски рад, что вместо него с Глатрой говорит сейчас какой-то плосколицый боевой маг?

Маги Короны вернулись обратно в комнату куда быстрее, чем он ожидал. Фарланд отдёрнул свои пальцы от спрятанной подвески, как будто она могла обжечь.

-Теперь Сюзейл знает об убийствах, - сказал ему Гулканун, - а этим двум можно верить: они действительно те, кем представились.

Фарланд наклонил голову.

-Благодарю вас, сэр.

Он повернулся к Амарун и Арклету.

-Приношу свои глубочайшие извинения вам обоим. Надеюсь, вы понимаете, что лорд-констебль не может быть слишком осторожным.

-Разумеется, - вежливо отозвался Арклет, а Амарун кивнула.

Фарланд улыбнулся и махнул одной рукой в сторону прочной на вид стены. Он увидел, как лорд Делькасл изогнул брови, и торопливо подался вперёд с ключами, отпирая тайную дверь, чтобы опередить любой остроумный — и раздражающий — комментарий, который мог отпустить юноша.

Комната за дверью была небольшой, без окон и без других выходов, только в противоположных углах виднелось два вентиляционных отверстия размером с запястье некрупного человека. Внутри стояла койка, служившая одновременно постелью и сидением для низкого, простого стола неподалёку — стола, на котором стоял графин, две простых деревянных кружки, накрытая куполом глиняная тарелка и шахматная доска с расставленными для игры фигурами.

Фарланд поднял с тарелки купол, открывая сосиски и сыр, и указал на графин.

-Вино.

Любезным взмахом, словно сюзейльская хозяйка, он пригласил двух агентов Короны присаживаться, посторонившись, чтобы дать им пройти.

-Комната ваша на ночь, агенты Короны, - вежливо сказал он в дверях. - Поговорим завтра.

Затем он вышел наружу, закрыл дверь — и запер их внутри.

 

***

-Что на моём месте, - пробормотала Эльминстер, - сделал бы Бреннон Лаксар?

Воспользовался тайным ходом боевых магов, сухо предположила Симрустар у неё в голове. Если верить грошовым книжкам и байкам из таверн, такой есть всегда.

Эл вздохнула, кивнула и двинулась вдоль стены замка, проводя кончиками пальцем по тёмным, грубым камням и неотрывно глядя на свои кольца. Если они засияют, это может сигнализировать о тайном ходе.

Если нет...

Постучись в двери тюрьмы и попытайся соблазнить появившихся стражников. В результате тебя арестуют.

-Каждому человеку просто необходим личный Избранный в голове, - пробормотал вслух Эльминстер. - Они просто незаменимы.

Симрустар в глубинах его разума издала очень грубый звук.

 

***

Арклет в ярости кинулся на дверь, но с таким же успехом он мог колотить и царапать твёрдый камень.

Он толкал, тянул и пинал неподвижную дверь, осыпая лорда-констебля отборными ругательствами из своего арсенала, но в конце концов сдался и повернулся обратно к Амарун, задыхаясь.

-Прости, Рун, - вздохнул он. - Я был таким дураком! Я должен был это предвидеть, разве не...

Пальцы Амарун постучали по его губам, чтобы заставить замолчать. Она хитро улыбнулась и подняла один из своих сапог. Должно быть, Амарун стянула его, пока он атаковал дверь.

У него на глазах девушка нажала пальцами на передние углы каблука, где подошва изгибалась внутрь, прежде чем снова выгнуться, очерчивая остальную часть стопы — и легонько потянула под прямым углом на себя.

Каблук соскользнул, открывая рукоять короткого кинжала.

-Осторожно, - выдохнула она, поднимая кинжал. - Он бритвенно-острый.

-Где ты...?

-Шторм. Она взяла его для меня у арфиста в Сюзейле.

Рун положила кинжал на стол и затрясла сапог, подставив ладонь, чтобы словить всё, что могло выпасть из открывшейся полости.

Выпало нечто маленькое, завернутое в шёлк. Амарун что-то ловко сделала пальцами, заставляя шёлковый свёрток развернуться, и Арклет обнаружил, что смотрит на набор отмычек.

-Я же Тихая Тень, помнишь? - с усмешкой прошептала Рун.

Арклет медленно улыбнулся в ответ.

Его леди скользнула к нему и обняла. Чтобы недоверчиво прошептать на ухо:

-Эти двое и вправду боевые маги? Ты когда-нибудь слышал про боевого мага, которому приходится жить с магическим проклятием?

Арклет покачал головой.

-Нет, и...

Он быстро забыл всё, что собирался сказать, когда у них под ногами пол встрепенулся, словно пытаясь подняться им навстречу. Стол, графин и всё остальное подпрыгнуло в воздух, вся комната задрожала и зашаталась с оглушающим грохотом грома.

С потолка неожиданно тяжёлым облаком посыпалась пыль, и Арклет развернул Амарун, прижимая её к ближайшей стене и пытаясь заслонить собой. По телу застучали камешки, и было слышно, как тут и там падают крупные камни.

Стены вокруг них предупреждающе застонали... но когда этот зловещий звук стал глубже, гром утих, а вместе с ним прошла дрожь.

Долгие мгновения спустя всё замерло неподвижно, кроме удушающих клубов пыли, от которой они оба закашлялись. Пока они кашляли и тряслись, наступила тишина.

Затем внутрь неожиданно хлынул свет. Запертая дверь снова открылась, и через порог потянулся мрачный Гулканун, схватив Арклета за руку.

Он вытащил юного лорда из комнаты — Рун следовала за ним, схватив свой сапог и подпрыгивая на одной ноге, чтобы его натянуть — и потащил в кабинет Фарланда.

Слой пыли в кабинете был таким же толстым, хотя по стенам змеились трещины, которых раньше здесь определённо не было. Лонклоус обездвижил лорда-констебля, одной рукой удерживая Фарланда за горжет, а другой — направив жезл ему прямо в лицо.

-Пойдём, - мрачно приказал Гулканун, поворачивая голову, чтобы распространить этот приказ не только на Рун и Арклета, но и на своего коллегу-мага и лорда-констебля. - Сейчас надо держаться вместе.

Лонклоус отпустил Фарланда и махнул ему на дверь. Лорд-констебль мрачно выбежал наружу, остальные наступали ему на пятки.

Два убийства, а теперь взрыв, который они торопились расследовать...

-Ах, приключения! - радостно воскликнул Арклет.

Рун рядом с ним закатила глаза.

Гулканун неожиданно засмеялся.

 

***

Настроение наряда боевых магов на стенах морской крепости в северном конце Марсембера было так себе... и становилось только хуже. На берег, прямо на них обрушился сильный шторм, едва не утопивший Марсембер в девятый раз за последние десять дней. Дождь прошёл весь путь с начала до конца — барабанил, потом хлестал, затем заколотил по камням и плитам с достаточной силой, чтобы капли рикошетом могли намочить подбородок снизу. Сейчас дождь начал косить, будто сыплющиеся вниз копья воздушной кавалерии, вонзаясь даже в самые тщательно закрытые лица.

Маги Короны съёжились в своих плащах, набросив капюшоны и опустив плечи. Они уже промокли насквозь и начали замерзать. На стенах охраняющие от дождя заклинания были бесполезны, благодаря старым, могущественным и многослойным печатям, которые защищали башни от враждебной магии.

-Тлуинова погода, - пробормотал один волшебник. Другой рядом с ним в жалком молчании кивнул. Они все с немалым подозрением наблюдали — или пытались наблюдать в этом шторме, разве контрабандисты и работорговцы не обожают такие условия? — за входящим в общественную торговую гавань кораблём. Он качался на диких волнах там внизу, посреди всех поднимающихся и падающих пришвартованных судов, и...

Время пришло. Все до последнего боевые маги сосредоточились на своей работе. Старательные глупцы.

Мэншун произнёс последние слова волшебной формулы, и заклинание в мгновение ока перенесло его из сухого, но затянутого облаками Сюзейла к морским укреплениям исхлёстанного штормом Марсембера.

Он возник сразу за спинами стоявших в ряд боевых магов. В точности, как и планировал. Он позволил себе необходимое для широкой удовлетворённой улыбки мгновение, прежде чем раскинуть руки и прочитать следующее заклинание.

Заклинание бросило всех боевых магов друг на друга, оставляя синяки, ломая конечности, оглушая и лишая их чувств, а затем подкинуло в небо тугим, слабо сопротивляющимся клубком. Маги повисли в воздухе, подвергаясь ударам молний проходящего шторма, пока Мэншун с неторопливой точностью творил следующее заклинание.

Оно ударило магов, будто рухнувшая каменная стена, и швырнуло далеко и высоко сквозь грозовые тучи, вырвав несколько удаляющихся криков. Покалеченные и мёртвые маги рухнули в открытое море за волноломом.

Мэншун посмотрел направо, потом налево. Вдоль укреплений поворачивались головы, в угловых башнях, где стояли на часах пурпурные драконы, на единственных постах в Кормире, где им дозволялось не носить доспехов и стоять без копий наизготовку.

Некоторые из этих часовых с криками бросились в его сторону. Они заметили то, что Мэншун сделал с боевыми магами.

Мэншун практически с нежностью улыбнулся бегущим мужчинам.

-Сокращение числа боевых магов, - произнёс он, - будет делом лёгким и приятным.

И когда самые быстрые из бегущих солдат оказались достаточно близко, чтобы увидеть лицо своего будущего императора, он улыбнулся им широкой приветственной улыбкой — и исчез, оставив драконам рубить и колоть голые, омытые дождём плиты.

 

***

Пыль была повсюду, хотя грохот и тряска прекратились. Фарланд сильно кашлял, но бежал так, будто не нуждался в передышках и воздухе — по угрюмым каменным коридорам, вниз по тёмным лестницам, по другим коридорам и вверх по другим лестницам. Арклет, Амарун и два боевых мага, задыхаясь, бежали следом.

Они всюду слышали крики. Напуганные, встревоженные пленники вопили сквозь решётки на дверях в их камерах. Требовали, чтобы их выпустили, звали на помощь, визжали и всхлипывали, кричали, что их ранило.

-Любой, кто так выразительно умоляет о помощи, не так уж и сильно пострадал, - прокомментировал Лонклоус, пока они миновали одну мольбу за другой, оставляя их без ответа — и неслись вперёд к новым крикам впереди.

Судя по всему, большая часть благородных узников Ирлингстара не пострадала, а просто испугалась. Несколько человек с оглушённым видом блуждали по крепости, моргая сквозь маски густой пыли. Их освободил взрыв, от которого треснули стены и угасли печати вокруг тюремных камер.

Рыскавшие по коридорам магические змеи страха целиком исчезли, и по дороге Фарланд и остальные всё чаще встречали пленников, оказавшихся почти на свободе. Двери камер рухнули или стояли открытыми нараспашку, но люди, которых они должны были сдерживать, дрожали в воздухе, пойманные упрямыми печатями. Печати удерживали заключённых практически неподвижно; если они прикладывали всю свою силу, то могли очень медленно двигаться вперёд.

Фарланд не останавливался. По крутой лестнице, где по-прежнему лежал мёртвый Вандур в ожидании подобающего расследования перед своими похоронами — и наверняка ставший трапезой для крыс, пока взрыв не заставил грызунов разбежаться. Мимо заколоченной шахты, которая служила лифтом — наверх шла пища, вниз ночные горшки — до тех пор, пока там не начали слишком часто застревать узники, сунутые вниз головой в шахту жестокими товарищами и брошенные умирать. Всю дорогу до череды тяжёлых дверей, что охраняли подход к южной башне.

Первые несколько дверей были заперты, но у лорда-констебля, конечно же, были ключи, и он едва сбавил шаг. Вторая пара дверей треснула, но всё ещё стояла, покорожённые замки по-прежнему держали их на месте. Когда ключи не помогли, помог крепкий удар ногой.

Следующие двое дверей стояли приоткрытыми, замки и засовы были сломаны, потолки треснули и просели. За ними, там, где должна была находиться ведущая в южную башню четвёртая пара дверей, виднелся дневной свет.

Лорд-констебль Фарланд неловко заскользил по камням, резко затормозив за третьей парой дверей. Он уставился вперёд, слишком потрясённый, чтобы нецензурно ругаться.

Южной башни... не было.

Вместо каменных комнат и парапетов их встречал прохладный ветер и роскошный вид на удаляющиеся к югу Громовые пики слева. Внизу был виден последний неровный изгиб дороги Орондстаров и великий тёмно-зелёный ковёр Хуллакского леса, простирающийся к юго-западу, насколько хватало глаз.

Фарланд застонал, как будто его вот-вот должно было вырвать.

Амарун нахмурилась от холода, затем спокойно подтянула жилет к подбордку и придержала его там, чтобы развязать намотанную под грудью бечёвку.

Гулканун усмехнулся ей и схватился за один конец бечёвки. Арклет и Лонклоус помогали, её возлюбленный жестом попросил девушку завертеться. Она подчинилась, и в их руках остался хороший кусок чёрного шнура, который Амарун давным-давно приготовила для лазанья, завязав узлы на равных промежутках.

Лорд-констебль осторожно попытался выглянуть за зазубренный край, которым теперь так неожиданно заканчивалась его крепость, и торопливо отступил, когда камни под сапогами просели или посыпались в пропасть.

Когда Гулканун хлопнул его одним концом вервки, Фарланд поднял взгляд, кивнул, схватил протянутый конец, обвязал верёвку петлёй вокруг себя, и спустился за край чуть ли не раньше, чем остальные успели упереться в пол, чтобы удержать его вес.

Рун схватила кусок оторванного стенного кронштейна, чтобы помешать острому краю сломанного камня, за которым исчез Фарланд, перетереть бечёвку, но едва успела подползти туда, откуда смогла сунуть кронштейн под движущуюся верёвку, прежде чем та остановилась, и лорд-констебль хрипло крикнул:

-Поднимайте. Я увидел достаточно.

-Итак, - спросил Гулканун несколько мгновений спустя, когда они помогли Фарланду встать на ноги, - как выглядит это «достаточно»?

Лорд-констебль покачал головой, подбирая слова. Он так побледнел, что старые шрамы и прыщи проступили на его лице, будто жуткий праздничный грим.

-Исчезла не только башня, - мрачно сказал он. - Вся южная сторона... взорвана, каждый этаж стоит открытым. Я видел коридоры, будто колонну дыр до самого низа. Сейчас это выглядит так. Всё проседает.

Пока он говорил, они услышали долгий, медленный громыхающий стук откуда-то из-за края. Это был звук падающих с Ирлингстара ленивым дождём камней. Расколотые блоки под ними начали осыпаться.

Фарланд вздрогнул, как будто кто-то разбил драгоценное украшение.

-Это только начало. Думаю, что до самого центрального колодца здесь небезопасно.

-До ступеней, где упал Вандур? - догадался Арклет.

Фарланд устало кивнул. Казалось, он готов зарыдать.

-Осторожно! - воскликнул Лонклоус, бросаясь вперёд, чтобы схватить лорда-констебля и оттащить его назад. В камне вокруг и под ними зародился глубокий протяжный стон.

Они поспешили назад, за дверные проёмы, где должна была стоять четвёртая пара дверей. Стены справа от них накренились.

У них на глазах медленный крен превратился в неизбежное падение... и рухнул целый контрфорс в стене замка. Падая, он разломился на части, и падение превратилась в громыхающий водопад бьющегося камня, расколовший несколько деревьев и снёсший их в мгновение ока— открывая взглядам двух прятавшихся за деревьями мужчин.

Двух тяжеловооружённых мужчин в разномастных кожаных доспехах, тут и там усеянных горжетами, гульфиками и другими разнообразными кусками металлической брони посреди подсумков, перевязей и рукоятей кинжалов.

Пятеро агентов и офицеров Короны уставились на них.

-Я лорд-констебль Ирлингстара, - проревел Фарланд. - А вы кто такие?

Двое незнакомцев посмотрели на него, заметили, что руки двух человек по бокам от Фарланда подняты, чтобы сотворить заклинание — и что одна из этих рук выглядит, как букет цветов, чьи лепестки быстро вырастают в изгибающиеся, любопытные щупальца.

-Ух, я Харбранд, - выпалил один из мужчин, носивший глазную повязку, а затем ткнул большим пальцем в своего спутника. - А он Хокспайк.

К этим именам они оба присовокупили виноватые ухмылки.

-Эм... может быть, вы дадите нам комнату на ночь? - спросил Харбранд. - Здесь дракон летает!

 

***

Двери хорошо запрятанной в глубине заброшенного крыла королевского дворца Сюзейла комнаты были плотно заперты заклинанием. Некоторые встречи даже для королевской семьи должны были оставаться тайной.

-Глатра, просто смирись с тем фактом, что в определённые вещи не будут посвящать даже тебя. Пока не наступит время, когда тебе можно будет рассказать.

Глатра злобно уставилась на паукоподобного королевского мага Вангердагаста и сплюнула:

-Но я должна была знать об этом всё! Это жизненно важно для моей работы!

-Это всего лишь будет отвлекать тебя от работы, пока мы не поймём, как оно действует и как им безопасно пользоваться, - прохрипел лорд печатей Вэйнренс со своего места в кресле. Он по-прежнему был слаб и бледен, но достаточно восстановился после магической ловушки, почти прикончившей его в дворцовых погребах, чтобы наконец-то подняться с постели. - Мы сможем получить куда больше, если сумеем воспользоваться этим какое-то время до того, как разойдутся сплетни. А сплетни разойдутся быстро, не сомневайся; судя по первым докладам, которые я получил, как только встал на ноги, некоторые лорды уже заговорили о том, что боевые маги в последнее время стали чересчур «бдительными». Поэтому до тех пор, пока тебе действительно не потребовалось знать...

Глаза Глатры вспыхнули, но она отвернулась от него, чтобы уставиться на текущего королевского мага Кормира.

Ганрахаст просто кивнул и сказал ей.

-Всё верно. Поэтому я и отдал такой приказ.

Боевая волшебница Глатра Баркантл в ярости обрушила на стол оба своих кулака, затем развернулась на каблуках к сидевшей рядом безмолвной среброволосой женщине и ткнула пальцем практически в лицо Шторм Среброрукой.

-Но она знала — а ведь она даже не присягала Короне и она не из Кормира!

-Она знала, поскольку проделала большую часть работы по совершенствованию этого, - прорычал Вангердагаст, продвигаясь по столу, как ползущий паук. Глатра в отвращении отпрянула, ненавидя себя за свой страх и черпая свежую ярость в неприятной ухмылке королевского мага. Вангердагаст знал, как она реагирует на него, и намеренно этим пользовался!

-Точно так же знал я, потому что я доделал остальное, - добавило паукообразное существо, после чего быстро развернулось и поползло прочь.

-И на самом деле леди Шторм присягала короне — и она из Кормира, - тихо сказал Ганрахаст.

-Но не нашему королю! И она не гражданин, обитающий в наших границах, который платит налоги! Она злоупотребляет титулом, дарованным ей несколько веков назад!

-Что касается этого, - с неожиданным пылом сказал Вэйнренс, - мы, боевые маги, все злоупотребляем. Это то, что мы делаем. Заканчивай, Глатра. Я не знаю, сколько ещё смогу продержаться без сна.

Глатра отвела от него взгляд, посмотрев на Шторм. Сохраняя молчание, Шторм дружески улыбнулась ей, но Глатра резко отвернула голову.

И обнаружила, что глядит на королевского мага Ганрахаста, который печально покачал головой, достал из пояса шкатулку, открыл её и принялся раскладывать содержимое в сверкающий ряд в центре стола.

Абсолютно одинаковые кольца. Прямые полоски, за исключением небольшой острой драконьей морды. Командные кольца боевых магов.

-Посредством этих колец действует магия мысленной связи, - произнёс он.

-Действующая мысленная связь? - Глатра не сумела скрыть своё недоверие.

Ганрахаст моргнул.

-Ну, хм... до сих пор с ума никто не сошёл.

 




#96227 Эльминстер в ярости: пятнадцатая глава

Написано Redrick 18 Сентябрь 2017 - 12:31

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

НАКАЗАНИЕ ЗА ИЗМЕНУ — СМЕРТЬ

 

Симбул позволила своей голове упасть назад на плечи. Она была истощена, дрожала от усталости и даже близко не закончила.

И боль станет лишь сильнее.

Синий огонь во все стороны бежал по её телу, быстрее и быстрее, вой двух шаров синего пламени в её руках, которые становились всё больше и больше, превратился в громкий, непрекращающийся рёв. Тёмные существа, оседлавшие тени, корчились и визжали от страха, проносясь мимо.

Руки Симбул почернели, но пока не обуглились, обожённые, но не сгоревшие. Языки синего пламени вдвое превышали её рост, огромные вспышки, коловшие небо — и гнулись внутрь, соединяясь в воздухе высоко над ней. Там синие огни недолго поборолись, затем вспыхнули с новой яростью, образуя единую бушующую и кипящую сферу ослепительно синего пламени, которое...

Перелилось через край и рухнуло вниз в трещину, как иссякший гейзер. Следом за этим потоком из меча и чаши в руках Симбул полетели копья синевы, лучи зловещего света, пронзая клубящиеся тени в глубине разлома.

Симбул накренилась в воздухе до тех пор, пока не смогла взглянуть в разлом под собой, повела дрожащими руками, чтобы нацелить исходящие из сжимаемых ею предметов лучи. Её тело содрогалось от напряжения, поражая разлом далеко внизу.

Она стала смещаться вперёд и назад, перемещая негаснущие лучи, дождём сыпавшиеся на фиолетовое мерцание в глубинах, пытаясь выжечь его.

Это мерцание медленно угасло, потемнело, и колыхавшиеся тени угасли вместе с ним, превратившись в редкие лохмотья вместо длинных змей.

Симбул не теряла бдительности, продолжая следить и целиться, убеждаясь, что яркое синее пламя, которое она направляла, поглощает тень...

Неожиданно тёмные ленты вихрем закружились вокруг, как будто их засасывало в слив, поток монстров уменьшился до нескольких упирающихся особей, тени вокруг них отступили, обнажая... прежнюю пустоту.

Тени перестали двигаться.

Фиолетовое мерцание исчезло.

Из разлома больше не дул ветер. Это была просто тёмная расщелина из голого камня, а не бездна, рождавшая поток чудовищ.

Симбул медленно вылетела из щели, несколькими вспышками синего пламени испепелив самых неторопливых из последней убегающей в леса пригоршни монстров.

Затем она полетела прочь, медленно и устало, обмякнув в воздухе, как мёртвое существо.

Скоро, Алассра, мягкий, но сильный голос прошёптал из воздуха вокруг. Нежные слова громом отдавались в её душе.

Скоро придёт остальное, чего ты так жаждешь. Остальное, сполна заслуженное тобой.

 

***

Комната была тёмной и маленькой, зато богато обставленной, и единственное кресло оказалось удивительно удобным для такого монструозного интерьера.

Сронтер-алхимик наверняка бы нервничал, сидя в одиночестве в темноте, в величественном сюзейльском особняке, где, как он знал, ему не место. Но будущий император Кормира в теле алхимика, сам запершийся в этом помещении, с большим удовольствием устроился в кресле, закинув сапоги на позолоченный столик.

Строго говоря, он был не один. Компанию ему составляли съёжившиеся останки сознания Сронтера, забившиеся в тёмный угол в собственном разуме алхимика, а кроме того, под раздутой грудью его сюрко прятались несколько мелких созерцателей на тот случай, если чудовища потребуются ему для доставки срочного сообщения, предупреждения или для погони за кем-то.

В настоящий момент, однако, он был расслаблен и доволен, а его внимание сосредоточилось на расстоянии нескольких комнат от его маленького и тёмного убежища.

В том другом, лучше освещённом помещении происходила встреча. Совет, который он заставил случиться, дёргая за свои ментальные ниточки. Собрание, в котором приняли участие некоторые из завербованных им дворян и многие другие члены кормирской знати — люди, которых он надеялся поставить под свои знамёна , не вторгаясь напрямую к ним в головы. Поскольку каждый новый разум, в который он проникал, становился ещё одной возможной брешью в его доспехах, ещё одной возможностью, что назойливые боевые маги его обнаружат. Так что благодаря терпению, которым Мэншуна наделило избавление от Эльминстера, настал час проверить, можно ли склонить ничего не подозревающих лордов на свою сторону с помощью аргументов и их собственных слабостей вместо того, чтобы использовать принуждение.

Всё шло хорошо. Языки собравшихся вокруг стола лордов развязало вино, и они шумно пришли к выводу, что хотя режим Обарскиров прогнил целиком и полностью, и в конце концов ради блага королевства его придётся свергнуть, в текущее время самой большой угрозой свободе и здоровью королевства являются царедворцы, одинаково обманывающие королевскую семью, знать и простолюдинов, искажающие волю Короны ради собственной выгоды, и (как только что сказал лорд Хэльдаун) «одинаково угнетающие всех нас».

Все согласились, что цареубийство, каким бы соблазнительным оно не казалось, приведёт к открытой гражданской войне и долгому периоду смуты, загубив то самое прекрасное королевство, которое они так желают освободить. Поэтому вместо покушения на короля Форила — который, в конце концов, был уже стар и (как выразился лорд Таселдон) «скорее всего скоро умрёт сам» — необходимо было попробовать избавиться от худших из царедворцев.

Определённые личности при дворе, наихудшие из «тайно правящих всеми нами выскочек» (снова лорд Хэльдаун) должны были по очереди погибнуть в череде «несчастных случаев». При правильном, в сторогой последовательности, исполнении, эти пропажи вызвут минимальные подозрения у боевых магов, ослабят эффективность служб Короны и освободят места для более молодых царедворцев, которых легче будет подкупить.

-Драконий Трон, как и любой другой трон, стоит на ножках — на тех, кто исполняет королевские приказы. Если мы одну за другой уберём эти ножки, рано или поздно трон рухнет, - злорадствовал лорд Блэксильвер.

-И хотя наказание за измену — смерть, - добавил лорд Таселдон, - избавление королевства от коррумпированных, верных лишь себе царедворцев — это нечто совсем иное. Нечто... патриотическое!

-Так кто же, милорды, - промурлыкал королевский канцлер, - должен стать первым царедворцем, от которого мы избавимся?

Последовало недолгое молчание, прервавшееся, когда все заговорили одновременно. Имена назывались одно за другим с почти непристойным энтузиазмом... и когда поток предложений наконец иссяк и снова наступила тишина, оказалось, что одно имя называли намного чаще других.

Реншарра Айронстейв, госпожа списков. В качестве главы налоговых оценщиков она могла быть хоть самым дружелюбным из созданий, но по самой природе её должности всё равно оставалась колючкой в боку знати и богатых землевладельцев. Впрочем, так случилось, что самым дружелюбным из созданий она не являлась. Упрямая и острая на язык, проницательная женщина, которая, казалась, могла почувствовать обман ещё до того, как её попытаются обмануть, она не поддавалась ни на какие попытки подкупа или мошенничества — и, казалось, получала немалое наслаждение, раскрывая даже самые мелкие грешки знати и делая публичный пример из тех, кто пытался уклониться от уплаты налогов.

Мэншун в своей комнате улыбнулся. Значит, в конце концов всё свелось к личным интересам. Что ж, хорошо было знать, насколько благородные лорды Кормира в действительности благородны.

-Я привык думать, что наши боевые маги — это всё маленькие Вангердагасты, - сказал лорд Хэльдаун. - Юные глупые волшебники со всех Королевств, которых он нашёл и использовал на них свою магию разума, чтобы превратить в своих маленьких рабов. Может быть, так и было. Он так быстро узнавал обо всём, что происходило в королевстве за закрытыми дверями, будто видел и слышал это лично. Но я сомневаюсь, что та чужеземка, Каледней, и этот слабак Ганрахаст, с которым нам приходится иметь дело сейчас, освоили этот трюк. В наши дни боевые маги совершают ошибки, зачастую намеренно или неосознанно действуют друг против друга, и кажутся не более сплочёнными, чем, скажем, наши пурпурные драконы. За ними больше не стоит могучий маг, способный порхать из одной головы в другую и двигать их, как пешки на шахматной доске. Ведь именно таким образом Ванги смог пережить все эти покушения. Он бросал своё тело и прыгал через пол-королевства, чтобы оказаться в чужой голове, затем возвращался и наколдовывал себе новое.

-Согласен, боевые маги были такими, - заговорил лорд Таселдон, - но это прошло. Последние несколько дней они кажутся... другими. Бдительными, готовыми к неприятностям. Сейчас какой-то волшебник снова соединил их мысли воедино — впервые за очень долгое время.

Лорд Лорун с интересом подался вперёд.

-Кто? Наверняка же не этот милый, чувствительный дурень Ганрахаст?

-Ха! Если бы он мог, то уже давным-давно бы это сделал, разве нет? Не его имя шепчут во дворце. И придворные, и драконы шепчут имя «Эльминстер».

Лорд Хэльдаун сморщенной рукой отмахнулся от этого заявления.

-Легендарный Безумный маг Мистры? Сейчас ему должно быть несколько тысяч лет — если он по-прежнему жив! Вы что, считаете нас тупицами, которые могут в такое поверить?

-Нет, я считаю, что наших пра-прадедов, и их пра-прадедов тоже, обманули. Я слышал, что Эльминстер сумел прожить несколько веков, потому что на самом деле разум Эльминстера вторгается в одного волшебника за другим и порабощает их. По дюжине за раз, так что некоторые из них обязательно выживают, что бы ни случилось. Конечно, от этого они все сходят с ума, но какие из волшебников не сходят? Я думаю, что прямо сейчас он находится в головах всех до единого проклятых боевых магов — или скоро будет.

Мэншун напрягся в своём уютном кресле. У него отвисла челюсть. Лицо неожиданно погорячело, и зеркала вокруг все разом показали, что его глаза пылают...

Могло ли это быть правдой? Мог ли Эльминстер в самом деле управлять сознанием магов кормирской Короны?

Будущий император Кормира встал и принялся шагать из стороны в сторону, что в крошечной комнате было не так уж просто. Он шагал снова и снова, его мозг погрузился в яростные размышления.

Это могло быть правдой! Проклятые боевые маги, все до единого...

 

***

-Аргх! - захрипел от боли Харбранд, в пятидесятичетверотысячный раз ёрзая в седле и потирая глаз под повязкой. Глаз зудел, а его пах уже давным-давно превратился в один большой и болезненный синяк. - Эти сёдла удобнее не становятся!

Ответом Хокспайка стало угрюмое ворчание. Поездки всегда причиняли ему массу неудобств, поскольку он даже в седле с высокой задней лукой он висел тяжело, как мешок картошки.

-Надо было тебе надеть гульфик побольше.

-Гульфиков побольше просто не существует, друг мой Хокспайк! Для человека...

-Одарённого, как несколько соревнующихся жеребцов? Я уже слышал все твои коронные фразочки, помнишь? Скажи мне, сработали они на Старике Скаллгрине?

-Хок, леди Донингдон — наш клиент. Вряд ли я бы сумел заполучить заказ — или сбежать из её особняка, не получив хлыстом по заднице — если бы заговорил в таком тоне!

-Прежде тебя это не останавливало, - угрюмо напомнил партнёру Хокспайк.

Харбранд вздохнул.

-Хок, это ни к чему нас не приведёт, и несмотря на эти жалкие подобия лошадей...

Третья пара украденных напарниками скакунов оказалось не настолько свежей и крепкой, как они рассчитывали. Недавно лошади начали спотыкаться и принялись шататься от усталости. Но дикие горные края вокруг были не лучшим местом для привала. Грубые каменные вершины с одной стороны, кишащий разбойниками и чудовищами лес Хуллак с другой...

-...до Ирлингстара осталось уже недалеко.

-Наконец-то.

-...наконец-то, и правда, и нам давно уже пора придумать план — хоть какой-нибудь — того, как мы собираемся выполнить поручение леди Донингдон.

Хокспайк сплюнул на беззащитный камень, мимо которого они проезжали. Целился он в другой, но, по крайней мере, попал всё-таки в камень. Впрочем, камней вдоль этого забытого богами подобия дороги хватало.

-Ну так говори.

Леди Донингдон наняла их для освобождения своего сына и наследника, молодого лорда Джерессона Донингдона, который был заточён в Ирлингстаре. Они должны были доставить его через границу в Боушотгард, охотничий домик в лесистой северной части Сембии.

Однако оба уцелевших партнёра из «Опасности по найму» догадались, что в Боушотгарде их скорее всего убьют вместо того, чтобы вручить обещанную плату, поэтому выработали собственный план действий.

Они освободят Джерессона, доставят его в Сембию, опоят сонным зельем, свяжут и спрячут его. Затем наймут сембийского посредника, который отправится в Боушотгард с новостями о том, что Харбранда и Хокспайка предали и убили нанятые ими люди, которые теперь требуют большой выкуп за Джерессона. Посредник якобы чтит Багамута, лорда правосудия, превыше всех прочих богов и был потрясён поведением своих товарищей — поэтому он сбежал, чтобы рассказать о местонахождении Джерессона в Боушотгарде.

Если люди в Боушотгарде не поверят посреднику, или узнают у него правду с помощью магии, или прикончат его, Хокспайк и Харбранд просто отправятся дальше, забыв про золото Донингдонов, чтобы испытать судьбу в северовосточной Сембии и более отдалённых местах. Но если союзники Донингдонов в Боушотгарде отправятся на поиски Джерессона, «Опасность по найму» в качестве оплаты за выполненное поручение сможет скрытно забрать всё, что унесёт из Боушотгарда, и двинуться дальше куда более богатыми людьми.

Однако все эти размышления начинались со слов «освободить Джерессона», и именно эта часть требовала дальнейшего обсуждения. У них было сонное зелье и моток вощённой верёвки, которой можно связать пленника. У них был даже мешок на голову, чтобы заглушить и ослепить его. У них было слабое представление о планировке Ирлингстара, имена сенешаля и лорда-констебля. И это практически всё, что у них было.

Харбранд улыбнулся партнёру слабой кривой ухмылкой. Ухмылкой, которую более цивилизованные люди назвали бы «сконфуженной».

-Ну, - начал Харбранд, не имея ни малейшего понятия, что он собирается сказать дальше, - я...

В поле зрения над вершинами деревьев показалось что-то серое, и он с благодарностью прервался, чтобы указать в ту сторону и воскликнуть:

-Смотри! Наша цель, замок Ирлингстар!

Хокспайк нечленораздельно буркнул, мастерски сумев передать, насколько он не впечатлён.

-Похоже на...

Какое бы архитектурное суждение он ни намеревался вынести, оно оказалось навсегда утрачено в результате последовавших событий.

Раздался внезапный оглушительный рёв, эхом отразившийся от горных склонов, и на стене замка-тюрьмы прогремел сопровождавшийся яркой вспышкой и взметнувшимися клубами дыма взрыв.

После этого что-то большое, чёрное и чешуйчатое быстро полетело прочь от крепости, взревев от испуга и боли.

Дракон! Чёрный дракон повернул обратно к горам, издавая глубокие и злобные стоны.

Хокспайк посмотрел на Харбранда, Харбранд посмотрел на Хокспайка. Затем они оба пришпорили лошадей, торопясь к Ирлингстару.

Их измученные лошади, запротестовав, перешли на неровный галоп, и двое наездников снова подверглись мучениям болезненной тряски в сёдлах.

Два уцелевших партнёра «Опасности по найму» обменялись взглядами во второй раз.

После чего с силой натянули поводья.

Если дракон направится в эту сторону...

Оба каким-то образом сумели удержаться в седле после последовавшего дикого брыкания и вставания на дыбы.

Но после этого они решили торопливо спешиться и привязать фыркающих, мотающих головами лошадей к ближайшим деревьям. Оба мужчины отвязали свои седельные сумки и поспешили в укрытие.

Их мечи и кинжалы были недавно наточены, и легко рассекли путы, позволяя коням отправляться, куда глаза глядят.

В зияющую пасть разозлённого дракона, к примеру...

 

***

Двоё наёмников бросились назад к деревьям, подхватили седельные сумки и побежали.

Скоро они начали задыхаться — сумки были храстово тяжёлыми — но продолжали бежать, пока не выбились из сил.

Тогда они рухнули на мёртвую листву и сухие иголки, чтобы улечься бок о бок, задыхаясь.

Они находились достаточно далеко от того места, где освободили лошадей, но слишком углубились во мрак бесконечного леса.

Напарники взглянули в ту сторону, где свет солнца был ярче всего. Им придётся вернуться к краю леса, где была дорога, и проделать остаток пути до Ирлингстара пешком, оставаясь под деревьями.

Взрывы, драконы... те дополнительные подношения, сделанные ими и Тиморе, и Бешабе сразу, не принесли друзьям ничего, кроме их обычной удачливости.

-Я же говорил тебе, - неожиданно начал Харбранд. - Краденные вещи не годятся для подношений. Богини всё знают.

Ответ Хокспайка был немедленным, язвительным, и скорее всего оскорбил Тимору с Бешабой куда сильнее, чем любое подношение.

 

***

-Здесь я — лорд-констебль, - резко напомнил Фарланд высокому, немногословному и плосколицему боевому магу.

-Так и есть. Я почти сумел об этом забыть, несмотря на ваши постоянные напоминания, - отозвался Гулканун. - Почти.

И подмигнул.

Фарланд с удивлением обнаружил, что готов улыбнуться. Этот Дут Гулканун был... приятным. Немного чересчур ироничным, но куда менее раздражающим, чем лорд Делькасл, Властелин Насмешек. Храст его побери, этот человек нравился Фарланду.

-Очень хорошо, - сказал он, быстро поворачиваясь, чтобы уставиться на другого боевого мага — носителя проклятья, которое заставляло его руку постоянно изменяться. Как обычно, тот подошёл беззвучно и встал слишком близко. Слишком близко, чтобы напрячь любого человека, а не только тюремщика, обученного избегать подобных вещей, держать заключённых на расстоянии и оставлять себе достаточно места для взмаха мечом или булавой.

Этот человек ему не нравился. Скользкий, с языком без костей, его слова и действия не заслуживали никакого доверия. Повстречай его Фарланд впервые, не зная, что этот Лонклоус — боевой маг, он принял бы его за мошенника. Лонклоус был точь-в-точь таким же, как благородные гости Ирлингстара.

Да, мужчина казался лорду-констеблю заключённым, а не уважаемым офицером Короны. Останься они наедине, Фарланд мигом бы ему напомнил, что наказание за измену — смерть.

-Очень хорошо, - повторил он, наступая на раздражающего Имбрульта Лонклоуса до тех пор, пока тот — лорд-констебль привык отмечать и запоминать такие мелкие победы — не отступил, - сделаем это по-вашему.

-И вы поверите в тот ответ, с которым я вернусь?

Фарланд кивнул, сумел подавить вздох и повторил:

-И я поверю любому ответу, с которым вы вернётесь.

 




#96226 Эльминстер в ярости: четырнадцатая глава

Написано Redrick 11 Сентябрь 2017 - 10:43

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
СПОЛНА ЗАСЛУЖЕННАЯ СУДЬБА

 

Эльминстер приземлилась тяжёло, беспомощно соскользнула по мелкой щебёнке и ударилась о булыжник.

Боль была настолько сильной, что она вздрогнула. Похоже, рёбра дроу были не крепче человеческих.

Она застыла на месте, стиснув зубы, чувствуя пронизывающую каждый вздох агонию, пока её руки и ноги не перестали дрожать.

Замёрз, как зимний лёд, принц Утраченного Аталантара?

Несмотря на резкость, насмешки Симрустар были... любящими, да.

Ну конечно, Эл. Я люблю тебя, и теперь ты — всё, что у меня осталось. На то краткое время, что у меня ещё есть.

Эл послала тепло, чтобы обогреть и утешить этот грустный мысленный голос, затем заставила себя отползти от булыжника и проложить путь к заваленной камнями расселине. Прочь с открытого склона, подальше от глаз возвращающегося дракона — и как раз вовремя.

Она потерялась в медленной, осторожной и кажущейся бесконечной работе по нахождению очередной опоры, решению, где можно отпустить камни и упасть, а где — отдохнуть и использовать крошечные искорки серебряного огня, чтобы исцелить сломанные и кровоточащие пальцы или восстановить треснувшие рёбра или ступни — и один раз, после того, как она неожиданно оскользнулась, большую часть костей в своём новом теле.

Ты не слишком хорошо о нём заботишься, поддразнила Симрустар. Это намного облегчило оставшийся спуск, поскольку Эл провела большую его часть, вспоминая полузабытые ругательства и грубые выражения, чтобы бросить их своей ментальной гостье в неком подобии весёлой игры — гаснущее эхо эльфийки, так давно встреченной ею в Корманторе, с притворным ужасом принималось отрицать то, как её называли, объявляя себя возмущённой, обесчещенной и того хуже...

А потом бесконечный спуск почти закончился, и с неба не бросился изрыгающий кислоту или кусающийся и хлестающий жестокими когтями дракон, и Кормир перестал быть распростёршимся перед нею великим зелёным ковром, превратившись в отдельные устремлённые в небо деревья, сливающиеся в близкий горизонт.

Эл застыла на корточках на последнем выступе над землёй. Она находилась на высоте пяти человеческих ростов от подлеска и мёртвых деревьев, и нижние три из этих пяти представляли собой не грубый горный камень, а выступающий склон рыхлой земли и гравия, смытых с горы частыми бурями и исчерченных бесчисленными канавами, проделанными стекавшей вниз водой. Она видела тени под стоящими рядом с изгибающейся лентой дороги к Орондстарам деревьями. Эти тени падали на усеянный солнечными зайчиками лесной пол восточной границы Хуллака. Скорее всего, этот бескрайний лес станет её спальней на будущую ночь — спала она внутри любой магической защиты, которую могла возвести. Учитывая, что все драконы в той или иной степени способны унюхать или почувствовать магию, от драконьего логова стоит убраться как можно дальше. И лучше заняться этим без дальнейшего промедления, и...

Там. Вон там. Она могла напиться из того ручья, затем ступить под лесные своды, и...

Стойте, а это что?

Прямо из-под выбранных ею деревьев в поле зрения вышел человек, истощённый и промокший от пота. Он сжимал кинжал, по руке сочилась кровь, капая с костяшек и кончиков пальцев. Он едва держался на ногах, продолжая шагать лишь усилием воли. Одежда охотника, лёгкая, но прекрасно изготовленная кожа, практически униформа...

На среднем пальце обеих рук по кольцу! Боевой маг!

Эл обернулась кругом, опустилась с уступа, повисла на кончиках пальцев — и отпустила руки, разворачиваясь в воздухе.

Она приземлилась на склон вполоборота, соскользнула, угодила ногой в неподатливый камень и полетела вверх тормашками, чтобы остановиться в грязной канаве, по дороге смяв несколько кустов крапивы. Она подняла взгляд и увидела боевого мага...

Тот испустил последний вздох, из ослабевшей руки выпал кинжал — с трёх сторон его пронзили три клинка.

Храст, слишком поздно! Слишком часто было слишком поздно!

Стиснув кулаки, Эл зашипела от закипающей ярости. Из лесного мрака выбежал четвёртый мужчина. Его меч был занесён, чтобы обрушить жестокий удар на горло уже захлёбывающегося кровью мага Короны, умиравшего стоя на ногах и не падавшего лишь из-за трёх по-прежнему торчащих в теле клинков.

Боги, почему такая судьба слишком часто настигала тех, кто пытался делать добро или сражаться за порядок? Эл выбросила руку и послала в убийц мага молнию. Сорвавшаяся с кончиков пальцев молния не просто затрещала, а взревела от ярости. Длинный, ослепительный разряд пронёсся над канавой, дорогой и второй канавой, ярко вспыхнул во мраке, врезался в нападавших, их мечи и раскололся, принявшись скакать между мужчинами, пока они кричали и бились в конвульсиях, пойманные в его коротких ярких вспышках.

Боевой маг осел. Его голова безвольно качнулась. Молния едва тронула его... он был уже мёртв. Четверо нападавших качались, вопили и пританцовывали, их руки и ноги непроизвольно дёргались, их волосы встали дыбом, а их глаза и рты широко распахнулись от боли. Затем что-то вырвалось из груди боевого мага, разовав кожу его жилета. Что-то яркое, изрыгающее многочисленные разряды. Амулет смерть-молнии!

Уже угасающая молния Эльминстер по сравнению с этим была почти нежной. На короткое время боевой маг превратился во вращающийся волчок, исторгающий во все стороны молнии. Эл была рада, что лежит по грудь в грязи и крапиве, поскольку мужчины среди деревьев — кроме тех четверых, что она увидела, там было шестеро-семеро или даже больше, прибежавших, чтобы присоединиться к убийству, — подверглись жестокому правосудию.

Когда заряд амулета кончился, окоченевшее тело его носителя беззвучно рухнуло на мёртвые листья и опавшие ветви, и на краю леса остались стоять только трое. Все серьёзно пострадали, покачивались и стонали. Остальные неподвижно распростёрлись на земле.
Эл поднялась на ноги, перебралась через канаву, дорогу и канаву на другой стороне дороги, и оказавшись под деревьями бросилась в сторону резкого, похожего на подгоревшую свинину запаха жареной человечины, которую, как Эл знала, она обнаружит.

-Кто ты такой? - требовательно поинтересовалась она у первого найденного живого мужчины.

Он повернул к ней искажённое от боли лицо, зарычал от бессловесной боли и злости и попытался рубануть её коротким мечом, который Эл до сих пор не заметила. Его неловкий удар прошёл мимо и заставил мужчину рухнуть ничком. Она бросилась дальше.

-Кто ты такой? - спросила она у следующего. Тот бросил на неё безумный взгляд: половина его лица сползла, как будто оплавившись, и его зрачки были разной величины.

-Кому ты подчиняешься? - рявкнула она.

-Б-б-броудшильду, - выдохнул он и упал. Итак, это были знаменитые Звери Броудшильда, разбойники, которые...

С неба упала тень.

Эл бросилась к ближайшему большому дереву. В воздухе прямо у её подбородка свиснула стрела, а вторая провизжала сразу за спиной. Затем она оказалась под деревом, обогнула его и прижалась к стволу, пытаясь не шевелиться.

Она видела, что в к ней бегут новые разбойники, продираясь через лес с луками в руках и убийством в жестоких глазах.

До передней пары оставалось не больше дюжины шагов. Луков у них не было, зато были длинные ножи, и разбойники должны были достичь её примерно за один вздох. Трещал густой подлесок, который они ломали, приближаясь к ней, поднимая ножи — и внезапно что-то крупное, чешуйчатое и чёрное нырнуло и с ослепительной скоростью схватило их.

Оно оставило за собой залитую солнечным светом прогалину, которого раньше здесь не было — несколько деревьев надломились и рухнули, а листья других посыпались вниз следом за большим чёрным драконом, так тесно прижимающимся к горному склону, что его большие крылья, похожие на крылья летучей мыши, трепетали от прикосновения проносящихся под ними камней. По мере того, как он набирал высоту, с него сыпались новые ветки и листья. Упало ещё и что-то тёмное и влажное. Что-то, похожее на человеческую ногу.

Новая залитая солнцем прогалина стояла пустой. Двое Зверей, торопившихся прикончить Эльминстер, исчезли.

Эл оставалась неподвижной, глядя, как Алоргловенемаус разворачивается в воздухе по широкой дуге, которая должна была вывести его в стремительное пике прямо... на её дерево.

Она поспешно ретировалась к следующему стволу, не отрывая взгляда от великого чёрного вирма. Его челюсти сжимали сундук с драгоценными камнями, его глаза пылали от гнева, а его когти медленно сжимались сквозь два влажных куска, когда-то бывших людьми.

Новые Звери Броудшильда почти достигли светлой прогалины и замедлили свои шаги, чтобы поглазеть на проделанную драконом борозду.

Тот сделал ещё одну — прямо через них.

Огромные когти вцепились и принялись сжиматься, и во все стороны прыснули вопящие люди. Крылья снова захлопали по горному склону, когда дракон принялся подниматься, напрягая плечи и взмахивая крыльями — и когда он достиг облаков, то отпустил всё, что сжимал в когтях. Эл видела, как падают крошечные фигурки, слышала отчаянные крики, и неожиданно для себя задрожала. Затем, когда позади неё начали раздаваться слабые и далёкие звуки падающих тел, она повернулась и бросилась в лес, разыскивая деревья с густой листвой.

Грохот третьего и четвертого драконьих визитов раздался далеко позади неё, но к тому времени, как Эл осмелилась устало вернуться к проделанному драконом шраму, Алоргловенемаус медленно летел над деревьями, изучая единственное тело в своих когтях. Он узнал этого мертвеца, с отвращением швырнул его вниз, и повернул назад, в своё логово.

Эл снова прижалась к стволу и стояла так долгое время, ожидая, не вернётся ли дракон — но больше тот не появлялся.

Было время, когда я могла спасти одинокого мага, победить всех этих бандитов и дракона, не убивая их, и...

Да, было время.

Мы все стареем, Эльминстер, напомнила ему Симрустар. Мы все слабеем. Каждый из нс, Избранный, простолюдин, или свирепое чудовище. Так устроен мир.

-Я... - вслух хрипло отозвалась Эльминстер. - Я... устала от того, как устроен мир. И всё чаще кажется, что мир тоже от меня устал.

Ты зол? Или тебе грустно?

-И то, и другое. Сейчас скорее грустно.

Это лишь сейчас. Голос в её голове стал глубже, и на мгновение звучал так, будто принадлежит не насмешливой и саркастичной Симрустар, а давно сгинувшему Хелбену, пророчащему злую судьбу.

-Сейчас, - прошептала деревьям Эл, не отрывая взгляда от горного склона там, где должен был появиться дракон, если снова покажется из своего логова.

Но дул ветер, тишина растягивалась, а дракона не было.

В конце концов она осмелилась подойти к телу павшего боевого мага. Немногие кормирские маги Короны расхаживали вокруг с таким амулетом; должно быть, это был кто-то важный. Либо он не надел один из тех зачарованных плащей боевых магов, что могли телепортировать владельца прочь от любых угроз, на эту маленькую лесную вылазку, либо потерял его где-то по дороге.

После того, что сделал амулет, нечего было и надеяться исцелить мужчину; выше талии и ниже плеч от него мало что осталось. Эл сняла с мёртвых пальцев кольца, быстро проверила сапоги и пояс на предмет ещё чего-нибудь интересного — два кинжала и несколько сумок с материалом для заклинаний, по большей части, испорченным — затем поспешила обратно в лес, пытаясь идти более-менее параллельно вьющейся дороге Орондстаров, но при этом держаться подальше от трупов. Когда наступит закат, не будет недостатка в голодных падальщиках. Крайне желательно было найти ручей и пройти по нему какое-то время, чтобы сбить со следа всех, кто мог идти за ней по запаху. Что же до колец...

Эл изучала их на ходу. Первое — обычное кольцо боевых магов. Она надела его на средний палец левой руки, точно так же, как носил кольцо настоящий владелец. Второе... могло ли оно быть кольцом командующего? Нет, простое, но с небольшим треугольником «драконьей морды» вдоль пальца... это что-то другое. Да... командное кольцо, какое носили члены команд по выполнению особо опасных миссий, учреждённых когда-то Каледней. Какая удача! Эл надела его на другой средний палец и пробормотала слово, которое заставит кольцо считать её своим законным владельцем.

-Бреннон Лаксар, боевой маг, - торжественно провозгласило кольцо грубым мужским голосом.

Значит, Эл стала свидетельницей последних измученных, спотыкающихся мгновений жизни Бреннона Лаксара — предводителя команды боевых магов из Иммерской крепости, если она правильно помнила. Лаксар вполне мог быть последним выжившим из своей команды, которого выследили и убили Звери Броудшильда. Убили ли они сначала всех остальных?

Эл вздохнула. Столько смертей... столько плохих вещей, с которыми она ничего не могла поделать. Даже когда она оказывалась на месте вовремя, у неё мало что получалось — или не получалось совсем ничего...

Кольцо Лаксара открыло её разуму, что оно... похоже, обладает обычными силами: может записать четыре устных сообщения, задействовать заклинание магического послания и хранить небольшую целительную магию. Кроме того, вспомнила Эл, кольцо легко могли отследить издалека другие боевые маги.

Устало пробираясь через лес, Эл прослушала четыре сообщения в кольце. Одно из них было поздравлением с «удачно решённой задачей» от какого-то неизвестного мужчины постарше с угрюмым голосом, который закончил фразой: «Твоей наградой станут задания потяжелее — сполна заслуженная судьба». Другое послание — задыхающийся женский шёпот: «Я люблю тебя, будь осторожен». Третье — строгая последовательность инструкций по нахождению тайника где-то в городском переулке... а четвёртое умоляло: «Разделайся с этим побыстрее, затем отправляйся в замок Ирлингстар, чтобы заняться убийствами, прежде чем Вандур и его парни успеют всё испортить».

Что ж, это Эльминстер сделать могла и сделать собиралась. Она пойдёт в Ирлингстар — возможно, слишком поздно, чтобы не позволить Вандуру устроить беду, но всё же пойдёт, и притворится там боевым магом Бренноном Лаксаром. Она скажет, что упала в ведущую в Подземье шахту, сражалась там с ужасными существами, была смертельно ранена и погибла в жутком месте, которое, судя по всему, оказалось тем, что некоторые мудрецы называли земным узлом, где скапливается магия самого Фаэруна. Позднее она каким-то образом очнулась в этом теле дроу, помещённая туда магическим проклятьем, или капризным божеством, или безмозглой магией этого жуткого места, или чем-то... Да. Ей хватит ментальной свирепости, чтобы сразиться с любым боевым магом, который попробует проникнуть в её мысли...

И если не хватит тебе, хватит мне, вмешалась Симрустар.

..и так она и поступит. Будет изображать Лаксара, хоть на протяжении обычной человеческой жизни, если потребуется. Это станет её первым шагом к вербовке боевых магов на службу Мистре. Мэншун или кто-то другой не узнают, что знаменитый Эльминстер по-прежнему жив.

 

***

-Ганрахаст! Вот ты где!

Королевский маг моргнул, поднял взгляд от большой кучи карт, чертежей и письменных докладов, над которой он склонился, и улыбнулся.

-А! Глатра! Хотела меня видеть?

Если боевая волшебница Глатра и заметила, что улыбка её начальника казалась немного вынужденной и усталой, то виду она не подала. Она была слишком разгневана, чтобы замечать то, что не орало не неё, не тыкало мечом или копьём в её сторону, и не швыряло заклинания, которые стремились отделить её задние зубы от остального тела.

-Ещё как, храст побери! - гневно выпалила Глатра, громко захлопнув за собой дверь, чтобы ни один дворцовый слуга или стражник не подобрался подслушать. - Это Шторм Среброрукая!

-А! Ты получила свои обычные доклады, и...?

-Получила, и наши коллеги практически единодушно сообщают мне, что у этой женщины, похоже, есть крылья! Или она способна без устали телепортироваться, возникая, где пожелает, как божество! Похоже, Шторм Среброрукая появлялась тут, там, повсюду, по всему Сюзейлу и практически в каждой комнате этого дворца, не говоря уже о ежедневных визитах в Перепутье, Эспар и... и почти в каждое село и деревеньку по всему Кормиру! И они утверждают, что она проходит мимо патрулей, стражи у ворот и всех прочих, как будто носит кольцо командующего!

Ганрахаст кивнул.

-Эти доклады верны.

-Ну так что, во имя Дракона, происходит? Почему ей позволено это делать?

-Такова королевская воля, - вежливо сказал Глатре Ганрахаст, - Я думаю, что он ценит верных дворян нашей земли, а она ведь и в самом деле маркиза Иммердаска, каким бы древним не был этот титул. Она делает важную для Драконьего Трона работу. Успокаивает многих благородных лордов, пытаясь укрепить их верность короне после катастрофы на совете.

-О? А все доклады, что достигли моих ушей, утверждают, что она посещает простолюдинов, - отрезала Глатра. - В кузнях, лавках, дубильнях — и в борделях. А не знать в их высоких домах.

-А, это другие её обязанности. Она следует приказам Госпожи Тайн, богини, которую когда-то все маги чтили выше остальных и будут чтить снова.

-Каким приказам?

-Снова сделать арфистов сильными и многочисленными.

-Что? И вы позволяете ей этим заниматься? Набирать постоянную армию предателей у нас под носом?

Ганрахаст мягко улыбнулся.

-И как именно мы должны её остановить? Если вместо этого можно наблюдать издалека, узнав таким образом, кем каждый арфист является, какими навыками обладает и где обитает?

Глатра пристыженно глядела на него.

-О. А. Понимаю.

Затем она снова нахмурилась.

-А откуда мы знаем, что она не в курсе нашей слежки и не обманывает нас?

Ганрахаст пожал плечами.

-Мы знаем, что она в курсе. Она сказала мне — и королю — что арфисты хотят стабильного, справедливого, счастливого Кормира, которым правит милостивый монарх. Счастье — это именно то, чего хочет король Форил. Шторм не против того, что мы будем знать личности большинства арфистов; она считает, что это хороший способ держать в узде Тех, Кто Играет На Арфе.

Глатра нахмурилась, покачала головой.

-Раскрывать такую слабость... не думаю, что я когда-либо сумею понять старших арфистов — или этих самопровозглашённых Избранных Мистры.

Ганрахаст улыбнулся.

-Не думаю, что мы должны их понимать.

 

***

Разлом был глубоким, а его стены представляли собой голый камень, неровный в одних местах и гладкий в других; застывшие потоки вулкана, которого сейчас было не видать.

Зато глубоко в каменной пропасти виднелось зловещее фиолетовое мерцание, мерцание, которое иногда было ярким, а иногда — совсем тусклым. В разломе постоянно двигались великие течения и змеиные кольца тени, струившиеся из стороны в сторону. Наружу дул тёплый, пахнувший серой ветер. Эти бесконечно колышущиеся тени были дымом из каких-то странных мест. Ветер выдувал дым наверх.

С тенями являлись ужасные существа — длинные человекоголовые змеи с крыльями. Были также небольшие, похожие на ленты угри, что летали без крыльев и большую часть времени проводили, сворачиваясь и разворачиваясь в воздухе. Были жирные, морщинистые овалы с четырьмя крыльями, похожими на крылья летучей мыши, которые видели посредством единственного огромного глаза и обладали свирепыми, похожими на акульи челюстями... и были другие. Они безостановочным вторжением вылетали в Фаэрун верхом на дрейфующем дыме, почти грациозно утекая в тёмные глухие леса над разломом.

В воздухе над расщелиной в самом сердце этого потока вспыхнула внезапная бело-голубая звезда.

Колышущиеся тени отпрянули от неё, ускользая прочь в своём бесконечном течении... пока звезда росла, угасала и сгущалась в...

Обнажённую женщину с длинными конечностями, повиснувшую вертикально в воздухе, чьи длинные, очень длинные серебряные волосы сворачивались и разворачивались вокруг неё, как не знавшие отдыха энергичные змеи. Её ноги были сомкнуты, но руки — широко раскинуты, и в ладонях она сжимала два пылавших ярким синим огнём предмета. Меч и чашу.

Их пламя ревело и рычало, расходясь во все стороны с возрастающим голодом, и вперёд-назад по груди женщины хлестали многочисленые огненные языки — два синих пламени пытались соединиться, заметно обжигая её.

Она запрокинула голову от боли, прикусив губу и время от времени испуская стоны, пока синие огни росли и становились ярче, а их жгучие языки — длиннее.

-Эльминстер, - выдохнула парящая женщина, - где ты? Будь со мной! Будь же сейчас со мной! О, как мне нужна твоя сила...

Она всхлипнула, затем смогла набрать достаточно воздуха, чтобы закричать:

-Эльминстер! Услышь меня!

Усиливающийся ветер из разлома далеко унёс этот громкий крик.

Но другого ответа, кроме жестокого смеха спешивших мимо крылатых змей, не было.

 




#96225 Эльминстер в ярости: тринадцатая глава

Написано Redrick 11 Сентябрь 2017 - 10:37

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ПРЕДАТЕЛИ СРЕДИ НАС

 

У основания противоположной лестницы стоял последний из трёх новоприбывших боевых магов. С его протянутых рук поднимались мерцающие огни заклинания, угасая один за другим.

-Даже лордов-констеблей, - сказал он Фарланду, - ожидает наказание за убийство боевых магов. Имбрульт не угрожал вам. Увиденное вами — проклятие, с которым он живёт каждый день, а не попытка каким-то образом на вас напасть.

Лорд-констебль посмотрел на него долгим оценивающим взглядом, затем повернулся, чтобы получше разглядеть мага с щупальцами — или тем, во что они превратились.

-Магическое проклятие, - тихо объяснил боевой маг Имбрульт Лонклоус, поднимая свою левую руку. Сейчас она выглядела, как выкопанный в саду изломанный корень... огрызок, на котором быстро отрастали длинные, колючие волосы. - Затронуло только мою левую руку. Она постоянно меняется. Принимает различные чешуйчатые, грибные, щупальцевидные формы. Даже несколько лет спустя иногда эти формы меня поражают.

-Боевой маг, страдающий от магического проклятия? Никогда о подобном не слышал! Почему Ганрахаст или один из старших магов не избавил тебя от него?

-Проклятье сдерживает куда худшую магию, - терпеливо объяснил Лонклоус; очевидно, ему много раз приходилось повторять это объяснение. - Активные заклинания, о которых мы слишком мало знаем, чтобы осмелиться их потревожить. Если их высвободить, пострадает куда больше людей, чем единственный маг Короны.

Фарланд снова перевёл взгляд с одного волшебника на другого, затем отрывисто сказал:

-Приношу свои извинения, господа маги. У нас с вами и так хватает проблем.

Он махнул вниз по лестнице.

-Это последняя и самая насущная. Итак?

Маг, который выбил булаву у лорда-констебля — высокий, плосколицый мужчина — присоединился к Фарланду у начала лестницы.

-Здравствуйте, - с сухой иронией сказал он, кивнув лорду-констеблю, как равному. - Дат Гулканун, - добавил он, стукнув себя в грудь. Затем бросил взгляд вниз. Его лицо приобрело такое же равнодушное выражение, что и у Имбрульта. Они оба не любили своего командира. - Вандур. Столкнули, я полагаю?

Фарланд кивнул.
Гулканун пожал плечами.

-Я поблагодарю того, кто это сделал, за ценную службу, сослуженную им Кормиру и нам обоим, после того, как мы поймаем его и выпытаем причину этого поступка. Кто-нибудь видел, как это произошло?

Он пристально уставился на Арклета с Амарун.

Оба покачали головами, ничего не сказав вслух. Судя по всему, так было безопаснее.

-Сам убийца, очевидно, - сухо произнёс Лонклоус, с порождённой долгой практикой сноровкой оборачивая свой плащ вокруг продолжавшей меняться руки.

-Никогда бы об этом не подумал. Я знал, что поступаю правильно, послав за гениальными боевыми магами, когда всё пошло наперекосяк, - саркастично заметил Фарланд.

-Лорд-констебль, - успокаивающе произнёс Арклет. - у вас не найдётся выпить чего-нибудь покрепче в кабинете или в другом месте, где можно было бы усесться всем вместе в относительном уединении?

-Вдали от прочих моих благородных гостей, вы имеете в виду? - спросил Фарланд с натянутой улыбкой, закрывая ворота и со звоном ключей запирая их на замок. Он повернулся обратно в направлении далёкого кабинета. - Пойдёмте.

Они зашагали рядом с ним, Лонклоус пошёл сзади, а Гулканун спереди — без всякого сигнала или обсуждения. Амарун спросила:

-Лорд-констебль, а где же все... ээм, «гости»? Я думала, что они все соберутся здесь поглазеть и позлорадствовать.

-Согласно уставу, - сказал ей высокий волшебник, - мы пустили змей страха по коридорам, когда отправились выполнять отданные Вандуром приказы.

-Змей страха?

-Заклинания, которые уходят с места, где их сотворили, как можно дальше, пока не встретят большую и не поддающуюся преграду — стену или дверь. Они излучают магию, которая заставляет бояться и дурно себя чувствовать любое существо, способное слышать и чувствовать запахи. Это вынудило лордов покинуть коридоры и вернуться в свои камеры. Змеи страха быстро угасают; их действие вскоре закончится.

-Значит, заклинание не подействовало на убийцу?

-Скорее всего, он носил значок пурпурного дракона или кольцо Короны, какое носят большинство боевых магов, - ответил Гулканун, - или просто преодолел магию. Такое возможно.

-Тогда есть вероятность, что мы ищем предателя среди нас, - тихо сказал Арклет. - Среди стражников, я имею в виду.

-Мы всегда ищем среди нас предателей, - мрачно ответил ему Фарланд. - Изо дня в день. Иногда даже находим.

 

***

Эльминстер опустилась обратно на камни. Её глаза и горло жгло огнём от едкой вони копившегося на протяжении многих лет драконьего дерьма.

Боковых пещер не было. Все проходы сужались до узких расщелин и трещин в твёрдой скале, и не было ни одной, которая шла бы в верном направлении, позволяя достичь поверхности минуя пещеру вирма. Она, конечно, могла оставить своё дровское тело и легко просочиться на поверхность в виде облачка пыли. Но нет. Она сражалась в этом теле, наслаждалась его ловкостью и отсутствием постоянных болячек, и не хотела оставлять его так быстро. Она полюбила это тело. Не хотела она и жестоко поступать с Симрустар, бросая умирать в одиночестве её искалеченное эхо, пойманное в ловушку тела, которым умирающая Избранная не могла управлять.

И дракон не спал.

Того хуже, этот вирм был ей знаком. А следовательно, он тоже знал её, пускай даже как мужчину с другим запахом, и эти воспоминания — а память большинства драконов была очень отчётливой, когда они того хотели — заставят его страстно желать мести.

Однажды, около семи веков тому назад, Алоргловенемаус...

Но нет, сейчас давно минувшие дни и дела тех дней значения не имели. Дракон не спал, и в его глазах мерцала злоба, когда в ожидании нарушителя взгляд чудовища упал на тёмную дыру.

Он знал, что за этой дырой неподалёку скрывается кто-то живой, и свернулся на своих великих сокровищах, устроившись на звенящих и осыпающихся волнами монетах в новой позе, чтобы опустить голову в сторону провала, в котором он чуял и слышал незванного гостя.

Движение продолжалось даже после того, как он дважды изрыгнул туда потоки губительной кислоты, хоть и с большой скрытностью и терпением.

Там внизу что-то было, что-то, желавшее взобраться наверх. И когда оно покажется наружу, Алоргловенемаус будет ждать, поскольку нет никого терпеливее дракона.

Эл могла бы начаровать следящее око, чтобы взглянуть на вирма, возможно даже заставив его снова исторгнуть кислоту — но в результате дракон узнал бы, с чем имеет дело, а некоторые драконы овладели или собрали достаточно магии, чтобы причинить волшебнику значительный вред. Более того, ей не требовалось видеть, как дракон занимает новую выжидающую позицию, чтобы знать, что он делает; она слышала немало драконов, даже сама превращалась в прошлом в дракона, и знала, что вирм наготове и ждёт её.

Нет, была магия получше. Существовал способ, которым дракона можно было раздразнить так же легко, как поглощённого золотой лихорадкой дварфа. Нацелься на его сокровища, тронь богатства, которые дракон считает своими — и вирму придётся изо всех сил постараться, чтобы воспротивиться пробудившейся в нём ярости.

Алоргловенемаусу придётся постараться ещё сильнее, чем прочим, поскольку он начал погружаться в осёдлую, домоседскую жизнь дракона, который больше не вселял ужас и уважение, силой освобождая себе место в жизни той части Королевств, которую выбрал своими владениями. Он заключал сделки с людьми и прочими меньшими существами, чтобы те служили ему руками, зубами и представителями его влияния, а сам лежал, размышлял и спал. Алоргловенемаус почувствует большую угрозу, чем молодой дракон, но всё-таки будет злее и охотнее рваться в битву, чем вирм, чья древность сменяется сумерками.

Эл перекатилась, посмотрела в сторону незримого каменного свода над головой, прикусила губу, извлекая каплю крови, необходимую, чтобы наделить магию достаточной силой, широко раскинула руки и начала читать заклинание.

Она работала медленно и осторожно, стремясь к спокойной точности и тишине вместо быстрых, смелых жестов, которые сопровождали боевую инкантацию.

У того, кто достаточно хорошо знал Искусство, работали оба варианта. А она, с Плетением или без, свою магию знала.

Это было очень старое заклинание, могущественное, но по сути своей простое. Некоторые нетерезские маги называли его «Пробуждением», когда не начинали давать излишне витиеватые имена, пытаясь присвоить себе магию древнее их собственной. Пробуждение с большой буквы, сильнее и не столь ограниченное, как другое подобное волшебство. В эти дни, когда волшебники превратились в ходячие хранилища незначительной магии, носимой на пальцах рук, ног, на мочках ушей и во всех прочих местах, его использовали редко. Использование Пробуждения активировало бы весь этот зачарованный мусор.

Они получили его от нас, эти выскочки-архимаги, раздражённо сказала Симрустар.

«Разве не все человеческие архимаги — выскочки?» - подумала Эл.

Ответ сопровождался ноткой веселья.

Эти конкретные выскочки-архимаги.

Эльминстер послала своей ментальной гостье безмолвную улыбку. Она уже сняла с себя все скипетры и другие волшебные вещи, и оставила их в нише в пещере под той, где сейчас находилась. Она знала, какое заклинание ей потребуется, и знала, какое необходимо будет использовать следующим.

-Вставай, Алоргловенемаус, - прошептала она, когда первая инкантация завершилась. - Пора танцевать!

Затем она перекатилась и бросилась к стене рядом с выходом. Когда взрывы заставляют камень по-настоящему дрожать, в любой пещере сверху кинжалами могут посыпаться сталактиты,

 

***

Как по команде, в драконьем логове разразились Девять Адов.

Всё началось с оглушительного грохота и дикого залпа трескучих рикошетящих молний, которые ослепили её и хлынули вниз по опускавшей в Подземье шахте расплавленного, сглаженного камня. Молнии скакали, грохотали и рвали на своём пути воздух. Затем вспыхнули крупные сгустки изумрудного и рубинового сияния, гоняясь за молниями, и камни принялись стонать и содрогаться, раскалываясь и рассыпая отколовшиеся куски с пронзительным скрежетом, терявшемся в нарастающем громком шуме, не желающим затихать и почти утопившем глубокие рыки драконьей ярости.

В самой гуще всего Алоргловенемауса швыряло из стороны в сторону, обжигало и било об острый, раскалывающий чешую свод то, что высвободилось под ним. Сначала испугавшийся, потом потрясённый, затём разъярённый, вирм громко и долго ругался на драконьем языке — громким рёвом, эхом раздающимся среди беспорядочных взрывов. Ярость неизбежно сменилась страхом.

Он должен был спасаться. Он должен был бежать, пока ещё мог.

Опалённый и обожжённый, оцарапанный и побитый дюжиной волшебных эффектов, рвущих его, каменные стены и друг друга, дракон взмыл в воздух, выбираясь прочь из своего логова. Скачущие и кружащиеся вихрем сокровища швырялись в него монетами, осколками драгоценных камней и свистящими мечами, когда дракон вылетел наружу, с широким взмахом хвоста развернувшись, чтобы взглянуть назад, туда, откуда сбежал, разыскивая незримого врага.

Пещера являла собой бушующий хаос исторгающейся магии, заклинаний, что рвали друг друга, били друг друга, образуя несовместимые эффекты в разворачивающемся беспорядке. В воздухе стучал град блестящих, сталкивающихся монет, рикошетящих звенящим, ревущим штормом, в котором с шумом носились и рушились более крупные вещи.

 

***

Очень старое заклинание Эльминстер просто разбудило всю магию в небольшой области — в данном случае, в самом сердце груды сокровищ, на которой лежал дракон — избранную магию, которую тот набрал в тысячах гробниц, башен волшебников и полях битвы.

Свет Селдарина! Это Сринши научила тебя этому? Симрустар была потрясена, и от её трепета голову Эльминстер охватил пощипывающий мысленный огонь возбуждения.

 

***

Грохот стал громче. В пещере по другую сторону стонущей стены твёрдого камня, ещё несколько мгновений назад казавшейся достаточно толстой и крепкой, жезлы, посохи и скипетры продолжали выплёвывать свои заряды в великий визжащий и сверкающий вихрь Искусства. Взрыв за взрывом разбивал сокровища и швырял их к стенам пещеры. Печати ломались, небольшие металлические тюрьмы сдавались, и из них сбегала, пробуждаясь к жизни, новая магия. В воздух поднялся посох, вращаясь и рассыпая во все стороны губительные лучи, падали опалённые сталактиты, и в бушующем шторме, как гневная стая пчёл, носились мерцающие драгоценные камни.

Ошарашенный и разъярённый, Алоргловенемаус напрасно вглядывался в хаос, разыскивая причину, ту самую причину, врага, с которым он мог сражаться, рвать, и взыскать с него кровью подобающую плату за это разрушение.

Магия хлестала и жгла его, била и царапала его чешую, врезалась в него с такой нарастающей болью, что дракон наконец-то сбежал, бросившись на холодный воздух снаружи. Кто осмелился шутить с его магией? Кто?

Может быть, были и другие, пособники врага внутри?

Ведь наверняка одно жалкое существо, «ходячее мясо», не могло устроить такого!

Дракон расправил исцарапанные только что крылья и описал в воздухе узкий круг, чтобы скользнуть вдоль склона горы, где находилось его логово, пристально вглядываясь...

Нет. Здесь не таилось ни единого живого существа, не было видно никого, кроме нескольких крошечных, сжавшихся птичек на их обычных насестах. Врага здесь нет...

Что ж, если этот враг или враги находились внутри и пришли снизу, рано или поздно им придётся выйти — и Алоргловенемаус будет ждать. А если они замыслили кражу, хотели забрать золото или драгоценные камни обратно в глубины, из которых явились, придётся подождать, пока не угаснет вся эта высвобожденная магия, чтобы добраться до сокровищ. И когда магия угаснет, придёт Алоргловенемаус, отбросив милосердие и снисходительность. Не стоит красть у могучего чёрного дракона — только не в том случае, если он может забрать кости воров силой.

Алоргловенемаус резко развернулся в воздухе, чтобы снова пролететь над входом в своё логово. Скоро...

 

***

Мэншун улыбнулся. Лорд Краунруд, королевский канцлер, испытал нужду побеседовать с определёнными трезвомыслящими и справедливыми дворянами Кормира о действиях ведущих семей — а также двора и Короны — в эти беспокойные времена.

Были разосланы приглашения, выбрано время и место. Андольфин, Лорун и Блэксильвер, разумеется, приглашения примут.

Об этом позаботится Мэншун, как тень скрывающийся в их головах. Точно так же, как в первую очередь он позаботился, чтобы Краунруду вообще пришла на ум сама идея встречи. Будет интересно посмотреть, какая из более крупных, ещё не угодивших в его сети рыб, всплывёт, чтобы попасться на крючок.

Терпение. Искусное и изящное терпение. До сих пор он никогда не понимал, в чём состоит привлекательность рыбалки — куда больше его привлекало дымящееся блюдо с её результатами — но сейчас начал ощущать, насколько это может быть весело. Поистине неторопливое вмешательство, тонкая манипуляция... он начинал понимать долгую игру, которой так наслаждался Эльминстер.

Будь проклят Старый Маг и будь проклята Мистра, но некий Мэншун наслаждался изяществом и неторопливостью. Наконец-то.

 

***

Оглушённая несколькими из самых первых молний, но в остальном не пострадавшая, Эл вытянула руки, на пробу поскребла воздух своими длинными пальцами — и пригибаясь пониже, выглянула из-за края ведущей в пещеру вирма расщелины.

Взрывы жезлов по-прежнему били в потолок в дальнем конце пещеры, заставляя всё большие куски камня с грохотом падать вниз на и без того засыпанную груду сокровищ. Алоргловенемаус будет... весьма разгневан.

-Что ж, в этом он не одинок, - вслух прошептала Эл, удивляясь дрожи нарастающего гнева в собственном голосе. Она устала от постоянных битв... хотя впереди её наверняка ожидало куда больше сражений.

Ничем не защищённая и не стесняемая, Эльминстер бросилась в пещеру. Её взгляд не отрывался от особенно крупного сундука с сапфирами, который лежал торцом вверх в огромной куче монет, будто нос корабля, разрезающий особенно высокую волну. Его крышка была открыта, демонстрируя сверкающее содержимое. Пока в пещере бушевала другая магия, кольца, разбросанные тут и там среди осыпавшихся камней, весело поблёскивали, как будто с одобрением — или с симпатией. Ах, как она скучала за Плетением, которое позволило бы её почувствовать, что за магия здесь лежит, оставшись спящей и нетронутой, и есть ли среди Искусства в этом логове хоть какая-то кроха сознания...

Эл надо было коснуться этого сундука, произнося последнее слово инкантации, затем убираться из пещеры, не пострадав.

Кое-где монеты дымились от жара, вырвав у неё стон боли, и когда она бросилась через дюну из монет, под ней медленно поднялось нечто мерцавшее фиолетово-зелёным, выплюнув в потолок огромный вихрящийся огненный шар — но Эльминстер, заскулив, достигла сундука, положила ладонь на его серебряно-чёрный бок и выдохнула единственное слово, которое должна была сказать. И сундук поднялся в воздух, вырываясь из сверкающей кучи, как неохотно взлетающий тяжёлый дракон, постепенно набирая скорость...

Эл бросилась обратно к своей расщелине, прыгнув туда головой вперёд, когда воздух разорвался от нового приступа ярости взрывающихся жезлов, а сундук тем временем, подчиняясь её воле, поднялся высоко в воздух над лесом Хуллак.

Ты по-прежнему любишь играть в кости со смертью, Эл, сухо прокомментировала Симрустар мысленным голосом, перевитым мимолётными вспышками эмоций. Восхищение? Или презрение?

Эл не знала, зато знала, что чувствует сама: гнев. Гнев на необходимость постоянно танцевать под чужую дудку.

Прямо сейчас — под дудку вирма, который был достаточно стар и мудр, чтобы понять, что лучше бы так не делать.

Ха. Ещё до того, как она в болезненном кувырке приземлилась на твёрдые камни с безопасной стороны расщелины, Эл знала, что древний чёрный дракон поддался своей природе. В горном воздухе снаружи он бросился в погоню, с рёвом преследуя свои сбежавшие драгоценности. Эл заставила сундук резко развернуться, набрать высоту, затем снова развернуться и спикировать, пытаясь держать его подальше от челюстей Алоргловенемауса как можно дольше.

Она хотела увести дракона как можно дальше от его логова, поскольку драконы могут двигаться по-настоящему быстро, когда захотят — и дела для неё обернутся скверно, если Алоргловенемаус вернётся со своим сундуком в пасти и поймает её в своём логове или на открытом склоне, спускающейся к более надёжным укрытиям и безопасности.

Лучше не брать ничего из его сокровищ, чтобы её нельзя было выследить. Брать лишь то, что она взяла из разрушенной цитадели дроу, и убираться отсюда, к утёсам и ниже, ниже под покров кормирских лесов!

Мудрая идея, сухо сказала Симрустар. Дракон возвращается.

Огромная туша взмахивающая крыльями дракона становилась больше, хотя была ещё наверное достаточно далеко — примерно над Виверновым ручьём.

Эл мысленно приказала сундуку неожиданно рвануться, затем дёрнуться вверх, потом нырнуть.
Дракон резко развернулся. Очевидно он выпустил сундук из своей хватки. Эл заставила далёкий контейнер с драгоценными камнями снова нырнуть вниз. Бросившись следом, уменьшающееся пятно дракона опустилось. Улыбаясь, Эл заставила сундук выписывать зигзаги, взлетать и пикировать, снова и снова закладывая крутые повороты под необыкновенно крутыми углами. В конце концов, даже древним чёрным драконам требуется хорошая разминка...

Не прекращая управлять этой воздушной акробатикой, она бросилась наружу через всю пещеру, затем стала осторожно спускаться по горному склону.

Стоило использовать второе заклинание полёта на себя, сказала в голове Симрустар после того, как Эл второй раз соскользнула, ободрав до крови пальцы.

-Мне многое стоило сделать за последнюю дюжину веков, - отозвалась Эл, глядя, как к острым скалам внизу катится оживлённая процессия сброшенных её сапогами камней. Храст, среди этих поджидающих каменных лезвий виднелись кроны деревьев! - Я никогда не была самым острым клинком в арсенале, зато провела кучу времени среди самых больших тупиц Фаэруна.

Что ж, так всё и было. Возможно, она поддавалась своей собственной натуре. А может быть, просто пыталась остаться в живых, когда на неё или на людей и края, которые она любила и хотела — или поклялась — защищать, нападали более эгоистичные, безрассудные и злые существа. Храст их всех побери...

Судя по заметным следам на камнях вокруг неё и ниже, дракон постоянно срывал кустарник и те участки, по которым было легче всего карабкаться, чтобы сделать своё логово как можно более труднодоступным для всех тех, кто не умел летать.

Однако спускаться было проще, чем подниматься наверх — для обладателей стальных нервов. Требовалась только сила, ловкость и решительность, чтобы перескочить на следующий склон, в подходящее место, где давно минувший шторм, а может быть, битва драконов обрушили гору дождём огромных булыжников, осыпавшихся между двумя вершинами как неровный, изломанный естественный мостик.

Эл нашла место, которое показалось ей самым подходящим, затем прыгнула. В конце концов, останется достаточно времени, чтобы наколдовать лёгкость пёрышка, прежде чем она превратится в кровавое пятно на этих поджидающих внизу камнях...

Она на это надеялась.




#96221 Эльминстер в ярости: двенадцатая глава

Написано Redrick 07 Сентябрь 2017 - 09:38

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
ЛОРД-КОНСТЕБЛЬ ВЕДЁТ СЕБЯ НЕРАЗУМНО

 

-Лорд-констебль? - вежливо спросила Рун, когда хохот утих. - Что здесь смешного?

Фарланд посмотрел на неё почти с нежностью. Ухмыляясь от уха до уха, он спросил девушку:

-Вы ожидаете, что я вам поверю?

-У меня нет никаких ожиданий в отношении вас, сэр, - спокойно отозвалась она, - но всё же я говорю правду. Спросите лорда Делькасла.

Это вызвало новый приступ хохота. Прекратив смеяться, Фарланд поинтересовался:

-Вы в самом деле ожидаете, что я доверюсь слову заключённого?

-Почему нет? Он ведь лорд этого королевства.

-Как и каждый здешний узник за вычетом вас, добрая женщина. Но по каким-то причинам я так и не обзавёлся привычкой доверять кому-либо из них.

Рун вздохнула и посмотрела на Арклета.

-Что, по-твоему, король сделает с этим человеком, узнав, что он отказался с нами сотрудничать?

-Передаст его Вангердагасту, - ответил Арклет. - Или Глатре.

Выражение лица Фарланда изменилось.

-Глатре? - рявкнул он.

-Боевой волшебнице Глатре Баркантл. Вы с ней знакомы?

Рука Фарланда потянулась к его горлу, затем упала.

-Оставьте нас, - резко приказал он двум стражникам.

-Но господин...

-Они оба в цепях, - раздражённо сказал Фарланд. - Если услышите, как ломается мебель, броситесь обратно внутрь. А пока отойдите подальше от двери и не пытайтесь подслушать.

Он с каменным лицом дождался, пока выйдут стражники, закрыл за ними дверь, после чего сказал:

-Вангердагаст давно мёртв — или превратился в дракона, если вы верите легендам. Так что это, насколько я знаю, всего лишь лживая угроза. Но откуда вам известно о моей связи с Г... леди Глатрой?

-Нам неизвестно, - заверил его Арклет. - Но нас послали сюда после беседы с королём Форилом, королевским магом Ганрахастом и леди Глатрой.

-О? Только вы впятером?

-Нет. Моя мать — леди Марантина Делькасл — также присутствовала.

-Чтобы молить о королевском снисхождении?

Арклет вздохнул.

-Вы, кажется, не до конца понимаете, лорд-констебль. Рун и я просто притворяемся заключёнными. Мы здесь в качестве агентов Короны с приказом как можно быстрее доложить самому королю.

Фарланд откинулся назад, усмехаясь.

-Ну разумеется.

-Ваше недоверие очевидно, - вежливо сказал Арклет, - но нам сообщили кодовые фразы, чтобы подтвердить это заявление. Мне сказали, что мой отец передал послание для сенешаля.

-А мне сказали сообщить, что Глатра помнит, - добавила Рун.

Это имя снова вызвало искру гнева в глазах Фарланда.

-Я ничего не знаю про эти фразы, - коротко ответил он. - Возможно, знал сенешаль Аватнар, но он мёртв — убит. Так что, насколько я могу судить, вы заключённые, и к вам отнесутся соответственно.

Прежде чем Арклет или Амарун смогли возразить, он повысил голос.

-Стража!

Дверь распахнулась, и внутрь поспешили два стражника с мечами в руках.

-Уведите их, - мрачно сказал им лорд-констебль. - Они лжецы, а не кровожадные констеблеубийцы. Отведите их в назначенные им камеры.

Арклет нахмурился.

-Значит, вы даже не пойдёте на разумный шаг, отправив послание королевскому магу, королю Форилу или леди Глатре, чтобы проверить наши заявления?

-Нет, - прямо ответил Фарланд, когда стражники начали отцеплять оковы заключённых от кресел. - Как и не стану сидеть здесь, рассказывая вам любые секреты.

-Лорд-констебль, - грозно сказал Арклет. - Это совсем неразумно.

Человек за столом усмехнулся.

-Вы хоть представляете, сколько моих заключённых — все до единого благородные и могущественные лорды — заявляют, что их послал сюда Ганрахаст, Вэйнренс или сам король в качестве тайных инспекторов, чтобы узнать, как здесь обстоят дела? Почти все, вот сколько! Должен признать, вы хотя бы действовали тоньше остальных, которые обычно требуют передать им командование крепостью сразу же, как только назовут себя! Я...
Где-то внизу с грохотом распахнулась дверь, и властный голос начал отдавать гневные приказы, которые невозможно было разобрать из-за отдалённости кабинета лорда-констебля. Другие голоса резко возразили, и властный голос заговорил снова, уже злее. Вверх по лестнице застучали приближающиеся шаги.

-Что ещё? - рявкнул лорд-констебль Фарланд. - Следующие заключённые должны прибыть лишь в конце месяца! Кто...

-Простите, что прерываю, милорд, - выдохнул ввалившийся в комнату стражник, - но у ворот трое людей, которые не подчиняются нашим приказам. Говорят, они боевые маги, присланные из Иммерфорда, хотя как по-мне они скорее похожи на странствующих лудильщиков, а их предводитель просто высокомерно заявил нам, что теперь он командует замком, тюремщиками, заключёнными и всем остальным — и заморозил Имгруса, будто в статую превратил, за то, что тот наставил на него оружие! Воспользовался для этого жезлом! Я...

С нечленораздельным рыком Фарланд вскочил на ноги и стремительно выбрался из-за стола.

Он не успел достичь двери, как холодный голос из коридора произнёс:

-Вот вы где! В следующий раз, когда я отдам вам приказ, сэры, вы подчинитесь или превратитесь в лягушку! Бегство — не та реакция, которую я ожидаю от...

-И кто же, именем Дракона, Что Правит Всеми Нами, ты такой? - рёв Фарланда был достаточно громким, чтобы в ушах зазвенело, но обладатель холодного голоса остался невозмутим.

-Ещё один неотёсанный солдафон! Отдай честь и замолкни! Здесь я отдаю приказы!

-Ну и ну! - сказал Амарун Арклет. - Это получше любой пьесы!

-Заткнись! - в унисон закричали на Арклета Фарланд и новоприбывший, после чего вернулись к, судя по всему, более приятному занятию — сверлению друг друга взглядами нос к носу.

-Я лорд-констебль Ирлингстара, - прорычал Фарланд, - и именем короля...

-Именем короля ты будешь подчиняться мне, - ледяным тоном заявил новоприбывший. - Поскольку я — боевой маг Ностин Вандур, предводитель элитной группы боевых магов, посланной сюда Короной для расследования убийства сенешаля Ирлингстара Мартина Аватнара. Соответственно, теперь замком и всеми его обитателями командую я.

Он ткнул пальцем в грудь Фарланду.

-Ты один из подозреваемых, и следовательно не можешь продолжать отдавать приказы до тех пор, пока не кончится моё расследование. Я...

-Пока я не получу приказ от самого короля, освобождающий меня от должности, - фыркнул Фарланд, - здесь, в Ирлингстаре, командую я. Ты можешь быть просто безумным глупцом — или преступником, или каким-то шарлатаном-магом из Сембии, нанятым любым из заключённых — выдающим себя за боевого мага. Продолжай в том же духе, и я быстро закую тебя в цепи и брошу в камеру, где ты сможешь отдавать приказы стенам, пока в лёгких не кончится воздух!

-Осторожно, - произнёс Арклет. - Если он сильный мог, то вполне может отдавать стенам приказы. Спросите, знает ли он Глатру.

Фарланд бросил убийственный взгляд на своего последнего заключённого-мужчину, затем повернулся к Вандуру — лишь затем, чтобы обнаружить, что боевой маг, или человек, выдающий себя за боевого мага, обошёл его и уселся за собственный стол Фарланда.

Лорд-констебль достал свой меч.

Ностин Вандур с презрением посмотрел на него.

-Сдай это, - приказал он. - Немедленно.

Он указал на блестящую поверхность стола, и когда Фарланд не пошевелился, чтобы сдать свой клинок, красноречивым жестом постучал по ней.

-Положи его, - зарычал Вандур, как будто выговаривая непослушному щенку.

-Нет, - огрызнулся Фарланд. - Вставай из-за стола, иначе я тебя оттуда вырежу.

Вандур проигнорировал его, крикнув в коридор:

-Гулканун! Лонклоус! Сюда!

Фарланд хлестнул своим мечом. Клинок пронёсся прямо сквозь мужчину за столом, как будто того там не было.

-Я, конечно же, защищён железной стражей, - издевательски сказал Вандур. - Попытка убить боевого мага, который находится при исполнении, карается смертью, но я закрою на это глаза, если ты извинишься — здесь и сейчас, на коленях — сдашь своё оружие, и прекратишь сопротивляться...

-Карается смертью по решению законного придворного суда, - зарычал Фарланд, пронзив Вандура клинком и оставив меч на месте, потянувшись к горлу противника свободной рукой, - которого в пределах одного дня езды и близко здесь нет. И только в том случае, если ты действительно боевой маг.

Его рука легко справилась с попытками Вандура отбить её в сторону и сомкнулась на горле захватчика.

-И даже если это так, я полностью отказываюсь признавать твою власть — и не перестану, пока меня не убедит в обратном кто-то, чью власть я признаю. Ни один настоящий боевой маг не может быть таким... таким...

Вандур что-то сделал с кольцом у себя на пальце, вынудив Фарланда с проклятием отшатнуться. Между содрогающимися пальцами констебля заплясали толстые синие искры. Фарланд выронил меч, со звоном отскочивший от стола на пол.

-Бесцеремонным? - услужливо подсказал он. - Надменным?

-Да, Дракон тебя побери! - выкрикнул Фарланд, стиснув ладони. Его лицо исказилось от боли. - Ни один настоящий боевой маг не будет так себя вести!

-Он никогда не встречался с Вангердагастом, - весело сказал Арклет Амарун. - И, очевидно, плохо помнит Глатру.

Фарланд повернулся к нему.

-Вы, лорд, заткнётесь прямо сейчас, иначе...

Слова его подвели, зато поднялись кулаки. Прежде чем Арклет успел неодобрительно покачать поднятым пальцем и сказать «ну-ну», Вандур рявкнул:

-Не смей никого трогать, недисциплинированный солдат! Иначе я подвергну тебя взысканию прямо здесь и сейчас!

Он поднял руку из-под края стола. В руке был жезл.

-Ты выслушаешь меня, лорд-констебль, - твёрдо заявил он, нацелив жезл Фарланду прямо в нос, - или я обездвижу тебя до тех пор, пока не закончу говорить, и заставлю выслушать таким образом! Как старший боевой маг я превосхожу по званию любого пурпурного дракона и почти всех офицеров Короны за исключением горстки самых высокопоставленных царедворцев королевства! Я заставлю тебя подчиниться, и этим замком командую я!

В это мгновение в комнату, тяжело дыша, ввалились двое мужчин, одетых как Вандур, но загруженных различными раздутыми мешками, кошелями и сумками.

-Извините, - сказал один из них человеку за столом. - У нас были небольшие проблемы со стражниками...

-Потом, - оборвал Вандур. - Их справедливое наказание может подождать. Прямо сейчас необходимо начать наше расследование. Эта комната, по всей видимости, расположена в северной башне, так что ты, Гулканун, быстро отправляйся в южную башню и объяви всему расквартированному там гарнизону о переходе командования к нам. Лонклоус, ты должен как можно быстрее найти и обезопасить все входы и выходы в замок.

Двое мужчин кивнули, резко развернулись и выбежали из комнаты.

Вандур поднялся из-за стола, сунул жезл обратно за пояс и многозначительно поднял руку в сторону Фарланда, повернув одно из нескольких колец на ней. Кольцо засияло, пробуждаясь к жизни.

-Ты, - приказал он, - останешься здесь до моего возвращения. Я ненадолго. Можешь продолжать допрос этих заключённых.

Он вышел, закрыв за собой дверь. Мгновение спустя дверь замерцала по краям кратким пульсирующим сиянием синего, белого и фиолетового цвета, которое угасло так же быстро, как и возникло.

-Волшебный замок, - пробормотал Арклет. - Я видел их много раз.

Фарланд свирепым жестом приказал ему замолчать, направляясь к двери. Однако он не стал в неё ломиться. Он остановился прямо перед дверью и начал прислушиваться. Арклет и Рун обеспечили ему тишину, которой хотел лорд-констебль.

И поэтому смогли ясно услышать, как по другую сторону двери Вандур отдаёт приказ, затем повторяет его властным и резким тоном... а затем начинает кричать.

-Запечатай меня в моём собственном кабинете, - прошипел с мрачным удовлетворением Фарланд, - и посмотрим, что с тобой случится, сэр Высокомерие.

Крики продолжались и продолжались, набирая громкость.

-Стражники не подчиняются ему? - спросила Рун. - Даже когда он махает этим жезлом?

-У них есть строгие действующие приказы с целью избежать успешного подкупа заключёнными, - объяснил Арклет. - Служащие здесь драконы подчиняются только известным им старшим офицерам, лорду-констеблю и тем, на кого он сам им укажет.

Фарланд повернул голову, чтобы услышать, что шепчет юный лорд. Когда Арклет закончил, он кивнул в безмолвном жесте подтверждения.

Крики удалялись, слов было уже не разобрать. Боевой маг, очевидно, направился дальше, продолжая кричать через плечо на стражников, посты которых миновал. Затем крики оборвались, когда далёкий Вандур сказал что-то изумлённое и недоверчивое.

Затем он закричал, долгим и испуганным криком, который стал хриплым и пронзительным — а потом резко оборвался.

-Оставайтесь здесь, - коротко приказал Фарланд Арклету и Амарун, бросившись к двери. Та, конечно же, отказалась открываться, вспыхнув ярким светом, когда констебль попытался открыть её силой.

Лорд-констебль поборолся с ней, на его шее и запястьях проступили тугие мышцы, затем, изрыгая хриплые проклятия, он отскочил от двери и бросился в другой конец комнаты.

Он торопливо открыл потайную дверь в углу за своим столом и исчез.

Арклет повернулся к Амарун и прошептал:

-Сейчас.

Девушка покорно наклонила голову, чтобы он мог запустить руку в её волосы, найти крошечную цепочку у левого уха, снять висящую там отмычку и освободить их обоих от оков.

Клац, звяк, клак, десять раз подряд, и кандалы упали.

Арклет посмотрел на Рун, чтобы проверить, готова ли она вставать — и обнаружил, что девушка уже обошла его и огибает стол, чтобы добраться к тайной двери констебля.

Проход, в котором они оказались, был узким и ветвящимся, очевидно проходившим через толстые каменные стены, но Рун продолжала поворачивать направо, к тупику, где, конечно же, был крупный запор, который можно было легко нащупать, открывший проход и выпустивший их в длинный широкий коридор.

На посту стоял напряжённый стражник, вглядываясь в дальний конец коридора, в противоположную от них сторону. Очевидно, смотрел туда, где только что исчез лорд-констебль.

-Мы должны догнать Фарланда, - радостно сказал стражнику Арклет. Голова дракона резко повернулась, его алебарда поднялась. Рун уже нырнула под неё и бежала дальше.

-Приказ лорда-констебля!

Дракон мгновение смотрел на него, затем кивнул и убрал алебарду. Наследник дома Делькасл опустил голову и изо всех сил бросился бегом, чтобы догнать свою госпожу и больше от неё не отставать.

Коридор был длиннее, чем казался, факелов было мало и горели они тускло, многочисленные двери камер были более-менее одинаковыми и номера на них отсутствовали. Арклет и Амарун преодолели половину коридора, прежде чем увидели Фарланда, мрачно глядевшего на что-то, чего они не видели.

Прежде чем они достигли Фарланда, на пути встретился перекрёсток, потом ещё один. Лорд-констебль обернулся, чтобы посмотреть, как они преодолевают последний оставшийся отрезок пути. В его руках был меч, но он не стал поднимать оружие им навстречу.

Лорд-констебль стоял в конце коридора. Прямо перед открытыми воротами из крепких металлических прутьев толщиной с запястье Арклета, у которых он стоял, с каждой стороны прохода поднималось по лестнице. За воротами проход оканчивался крутыми каменными ступенями, опускающимися во тьму. В воздухе висел сырой запах гниения.

-Как вы освободились? - буркнул Фарланд, когда они подбежали к нему. Он задыхался, наверное, из-за того, что пришлось спускаться по длинной лестнице, а затем снова подниматься по ней.

-Вам следует верить некоторым заявлениям, - спокойно ответил Арклет. - Вы нашли нашу душу компании, внезапно умолкнувшего боевого мага?

Фарланд указал вниз на центральную лестницу. Ступени были из простого камня, беспощадно твёрдыми и очень крутыми. На некоторых блестела свежая кровь.

Это был длинный, длинный спуск, и всё, что они могли различить — только скрючившуюся фигуру далеко внизу.

-Столкнули, - мрачно предположила Рун. - Кто-то, кого он не ожидал увидеть.

Фарланд кивнул с угрюмым видом.

-Он мёртв. Ещё одно убийство. Но кто совершил это убийство: тот, кто ждал его прибытия, или тот, с кем волшебник просто повёл себя слишком грубо?

Его верхняя губа изогнулась в безрадостной улыбке.

-Тогда это может быть кто угодно из наших благородных гостей.

-У кого-то из ваших благородных гостей есть ключ к этим воротам? - спросил Арклет.

Фарланд молча покачал головой.

-Они почти всегда закрыты и заперты, не так ли?

Продолжая молчать, лорд-констебль перестал качать головой и начал кивать.

И в этот момент они услышали приближавшееся торопливое лёгкое дыхание с одной из боковых лестниц. Меч Фарланда поднялся, и констебль шагнул к основанию лестницы. Человек был один и быстро спускался. Это оказался один из двух младших боевых магов, плащ которого был обёрнут вокруг него, как будто у хорошо одетой матроны, бегущей под ливнем. Он резко остановился, когда увидел, что лорд-констебль преграждает ему путь.

После того, как долгое мгновение они в молчании смотрели друг на друга, маг Короны торопливо сказал:

-Я должен доложить сэру Вандуру.

Фарланд отошёл на два шага и мрачно указал вниз по главной лестнице.

Боевой маг бросил на него встревоженный взгляд, затем подошёл к началу лестницы, оглядываясь на тот случай, если лорд-констебль бросится к нему, чтобы толкнуть, и осторожно посмотрел вниз.

Затем он отступил, изумлённо моргая.

Ни восклицания. Ни молитвы. Ничего.

-Итак, где вы были, - громко и неожиданно рявкнул Фарланд, - когда вышестоящего офицера столкнули вниз по убийственной лестнице?

Лицо мага Короны оставалось спокойным, а его ответ был быстрым.

-Проверял входы и выходы, как он мне приказал. Я бросился сюда, чтобы доложить о том, что дверь на кухню — которая выходит на помойку — стоит открытая и без охраны. На кухнях никого нет.

Фарланд взорвался потоком горячих проклятий.

В пылу этого потока он не упустил из виду, что под плащом волшебника что-то меняет форму — должно быть, рука мага, предположил он. Констебль яростно откинул край плаща своим мечом. Руки, всегда целься магу в руки, разве что у тебя лук и ты можешь вогнать стрелу ему в рот или в шею...

-Что, захотел на мне магию использовать? - проревел Фарланд, занося меч для удара, который должен был разрубить ладонь, пальцы и любую зловредную магию, которую они сплетали.

Он собирался продолжить изрыгать ещё более горячие любезности, но с испуганным вздохом замолчал.

Обнажившаяся рука мага оказалась серым и чешуйчатым шаром с щупальцами, извивающимися, червеподобными отростками, которые сворачивались и разворачивались во все стороны.

Боевой маг отскочил от рубящей стали Фарланда — но прежде все увидели, как щупальца начинают меняться. Взрываясь и расцветая слизисто-коричневыми наростами в форме грибов...

Со стоном отвращения Фарланд сорвал с пояса булаву, чтобы попытаться раздавить это чудовище.

Из ниоткуда вспыхнуло заклинание и выбило оружие из его онемевших пальцев.