Глава 11
Тихий и Холодный, Как Смерть
С самого начала сложившейся дилеммы Джарлакс решил, что должен игнорировать тревожные опасения относительно своих друзей. Он уже в который раз напомнил себе, что они либо уже мертвы, либо, что более вероятно – и более обнадеживающе – заключены в тот же ледяной стазис, который, как они обнаружили, произошел с теми, кто пришел сюда до них. Снова и снова он прокручивал в голове образ женщины-эвендроу и орка, которых они освободили из курганов, все еще живых после месяцев пребывания в ледяном коконе. Слабых, но живых.
Его друзья живы. Снова и снова повторял он, пытаясь заставить себя верить в это.
Но он не мог знать наверняка. В чем он был уверен, так это в том, что время было его единственным союзником, что только терпение может спасти его из этого места, полного ужасных монстров. По крайне мере, с волшебными сапогами ему было достаточно тепло, чтобы выжить. А сумка для хранения снабжала едой и удобной постелью.
Но мрачное одиночество сказывалось на нем, и маленькая каморка на дне волшебной норы начала дурно пахнуть.
¾ Нужно будет попросить Громфа создать здесь отсек для хранения, ¾ прошептал он, и испугался звука собственного голоса. Он понял, что в впервые что-то произнес за много часов – вероятно, за пару дней.
Значит, здесь происходила битва его чувств, и он уже проиграл ее! В темноте, холоде и абсолютной пустоте, его выживание зависело не только от наличия еды, воды и тепла, о нет. Его жизнь выходила далеко за рамки основных физических потребностей, и они не удовлетворялись.
Он должен рискнуть и проверить, опустела ли комната наверху. Надо выбираться прямо сейчас.
Он достал из сумки спальный мешок и свернул его в толстый цилиндр, затем опустился на колени и положил его на подушку. Щелчок правым запястьем призвал в руку магический кинжал.
Он глубоко вздохнул и протянул другую руку к шесту, на котором держался зонт. Но засомневался, стоит ли опускать его сейчас – вдруг сверху упадет кусок льда и раздавит его?
Даже когда он начал поиск другого пути, он мысленно представлял это. Возможно, ему удастся прорыть туннель из-под зонта, а затем подняться выше.
Джарлакс покачал головой, решив не думать слишком много.
Даже эта рациональная мысль промелькнула и улетела прочь, подавленная дурным предчувствием и ощущением явного ужаса, которые продолжали нарастать. Ибо ему все больше не терпелось выбраться из этого места – даже отчаянно, потому что теперь был уверен, что стены приближались к нему! – поэтому высвободил магию и немедленно убрал шест и веер.
Единственное, что на него упало ˗ это шляпа.
Он рассмеялся. Но не знал почему и не мог остановиться.
Он взял широкополую шляпу и отметил, что волшебное перо снова отрастает, хотя волшебная птица пока была недоступна. Начав надевать шляпу, он остановился и более внимательно изучил кончик отрастающего пера. Это был не совсем точный процесс – гигантская птица иногда становилась пригодной для использования всего через день после сражения, в то время как в других случаях требовалось целых четыре дня, чтобы перезарядить призывающий двеомер. Однако он был совершенно уверен, что пробыл в этой дыре по меньшей мере день.
Что теперь?
Создать немного света? Не станет ли он просвечивать сквозь ледяную глыбу сверху, которая, он был уверен, также являлась небольшой колонной, стоящей в комнате? Свет наверняка привлечет внимание любых монстров в комнате, как и любой звук.
И снова он молча отругал себя за то, что слишком много думает.
Он отругал себя за то, что ругал себя. Голоса в голове спорили, и ни к чему его не приводили.
Ему нужно убираться отсюда. Все остальное не имеет значения!
Рука дроу взметнулась вверх, магический кинжал вонзился в твердый лед наверху, хотя и не так глубоко, как он надеялся.
Взмах левого запястья привел к тому, что кинжал возник и в этой руке, и дроу начал колоть, ковырять и кромсать лед. Хлопья, маленькие осколки и куски летали вокруг него. Он долго продолжал работу, наконец отрезав достаточно, чтобы отломить кусок льда величиной с голову. Это доставило ему удовольствие, пока не понял, что все еще стоит на коленях, а ледяной потолок по-прежнему слишком низок, чтобы он мог выбраться из ямы.
Магическая дыра была целых десять футов глубиной, и он догадывался, что магический торнадо, который пытался поглотить его, образовал столб льда значительно выше пола пещеры.
Это означало, что, несмотря на все усилия, он едва ли проделал хотя бы щербинку.
Некоторое время спустя Джарлакс снова рухнул на пол. Ему потребовалось немало усилий, чтобы взять спальный мешок и разложить его для отдыха.
Он попытался очистить мысли и разработать стратегию, как выбраться из этого места. Возможно, он мог бы зафиксировать один из кинжалов, воткнуть его в лед, а затем превратить в меч!
Магия преодолела бы простой лед, и клинок глубоко вошел бы в глыбу.
Мгновение восторга сменилось тем, что дроу в страхе затаил дыхание. В этот момент ледяная глыба небольшого размера, которую он сдвинул с места, тяжело рухнула на пол, и оцарапала бедро и колено при падении.
¾ Осторожно, ¾ прошептал он, понимая, что легко может ненароком отломить слишком большой кусок и похоронить себя здесь. ¾ Терпение.
Поэтому он снова лег, решив не действовать опрометчиво. После короткого сна и быстрого приема пищи Джарлакс вернулся к сбиванию и скалыванию, выковыриванию мелких кусочков. К тому времени, когда он закончил вторую попытку после длительного, необходимого отдыха, он выкопал цилиндрическую шахту. Впервые за много часов или дней – он не мог сказать – Джарлакс стоял полностью выпрямившись, его голова и плечи, без шляпы, которая была слишком широка для шахты, полностью находились в ледяной трубе.
И он долго стоял там, выдавив из себя удовлетворение, сосредоточив разум на предстоящей задаче. Теперь он начинал понимать размеры ледяной гробницы. Он обдумал некоторые идеи, как можно расположить более крупные куски, чтобы положить на них спальный мешок и подняться выше, для продолжения раскопок.
Теперь он был немного менее безумным и гораздо более сосредоточенным.
При следующей попытке, несколько часов спустя, Джарлакс засунул руку высоко в ледяную трубу и провел лезвием к стене магической дыры. Результат был одновременно обнадеживающим и ужасающим, потому что, когда кончик клинка ударился о магическую стену, огромные куски льда посыпались вокруг, ударялись о ноги и в какой-то момент чуть не сбили его с ног. Он наблюдал, как внизу разбился лед.
Если бы он упал, один из этих блоков приземлился бы ему на спину или голову.
Прошло много времени, прежде чем он снова начал копать, потому что ему пришлось соорудить пол из этих упавших кусков льда и разложить вещи на нем. Проявив немного сообразительности, которой Джарлакс гордился, он нашел способ наклонить и переустановить свой зонт, чтобы дать ему некоторое прикрытие и защиту, когда он двинулся дальше. Он также начал отмечать ледяную стену сбоку от своей впадины, чтобы измерять прогресс.
Джарлакс не знал, сколько часов или дней прошло, когда он, наконец, сдвинулся с места и проделал отверстие в ледяном сталагмите прямо над полом пещеры.
Порыв воздуха ошеломил его. Он плюхнулся обратно на спальный мешок, который теперь был установлен на льду на полпути над волшебным дном лунки, и обнаружил, что дрожит от облегчения и втягивает свежий воздух, как будто это был какой-то восхитительный, наполненный ароматом запах из далекой страны.
Вскоре он снова поднялся на ноги и выглянул в проделанное им маленькое отверстие. Снаружи было не совсем темно, но он не заметил никакого движения. Он проследил за зеленым свечением, и смог увидеть край такого же полупрозрачного круга на дальней стене, похожего на гигантские цветные окна, которые он видел в великих соборах, построенных людьми. Он все больше убеждался, что это тот самый портал, который разбил гигантский слаад, чтобы вызвать яростный ледяной ветер. Его починили или отрастили заново, и теперь он был цел, впуская сияние Веселых Танцоров полярного ночного неба.
Джарлакс затаил дыхание, вспомнив это богоподобное существо, которое призвало ледяной северный ветер и победило их за считанные мгновения. Оно разделалось с группой могущественных опытнейших искателей приключений, как с детьми.
Теперь ледяное окно вернулось, как будто ловушка была восстановлена.
Джарлакс достал волшебный ушной рожок, надел его и приложил ухо к отверстию. Он простоял так неподвижно довольно долго.
Он не слышал ничего, кроме завывания ветра, проносящегося по огромной пещере.
Медленно и обдуманно Джарлакс провел мечом по небольшому туннелю в ледяном сталагмите, расширяя его. Несколько раз он останавливался, чтобы заглянуть внутрь, внимательно прислушивался, затем возвращался к работе, скалывая края своей ледяной могилы.
В конце концов, с него было достаточно. Он вонзил кончик кинжала в лед. Затем, уперев рукоять в пол, использовал магический рост от кинжала к мечу, чтобы глубоко войти в лед.
Сильно увеличенное оружие прошло насквозь, вверх и наружу. Большой кусок льда откололся от сталагмита и с грохотом упал на пол камеры.
Джарлакс затаил дыхание, опасаясь, что такой шум дорого обойдется ему.
Но в комнате по-прежнему было тихо.
Только стонущий холодный ветер продувал насквозь.
Джарлакс спустился обратно, собрал свои вещи, затем уселся и выпустил зонт.
Как только он это сделал, лед в яме сдвинулся, часть его осыпалась, но Джарлаксу удалось удержаться и подойти к яме, которую копал.
Теперь он работал более яростно, кромсая края туннеля, и наконец, открыл его, чтобы суметь проползти.
Он медленно сел на колени за пределами ледяного кургана и огляделся по сторонам, чтобы сориентироваться. Он заметил туннель, по которому они вошли в пещеру.
Он заметил холмики, в которых лежали Доум'вилль и другие павшие несколько месяцев назад. Он увидел орка и эвендроу, которых он и его друзья освободили, обмякших и снова закованных в лед.
¾ Вы живы? ¾ прошептал он тихо орку, эвендроу и своим друзьям.
И там был Энтрери, пойманный при падении на пол под странным углом, поскольку потерял коня под собой. Магия огненного кошмара рассеялась, когда его хозяин впал в бессознательное состояние.
И там стояла Кэтти-бри, прямая, как призрак в ледяном столбе. Позади нее, в стороне, взгляд Джарлакса привлекла легкая искорка.
Меч Закнафейна.
Джарлакс посмотрел на собственную могилу. Нужно забрать переносную дыру. Получится ли забрать ее? Не расколется ли основание колонны и не обрушится ли все это?
В этом случае он, вероятно, не сможет забрать маленькую тряпку. По крайней мере, не наделав слишком много шума. Обдумывая это действие, он заметил на земле кое-что еще и потянулся за обсидиановой фигуркой коня, но обнаружил, что она заключена в лед.
С чего начать?
Меч Зака, решил он, и пополз мимо своего кургана, мимо гробницы Кэтти-бри, к Закнафейну. План начал формироваться, когда он приблизился к мечу, творению, выкованному Кэтти-бри, соединявшего два оружия: клинок света и огненный хлыст Зака с межплановой досягаемостью. Оружие оказалось заключено в оболочку лишь частично – прежде чем лезвие исчезло обратно в магической рукояти, огонь и остаточное тепло растопили лед вокруг. К своему облегчению, Джарлакс понял, что может довольно легко извлечь украшенную рукоять.
Что потом?
Вспоминая бой и те тактики, которые сработали и не сработали, он обдумывал варианты.
О своем кошмаре он вспомнил почти сразу. И он, и Энтрери применили адских скакунов для сокрушительного уничтожения врагов и сталагмитовых курганов.
¾ Держись, мой друг, ¾ прошептал он Заку, когда, наконец, освободил клинок, и бросился в другую сторону, соскользнув рядом с пойманной в ловушку фигуркой.
Рукоять поднялась вверх, Джарлакс обнажил волшебный клинок во всей его ослепительной красе и пламени. Шок от внезапного света в темной пещере застал его врасплох, и у него защипало глаза, но он знал, что сейчас не может остановиться, потому что полностью посвятил себя делу. Он опустил клинок света так, чтобы сияние и огонь растопили лед вокруг статуэтки. Затем освободил обсидианового скакуна и вскочил, крутясь вокруг, выискивая врагов – и видя, как они вырастают вокруг него. Ледяные големы заключали в себе мертвые формы эвендроу, орков, дворфов-куритов и людей-улутиунов.
Н'диви! Армия н'диви.
И он увидел мерцание на полу, похожее на потоки воды, текущие по льду, и понял, что канте, необитаемые, приближаются к нему со всех сторон.
Идут, чтобы сделать из него н'диви.
Он посмотрел на яростно светящийся меч.
¾ Что ж, мы пытались, ¾ пробормотал он.
***
¾ Сегодня мы проделаем весь путь до города, ¾ объявила Галатея экспедиции. ¾ Погода сохранится, Веселые Танцоры будут яркими. Мы прорвемся.
Арктос орокс по команде выставили упряжки на снег, сани быстро скользили по паковому льду. Галатея и Илина делили одни из саней и почти не разговаривали в первый день отступления.
Однако они часто обменивались взглядами, и каждый понимал боль другого.
¾ Аззудонна, ¾ просто сказала Галатея, когда они прервались, чтобы дать командам орокс отдохнуть. Паладин покачала головой.
¾ Это не твоя вина, ¾ ответила Илина. ¾ И мы до сих пор даже не знаем, что с ней случилось на самом деле.
¾ Мы знаем, что она ушла. Они все ушли.
¾ Они знали, во что ввязываются, ¾ возразила Илина, но только ради Галатеи, поскольку она тоже испытывала глубокую боль потери, и не только из-за Аззудонны. Она была удивлена тем, насколько сблизилась с Кэтти-бри за те недели, что знала человеческую женщину. Их веры не так уж сильно отличались, обе были сосредоточены на божествах, которые возвышали мир природы и гармонию цикла жизни и смерти.
¾ Аззудонна не верила, что ввязывается во что-то большее, в отличие от нас, ¾ напомнила ей Галатея.
¾ Она этого не делала. Это мог быть любой из нас, на которого напала... что бы это ни было.
¾ Я думаю, это была пантера.
¾ Пантера была союзником, ¾ сказала Илина. ¾ Давай расскажем все Временному Собранию, чтобы они могли направить прорицателей попытаться найти ее или узнать, что с ней случилось. Возможно, наши посетители сбежали с помощью магии и нашли способ забрать Аззудонну с собой?
¾ Временное собрание не обрадуется, услышав это, ¾ ответила Галатея. ¾ Что это может значить для Каллиды, если наши четверо посетителей избежали как слаадов, так и наших собственных заклинаний забвения, да еще и с доказательствами?
Илина долго обдумывала это, затем ответила:
¾ Я надеюсь, что они сбежали. Все они. ¾ Она на мгновение задумалась над своим заявлением, затем кивнула головой. – Я им доверяю.
¾ Даже Джарлаксу? ¾ поддразнила Галатея. Впервые с тех пор, как они покинули пещеры на ее лице появилась улыбка.
¾ Особенно Джарлаксу, ¾ ответила Илина. ¾ Он любит секреты.
Галатея наклонилась и поцеловала Илину в щеку.
¾ Будем сохранять надежду, ¾ заметила Илина.
¾ Я хотела бы сделать больше, чем просто надеяться, ¾ сказала Галатея. ¾ Я хотела бы привести армию в ту пещеру и уладить все раз и навсегда. С меня более чем достаточно слаадов, их гигантских слуг и их ледяных големов.
Вскоре сани снова тронулись в путь, но у Илины и Галатеи не могло сохраниться обнадеживающее настроение.
Аззудонна, Кэтти-бри и трое других посетителей оставались потерянными для них. Это была реальность, с которой им пришлось столкнуться, каковы бы ни были их надежды.
***
Джарлакс уронил статуэтку и призвал адского коня.
Огромным прыжком он оказался на нем почти сразу же, как появилось, и, не теряя времени, привел кошмарного скакуна в движение.
Стоять на месте означало быть пойманным. Быть пойманным означало быть уничтоженным.
Пылающий меч превратился в хлыст, и он сразу же ударил им в сторону. Огненный наконечник вонзился в н'диви и с легкостью разрезал лед вокруг эвендроу. Когда он отвернулся, Джарлакс ударил рукоятью хлыста по боку адского скакуна, и конь ответил взбрыком, который сокрушил спотыкающегося и раненого н'диви и отправил его в полет.
¾ Энтрери! ¾ позвал Джарлакс, обращаясь скорее к себе, чем к своему другу, который, конечно же, не мог его услышать. Он направил адского скакуна к Энтрери, думая, что его необходимо освободить первым, потому что у Энтрери тоже был адский скакун наготове, и, возможно, они вдвоем могли бы посадить друзей на лошадей позади себя и быстро отступить.
Но теперь пол разбрызгивался под каждым стуком копыт, когда канте прорвались внутрь. Прежде чем он даже закончил рассуждения, образ тех двоих – эвендроу и орка – освобожденных из ледяных гробниц, пришел к нему с кристальной ясностью. Расстроенный, Джарлакс свернул в сторону и поскакал прочь от сталагмитов и своих попавших в ловушку товарищей.
Те двое, которых они освободили, были живы, хотя и ослаблены и явно растеряны. После нескольких месяцев, проведенных во льду, они все еще были живы!
Те, кто был превращен в н'диви, захвачен и одержим канте, были мертвы, и становились нежитью.
Если он освободит друзей сейчас, канте заберут их до того, как они полностью придут в себя.
Таким образом, освобождать друзей сейчас означало бы обречь их на гибель.
Он ненавидел то, что собирался сделать, хотя и знал, что должен. Джарлакс помчался на адском коне по кругу, хлыст трещал всякий раз, когда н'диви приближался, канте расплескивались под огненными копытами адского коня.
Пока он продолжал двигаться… Он захотел увидеть, сможет ли адский скакун остаться свободным, после замораживающего укуса канте?
Он попытался сформулировать план, чтобы безопасно уйти, и пытался понять, что ему нужно, для возвращения.
Потому что ничто не помешало бы ему вернуться за друзьями.
Еще один н'диви, вращаясь, полетел на пол от громового щелчка волшебного хлыста. Еще один был разорван на части ударом адского скакуна и еще двое упали, растоптанные могущественным демоническим зверем.
Возможно, учитывая относительную опасность, которую они представляли, более важным было то, что множество кружащихся канте разлетелось на куски, не в силах удержать адского скакуна, его огненные копыта растопили их ледяную хватку, прежде чем они смогли прикрепиться.
Обеспокоенный ранее, Джарлакс теперь начал думать, что он может победить, действительно может очистить комнату и освободить не только своих друзей, но и Доум'вилль и всех остальных, заключенных в ледяных сталагмитовых насыпях.
Однако, на одном широком повороте, он взглянул через дорогу на большой ледяной пандус с верхней полкой, которая тянулась вдоль задней части комнаты, выступ, усеянный туннелями.
Н'диви хлынули из этих туннелей, подбегая к пандусу и бросаясь вниз с горки бесконечным потоком. Что еще хуже, после появились более крупные формы. Гиганты и слаади.
Вернемся к первоначальному плану.
Джарлакс пригнулся к шее скакуна и погнал его со всей скоростью к выходу из туннеля. Он радовался этим огненным копытам, когда срезал острый угол на ледяном полу и не врезался боком в стену.
Всю дорогу ему приходилось пригибаться, потолок был прямо над ним.
Потолок.
Были ли над ним канте, текущие по льду?
Хлыст превратился в огненный меч, и Джарлакс поднял его перед собой вверх, царапая потолок, пока кошмар несся вперед.
Он ударил по канте. Сначала у него приподнялось настроение, но потом чудовище упало на голову кошмара.
Джарлакс закричал, думая, что обречен.
Но адский конь фыркал огнем и мотал головой, и когда упрямый канте начал замерзать и цепляться, Джарлакс приставил к нему плашмя огненный меч, сбоку от головы адского коня.
Расплавленный огнем, монстр наконец отвалился. Не потревоженный пламенем, адский скакун мчался галопом.
Джарлакс миновал боковую комнату, где он и его друзья впервые столкнулись с этими странными и опасными големами, или монстрами, или созданиями некромантии, кем бы они ни были – с их отличиями можно разобраться позже! Он вошел в туннель, где они оставили своих сопровождающих из Каллиды, и перед ним открылся выход в ледниковый разлом.
¾ Вперед, вперед, вперед! ¾ подгонял он адского скакуна. Так близко…
Огромная фигура встала перед туннелем, блокируя выход. Ледяной гигант. Но нет... н'диви.
Ледяной гигант н'диви!
Чудовище, возникшее перед ним. Монстры, преследующие его. Больше некуда бежать.
Поэтому Джарлакс погнал своего скакуна сильнее. Он закричал и продолжал кричать, выставив меч перед собой.
«Не думай», сказал он себе.
¾ Не сбавляй скорость! ¾ приказал он, но бесстрашный адский скакун этого и не делал. Они приближались все ближе к ужасной нежити, к чуть меньшей опасности, а затем всадник и скакун на полной скорости врезались в гигантского н'диви.
Сбитый с ног почти до потери сознания, Джарлакс почувствовал, что летит. Он ослабил хватку на густой гриве адского коня, но упрямо, отчаянно сжимал другой рукой рукоять волшебного меча.
Он ударился о землю, снег и лед, подскакивая, резко и внезапно остановился у выступа изо льда и камня во многих шагах от туннеля, почти у конца ледникового разлома.
Ему хотелось лечь на спину и собраться с мыслями, но знал, что у него нет времени. Он стряхнул головокружение и сосредоточился на том пути, которым пришел.
Гигант н'диви встал на ноги, на льду, покрывавшем его, появились многочисленные трещины. Кошмар тоже поднялся, немедленно подняв передние копыта, чтобы ударить по замерзшей туше.
Каждый рефлекс Джарлакса, умственный и физический, говорил ему бежать, и он даже встал на колени лицом к выходу из ледникового разлома, ледяной покров мерцал в свете Веселых Танцоров, а полярная ночь практически манила его.
Однако он повернул назад, даже не поднявшись на ноги, потому что Джарлакс знал, что не может сбежать – в буквальном смысле. Без своего скакуна он погибнет.
Если он потеряет этого адского скакуна, он потеряет все.
Тяжелый взмах гиганта н'диви отбросил кошмара в сторону. Немертвый монстр бросился в погоню.
Джарлакс зарычал и рванулся обратно на перехват. Он взялся за рукоять меча обеими руками, и скользя на коленях, врезался в заднюю часть толстой ноги н'диви. Он отскочил назад, а н'диви продолжил движение, как будто даже не заметил удара.
¾ Вот и я! ¾ зарычал Джарлакс, и обеими руками обрушил пылающий клинок. Дроу быстро развернулся, чтобы вложить в удар весь свой вес.
Раскаленное лезвие проломило лед и ударило в икру гиганта. Оно вонзилось, но неглубоко, и срикошетило от замерзшей конечности, и кровь не выступила.
Но гигантский н'диви покачнулся, явно ужаленный, и начал раскачиваться.
Джарлакс вскочил и побежал изо всех сил. Его меч превратился в хлыст, и он снова соскользнул вниз, разворачиваясь на ходу и поднимаясь на ноги лицом к преследующему монстру.
«Зак, помоги мне», безмолвно взмолился он, потому что никто не мог владеть хлыстом так, как Закнафейн. Он не сомневался, что с этим хлыстом в руках Зак смог бы отнять глаза атакующего гиганта двумя щелчками.
Джарлакс поднял руку с хлыстом прямо над собой, указывая на небо. Он опустил руку перед собой, затем завел за спину и снова, пока рука не оказалась на одной линии с головой противника. Когда он щелкнул запястьем, то послал хлыст вперед и вверх и ударил прямо в лицо гиганта. Джарлакс глубоко погрузился в хлыст, требуя всю магию, пробивая брешь на План Огня.
Хлыст расколол лед, покрывавший нос и щеки гиганта, и стекающая слеза вызвала стихийный огонь на этой замороженной плоти.
Н'диви пошатнулся, позволив Джарлаксу отбежать в сторону. Кошмар подскочил к нему, развернулся и дважды ударил гиганта прямо в бедро, отбросив его в сторону и повалив на землю.
Джарлакс несколько раз ударил хлыстом, когда тот попытался встать, и, достав палочку, запустил в дымящееся лицо гиганта молнией.
Адский скакун, кружащий и брыкающийся перед поднимающимся титаном, пнул его в лицо с такой силой, что весь лед отлетел от раскалывающейся головы.
Н'диви упал ничком. Джарлакс двинулся, будто намереваясь покончить с ним, но посмотрел на туннель через дорогу, откуда теперь выходило больше мелких монстров.
«Не сейчас», подумал он.
Он подозвал скакуна и забрался на него, почти сразу пустившись в полный галоп.
Выбравшись из расщелины, он бросился бежать, резко повернув направо, и помчался вдоль высоких стен этого неестественного ледника, известного как Кадиж, ускоряясь, чтобы как можно больше увеличить расстояние между ним и преследователями. Только много шагов спустя он понял, что погони не было.
И все же он не замедлил шаг. Он должен добраться до Каллиды.
Он понял, что единственный шанс, который был у его друзей, состоял в том, чтобы убедить эвендроу выступить с подавляющей силой.
Как бы он хотел, чтобы у него был волшебный свисток, чтобы он мог позвать Киммуриэля и попросить псионика вернуть его на юг, чтобы сплотить короля Бренора и Бреган Д'эрт.
Но он не мог добраться до них.
Судьба его друзей была в руках Временного Собрания, моны Валриссы и народа Каллиды.
¾ Я вернусь, ¾ прошептал он в холод.
