Глава 9
Ледяной великан
Энтрери взбежал по ступенькам слегка подпрыгивая на каждом шагу. Ему пришлось, потому что каждая ступенька была высотой в два фута.
Когда он оставлял за собой разбросанные по комнате тела, было приятно сознавать, что он не растерялся. Конечно, поскольку они ели и предположительно были хорошо защищены глифами и заклинаниями, ни один из гоблинов не был вооружен, и самое большее, с чем кто-либо набросился на него, был нож для мяса. И все же их было ужасно много. Он старался как следует работать кинжалом, пытаясь восстановить как можно больше энергии.
Из столовой было видно несколько разных комнат и коридоров, но только один из них вел наверх. Энтрери хотел подняться наверх. Вот где должен был быть Крон. Убийце не понравилось просыпаться прикованным к куску известняка. И, как Энтрери из прошлой своей жизни, он планировал отплатить за любое пренебрежение к нему десятикратно.
На самом верху лестницы была небольшая кладовая. Ну, она была сделана для великанов, так что небольшая - понятие относительное, но она оказалась не очень продуманной. Там было три комнаты и еще один коридор, соединенный с комнатой. Если Эллиорн была права, в каждой комнате было бы по два гиганта. Энтрери надеялся, что ему не придется сражаться с четырьмя из них.
– Есть кто живой, – сказал он, обращаясь к тем, кто мог бы скрываться где-то в недрах пещерных залов. – У вас гости.
Два каменных великана вышли из противоположных комнат, протирая заспанные глаза. Когда они увидели Энтрери, то проснулись достаточно быстро. Каждый из них потянулся за своей огромной дубинкой и бросился в атаку.
Пока Энтрери ждал, когда они приблизятся, он подумал, что, если он когда-нибудь потеряет доступ к своей пещере с сокровищами и ему срочно понадобятся деньги, он откроет кузницу, которая специализировалась бы на изготовлении крупногабаритного оружия для гигантов. Возможно, у него и не очень большая клиентура, но он будет предоставлять им услуги, в которых они определенно нуждаются.
Два гиганта подбежали прямо к Энтрери и атаковали. Каждый из них был более чем в два раза выше убийцы и весил в шесть раз больше, но на самом деле у них никогда не было ни единого шанса.
Энтрери нырнул в сторону, когда обе дубинки врезались в землю позади него. Он перекатился за спину одного из двух гигантов и глубоко вонзил кинжал ему под колено. Эта нога подогнулась, как и планировалось, и Энтрери наступил на скошенную икру, проводя Круг между ног гиганта. Неуклюжий великан согнулся пополам, а Энтрери продолжил карабкаться по его спине, как по лестнице. Он обвил кольцом шею гиганта и вонзил свой кинжал ему в поясницу.
Эта внезапная боль пришлась как нельзя кстати и заставила гиганта быстро выпрямиться, сбросив убийцу со спины. Энтрери использовал силу, которую он черпал из своего кинжала, чтобы не разжать другую руку, и использовал инерцию, полученную от внезапного удара, чтобы сильно ударить Кругом по шее гиганта. Порез был слишком глубоким и серьезным, чтобы ледяное лезвие могло прижечь его, и из смертельной раны хлынула кровь. Этот великан закончил свою битву.
Другой гигант едва заметил, что его первая атака прошла мимо цели, наблюдая, как его напарник внезапно упал на пол, схватившись руками за зияющую рану на шее. Великан наблюдал, как Энтрери пролетел через всю комнату и сильно ударился о дальнюю стену. Маленький человечек тут же вскочил на ноги, как будто ему понравилось столкновение. Он выставил оба своих клинка перед собой и улыбнулся.
Гигант увидел уникальный стиль своего противника и наклонился, чтобы поднять оброненную дубинку своего партнера, так что у него тоже будет два орудия. Энтрери медленно направился к гиганту, делая себя настолько легкой мишенью, насколько мог. Великан заглотил наживку и замахнулся обеими дубинками сбоку, намереваясь раздавить Энтрери между ними. Убийца просто сделал еще один шаг вперед, и две дубинки столкнулись у него за спиной, заставив руки гиганта онеметь и вынудив его выронить их обе.
Энтрери начал двигаться быстрее, пока гигант все еще не оправился от нанесенного им самому себе удара. Он запрыгнул одной ногой на правую коленную чашечку и погрузил Круг в живот великана. Он оттолкнулся от колена и поставил правую ногу на свой меч, чтобы встать прямо и посмотреть великану в лицо.
Движение было выполнено слишком быстро, чтобы гигант успел его обдумать, и когда он почувствовал, что его тело холодеет, Энтрери улыбнулся ему в лицо и вонзил кинжал под огромный подбородок. Кровь потекла по его шее, и Энтрери сменил позу, чтобы не запачкаться. Неуклюжие руки гиганта попытались ударить этого человека, но его силы слишком быстро таяли, и он ничего не мог сделать, чтобы сбросить Энтрери.
Великан с шумом упал, и Энтрери отпрыгнул в сторону, чтобы не упасть вместе с ним. Он вытащил Круг прежде, чем гигант полностью застыл. Он предпочел позволить жалкому существу истечь кровью до смерти. Энтрери начисто вытер свой кинжал и продолжил подниматься по лестнице в другом конце комнаты.
Прошла еще минута подъема по огромным ступенькам, прежде чем он добрался до верха. В воздухе чувствовался сильный холод, и Энтрери понял, что нашел то, что искал. Площадка наверху лестницы простиралась за угол, и молчаливый убийца не торопился, не желая больше попадаться в ловушки. Вход в столовую был заблокирован настолько, что никто не мог войти в это помещение, но он был защищен только от людей. Если Крон хотел защиты от своих лейтенантов, ему нужно было что-то другое.
Завернув за угол, Энтрери смог заглянуть в личные покои ледяного великана. В комнате было пусто, но он не мог видеть всего с такого расстояния в коридоре, а там должно было быть несколько комнат, примыкающих к главной. Энтрери не знал, который был час, но они с Джоном были взяты в плен ближе к вечеру, и никто не мог сказать, как долго они были без сознания. Скорее всего, была ночь или раннее утро, и Крон, возможно, спал.
Энтрери смело шагнул вперед, восхищаясь морозно-голубым ковром, лежащим у входа в комнату. В середине был красивый вытканный узор в виде белой снежинки. Он подумал, что это немного вычурно для такого места, как это, но если Крон умен, он бы наверняка захотел иметь в своих покоях несколько излишеств. И все же...
Дверь в его комнату была открыта, как будто он искушал кого-то войти. Энтрери присел на корточки перед ковром, прежде чем пройти по нему. Он был тяжелым, но этим утром убийца чувствовал себя особенно бодрым. Он сильно потянул за край, и тот отодвинулся, обнажив особенно большой оберег, вырезанный в полу.
– На этот раз ты почти поймал меня, приятель, – прошептал Энтрери.
В юности Паша Басадони заставлял его постоянно изучать глифы и различные магические знаки. В то время изучение странных символов казалось пустой тратой времени, но после того, как знание таких вещей неоднократно спасло ему жизнь, пока он пробирался по домам богачей, он понял их ценность. Когда их гравировали на подоконниках и запертых сундуках, они могли выглядеть декоративно, если не знать, на что обращать внимание. Но Энтрери знал.
Эта конкретная защита была парализующим заклинанием. Не смертельно, потому что предназначалось для каменных гигантов, но, вероятно, также сработала бы сигнализация внутри комнат, которая предупредила бы Крона о присутствии незваных гостей. Если ледяной великан выйдет сюда и обнаружит Энтрери стоящим неподвижно, то именно это будет смертельно. Энтрери увидел, что у него было достаточно места, чтобы прокрасться вдоль стены с обеих сторон и избежать действия глифа, но у него была идея получше.
У большинства знаков был другой символ, который менял действие глифа на противоположное. Например, на каждую награду, даровавшую великую мудрость, приходился оберег, даровавший великую глупость. Для каждого заклинания, которое давало защиту от определенного элемента, существовало заклинание, которое делало в два раза более восприимчивым к этому элементу. Сложность заключалась в том, что каждый противостоящий оберег был очень похож на своего партнера, поэтому жрецу или шаману было очень важно быть как можно более точным при его рисовании. Энтрери знал, каким был символ, противоположный этому парализующему оберегу. Он достал Круг и осторожно склонился над глифом. Крепко прижав меч к каменному полу, он осторожно добавил к символу еще две линии. Он наблюдал, как активирующий порошок волшебным образом закружился в новых чертах, и по полу разнесся почти незаметный гул. Энтрери улыбнулся и вернул тяжелый ковер на место.
Затем он быстро прошел по нему в комнату. Он испуганно вскрикнул и застыл совершенно неподвижно. Он притворился парализованным, но на самом деле его мышцы дрожали, когда кровь мчалась по его телу. Каждый нерв был на пределе, и ему казалось, что он вот-вот взорвется. Противоположностью парализующему заклинанию было заклинание ускорения, и поскольку оно было разработано для каменных гигантов, Энтрери подумал, что, возможно, смог бы взбежать по вертикальной стене, если бы захотел.
– Я говорил тебе никогда меня не беспокоить? – проворчал Крон, выходя из одной из соседних комнат. Он посмотрел на Энтрери и его лицо пробрело встревоженное выражение. – Ты? Как ты сюда попал? Где мои охранники? – Он понял, что Энтрери не мог говорить, потому что застыл, и перестал ждать ответа. – Значит ты убил их, не так ли? – Он взглянул на Круг, который Энтрери крепко сжимал в руке. – Да, это ты. Хотелось бы думать, что вы уже научились не врываться просто так в чужой дом. Есть ловушки там, где их меньше всего ожидаешь.
Энтрери больше не мог удерживать свою позицию. Он чувствовал невероятное напряжение в конечностях, а кровеносным сосудам в голове казалось, что они вот-вот взорвутся. В отличие от каменных гигантов, у Крона было настоящее оружие. На стене в комнате висел огромный цеп с шипастым шаром размером с грудь Энтрери. Крон поднял его и небрежно взмахнул массивным оружием.
– Мне следовало раздавить тебя еще при входе, но я не совершу одну и ту же ошибку дважды. Не знаю, как ты избежал других моих ловушек и охраны, но если ты нашел другой способ проникнуть внутрь, ты не проживешь достаточно долго, чтобы кому-нибудь об этом рассказать.
«Прекрати уже болтать и убей меня!», мысленно закричал Энтрери. Гигант подошел к застывшему убийце.
– Если бы ты был чуть крупнее, я бы приберег тебя на ужин, но в качестве соуса ты прекрасно подойдешь.
Он умело развернул свое оружие рядом с собой и опустил его с ужасающей силой. Цеп превратил незваного гостя в ничто, и Крон отвел свое оружие назад, чтобы осмотреть пятно. Пол потрескался, но крови вообще не было.
Когда он наклонился, чтобы посмотреть поближе, то почувствовал внезапную боль в икре, почти как от укуса. Он потянулся, чтобы ударить по этому месту, и получил еще один укол в другую ногу. Еще один с другой стороны, и еще. Затем его рука, колено и бедро. Что происходит?
Крон резко обернулся, но позади него ничего не было. Еще несколько укусов ужалили тело великана, и он снова развернулся. Там по-прежнему ничего не было. Он пробормотал заклинание активации, и медальон, висевший под его меховым жилетом, замерцал, когда его покрыла защитная ледяная шкура. Он работал в течение трех секунд, а затем жжение вернулось.
– Что, во имя Эритнула? – пробормотал он. Этот ледяной щит должен был защитить его от следующих шестнадцати ударов. Ничто не могло напасть на него так быстро.
Он почувствовал еще несколько быстрых уколов, а затем сильный порыв холода.
– А-а, – сказал он, узнав укус ледяного лезвия. Он вытащил свой медальон из-под жилета, пытаясь вспомнить правильные слова для следующего защитного заклятия. Он пробормотал активирующее слово, и его тело снова замерцало.
Внизу, бегая вокруг ног гиганта слишком быстро, чтобы его можно было заметить, Энтрери начинал раздражаться. Он не мог оставить свой кинжал внутри гиганта надолго, потому что энергетический шок был слишком силен в его нынешнем возбужденном состоянии. Кроме того, он не мог оставить Круг вонзенным в своего врага, как он поступал со своими менее умными врагами, потому что Крон был бы достаточно умен и силен, чтобы вытащить его и не прикасаться к лезвию. Кроме того, у Энтрери было ощущение, что ледяной клинок был не так эффективен против этого ледяного же великана. Он не оставлял своей обычной линии инея вдоль ран.
Он знал, что ледяные великаны невосприимчивы к большинству повреждений от холода, но заклинание Круга было таким сильным, какого он никогда раньше не видел на оружии. Конечный результат, вероятно, был бы похож на то, как если бы Энтрери проткнул себя сосулькой. Было бы холодно, но это не причинило бы дополнительного вреда. Тем не менее, он был острее и лучше сбалансирован, чем его кинжал, поэтому он продолжал им пользоваться.
Теперь, после этого последнего высказывания Крона, он мог видеть, что ни один из его клинков не причинял никакого вреда. Это было похоже на то, как если бы он атаковал мягкую глину. Каждое оружие вонзалось в плоть, но после этого раны просто затягивались. «Проклятый шаман», пробормотал Энтрери.
Крон рассмеялся, когда болезненные уколы наконец прошли. Они уже начали заживать из-за большой коллекции амулетов регенерации, которые он носил. И все же он не знал, как этот маленький человечек это делает. Разве он не должен быть парализован? Не успел он додумать свою мысль, как почувствовал, как по его боку пробежала щекотка, и его медальон оказался снят с шеи.
– Эй?
Он увидел, как ожерелье упало на землю перед ним, и потянулся, чтобы поднять его. Еще до того, как он коснулся земли, его перехватило размытое пятно, и он услышал металлический звон своего медальона, брошенного в коридор и отскакивающего вниз по ступенькам. Размытое пятно?
Поскольку раздражающие, но в основном безобидные атаки продолжались, Крон подбежал к входу и отдернул ковер. Он увидел, что сделали с его символом, и рассмеялся.
– Это заклинание не будет длиться вечно, о умный незваный гость, и когда оно закончится, ты будешь очень уставшим, а я буду очень сердитым.
Энтрери понял это и начал менять свою тактику. Одежда гиганта состояла в основном из меха и мешковатых шкур. Забраться на него было очень легко. Крон непрерывно хлопал себя по телу, пока ловкий убийца прыгал по нему, как наглая блоха. Ему казалось, что дюжина пауков непрерывно кусает его. Укусы также стали причинять больше боли, поскольку Энтрери находил более уязвимые и нежные места для своих атак. Крон был достаточно умен, чтобы не ударить себя собственным оружием, как это мог бы сделать один из его каменных гигантов, но он также понимал, что не сможет поймать Энтрери руками.
Крон громко хрюкнул, подбежал к стене своей комнаты и прижался спиной к стене. Затем он развернулся и врезался грудью в стену. Энтрери поспешно обежал тело, больше не тратя времени на атаки. Крон предсказуемо развернулся, чтобы снова ударить его по спине, и Энтрери попал ему в грудь, но умный ледяной гигант полностью развернулся и поймал Энтрери за лодыжку, когда снова врезался животом в стену.
Энтрери упал со своего насеста и откатился в сторону. Теперь, прихрамывая, он двигался медленнее.
– В конце концов, не такой уж он и тупой, – рассмеялся Крон, выступая от имени убийцы. – Если бы ты только знал, во что ввязываешься.
Теперь ледяной гигант перешел в атаку. Его огромный цеп был быстр, но не настолько, чтобы поразить Энтрери, даже если бы он не был волшебным образом ускорен. Тем не менее, это заставляло раненого убийцу двигаться.
Крон чувствовал себя так, словно пытался раздавить неуловимых сусликов на поле, полном ям, но он не расстраивался.
– Время уходит, маленький человечек, и выхода нет.
На самом деле путь к отступлению был, но Крон произнес еще одно могущественное слово, и его заколдованная дверь захлопнулась и заперлась на замок.
А потом это случилось. Действие заклинания истекло. Ноги Энтрери внезапно больше не могли угнаться за инерцией его верхней части тела, и он рухнул ничком. Крон сдержал свой следующий удар, наслаждаясь моментом.
– Что же у нас здесь?
«У нас серьезная проблема», подумал Энтрери. Он едва мог дышать, так сильно запыхался. Никогда в жизни он не чувствовал себя таким измученным. Он не знал, хватит ли у него сил даже на то, чтобы встать. Он попытался подняться, но его лодыжку пронзила боль, и он снова рухнул. Впервые за долгое время он почувствовал себя беспомощным.
– Я полагаю, ты доставил мне много хлопот, – начал Крон, видя, что Энтрери никуда не собирается уходить. – Я также полагаю, что даже половины не знаю, не так ли? – Вопрос был риторическим, и Энтрери не знал, хватит ли у него сил ответить в любом случае. – Когда я убью тебя и вернусь вниз, я везде найду трупы, не так ли? Я могу начать все с начала, ты же знаешь. Для меня это еще не конец. Но для тебя – конец.
Этот парень любил поговорить, и пока он продолжал рассказывать о том, как он собирается ограбить каждый город на своем пути, Энтрери попытался проанализировать свою ситуацию. Этот великан не был похож ни на одного врага, с которым он когда-либо сталкивался. Оружие Энтрери было таким маленьким, это было все равно что атаковать Вульфгара зубочистками. Если бы у него был час или два, или достаточно времени на шее гиганта, он, возможно, смог бы нанести достаточный урон, чтобы убить тварь, но у него не было бы таких шансов. Каменные великаны были более чем на четыре фута ниже Крона, и их тысяча двухсот фунтовый вес бледнел по сравнению с почти тремя тысячами фунтов Крона. Плюс у Энтрери было предчувствие, что на Кроне было гораздо больше защитных безделушек, чем медальон, который он снял. Несмотря на то, что он нанес ему столько ран, крови почти нигде не было.
Каждое из орудий Энтрери также обладало мощными чарами, которые помогли ему против других гигантов, но Круг не мог нанести дополнительного урона этому ледяному гиганту, а способность его кинжала высасывать жизнь была слишком велика в его возбужденном состоянии… Энтрери внезапно пришла в голову идея.
Крон закончил свою литанию о будущих завоеваниях и добавил свою версию их исхода. Сокрушительный удар цепа обрушился с огромной силой, и Энтрери заставил себя откатиться в сторону. Шипастый шар пришпилил его развевающийся плащ, как и ожидал Энтрери, и пока он пытался расстегнуть застежку на шее, Крон занес ногу, чтобы растоптать неподвижную мишень. Энтрери освободился как раз в тот момент, когда ботинок опустился. Он перекатился в сторону и, схватив великана за лодыжку, вонзил свой кинжал в икру.
Крон попытался отшвырнуть его, но когда к Энтрери вернулись силы, он крепко ухватился и убедился, что его ноги не окажутся под огромными ботинками гиганта. Потеря сил Кроном была заметна, и гигант сердито пнул его ногой. Движение было слишком сильным, чтобы Энтрери смог удержать равновесие, и его швырнуло через всю комнату, сильно ударив о деревянную полку и обрушив ее на него сверху.
– Ты действительно надоедливый паразит, – пробормотал Крон, подходя, чтобы наконец покончить с убийцей. Он опустил свой цеп, чтобы раздавить и без того сломанную полку, но Энтрери выпрыгнул из кучи рухляди таким же гибким, как всегда.
– Сбиваешь с толку своей суетой, – добавил он, вытаскивая свое оружие из сложенных им обломков дерева и поворачиваясь, чтобы посмотреть, куда теперь убежал Энтрери.
Надеясь, что спальню великана не охраняют другие чары, Энтрери вбежал внутрь и увидел большое окно, выходящее наружу. Крон услышал звон бьющегося стекла, доносящийся из его комнаты, и быстро последовал за ним.
– Я гарантирую тебе большие неприятности!
Энтрери обнаружил себя на склоне продуваемой ветром вершины. Солнце только что взошло, и хотя оно было скрыто за его спиной, хорошо освещало склон впереди. Энтрери попытался сообразить, спускаться ему или подниматься, но когда тонкая каменная стена позади него взорвалась, сбросив его с выступа, решение было принято за него.
Крон сделал отверстие немного больше и вышел наружу. Он увидел Энтрери, скользящего вниз по заснеженному склону перед ним.
– Перестань играть в снежки и дай мне убить тебя! – закричал великан навстречу ветру. Энтрери достиг дна небольшой расселины и оглянулся назад. Крон спускался по склону, с каждым шагом создавая небольшую лавину. Перед Энтрери был гораздо более крутой склон, и он вскарабкался на него.
Он едва успел выбраться за пределы досягаемости великана, когда Крон добрался до расселины.
– Ты думаешь, что сможешь взобраться быстрее меня? – рассмеялся ледяной великан. – Ты жестоко ошибаешься.
Как оказалось, ошибся именно Крон. Он потянулся за выступом, но тот отломился под его весом. Он попробовал еще несколько раз с тем же результатом. Тем временем Энтрери, как мог, карабкался вверх по почти вертикальному склону. В отчаянии Крон подпрыгнул и замахнулся цепом на проворного убийцу. Ему не хватило дюжины футов, но шипы глубоко вонзились в скалу и держались крепко. Крон обнаружил, что он в состоянии подтянуться, но как только он убрал цеп, чтобы снова взмахнуть им, он просто начал съезжать обратно.
Когда он сел и смахнул камни, которые последовали за ним вниз, он увидел, что оставил в скале большую дыру. Он знал, что если бы смог дотянуться до нее, она выдержала бы его. Он взмахнул цепом на шесть футов вверх по стене и проделал еще одну дыру. Затем он пробил еще одну через двенадцать футов и начал карабкаться.
Энтрери напрягался каждый раз, когда цеп наносил удар, поскольку толчки почти отбрасывали его от скалы. «Он что, срубает гору?», Энтрери посмотрел вниз, чтобы выяснить это, и удвоил свои усилия. Он все равно добрался до вершины первым, но пробыл там в одиночестве недолго. Когда Крон медленно взобрался на узкое плато, Энтрери надеялся, что его наспех составленный план сработает.
