Перейти к содержимому


Свернуть чат Башня Эльминстера Открыть чат во всплывающем окне

Трёп, флейм и флуд. Все дела.
@  Zelgedis : (17 Ноябрь 2018 - 11:29 ) @nikola26 Читаю =)! Для перевода там хватает деталей которые заставляют сидеть и правильно их понимать.)
@  nikola26 : (12 Ноябрь 2018 - 10:42 ) @Zelgedis, а ты только читаешь, или переводишь по ходу дела ?)
@  Zelgedis : (12 Ноябрь 2018 - 06:57 ) Спустя 2 года продолжил читать "Клинки лунного моря". Как же мне нравится повествование Ричарда Бейкера, прямо читать приятно и пишет нормальным языком. Одно удовольствие после первых глав.
@  PyPPen : (09 Ноябрь 2018 - 09:14 ) Ну был тут разговор об ошибках в водных вратах, ну и понесло)
@  Faer : (09 Ноябрь 2018 - 04:22 ) что это тебя прорвало, хДД?))
@  PyPPen : (08 Ноябрь 2018 - 06:34 ) только Эревиса Кейла не читал, может там норм. ну вот может сейчас в читаемых мной аватарах тоже что-то будет...
@  PyPPen : (08 Ноябрь 2018 - 06:33 ) да и вообще концовки хромают у всех, кроме сальваторе( мб потому что у него концовки и нет : - )). И кающаяся леди, и небесные скитания, и советники и короли, и звездный свет и тени...
@  PyPPen : (08 Ноябрь 2018 - 06:31 ) имхо
@  PyPPen : (08 Ноябрь 2018 - 06:31 ) Я читал всю трилогию "советники и короли", и не уловил каких-то дичайших ошибок или отсебятины. За исключением (СПОЙЛЕР) концовки, все выглядит очень и очень хорошо
@  RoK : (07 Ноябрь 2018 - 09:10 ) @Easter Предложу варианты, которые пришли в голову первыми: если дословно, то, например, Клан Гадюк(и), если по контексту, то что-нибудь типа Клан Щитозмеих. Ну или просто Гадюканы =)
@  Easter : (07 Ноябрь 2018 - 07:50 ) Народ, как бы лучше перевести Viperkin? Это клан людоящеров, которые украшают свои щиты вырезанными змеями.
@  nikola26 : (27 Октябрь 2018 - 10:22 ) @Easter, держи. Теперь книга на сайте. http://abeir-toril.r...-floodgate.html
@  Zelgedis : (27 Октябрь 2018 - 03:03 ) @Easter Делаешь проще.) Пишешь ребятам в личку с просьбой кинуть тебе книгу на почту =). Всё профит =)
@  Faer : (27 Октябрь 2018 - 01:37 ) @nikola26, я серьезно. Ты же видишь, что мне не до переводов и редактур и это надолго. Смысл сидеть собакой на сене?
@  Easter : (26 Октябрь 2018 - 12:35 ) nikola26, ты только обещаешь!)))
@  nikola26 : (26 Октябрь 2018 - 11:34 ) @Faer, я ведь выложу )
@  Faer : (26 Октябрь 2018 - 09:07 ) @nikola26, выкладывай всё)
@  nikola26 : (25 Октябрь 2018 - 04:32 ) @Easter, ничего странного. Я предложил выложить вариант книги, где последние главы не редактированы, на сайт, но коллеги по цеху были против ) Поэтому имеем, что имеем.
@  Easter : (25 Октябрь 2018 - 08:28 ) nikola26, ну, просто странный подход - первая и третья книги есть, а второй нету...
@  nikola26 : (23 Октябрь 2018 - 05:18 ) @Easter, переведены. Только последние 6 глав не редактированы. Или их заново нужно переводить, не помню. Если очень надо, пиши в личку.
@  Easter : (23 Октябрь 2018 - 08:38 ) Народ, а Водные врата переведены? А то на сайте их почему-то нету...
@  Zelgedis : (08 Октябрь 2018 - 12:30 ) @PyPPen Каддерли надо вернуть.) Если у него будет ивл мировозрение после возвращения, то при его опыте и знаниях он покажет тэ где раки зимуют =)
@  PyPPen : (04 Октябрь 2018 - 12:33 ) Но у Дзирта и так полно потенциальных соперников - Квентиль, дом Меларн(что уже есть), Эррту, дочь Тосуна, сама Ллос, ну и, наконец, кто-то из его друзей, которых у него, после Героя, больше 30, если учитывать всех дворфов, дроу, девушек Вульфгара и т.д. и т.п.
@  PyPPen : (04 Октябрь 2018 - 12:30 ) @Zelgedis Оркус? Как же не из FR. Оттуда, никак иначе. Мб он где-то еще принцует, в этом вопросе я невежлив, но он точно есть в FR. Он и другой принц - Граст, прислуживают и завидуют Демогоргону.
@  Zelgedis : (03 Октябрь 2018 - 11:04 ) @PyPPen Король орков.)! Блин, я бы Дриззита с Оркусом принцем Нежити столкнул бы.) Но увы не из ФР персонаж.)
@  PyPPen : (03 Октябрь 2018 - 10:06 ) @Valter Да, как раз сегодня вспомнил. А до этого Хазид'хи был у дочери Тосуна, которую отправили на вершину горы к дракону за то, что она помогла Тиагу атаковать Дзирта, пока тот отвоёвывал Гаунтлгрим. Кстати, будет не удивительно, если она вернется, как очередной главный антагонист. Попытается вместе с драконом разрушить вновь отстроенную башню магов в Лускане, например...
@  Valter : (03 Октябрь 2018 - 07:27 ) PyPPen, вроде, он теперь у Джарлакса. Ему Громф отдал на услугу.
@  Redrick : (03 Октябрь 2018 - 05:51 ) Ну что вы как дети. Если Дриццт подерётся с Эльминстером - значит, на это дал разрешение человек, отвечающий за глобальное развитие сеттинга. И кто бы из авторов это действо не описал - в итоге они сначала подерутся, потом помирятся и пойдут вместе бить ЗлоЪ.
@  Alishanda : (03 Октябрь 2018 - 03:07 ) Если Дрицт подерется с Эльминстером, во вселенной ЗК случится коллапс и откроется черная дыра.
@  PyPPen : (02 Октябрь 2018 - 04:26 ) Кто сможет напомнить - у кого остался Хазид'хи после Героя?
@  PyPPen : (01 Октябрь 2018 - 12:16 ) @Zelgedis Ну все же посуди сам: Демогоргон - важная шишка. это не король орков, не лорд демонов, не красный маг, не генерал нетерильцев. князь(или принц, не помню иерархию) демонов, а это крупная шишка, как ни крути
@  Zelgedis : (30 Сентябрь 2018 - 11:29 ) @PyPPen Демогоргон - так себе масштабность... скучно как-то его приструнили... хотя пафоса отбавляй... кстати про новые книги вообще что слышно? ps не от ремесленника Сальваторе!
@  Faer : (29 Сентябрь 2018 - 01:32 ) Меларны в Мензо не переезжали. Это два благородных Дома объеденились и взяли себе название в честь Кающейся Леди. (Такое себе обоснование, как по мне - но не я придумывал)))
@  PyPPen : (28 Сентябрь 2018 - 05:04 ) С другой стороны, там же, вроде как, о настоящем лишь половина книги, так что, вероятно, на 200 страниц йоклол норм соперник
@  PyPPen : (28 Сентябрь 2018 - 04:49 ) Насколько я помню, дзирт, джарлакс и энтрери перебили жриц дома Меларн...Маларн...Маларни...? Это ещё тот, из которого, в своё время, были Халистра из ВПК и Карлайнд из Кающийся Леди, и который был в Чед-насаде, но, почему-то, переехал в Мензо? Мдемс.... Ну и "масштабность". Демогоргон -> Восьмой дом Мензо
@  Easter : (28 Сентябрь 2018 - 08:34 ) "- А если будут драться Дриззт и Эльминстер - кто победит?
- А это зависит от того, кто напишет об этом книгу!"
@  Alishanda : (26 Сентябрь 2018 - 12:12 ) Новый враг йоклол с невыговариваемым именем и главная в доме, в который дзиртушка пришел и вынес половину жриц. Потому что хоть жрицы и могучи, но дрицт-то вне категорий и баланса.
@  Alishanda : (26 Сентябрь 2018 - 12:10 ) Рэд, вот тебе шутка - а кто-то ведь серьезно нашел!
@  Zelgedis : (24 Сентябрь 2018 - 05:15 ) @PyPPen Придумать нового врага это легко... либо воскресить одного из старых или обратить друга во врага. Плавали-Знаем.
@  Redrick : (23 Сентябрь 2018 - 06:44 ) Культурная, моральная или философская ценность в книгах Сальваторе - это, наверное, лучшая шутка, слышанная мною за последнюю неделю.
@  PyPPen : (23 Сентябрь 2018 - 06:00 ) А еще я никогда не читал вот эти внутренние размышления дзирта, начиная еще со скитальца( а начал я знакомство с сагой с отступника), хотя мб в них и есть какая-то культурная, моральная или философская ценность :stinker: :stinker: :stinker:
@  PyPPen : (23 Сентябрь 2018 - 05:56 ) Сальваторе на ютубе сказал, что половина книги о заке и джарлаксе до рождения дзирта, а вторая половина о заке и дзирте в настоящем. просто я так думал - кто может ему мстить? там из врагов то осталась красавица Квентиль, которая с ВПК окончательно испортилась, да Эррту, и то хз, что с ним
@  BDSM God : (21 Сентябрь 2018 - 09:58 ) Дневники Дриззта это что-то. Их можно как пытку использовать, читая пытаемым.
@  Алекс : (21 Сентябрь 2018 - 04:09 ) Это очень сильно разочаровывает.
@  Zelgedis : (21 Сентябрь 2018 - 02:30 ) Ух! давно меня здесь не было, тупо на сайт не пускало. Всем привет, особенно кого сотню лет не слышал и не видел! Как дела?
@  Alishanda : (20 Сентябрь 2018 - 06:02 ) В том то и беда, что нет. Там про Джарлаксла только часть. Которая типа происходит действительно в прошлом. Остальное - это очередное "Дроу Мензоберранзана охотятся и мстят Дрицту".
@  Алекс : (20 Сентябрь 2018 - 03:51 ) И что, это не похождения Джарлакса с Закнафейном еще до Дзирта? Я не понимаю тогда, зачем?!!!
@  Alishanda : (20 Сентябрь 2018 - 11:40 ) Нет, увы. Там опять заход на 10 круг, разбавленый дневниками Дзирта и прочими прелести. И в условиях довольно внезапного графика работы у меня просто нет моральных сил заставлять себя переводить это сейчас. Правда сорри. С кем-то в паре мб и взялась бы, но в одну морду объем этого делает меня несчастной. Если кто-то возьмется - обнимите от меня Киммуриэля. Он еще в прошлой книге хотел уйти оттуда...
@  ksalefi : (17 Сентябрь 2018 - 06:46 ) @Khellendros, прекрасный человек, спасибо вам огромное!
@  Khellendros : (16 Сентябрь 2018 - 06:33 ) https://yadi.sk/d/Gy_sULIUr5nScA
@  nikola26 : (13 Сентябрь 2018 - 11:48 ) @Alishanda Оленька, ну что ты решилась?
@  ksalefi : (10 Сентябрь 2018 - 03:21 ) Оу. Ну, если бы я собиралась её покупать, то не спрашивала бы, где найти xd. Но всё равно спасибо за ответ.
@  Alishanda : (10 Сентябрь 2018 - 08:42 ) Взять книгу - поискать гуглом в гугле. Купить можно на амазоне, как обычно.
@  Alishanda : (10 Сентябрь 2018 - 08:38 ) Потому что автор сам говорил, что их больше не будет. По этому поводу даже пост в своем фейсбуке километровый сочинил. Потом, видимо, денег еще захотелось - а писать про то, как в очередной раз кто-то бегает за Дрицтом по 10 кругу так-то можно вечно. И привет еще одна книга.
@  BDSM God : (09 Сентябрь 2018 - 12:07 ) Ну первая книга о Заке и Джарлаксое, потом, возможно, будет и о Дриззте. Это всё равно один цикл, а кто-то мне на этом форуме говорила, что книг из цикла больше не будет)
@  ksalefi : (08 Сентябрь 2018 - 08:09 ) Эм... И где можно достать?
@  Alishanda : (08 Сентябрь 2018 - 08:07 ) Вестимо
@  ksalefi : (08 Сентябрь 2018 - 04:40 ) Простите, что вмешиваюсь, но-о... Что, Timeless уже в сети есть?
@  Alishanda : (08 Сентябрь 2018 - 01:44 ) Я тут пролистала первую главу Дзирта. И кто бы мог подумать, в чем состоит завязка сюжета и чем будут заниматься герои всю книгу...
@  Alishanda : (06 Сентябрь 2018 - 09:05 ) ...там кто-то еще умудряется от подобного пылать от счастья. В кои-то веке зашла в группу по Дрицтам.
@  Alishanda : (06 Сентябрь 2018 - 08:41 ) Тут отпишусь еще, что Дрицт наверное будет, если там не совсем ппц трэшак, как в прошлой книге. А то это "А потом все они дружно запердели" я не забуду никогда.
@  Alishanda : (06 Сентябрь 2018 - 08:40 ) Омг. Рэд. Ты доперевел оплот! Меня за него совесть месяц мучила.
@  nikola26 : (05 Сентябрь 2018 - 11:19 ) Спасибо тебе, добрый человек за epub ) Оля, если не ты, то кто !)
@  nikola26 : (05 Сентябрь 2018 - 08:40 ) Вчера вышла книга Timeless Сальваторе. Никто, случаем, ещё не нарыл оригинал?
@  nikola26 : (01 Сентябрь 2018 - 10:48 ) @BDSM God, о Закнафейне и Джарлаксе.
@  BDSM God : (01 Сентябрь 2018 - 01:18 ) Осенью новая книга о Дриззте?
@  PyPPen : (26 Август 2018 - 10:46 ) И спасибо за повышение!!!!
@  PyPPen : (26 Август 2018 - 10:23 ) ой, а можете создать подфорум с переводом Песчаной Бури? А то я две главы закончил и пора бы залить)
@  nikola26 : (20 Август 2018 - 05:04 ) Поправил ссылки на странице http://abeir-toril.r...ed-grinvud.html и добавил отсутствующие, но сайт сильно лихорадит (
@  nikola26 : (20 Август 2018 - 03:33 ) @Redrick, я только переводы там размещаю. Поковыряюсь и в этом.
@  Redrick : (20 Август 2018 - 03:24 ) Кто там у нас сейчас сайтом занимается? В этой статье http://abeir-toril.r...ed-grinvud.html все ссылки нерабочие. И, подозреваю, не только в этой...
@  nikola26 : (09 Август 2018 - 11:17 ) Давно надо было это сделать. :i-m_so_happy:
@  RoK : (09 Август 2018 - 10:33 ) Благодарствую =)
@  Redrick : (09 Август 2018 - 07:39 ) RoK и PyPPen были повышены до заслуженных пользователей по предложению из народа.
@  Алекс : (25 Июль 2018 - 05:51 ) Буквально вчера прочитал в официальном переводе "Возвышение короля", также "Зверь, путающий следы".
@  Valter : (22 Июль 2018 - 12:56 ) PyPPen, в 4ке он был переведен как "Смещающийся зверь" студией Фантом. В а трилогии Муншае его назвали "Зверь, путающий следы", если я не ошибаюсь.
@  PyPPen : (21 Июль 2018 - 09:36 ) Во,спасибо огромное. А то и в гугле не вбить, ибо не помню оригинального названия
@  RoK : (21 Июль 2018 - 09:29 ) Displacer Beast - ускользающий зверь ?
@  PyPPen : (21 Июль 2018 - 09:23 ) Сейчас тут будет очень важный, но, возможно, банальный вопрос. Все тут помнят про пантер с щупальцами? Как они называются? Не нашел в словарях...
@  Lord_Draconis : (19 Июль 2018 - 10:32 ) Здравствуйте. Я создал тему http://shadowdale.ru...of-dragonspear/ Надеюсь найдутся желающие. Заранее спасибо за ответ.
@  Redrick : (19 Июль 2018 - 02:48 ) Да.
@  nikola26 : (19 Июль 2018 - 12:14 ) И у нас новый участник Lord_Draconis. Redrick, это ты зарегил?
@  nikola26 : (19 Июль 2018 - 12:13 ) @Redrick, если её открыть, у нас опять будет куча ботов (
@  Redrick : (18 Июль 2018 - 08:36 ) Плохо.
@  nikola26 : (18 Июль 2018 - 08:35 ) Вроде, закрыта.
@  Redrick : (18 Июль 2018 - 08:31 ) Ребят, у нас, выходит, регистрация до сих пор закрыта?
@  Redrick : (16 Июль 2018 - 05:42 ) Какой гений поставил ограничение на ответы в теме, а?
@  Valter : (12 Июль 2018 - 02:08 ) @ Faer, спасибо, посмотрю. 5-ка в игромеханическом плане хороша, но пантеон там забавный.. Они вернули старых, а новые тоже остались.. Тот же Цирик с появлением Бейна, Баала, Миркула и Ллейры вообще не должен был остаться, так как он владел их портфолио. Еще более забавно с Амонатором и Летандером, который вроде как признался, что это он и есть, а сейчас их двое ...О_о
@  Faer : (11 Июль 2018 - 08:25 ) @Valter, привет. Посмотри двушечные Faiths & Avatars и Powers & Panteons (тут описан ее храм). А еще Забытые Королевства Эльминстера (там немного, но чо-нить свеженькое можно накопать)
@  Valter : (10 Июль 2018 - 12:56 ) Всем привет! Есть ли какие-нибудь материалы по богине FR Селуне и ее последователях в худлите или просто более менее подробно? Faiths & Pantheons понятно, но нужно побольше для создания атмосферности и персонажей..
@  Valter : (28 Июнь 2018 - 12:06 ) Вот просто любопытно, кто-нибудь тут смотрит NerdArchy? )
@  nikola26 : (27 Июнь 2018 - 05:52 ) Уже, вчера )
@  Redrick : (27 Июнь 2018 - 05:30 ) Мб закрыть на сайте регистрацию? Всё равно одни боты.
@  nikola26 : (27 Июнь 2018 - 12:19 ) @Rogi, хостеры помогли разобраться в проблеме. Была большая нагрузка на mysql, куча новых регистраций на сайте. Пофиксили вроде.
@  Rogi : (27 Июнь 2018 - 11:09 ) последние дня 4 такая же ошибка постоянно была, но сегодня вроде отпустило
@  nikola26 : (25 Июнь 2018 - 11:49 ) Сейчас хостеров попинаю
@  Redrick : (24 Июнь 2018 - 07:58 ) Только у меня попытка зайти на форум демонстрирует страницу Driver Error? Случалось и раньше, но сейчас совсем как-то сложно пробиться.
@  nikola26 : (08 Июнь 2018 - 02:02 ) Если кому интересно, здесь отрывок из новой книги Сальваторе. https://io9.gizmodo....neak-1826486860
@  Faer : (15 Май 2018 - 12:46 ) Успокоил)
@  Redrick : (13 Май 2018 - 06:32 ) На самом деле - не редкость. Таких современных текстов хватает.

Просмотр профиля: PyPPen
Offline

PyPPen


Регистрация: 15 Ноя 2016
Активность: Вчера, 15:28
*****
Мои темы

Песчаная буря. Глава 9-10

08 Ноябрь 2018 - 20:15

Глава Девятая

 

         Шаи’р, что не ищет истоков магии – трус;
Шаи’р, который верит в свою уникальность - глупец

       - “Жанна Умная и Третий Шаи’р”, “Истории Основания Калимшана” 

 

 

 

- Альмарайвен, Город Заклинаний, стоял на берегу Сияющего Моря более семи тысяч лет, несмотря на все усилия моря разрушить его.

Как-то раз, древний правитель города оскорбил Амберли, которая в ответ наслала на город огромные волны и бури. В другой раз, какой-то пьяный, но магически одаренный молодой человек наслал на город ураган и подводных тварей, но Альмарайвен вновь устоял.

После нескольких поражений, море было вынуждено отступить, береговая линия поменяла своё положение, а некоторые меньшие города и вовсе перестали существовать из-за далекого расположения от воды. Была ли это прихоть Богов, или волшебников, что правили Альмарайвеном, но город все ещё стоял на своём месте. И процветал.

И не только море хотело стереть древний город с лица земли: он пережил чуму, несколько мятежей, войн, засуху, тиранию чужеземных правителей. Альмарайвен был поражен магической чумой, захвачен драконом, после чего освобождён рабами. Но ничто так и не смогло сломить этот великий город за все время его долгого существования.

Доля, выпавшая на судьбу Альмарайвена, была в дюжину раз ужаснее и сложнее, чем на весь остальной Сияющий Юг.

- И ещё, - важно сказал Кефасу Халиф Знаний, - Альмарайвен никогда не был захвачен джинами или ифритами. Всегда жители города давали им отпор.

Халиф оказался гостеприимным хозяином. Как только отряд Корвуса очутился во дворце правителя Альмарайвена, десятки слуг окружили гостей, предложив им вкусную пищу и чистую одежду. Каждый из гостей получил по своей собственной комнате, стены которых были обиты деревом, благоухающим кедром и малиной, когда солнечные лучи попадали в окна дворца Халифа Знаний.

Кефас надел широкие бархатные штаны и льняную рубашку с открытой грудью. Он не знал, куда спрятать сумку со своим оружием и доспехами, так что перекинул её через плечо и вышел в коридор.

В саду, у журчащего фонтана, стоял низкий подковообразный стол. Вместо стульев вдоль стола лежали шелковые подушки. Стол был уставлен мисками с фруктами, горячим мясом и кувшинами с изысканным вином. Но Кефас не узнал этих фруктов – его рацион на Джазирии был весьма скуден, а в Цирке Чудес питались, в основном, мясом и овощами. Генази узнал лишь апельсины – однажды вольноотпущенник Талид выиграл пять ярких плодов у какого-то караванщика и съел их все за две минуты.

Тобин еще не приступил к еде, однако Кефас не сомневался, что огромное тело великана требовало такого же огромного количества энергии. Единственный человек, сидящий за столом, был незнаком Кефасу. Он восхищенно осматривал каменного гиганта, тщетно пытаясь скрыть своё удивление.

На лице мужчины красовалась аккуратно стриженая бородка и волосы, замазанные назад маслом. Человек слегка улыбнулся и жестом предложил Кефасу сесть за стол. Несмотря на его расслабленную манеру поведения, на его поясе красовался кинжал в украшенных драгоценными камнями ножнах. Его одежда напоминала одеяние Кефаса, но узоры создавали иллюзию большей изысканности.

- Добро пожаловать за мой стол, Кефас, - сказал мужчина, - Я – Ахам  ин Абан аль Жотос, Халиф Знаний и, по совместительству, правитель Альмарайвена.

Тобин кивнул и добавил:

- Корвус говорит, что мы должны обращаться к нему с уважением, говоря “Ваша Светлость” или “Халиф Знаний”.

Халиф улыбнулся:

- Да, боюсь, что мои визири требуют соблюдение подобных формальностей даже от старых друзей, типа Корвуса Черноперого, и почетных гостей, в число которых входите вы, Кефас, и этот восхитительный каменный гигант. Боюсь, что мои внуки не простят и мне, если я позволю вам отойти от общепринятого этикета.

Кефас сел рядом с Халифом и осмотрел пустую позолоченную тарелку, стоящую перед генази. Он не увидел ни вилок, ни ложек, но руки Тобина были чистыми, а значит, они еще не приступили к трапезе. Кефас потянулся к миске с неизвестным ему фиолетовым фруктом.

 - Мой друг, позвольте мне помочь вам, - сказал Ахам.

Кефас откинулся назад, ожидая, что Халиф достанет вилку и положит фрукт на тарелку генази, но вместо этого он пару раз хлопнул в ладоши, после чего еда начала подниматься в воздух. Бывший гладиатор тут же закрыл лицо руками, защищаясь от оживших продуктов, но еда лишь аккуратно легла на его тарелку.

 Не успел Кефас и поблагодарить Ахама, как рядом с ним села Ариэлла.

- Приветствую Вас, о мудрый Халиф Знаний, - начала она, -  Вижу, ваш гость впечатлен гостеприимством Халифа Знаний, но я прошу простить его – он впервые в своей жизни оказался в цивилизованном обществе.

- Я как раз собирался спросить его об этом, - ответил Халиф, - Приветствую вас, леди Кальмин, ваши сородичи с нетерпением ждали вашего возвращения.

Кефас впервые увидел холодную злобу в глазах генази ветра.

- Уж не сомневаюсь, - тихо ответила она.

- Итак, - начал Ахам, взяв руку Кефаса в свои, - Мы не успели познакомиться вчера, так как же мне вас звать, молодой человек? Ваши друзья зовут вас Кефас, но мой шпион говорит, что вы принадлежите к одному из правящих родов генази ветра из Калимпорта. Полагаю, мне стоит звать вас Кефас аль Архапан?

- Я…просто Кефас. На Джазирии вольноотпущенники называли меня и другими именами, но, я надеюсь, вы не будете просить меня перечислить их.

- Конечно, Кефас, - с улыбкой ответил Халиф, - Вы были и будете Кефасом, если не решите стать кем-то другим.

Генази кивнул и взял рукой один из фиолетовых плодов.

- Это то, что можно сделать в Альмарайвене? Стать кем-то другим?

Улыбка медленно сползла с лица Халифа.

- Достаточно интересный вопрос для генази, путешествующего с кенку, не имеющем имени.

Тобин перестал жевать и сказал:

- Я знаю Корвуса много лет. Тогда, в горах, он назвал мне своё имя, и я верю ему.

Халиф кивнул.

- Одно из немногих, данных ему в детстве, да.

Все перестали жевать и посмотрели на Халифа.

- Ты знал Корвуса в детстве? – спросил великан.

Ахам рассмеялся и сказал:

- По крайней мере, я слышал о нём. Так же, как и слышал о наших гостях – двух сестрах-хафлингах, искусство владения кинжалами которых, вероятно, попадёт в легенды, - сказал Халиф, приветствуя Шан и Синду, вошедших в сад. Он встал и произнёс несколько фраз на незнакомом Кефасу языке.

Сёстры поклонились и сели за стол.

- А прошу вас простить меня за то, что поприветствовал ваших друзей на их родном языке. Я знаю, что вы все еще не отдохнули после недавнего нападения на Аргентор, но, я уверен, если вы решите остаться подольше в моём дворце, то уже скоро будете чувствовать себя заново родившимися.

- И я благодарен вам за эту возможность, - сказал Матиас, вышедший из тени. В отличие от Тобина и Кефаса, старый рейнджер не переоделся в домашнюю одежду дворца. Всю ночь старик провёл вместе с Трилл в её гнезде, которое наспех был собран слугами Халифа.

Ахам улыбнулся и слегка поклонился.

- Матиас Фарсир. Самый близкий друг моего самого близкого друга. Приветствую тебя.

Старик поклонился в ответ.

- Шан сказала, что Корвус ушёл ещё ночью и до сих пор не вернулся. Ждать нам его сегодня или Трилл может и дальше разорять ваш козлятник?

- Козлов у меня хватит на год вперед, - невозмутимо ответил Халиф, - даже если твоя подруга будет есть по пять штук в день.

Кефас заметил, что Халиф старательно избегает ответа на первый вопрос Матиаса.

Старый рейнджер прошёл вперед и сел за стол, так и не посмотрев в лицо Халифу. Кефас заметил, что оба человека были примерно одного возраста, только спина Халифа Знаний была гораздо прямее, а мускулатура больше, чем у старого рейнджера. Кожа Ахама была того же цвета, что и у вольноотпущенников, в отличие от кожи Матиаса, которая была чуть темнее белой краски, которую артисты Цирка Чудес наносили на свои лица перед выступлениями.

Но было в них что-то еще. Что-то, что объединяло их. Но Кефас не мог точно сказать, что это было. Он только знал, что если однажды он выйдет на Парусную Арену с одним из стариков, то это будет его последний бой.

С тяжелым вздохом Матиас расслабился на подушке, а Тобин наклонился к нему и попытался прошептать:

- Корвус говорит, что мы должны звать его Халифом Знаний, иначе его внуки разозлятся на нас…

Матиас кивнул, но не ответил. Он достал из-за пояса кинжал и отрезал кусочек жареной свинины, и, прежде чем положить его на тарелку, тщательно обнюхал.

- Не волнуйся, сын камня, - сказал Халиф, возвращаясь на своё место между Кефасом и Ариэллой, - они знают, что бывают исключения. Как твои кинжалы, Матиас? Они все так же крепки? Один из моих внуков написал книгу о твоём оружии, утверждая, что это одна из лучших моих работ.

Старый рейнджер обнаружил, что в его волосах застряла солома. Он достал и выбросил засохшую травинку, после чего положил зеленое желе себе на тарелку.

- Эти кинжалы – подарок от Корвуса, - сказал Матиас, - Обычно, если Черноперый дарит тебе какой-нибудь подарок, это означает, что он очень ценный, а сам Корвус сильно раскошелился, чтобы добыть его. Или вовсе ничего не заплатил.

В сад вбежал одетый во фрак человек. Он быстро очутился рядом с Халифом и что-то прошептал ему на ухо. Пока Ахам слушал доклад, он не сводил взгляда со старого рейнджера.

- Что ж, простите меня, но мне придётся удалиться, - сказал халиф, вставая из-за стола, - Жители города требуют моего присутствия, а я не могу им отказать, даже если принимаю в своём доме почетных гостей.

Халиф легко поклонился каждому гостю, но остановился, глядя Матиасу в глаза.

- Северянин, - начал Ахам, - Я всегда получаю оплату за свои услуги, даже если услугу я оказал Корвусу Черноперому. А вы, - сказал Халиф, поворачиваясь к Шан, - И раз уж зашёл договор об оплате, то я надеюсь, что вы, адепт, сможете найти его раньше, чем это сделает моя гвардия.

Халиф развернулся и скрылся в коридорах дворца. Матиас взял вилку и насадил на неё кусочек свинины, и в этот же момент, из ниоткуда, к обеденному столу слетелась туча мух.

- Как хорошо вернуться в Альмарайвен, - пробубнил Матиас, - Ахам уже рассказал вам, насколько старое это место?

 

Ξ Ξ Ξ

 

Как только Ариэлла прибыла в Альмарайвен через портал Корвуса, она собиралась покинуть город, но решила остаться на ночь и завтрак.

- Мои…компаньоны скоро придут за мной, - сказала Ариэлла Кефасу и  Тобину после того, как Матиас и сёстры ушли в свои комнаты, - Они постоянно спорят друг с другом, но, в конце концов, всегда понимают, что недостаточно умны для споров, и объединяются против меня, смеясь над моими неудачами.

И главной причиной этому, судя по всему, было то, что Ариэлла не была генази огня, как двое мужчин, вошедших в сад. Один из них был чуть выше Корвуса, а второй был ростом с Кефаса, но каждый из них обладал внушительной мускулатурой. Ярко-алый зулдар образовывал святящийся узор на бронзовых телах генази огня, а огонь, имитирующий волосы, развевался на ветру подобно реальным волосам. Причудливые бриджи были сшиты из черной ткани с вкраплениями из красных драгоценных камней. Бриджи подходили по тону жилеткам, висящим на крупных плечах огненных генази.

- И как же они это делают? – спросил Тобин, подозрительно осматривая генази.

- О, давай дадим им возможность самим все показать, - ответила девушка.

Кефас заметил, что генази огня идут медленно, специально переваливаясь с ноги на ногу.

- Должно быть, если он будет ходить так, то это будет куда интереснее, - с усмешкой сказал низкий генази.

- Ты понятия не имеешь… – резко начала девушка.

- Ариэлла Кальмин, - прервал тот, что высокий. Он посмотрел на Кефаса и начал говорить с ним на незнакомом ему языке, пока низкий мужчина спросил у девушки:

- Ты вновь не соблюдаешь этикет? Неужели ты снова отказалась от покоев, предложенных халифом?

Девушка нахмурилась и посмотрела на высокого генази огня и на Кефаса. В глазах бывшего гладиатора виднелось смущение, ибо он не понимал значения слов собеседника.

- Оставь все свои негодования для писем своему начальству, Фламбурн. А ты, Лавакр, прекращай свои игры. Ты прекрасно знаешь, что Кефас никогда не был в Акануле и не знаком с языками генази, а уж тем более с наречием Огня. Говори с ним на Алзхедо.

Глаза высокого мужчины загорелись огнём гнева и он, перейдя на Алзхедо, сказал:

- Я говорил с тобой на языке огня, рождённый землей. И мне крайне неприятно пользоваться языком вольноотпущенников.

Кефас лишь пожал плечами.

- Не уверен, что ты знаешь, так что расскажу – Алзхедо и наречие Огня появились примерно в одно время и имеют много общего, - ответил бывший гладиатор.

Лавакр грозно посмотрел на женщину, и она сказала:

- Согласно догматам Кабалы Огненной Бури, языки джинов, генази и ифритов – священные языки, обеспечивающие Старшим расам их превосходство, - сказала девушка Кефасу, что вызвало явное успокоение в глазах генази огня.

- Значит, эти языки не имеют ничего общего с тем языком, на котором говорят люди в Калимпорте? – спросил Кефас.

- Ох, на самом деле, они почти идентичны. Но попробуй убедить в этом наших уважаемых господ, - пренебрежительно ответила девушка.

Челюсти генази огня сжались.

- Это какое-то представление? – внезапно спросил Тобин, - Клоунское выступление? Мне кажется оно весьма забавным, какой там текст…

- Не думаю, что ты сможешь его запомнить, - невозмутимо ответила Ариэлла.

Низкий генази заговорил на наречии Огня, а Фламбурн начал переводить, чтобы Тобин и Кефас понимали, о чем идёт речь.

- Кабала Огненной Бури сохраняет своё могущество во много благодаря именно языку генази. Не забывай об этом, рожденная ветром.

 Мужчины замолчали и переглянулись, после чего высокий генази заговорил на языке генази огня, а Лавакр перешел на Алзхедо:

- Кабала  Огненной Бури сохраняет нашу историю и наше величие. А наше задание здесь делает нас героями для младших рас и примером для нашей молодежи.

- Это значит, - начала Ариэлла, - что эти двое считают свою миссию дипломатической, хотя они прекрасно знают, что меня прислали, дабы я прекратила их вранье.

- Так значит, они послы? – спросил Кефас.

- Ничуть. Просто курьер и присяжный свидетель, которые должны были доставить послание в Гильдию Рукавицы. На самом деле, на моей родине эта часть мира считается совершенно бесполезной варварской пустыней, так что путешествие сюда многими расценивается как ссылка.

К удивлению Кефаса, генази огня утвердительно кивнули.

- Власти Аканула решили, что наши действия слишком опасны, а доводы слишком разумны, и они отправили нас сюда, - добавил Лавакр.

- Эти двое работали в администрации Кабалы, - пояснила Ариэлла, - но потом генази стали избегать этого места, а матери запрещать детям гулять на той улице, что вызвало ненужные подозрения.

- Значит…вы раздражали властителей города? – спросил Кефас.

- Не просто раздражали, они создавали реальную угрозу – пояснила девушка.

- Похоже, что, не смотря на это, Халиф Знаний ставит их выше тебя, Ариэлла, - сказал Тобин.

- Это так, - ответила генази ветра, - И узнать - почему это так, было одной из самых интересных моих задач…

- До недавнего времени, - добавила она, посмотрев на Кефаса.

Как только стало ясно, что генази огня хотели посмеяться над Ариэллой из-за того, что она была выбрана Халифом Знаний как нянька для Кефаса, то девушка быстро и эффективно пресекла это – она просто встала и собралась уйти.

- Вы двое, - сказала Ариэлла, глядя на Кефаса и Тобина, - Пойдемте, прогуляемся.

Великан и генази земли кивнули, быстро встали и вышли в коридор вслед за девушкой. Поджатые губы каменного гиганта расслабились, а его рот расползся в улыбке.

- В чем дело, Тобин? – спросил Кефас, радуясь, что великан, наконец-таки, улыбнулся.

- Когда эти двое говорили на своём языке, это очень напомнило мне смешной язык свирфнбели.

- Что ты имеешь в виду? – спросила Ариэлла.

- Кабала! – воскликнул Тобин, - На языке глубинных гномов это означает “помёт любого неразумного существа родом из Подземья”.

Ариэлла усмехнулась, а Кефас добавил:

- Возможно, они это и имели в виду.

- Не думаю, Кефас, - серьезно ответил Тобин, - Конечно, обогащение почвы очень важное дело, но, я боюсь, не для тех двоих джентльменов.

Ариэлла снова усмехнулась.

- А ты много знаешь, Тобин, - сказала генази ветра.

- Это одно из требований к актёру в Цирке Чудес. А теперь, боюсь, я должен покинуть вас – Матиас попросил меня помочь Синде отвести “еду” в гнездо Трилл.

- Значит, ты не только умен, но еще и добр, - добавила Ариэлла, - Но почему Матиас не покормит виверну сам?

- Он хотел покинуть дворец, дабы не пересекаться лишний раз с Халифом. Кажется, между ними что-то есть.

Ариэлла кивнула.

- Думаю, это крайне неприятно для самого Матиаса. Что ж, иди, Тобин, и передай ей, что я была бы не против познакомиться с ней, когда она утолит свой аппетит.

- Судя по тому, что я знаю о Трилл, это значит, что ты никогда не сможешь с ней познакомиться.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Генази земли и ветра прогуливались по коридорам дворца  Халифа, пока не вышли к небольшому саду и ручью, быстро бегущему между камней под неестественным углом. От ручья исходил слегка слышный мелодичный и ритмичный звук.

- Вода для меня – музыкальный инструмент, - начала Ариэлла, - Ты  только вслушайся в музыку, которую создаёт вода, сталкивающаяся с камнем.

Кефас лишь покачал головой.

- Полагаю, в городе, полном магии, такое происходит повсеместно. Думаю, каждый день здесь как отдельная история.

- Возможно. Знаешь, жизнь чудесна лишь здесь, в Альмарайвене. Халиф Знаний лично создаёт и заботится о природе и жизни своих подчиненных. В остальном же мире нередко процветает жестокость и безнадежность.

- Как на Джазирии, - добавил Кефас.

- Прости меня, Кефас, - ответила девушка, закрыв глаза, - Я совсем забыла, что ты не понаслышке  знаком с жестокостью этого мира. Думаю, что гораздо больше, чем я.

- Нет, нет, не вини себя, - сказал Кефас, поднимая руки на уровень груди, - Сейчас мне кажется это таким далёким. Вся эта жестокость и…безнадёжность, - генази посмотрел на девушку, ожидая от неё подтверждения правильного использования слова. Девушка кивнула и полу-джин продолжил:

- Азад постоянно рассказывал нам истории об остальном мире, но они всегда были однозначными. Возможно, он специально выбирал такие, чтобы не зарождать в рабах мятежный дух. А может он попросту менял их так, как ему было удобно. И все ради боёв на Парусе.

- Я не понимаю, - сказала Ариэлла.

- Парусная Арена. Место, где я и другие гладиаторы сражались между собой, дабы повеселить Азада Свободного и его гостей и друзей. Он думал, что я был безмозглым рабом.

- Он верил, но ведь это не так, - добавила генази ветра.

- Тогда я не знал этого, - ответил Кефас, немного морщась от неприятных воспоминаний, - Люди и орки, дворфы и гоблины – все собирались посмотреть на бои гладиаторов. И это не просто жажда крови, это ещё и азарт. Постоянно заключались пари: кто первым прольёт кровь, будет ли хищник нападать или отступать, кто погибнет и все в таком духе.

Кефас и Ариэлла пошли в сторону города и, проходя через цветущую аллею, сели на деревянную скамейку. Ариэлла взяла руку Кефаса в свои, и полу-джин напомнил себе, что это был жест, сопутствующий разговору, как и в случае с Ахамом.

 - Азад был достаточно умным хозяином, - продолжил Кефас, - Он делал различные ставки и всегда выигрывал золото, независимо от того, кто победит. В конце концов, он был хозяином Джазирии – все ставки проходили через него. Он сам выбирал гладиатора, выходящего на Парусную Арену…

- И это позволяло ему выигрывать любые ставки, так как он мог вызвать любого по силе и умениям гладиатора, в зависимости от того, что нужно сделать – выиграть или проиграть, - закончила Ариэлла.

- Кто выиграет, а кто проиграет, - поправил её Кефас.

Она долго смотрела на него, пока не спросила:

- И ты всегда выигрывал?

- Если я сейчас тут перед тобой, то да – я всегда выигрывал. Для гладиатора всегда одна ставка на Парусине – его жизнь. Я много побеждал, а потом пару раз обманул саму смерть, выжив там, где не должен был, после чего понял, что Азад не даст мне умереть. Он и его супруга, Шанира, выставляли меня против самых ужасных соперников, но никогда не было ничего, что могло бы меня убить. Конечно, они издевались надо мной. Могли морить голодом, но никогда не убивали, - закончил генази земли со смешком в голосе.

- Так что это одна из немногих вещей, которые я знаю, не считая историй. Я знаю пятнадцать способов остановки вращения наконечника цепа, знаю, что когда Талид пьян, то натягивет Парусину немного раньше, чем должен. И ещё знаю то, что Азад никогда не позволил бы мне умереть.

Ариэлла сжала его руку, и Кефас подумал, что если бы стук его сердца вызывал земные толчки, то весь город уже лежал бы в руинах.

- И ты использовал это знание, чтобы выжить, - сказала девушка, - чтобы контролировать эту игру.

- Но не настолько, насколько это мог делать Азад, - ответил генази земли, - Иногда мне приходилось бросить оружие, чтобы остаться в живых.

- Корвус говорил, что Джазирия – парящий остров. Думается мне,  что это была одна из немногих возможностей выжить.

К её удивлению Кефас рассмеялся.

- Корвус неправ. Я бы сказал, что было, по крайней мере, шесть сотен возможностей, и если бы я умел летать, то мне хватило бы и одной.

Ариэлла улыбнулась.

- Твои слова всегда звучат так, будто ты рассказываешь какую-то историю.

- Я имею в виду, что если бы я мог управлять воздухом, как ты, то уже давно сбежал бы с Джазирии. Азад не смог бы отделить меня от воздуха, как отделил от земли. Видимо, мне нужно было научиться летать.

Глаза девушки загорелись вызывающим огнём, что смутило генази земли.

- Возможно, ты ещё можешь.

 

 

 

 

Глава Десятая

Если эта комната – все, что ты когда-либо видел,

То как ты смог её измерить?

       - “Раб Картографа ”, “Истории Основания Калимшана”

 

 

Именно за это Корвус был обязан людям. Они изобрели города, отбрасывающие тени как ничто другое в этом мире.

Когда кенку прошёл через портал в Аргенторе, он не почувствовал, как перья на его затылке встают дыбом. Он не услышал фразу, которую обычно произносит Халиф.

Значит, портал открывали придворные маги эль Жотоса, пока сам Халиф отсутствовал. Это означало, что Корвусу не придётся  разыгрывать из себя миротворца, пока Матиас и Ахам нападают друг на друга как боевые петухи. Прекрасно.

И это означало, что Корвус сможет скрыться совершенно безнаказанно.

Черноперый подумал о том, чтобы рассказать о своих планах Матиасу, но в последний момент передумал. Корвус знал, что даже при наличии всего доверия и некой братской любви, называющейся у людей дружбой, старый рейнджер не чувствовал себя  в безопасности, когда поблизости был кенку. Смерть друзей Матиаса во время битвы в Аргенторе точно не способствовала облегчению ситуации, и Корвус знал, что не может доверять старику в полной мере.

Кенку только лишь сказал Шан о том, что собирается отправиться в город. Как всегда немая девушка выказала желание отправиться с ним, и как всегда Корвус ответил ей отказом. Конечно, и Шан, и её сестра, могли многим ему помочь, но их таланты лучше использовать в открытых просторах или дикой природе.

К тому же, в последнее время, Шан стала более импульсивной, что озадачивало Матиаса и расстраивало Синду. Корвус не поощрял такое смещение моральных ориентиров.

По крайней мере, до тех пор, пока ему и его группе не потребуется второй убийца.

“Общее дело” – так называл Ахам свой план. Корвус знал, что он будет исполняться в течение целых веков, но цель, по мнению Халифа Знаний, была достойной – перестройка общества Альмарайвена.

Правительство, бизнес, религия, услуги, рабство – все это было в Альмарайвене, но Халиф Знаний желал улучшить город. Корвус знал об этом больше многих. Он знал, что такой образ жизни был привит жителям Сияющего Юга джином Калимом, ступившим на Торил около восьми тысяч лет назад. Именно он и его джины привнесли в общество аборигенов все эти блага. Люди же не придумали ничего.

Но, тем не менее, Альмарайвен был исключением. То, чем сейчас является город, было результатом амбиций волшебника исключительных талантов, и кенку вынужден был признать достижения Халифа Знаний.

Однако ту схожесть, которая была между Альмарайвеном и Эмиратами Небесного Огня, обеспечивало банальное рабство.

Корвус знал, что рабы трудятся и умирают во всех городах Торила, но только на Сияющем Юге эта практика считалась законной, а в Калимпорте и далеком Мемноне это считалось еще и единственной верной политикой.

Рабство обеспечивало величие Города Заклинаний, и если когда-нибудь, в далеком-далеком будущем, планам Халифа по отмене рабства суждено было сбыться, то это, по воле иронии, было бы возможно только благодаря этому самому рабству.

Рабы кормили и одевали город. Рабы строили его и отчищали от мусора. Да даже основной костяк ополчения составляли именно рабы.

Альмарайвен некогда входил в состав Эмиратов Небесного Огня, но благодаря Халифу этим городом теперь управляли люди. Хотя, Корвус полагал, что рабам было все равно, где жить – в городе, управляемом рабовладельцами-людьми, или в государстве рабовладельцев-генази.

Корвус не мог представить Альмарайвен без рабов. Однажды, Ахам победил демона, правящего в этом регионе, а народ поддержал тогда еще молодого мага. Но никто из калишитов не мог и представить, что их ждет.

Черноперый продолжал свой путь по тёмной аллее, пока не наткнулся на ров, вырытый у кирпичной стены. Да, этот ров, источающий запах гнили, был старше некоторых богов. Именно этот памятник прошлому Альмарайвена и подсказал Корвусу, что он находится на правильном пути.

Среди закрытых дверей, показалась полоска света – дверь отворилась и на улицу вышла женщина, из деревянного ведра вылив в ров нечто жидкое.

Вот же дикость! Если в Альмарайвене не останется рабов, то кто будет пить в таверне у Т’эммы?

 

Ξ Ξ Ξ

 

Т’эмма была гноллом, которая управляла  таверной уже тридцать лет, и Корвус не знал более остроумной женщины. Главным украшением её таверны была корабельная мачта, на которой висела шкура брата владелицы таверны. Тридцать лет назад брат Т’эммы хотел сделать из своей сестры слугу-рабыню. Она убила его, но решила не разделять брата с его бизнесом. Многое в этом месте было загадкой: как корабельная мачта попала в подземную таверну; как могла в Альмарайвене существовать таверна, управляемая гноллом. Только в одном Корвус был уверен – таверна существовала тридцать лет и ни разу детище Т’эммы не было под угрозой.

Она не поприветствовала Корвуса даже после того, как нагруженный монетами кошель упал на стойку.

- Опять этот кенку, - начала она, - Зашёл посмотреть на то, что никогда не будет принадлежать ему.

- Мне нужно знать о любых агентах Калимпорта в Альмарайвене, - сказал Корвус.

- И снова он не заказывает выпивку, - отстранённо продолжила владелица таверны, - как будто он не знает, что информация продаётся только после выпивки.

- Да, потому что я знаю, что как только закажу первый стакан, ты будешь пытаться продать мне всю бочку.

- А какие у него смешные глаза, какой клюв, - все также отстранённо продолжала женщина-гнолл, наливая эль в стакан.

- Агенты Калимпорта, - напомнил кенку, - в городе.

- Ну вот опять. Он раскрывает свой клюв, чтобы узнать что-то, что стоит больших денег.

- А, как ты уже видишь, я готов заплатить необходимую цену.

Т’эмма обнажила коричневатые клыки, свидетельствующие о неправильном рационе. Гнолл не хотела показывать агрессию, а лишь придалась воспоминаниям:

- Помню, как однажды я взяла золото и повела его по тёмной Караванной Аллее…

- Я тоже помню те времена, - сказал Корвус, проводя когтём по скрытому под перьями шраму, - Зато, благодаря тому случаю, я могу предчувствовать дождь.

- Тогда он дал мне понять, что хочет убить девушку, проезжающую через Перевал Ифала.

Корвус одним залпом осушил кружку и заказал следующую.

- Это была не девушка, а сорокалетняя женщина бэйнит, замаскированная под адепта Гильдии Искупителей. Она должна была убить моего нанимателя, но он прознал про это и нанял меня. К слову, тогда твоей оплатой были именно его деньги.

- Да, я помню то сражение. Клюв кенку разил их подобно кинжалу. Болезненная смерть для людей, заслуживающих её.

Корвус осушил второй стакан, и его зрение затуманила знакомая пелена.

- Я плачу тебе не за воспоминания об ушедших временах.

- Я знаю, но бэйниты до сих пор охотятся на людей в тех местах, ведь именно в Горах Алимир Джанессар собирают свои отряды. 

Это было еще одной особенностью Альмарайвена. В Городе Заклинаний рабская община была более свободной, чем в каком-либо другом месте. Рабы сохраняли семейные связи, даже если были проданы разным владельцам. У рабов была своя валюта, но это было не золото Халифа Знаний, а информация.

 Главным поставщиком этой валюты была группа, зовущаяся Джанессар. Её целью было падение рабовладельческой системы по всему Сияющему Югу. В Джанессар было много руководителей, и одной из них была остроумная женщина-гнолл, никогда не покидающая свою таверну в Альмарайвене.

Т’эмма была главным агентом Джанессар в Альмарайвене. Корвус понял это несколько лет назад, когда связал случаи побега рабов и появление новой информации в ассортименте хозяйки таверны.

- Мне нужно знать об агентах Калимпорта. Они ищут человека, которого я защищаю, и которого уже доставил к Халифу.

Смех владелицы таверны вернул Корвуса в далекие времена, когда он вынужден был прятаться от диких собак по заданию своих учителей. Когда Т’эмма закончила смеяться, её лай перешёл в кашель и закончился смачным плевком под стойку.

- Только послушайте его. Какие же интересные друзья есть у нашего кенку.

- Халиф Знаний считает, что этот человек – сын Марода аль Архапана.

- Не очень-то культурно упоминать таких личностей в компании дамы…

- Халиф желает превратить этого человека в своё оружие и использовать его против Марода.

- Ах, Ахам как всегда считает, что человек – инструмент, который можно использовать, выкинуть и заменить, - сказала Т’эмма. Что-то в её голосе изменилось, и Корвус понял, что гнолл говорит не об абстракции, а о самой себе, - Все они так думают.

- Если в городе есть агенты Калимпорта, - продолжил кенку, - и они узнают о присутствии этого человека во дворце Халифа, они сообщат обо всем паше Мароду и его игра продолжится.

- Послушайте только его, - резко прервала женщина, - Он думает, что если пролить кровь паши аль Архапана, то Игра прекратится. Неужели он ничего не знает.

Корвус знал, что женщина вот-вот сообщит нечто важное и внимательно посмотрел в её глаза.

- Неужели кенку думает, что послы служат лишь одному хозяину? Ах, как это похоже на самого кенку.

Корвус не знал, как благодарить женщину, так что допил стакан эля и молча покинул таверну.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Корвус быстрым шагом шёл через город, проклиная себя за то, что не воспринял всерьез слова Ариэллы о присутствии при дворе Халифа послов из Кабалы Огненной Бури.

Эти двое генази огня точно должны иметь какую-то малозаметную связь с правителем Эмиратов Калимшана. Генази огня и ветра ведут войну так давно, что бессмертные прародители этих рас уже и забыли её причины. Она началась еще в те времена, Когда Калим и Мемнон пришли на Торил и уничтожили все, что попалось им на пути.

Их разрушения остановились благодаря так называемой древне-эльфийской магии. Эльфы навечно заключили отцов Джинов и Ифритов в кристаллические монументы и отправили в далёкие миры, где даже Боги не верили в вечность.

Сами же Боги с тех пор не раз и не два менялись ролями, подобно актёрам, которые меняются  масками в ночь представления, когда главная звезда заболевает или опаздывает. Пока Боги играли в свои игры, народы Калимшана были вынуждены бороться с последствиями в одиночку.

И это привело к тому, что около века назад, в месте, под названием Тешалальские Пустоши, Калим и Мемнон вернулись на Торил, а несколько фанатиков освободили их от вечного забвения. Неизвестно, было ли это освобождение одной из целей Магической Чумы, или же очередной катаклизм стал лишь удобным инструментом. Так или иначе, Мемнон и Калим продолжили то, что не закончили семь тысяч лет назад – выяснение отношений между собой.

Корвус однажды читал, что перед этими событиями численность жителей Калимпорта насчитывала около двух миллионов людей. И это если не учитывать рабов, которых историк, записывающий эту информацию, конечно же, не считал за обычных людей.

Корвус Черноперый никогда не был в Калимпорте, но согласно сведениям от шпионов с Побережья Мечей, свободных людей, вкупе с генази, в Калимпорте было всего лишь шестьдесят тысяч.

С момента начала Второй Эпохи Небесного Огня, или Второго Пришествия Калима, или Благословенного Возвращения Мемнона, кому как удобнее, погибли миллионы людей, и это только в одном Калимпорте. Когда-то столица Калимшана претендовала на звание самого большого города в мире. Теперь же это первый город по тенденции сокращения численности населения.

Корвус думал об этом, пока возвращался во дворец Халифа. Могла ли фракция сторонников Мемнона, считавшая эти невообразимые человеческие потери победой, теперь шпионить за вассалами Калимпорта?

Корвус щёлкнул языком. А почему бы и нет? А что касается послов… генази Аканула считали своих западных собратьев варварами – в Акануле не было рабства, хотя основное население города составляли генази ветра, как и в правящей верхушке Калимпорта. Жителей Аканула, как и сам город, забросило очень далеко от Калимшана, что дало им возможность смотреть на кровопролитие сторонников Мемнона и Калима со стороны.

Думая о последних словах Т’эммы, Корвус подумал, что мотивы послов Кабалы Огненной Бури были такими же запутанными и туманными, как и его собственные.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Голубые огни, источаемые лампами на стенах замка Халифа, затмевали собой звёздный свет и луну.

Зато отчетливо был виден джин, спускающийся с небес прямо к Корвусу.

Кенку обнажил свой короткий меч, но не был уверен, что этим оружием сможет нанести хоть какой-то вред архи-визирю Эмиратов Небесного Огня.

- Шахрох, - сказал Корвус, - тебе лучше не показываться на глаза слугам Халифа Знаний.

Корвус прислонился к стене и подумал использовать портальный амулет, скрытый под перьями на его груди.

Джин с выражением скуки и высокомерия лениво провёл указательным пальцем по воздуху, вызывая в голове кенку невероятную боль, свалившую того на колени.

- Человеческая компетентность мне известна…и она меня не пугает, - начал Шахрох, - если даже кто-нибудь во дворце и заметит меня, то не сможет нанести мне вред, ибо моя форма, представшая перед тобой здесь и сейчас, лишь магическая проекция. Я же сейчас нахожусь в Калимпорте, и мне ничто не угрожает.

- Что ты хочешь? – выдохнул Корвус.

Джинн рассмеялся.

- Друг мой, ты никогда не узнаешь ответ на этот вопрос. Тебя же должно интересовать другое – почему я терплю твоё присутствие, пусть даже и рядом с моей проекцией.

Корвус выронил меч из рук и упал на землю.

- Я пришёл, чтобы сказать, что ты и твоя компания показали неожиданный уровень…боевой подготовки. Постоянный состав Эль Паджабар был уничтожен лишь однажды, и тогда они сошлись в бою с самим Мемноном Охотником. Икарии, проживающие в Калимпорте, находятся на грани бунта, что вынуждает меня и пашу Марода пойти на крайние меры. Про твои планы я все знаю – если ты пошлёшь Марода ин Марода в качестве убийцы, то знай, что он будет побежден. Я же предлагаю тебе и Халифу отдать нам наследника просто так.

Корвус понял, что не может двигаться. В идеально начищенном клинке своего меча он увидел своё отражение. Как Шахрох смог сделать такое сложное заклинание, используя лишь силу проекции?

- Я не могу ничего обещать, - прохрипел кенку, - моё влияние на Халифа Знаний не такое, как прежде. Он начал что-то подозревать…

Внезапно меч Корвуса поднялся в воздух и с молниеносной скоростью пронзил бедро кенку. Черноперый взвизгнул.

- Ты с трудом говоришь, и при этом выбираешь ложь? Твоё влияние на Халифа мне известно.

Слабость расползалась по всем нижним конечностям Корвуса. Но меч был смазан лишь теми ядами, к которым сам кенку был невосприимчив. Видимо, джин пробил вену.

- Я попробую, - прохрипел Корвус, - Это все, что я могу обещать.

- Ах, Корвус Черноперый работает хорошо лишь тогда, когда ему предоставляют необычные стимулы. Сделай свою работу чисто и быстро, и тогда получишь мою благосклонность, которая будет для тебя настоящим благословением. Я обещаю тебе, что когда хафлинг и великан отправятся на арену по приказу паши, они не встретятся друг с другом.

После этих слов проекция джина исчезла, не оставив после себя ни следа.

Корвус перевалился на спину и его глаза наполнились тьмой. Обычно, его зрение позволяло ему хорошо ориентироваться в темноте, но почему оно не работало сейчас?

Кенку только начинал подозревать, что тьма, застилавшая его взор, была вызвана не отсутствием света, а  потерей сознания.


Песчаная буря. Глава 7-8

10 Октябрь 2018 - 23:29

Глава Седьмая

 

И тогда в наш мир пришел Калим, приведя с собой губринов, ставших нашими предками,  хинов, породивших в последствии озерных хафлингов, и икариев, которые вскармливали своих детей кровью

- Акбар ибн Хреламм, “Империи Сияющих Песков”, т.4

 

 

 

 

Нинлиллах ад Архапан, мусар Аль Паджабар, не отправляла разведчиков и не скрывала продвижения своего отряда. Она знала, что её отряд заметили, и их цель скоро будет предупреждена, но мусар не волновалась по этому поводу.

Двое хафлингов не скрывали своего передвижения. Они даже не попытались скрыть труп пони, сломавшего ногу посреди степи. Видимо, шпионы решили пожертвовать скрытностью ради скорости.

Она знала, что враги ожидают их прихода. Мастер сказал Нинлиллах, что их врагами будут “дети земли”, что вызывало у неё уважение, но затем мастер сказал “миролюбивые” и “генази”, что вызвало у мусар лишь отвращение.

Она знала, что в поселении генази скрывается наследник Мастера, и кто бы ни оказался в деревне – тот умрёт, и не важно – встанет ли он на защиту цели Аль Паджабар или нет.

Его нашли. Марод ин Марод найден.

Ноздри  Нинлиллах уловили странный запах, и она тут же подняла сжатый кулак, останавливая ревущий и ругающийся строй минотавров.

 Мусар игнорировала редкое неподчинение её подчиненных, зато всегда напоминала об этом. Она посмотрела на строй, пока не нашла самого шумного минотавра, и после того, как их взгляды встретились, подозвала его к себе.

- Повелительница? – начал говорить минотавр, но в этот же момент ему в лицо прилетел кулак мусар, выбив пару зубов и вызвав тем самым небольшую струйку крови.

- Ты должен звать меня мусар! – рявкнула Нинлиллах, занося левый кулак.

Но минотавр не ответил и не взвыл от боли. Он слишком хорошо знал, чем это чревато. Он лишь поклонился и сказал:

- Тысяча извинений не сможет меня оправдать.

Нинлиллах фыркнула. По интонации мужчины она слышала, что тот не до конца понимает, в чем он провинился.

- Ты слишком скор на извинения, - сказала она, - Запомни – архи-визирь не давал мне иного ранга, кроме мусар.

Мужчина виновато склонил голову.

- Да, я знаю, но в последнее время по городу ходило множество слухов о джине и Мастере…

Мусар сжала кулаки, борясь с желанием снова ударить глупца.

- Когда речь идёт об архи-визире, нет места слухам, - сказала она, - Марод аль Архапан, возможно, отправил нас на это задание и без ведома джина, но уверяю тебя – архи-визирь все знает. Его шпионы присутствуют повсюду, и архи-визирь знал о нашем задании ещё до того, как портал закрылся за нашими  спинами. А теперь иди и используй благословение Забытого Бога.

Минотавр поднял голову и снова принюхался. Как и некоторые другие обитатели иных планов, минотавры обладали неестественно сильным обонянием.

- Запах…запах мелкого дракона, которого обычно используют на аренах…и птица поменьше…охотничий орел, скорее всего.

Нинлиллах кивнула и задумалась – кто же охраняет наследника?

Она вспомнила маленького толстого мальчика, который поражал её своей врожденной злобой. А потом его похитил Азад ард Архапан, взяв наследника в заложники. С тех пор Аль Паджабар ищут мальчика, который уже должен был превратиться в мужчину.

Мусар посмотрела на минотавра и сказала:

- Вернись к остальным и предупреди копейщиков, что враги будут нападать с неба, - минотавр кивнул и сделал шаг назад, - И следи за своим языком, - добавила предводительница отряда.

Да, они должны следить за своими словами. Нинлиллах ард Архапан не была Повелительницей, она была сержантом, ведь её подчинённые – не стадо икариев, а взвод минотавров.

Наследника звали Марод ин Марод. Его имя было дано ему в честь его венценосного отца, и не важно, как рабы называли его между собой, давая ему имя мачехи, пришедшей на смену преждевременно умершей матери, благословенной Валандре. Он был Мародом ин Мародом, а не Мародом ин Нинлиллахом.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Кефас захватил их внимание. Марашан и другие молодые генази пораженно смотрели представление, удивляясь силе полу-джина. Флек широко раскрыл рот и наклонился вперед, чуть не падая со своего места.

- Выбери того, кто смотрит твоё выступление наиболее увлеченно и вызови его, - говорил Тобин Кефасу перед выступлением.

- А что если тот, кого я выберу – будет женщиной? – спросил тогда Кефас.

Тобин задумался, но почти сразу же ответил:

- Я знаю женщин, которые были сильнее меня, Кефас. Раз на раз не приходится, но тебе не обязательно, чтобы доброволец был намного сильнее тебя.

Кефас улыбнулся. Он знал, что Флек был тем самым добровольцем. Генази впервые для себя осознал, что он провел всю свою жизнь выступая на сцене, только сейчас его волнение не было связано со страхом смерти или трепетом перед попыткой побега.

Он поднял большой валун, подбросил его в руках и положил на землю, после чего поднял две бочки, наполненные гвоздями, и начал жонглировать ими, что впечатлило даже Старейшину Лин и пару других взрослых женщин.

Тогда Кефас воззвал к своей силе и оторвал кусок валуна, присоединив его к бочкам, которыми он жонглировал. Генази переживал, что не справится и не поймает какой-нибудь предмет, так что постоянно посматривал на Тобина, который стоял за кулисами и жонглировал бутылками, показывая Кефасу пример.

Все шло восхитительно, хотя Кефаса немного смущало то, что бутылками жонглирует Тобин, а не Уайти. Ещё больше он удивился, когда Уайти вышел на место Корвуса на сцене, и на молодом человеке была надета обычная одежда, а не клоунский костюм.

- Дамы и господа, что за чудная демонстрация силы? – наигранно и громко сказал Уайти, - Конечно, Кефас не обычный человек, но такая взаимосвязь силы и природных умений действительно впечатляет! Браво!

Кефаса интересовало, почему на сцену не вышел Корвус? Неужели что-то произошло?

Но у генази не было времени думать об этом – на сцену вышли клоуны и мимы, начавшие по очереди показывать небольшие выступления. Несмотря на то, что каждому выступающему было отведено не больше трёх минут, каждый из них захватывал внимание публики не хуже, чем выступление Трилл и Матиаса.

И вот финал.

На сцену вышел Тобин и, по его приказу, Кэнди спустилась к толпе и начала ходить по рядам зрителей, якобы выбирая помощника. Наряд девушки был сделан из зеленой ткани с экзотическими узорами из красного шелка.

Но в итоге, Кэнди лишь пожала плечами, и Тобин наигранно выкрикнул, что берет в напарники саму девушку-клоуна. Великан попросил Кефаса отойти, после чего он со своей помощницей попытались поднять большой валун, а когда у них не получилось, то каменный великан наигранно разозлился, взял девушку и бросил её в толпу.

Девушка сгруппировалась и аккуратно приземлилась на ноги, вызывая бурю оваций. Тобин же немножко покраснел, ведь это было первое его выступление в роли клоуна.

- Я все сделал нормально? – спросил великан у Уайти.

- Тобин, конечно ты все сделал правильно. ТЫ же самый сильный клоун в мире. Чёрт, да если бы я только мог бросить свою сестру в толпу.

Публика аплодировала, и Кэнди, наслаждаясь вниманием, как бы случайно, села на колени Флека.

- Эй, парень! – выкрикнул Кефас, - Брось ка эту девушку мне!

Глаза Флека загорелись от осознания того, что он невольно стал частью представления.

- Хорошо, - ответил он, - Померяемся силой.

В ответ на это молодые девушки генази начали свистеть, но замолчали, когда Марашан успокоила их легкими толчками и усталыми вздохами.

Кефас улыбнулся. Он был рад, что все шло по плану. Конечно, Флек был силен – его мускулы хоть и не были большими, но имели видный рельеф. Но бывший гладиатор все равно был сильнее его.

Но Кефас не позволял себе зазнаться. Он был восхищен силой сына Старейшины. Силой и мудростью. Конечно, все генази Аргентора осваивали свои природные навыки в более юном возрасте, чем Кефас, но даже среди них Флек отличался. За это полу-джин уважал его больше всего.

Флек бросил Кэнди на сцену. Она приземлилась на ноги и поклонилась зрителям.

- Ты силён, - начал Кефас, - Но, поверь мне, только сильнейшие из сильных смогут правильно орудовать этим.

После этого генази отодвинул валун, давая зрителям увидеть оружейную стойку, на которой было лишь одно оружие – цеп с двумя головками. Кефас взял оружие и взмахнул им, поднимая пыль в воздух.

Флек вышел на сцену и, когда миниатюрные песчаные бури утихли, увидел, что Кефас предлагает ему взять оружие. Юноша некоторое время раздумывал – он посмотрел на свою мать, и, заметив легкий кивок, принял оружие.

Как только Кефас отпустил цеп, руки молодого генази опустились под весом оружие.

- Знаете, - начал Флек, - а он действительно тяжелый…

Флек не успел закончить фразу, так как в это же мгновение парусину, бывшую крышей, порвало окровавленное тело Трилл, с грохотом рухнувшее на сцену.

  

Ξ Ξ Ξ

 

Генази Аргентора всегда были начеку. Они не позволили представлению отвлечь своё внимание, так что когда тело виверны провалилось сквозь крышу, генази земли были готовы к обороне. Они были готовы встретить любую угрозу.

Кефасу показалось, что он оглох. Он уставился на труп Трилл, и бессмысленно смотрел на него, пока Флек не дотронулся до плеча полу-джина.

- Слушай! – выкрикнул молодой генази, - Там идёт бой!

Генази земли начали беспорядочно бегать по площади, пока Тобин и Уайти подошли к Трилл. Полу-джин не увидел Матиаса, и молча поблагодарил всех богов за это. Кэнди сняла парик, взяла нож в зубы и полезла к крыше по веревочной лестнице. Кефас поднял взгляд и увидел, что крыша¸ почему-то, загорела, а с верхних балок свисало пару работников, запутавшихся в страховке.

Резкий высокий звук заставил Кефаса обернуться и увидеть Старейшину Лин, которая, с помощью магии, предупреждала генази Аргентора о начавшейся битве.

Затем раздался низкий рев, и Кефас увидел кричащую Мельду, стоящую в тени и махающую руками.

Внезапно загорелись стенки палатки и занавес, после чего парусина на одной из стен оторвалась и приземлилась на нескольких генази, в последний момент успевших выскочить из под полыхающего полотна. Из дыма выскочил Матиас с влажными глазами и мокрыми щеками и бросился к виверне, лежащей посреди сцены.

Низкое рычание было поистине пугающим, и, оглянувшись вокруг, Кефасу показалось, что он очутился посреди пылающей Бездны.

Вслед за стариком выскочили вернувшиеся с разведки Шан и Синда. Пробежавшись по сцене сестры спрыгнули в зрительский зал, помогая генази эвакуировать своих детей подальше от горящей сцены.

Наконец, Кефас заметил то, что на них напало. Огромный рогатый воин, высотой с Тобина, закованный в тяжелый доспех и вооруженный двуручной секирой ворвался на сцену вслед за хафлингами. Полу-джину казалось, что рогатый воин был существом из ночных кошмаров.

Его кошмаров.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Он был маленьким. Ничтожным. Когда Кефас смотрел на свои руки и ноги, то они были такими же длинными, как и в реальном мире, но огромные двери и коридоры напоминали генази о том, что он был маленьким.

Но это не все.

Он посмотрел вниз и снова увидел свои маленькие ноги, стоящие на холодном синем полу.

Он был уродлив. Генази снова посмотрел на свои маленькие руки и ноги.

Дверь отворилась, и снаружи послышался смех.

Ему надо было бежать.

Он должен был найти её. Только она защитит его.

Бежать было тяжело. Генази постоянно приходится практиковаться, но тайно, чтобы никто не знал о его позоре.

Смех был все ближе и ближе. И вот её тень накрывает Кефаса. Она берет его в свои невероятно огромные и сильные руки. Конечно, она достаточно сильна, чтобы защитить его, и достаточно мудра, чтобы дать убежище.

Затем она начала петь ему песню на непонятном языке. Языке рабов. Затем она тихо шепчет ему:

- Будь ближе к нам, и мы всегда будем рядом.

Он знал, что её острые рога никогда не будут угрожать ему, но она никогда его не отпустит.

 

Ξ Ξ Ξ

 

- Кефас, берегись! – прокричал кто-то, выдёргивая генази из ступора.

И как раз вовремя, ведь как только полу-джин отпрыгнул, на место, где он стоял мгновение назад, обвалилась горящая деревянная балка. Кефас обернулся и увидел Синса, стоящего между двумя клоунами с размазанным гримом и вооруженными легкими арбалетами.

Матиас ползал у неподвижно лежащего тела виверны и аккуратно смазывал её раны какой-то жидкостью из глиняного кувшина. Три минотавра медленно двигались к сцене, но были остановлены сестрами хафлингами, бегающими у ног огромных рогатых существ и наносящих быстрые удары своими клинками.

Кефас никогда не видел прежде такого стиля боя. Две женщины сражались не в паре, а как один воин с двумя парами рук, вооруженный четырьмя кинжалами. Кефас посмотрел на минотавров и, увидев их отвернутые назад рога, распознал в них мужчин. Но откуда он знал это?

Но у генази не было время на раздумья. Он поднял со сцены цеп, брошенный Флеком, и помчался на помощь сестрам.

- Перезаряжайте! – выкрикнул Синс.

- Но мы не умеем! – ответил один из клоунов.

- Тогда бросайся оружием, идиот! – зло выкрикнул Синс, начиная заряжать свой арбалет. Один из его помощников начал неумело натягивать тетиву, а второй, приняв слова Синса за чистую монету, бросил оружие в одного из минотавров.

- Это то, как вы хотите мне помочь? – спросил Кефас, отводя в сторону удар копьем одного из рогатых гуманоидов. Генази учуял резкий запах пота минотавра, после чего снова увернулся от ещё одного удара копьём.

- Те, кто дерутся копьем, всегда грубы и считают себя умнее других, - говорила Шанира.   

За спиной Кефаса Синс и его подручный зарядили арбалеты и выстрелили в противника Кефаса, отвлекая минотавра. Генази заметил, что шлем рогатого гиганта не прикрывал подбородок, и, нанеся удар снизу вверх, раздробил челюсть минотавра, который, спустя мгновение, замертво повалился на землю.

- Черт, Корвус! – выкрикнул Синс, - Почему ты не мог рассказать нам, как пользоваться этим правильно!  

Краем глаза Кефас заметил, что тело Трилл поднялось, но повернувшись к сцене, он заметил, что это Тобин поднимал тело виверны.

- Эй, Кефас, - прорычал каменный гигант, - помоги мне вынести Трилл со сцены, пока она не рухнула!

Но не успел полу-джин ответить, как на него напал минотавр с двуручной секирой. Кефас попытался отвести удар, но оружие икария запуталось в цепочке цепа, заставляя минотавра приблизиться к полу-джину. Седые длинные волосы минотавра говорили о том, что это был, скорее, ветеран, нежели новичок, а значит, промашек от этого ждать не стоило.

- Эй, Кефас, толкай его на меня! – выкрикнула Марашан из-за спины минотавра, поднимая копьё уже поверженного минотавра.

Но, к сожалению, икарий-ветеран, судя по всему, понимал Алзхедо.

Минотавр дернул оружием, роняя Кефаса на землю. Быстро развернувшись, икарий разрубил копью секирой, после чего угрожающе навис над юной генази земли.

Но девушка не растерялась – она приняла защитную стойку, обхватывая обломок копья подобно мечу. Кефас посмотрел на минотавра и вспомнил, как Мельда рассказывала ему о притупленном слухе рогатого скота.

 Минотавр резко развернулся и,  быстро размахнувшись,  ударил секирой слева на право, но Кефас отвел удар, после чего понял, что допустил ошибку – секира, продолжая движение направо, ударила Марашан плоской стороной, повалив девушку на землю.

Молодая генази земли упала на землю, и в этот же момент Кефас почувствовал усилившееся пение земли, вибрацию и толчки. Он посмотрел  налево и увидел Флека, стоящего в боевой стойке.

Икарий размахнулся, чтобы разрубить упавшую девушку пополам, но Флек использовал свою силу и вызвал небольшое землетрясение, которое заставило минотавра-ветерана оступиться и сделать пару шагов назад.

Кефас не стал медлить и напал на сбитого с толку икария, заставляя того отступать дальше и дальше от упавшей генази. Минотавр блокировал удары полу-джина, но ярость бывшего гладиатора горела так же сильно, как сейчас горели стены и крыша сцены.

Кефас вновь нанёс отчаянный удар цепом, после чего со всей силы топнул ногой по земле. Под минотавром тут же вырос огромный сталагмит, проткнувший икария насквозь. Генази остановился и отдышался, глядя на сцену, на которой Тобин и Синс смастерили импровизированные носилки. Они положили на них тело виверны, после чего подняли носилки и быстрым шагом двинулись к безопасному выходу. Все это время Матиас не переставал смазывать раны Трилл целебной жидкостью.

Кефас посмотрел на сестер, сражавшихся с последним минотавром. Икарий упал на колени, безуспешно пытаясь прикрыть руками рану на шее.

Порез, нанесенный Шан, был идеальным. Мастерство девушки не уступало мастерству огранщика или художника – вдоль всей шейной артерии зиял разрез, из которого без остановки хлестала яркая кровь.

Кефас так же заметил многочисленные небольшие порезы на телах девушек. Минотавры, конечно, не были такими же ловкими, как хафлинги, но они были сильны и выносливы, что делало их весьма непростыми соперниками. Генази надеялся, что это был последний икарий, напавший на Аргентор.

И как только Кефас подумал об этом, он увидел ещё одного минотавра и остановился. Несомненно. Это была девушка, и она была больше даже минотавра-ветерана, которого полу-джин сразил ранее. Она прошла сквозь горевшую заднюю стенку сцены. Огонь лизал её экзотические доспехи, и Кефасу казалось, что это был не минотавр, а настоящий демон. Огонь поблескивал в ей полном доспехе и в её глазах. Генази понял, что он был её целью.

Она видела его.

      

Ξ Ξ Ξ

 

Корвус пытался игнорировать звуки снаружи его фургона. Он слышал хриплые крики генази Аргентора, плачь Мельды и агонию умирающих рабочих. Он знал, как звучит смерть, но старался игнорировать эти звуки.

С ужасом на глазах Уайти прибежал к Корвусу и вызвал того к вернувшимся сестрам. Кенку оставил обязанности ведущего на молодом человеке, а после отправился к хафлингам, которые быстро объяснили ему, какая угроза движется к ним.

Корвусу были нужны подробности, но для начала нужно было обезопасить себя. Он подбежал к фургону Матиаса, отодвинул потайную дверцу и раздал клоунам и мимам лёгкие арбалеты. Кенку слышал визг виверны и свист лука старого рейнджера. Сестры хафлинги были измотаны, но все еще готовы к обороне Цирка Чудес, а рабочие и клоуны  решительно принимали оружие из рук Корвуса.

Корвус не знал, почему паша решил отправить Аль Паджабар именно сейчас, но он обязательно пожалеет об этом решении.

В своём вагоне Корвус прошел мимо чернил, пера и своей книги и взял в руки крупную ракушку.

План Корвуса был бы исполнен идеально, если бы он не поскупился на использование одноразового говорящего рога, связавшись со своим нанимателем напрямую.

Черноперый произнес несколько слов на древнем языке и провёл своими пальцами по поверхности раковины. Как только нос кенку учуял запах океанского бриза, он понял, что связь с серьгой визиря Альмарайвена была установлена.

- Ахам аль Жотос! – выкрикнул Корвус, на момент испугавшись, что люди, бывшие поблизости с визирем, услышат голос кенку, - Ваши планы раскрыты! Ваши враги атакуют нас! Мне нужна помощь!

     

Ξ Ξ Ξ

 

Раздался крик.

Кефас подумал, что это была Трилл, но нет, это был мужской крик. Генази обернулся и увидел Уайти, пытающегося погасить свои загоревшиеся брюки.

Стены сцены пылали ярче и жарче любого огня, который когда-либо видел Кефас. В один момент крыша отвалилась и упала прямо на Уайти и еще нескольких рабочих. Кэнди и Синс бросились убирать горящее полотно, но вынуждены были отступить из-за рушащихся деревянных опор. Кефас выругался – он мог лишь наблюдать, как люди, погребенные под горящими парусинами, стонали и дёргались.

Генази осмотрелся – повсюду летали пылающие ошметки стен сцены. Кэнди кричала, пытаясь вырваться из объятий Синса и броситься спасать умирающего брата, Флек пытался поднять свою сестру с земли, двое минотавров, вышедших из тени, рычали, пытаясь разрубить обороняющихся сестер хафлингов. Но громче всех рычала женщина минотавр, пробирающаяся сквозь пылающую сцену.

Она никак не могла пройти через горящее дерево, парусину и декорации. Деревянные скамейки, на которых сидели зрители во время представления, переняли огонь, создавая огненные заслоны между женщиной минотавром, сестрами, Кефасом и сценой.

- Шан, Синда! – закричал Кефас, - Попробуйте добраться до меня! Вы нужны мне!

Кефас убрал цеп за пояс и сконцентрировался на песни земли. Когда концентрация была достигнута, он начал прокладывать себе путь, одной лишь мыслью создавая дорожку, ограждённую небольшим каменным забором, не подпускающим огонь на саму дорожку. Генази проделал подобный трюк несколько раз и добрался до Флека и Марашан. Девушка лежала без сознания, а мужчина был ошеломлен.

- Мы не можем выбраться! – прокричал Кефас, - придётся воспользоваться силой!

Флек, гораздо более опытный в применении силы генази земли, чем Кефас, кивнул.

Из огня выпрыгнули сестры, пришедшие на зов Кефаса. Синда остановила Шан и рукой прихлопнула струйки дыма, бывшие в состоянии развить огонь на одежде девушки.

- Кефас! – выкрикнул Флек, беря сестру на руки, - Я потратил всю силу, когда атаковал минотавра. Ты должен вырыть тоннель, который выведет нас за пределы пожарища. Небольшой, чтобы туда не прошли минотавры, но и не маленький, чтобы мы могли дышать. Сделай это! 

Кэнди вырвалась из объятий Синса и бросилась к Уайти, все еще дергающемуся под пылающим полотном. Девушка схватила парусину, но лишь сильно обожглась, завизжав от боли. С ревом упал один из столбов, обрушив последнюю стену, которая накрыла юную девушку с головой.

Кефас сосредоточился. Он подумал о единственном доме, который когда-либо был у него и, собравшись с мыслями, создал копию своей камеры у себя под ногами. Шан и Синда спрыгнули вниз, а Флек передал сестру в руки Кефаса и сказал:

- Идите! Я останусь наверху и закрою вход в пещеру! Пророй тоннель наружу, спаси мою сестру!

Кефас хотел было запротестовать против самоубийственного плана Флека, но не успел он открыть рот, как сын Старейшины толкнул его, после чего сомкнул землю над головой полу-джина.

 

 

 

Глава Восьмая

 

Этот путь ведет только в одну сторону

И ворота этого пути никогда не закроются

- Последнее Пророчество Нар’ис’сира

 

 

Когда юная генази земли очнулась и услышала приглушенные предсмертные крики своего брата, она попыталась вырваться и раздвинуть камень.

- Нет! - шикнул Кефас, - Он делает это ради тебя!

Он положил руку на рот девушки, пытаясь заглушить её крики, если молодая генази вдруг начнет кричать. Спустя две минуты Кефас почувствовал, что девушка успокоилась и убрал руку.

Впереди была долгая ночь. Все, кто находился в пещере, боялись издать хоть один звук, ведь если минотавры убили всех остальных, то всего один скрип или стук может заставить их раскопать землю или разбить камень, но добраться до выживших. Никто не знал, что происходит на поверхности – хоронят ли генази Аргентора погибших родственников или икарии прочесывают опустевшее селение в поисках выживших.

Полу-джин боялся, что это место станет их могилой. На Джазирии трупы не хоронили, а просто скидывали с острова, но из Историй Основания Кефас знал, что такое склепы и захоронения.

Наутро Старейшина Лин, сконцентрировавшись на песни земли, обнаружила четыре живых существа под землей, после чего раздвинула землю и помогла выбраться своей плачущей младшей дочери. Растерзанные останки у входа в маленькую пещеру были её сыном. Она не посмотрела на Кефаса или сестер и лишь холодно сказала:

- Марашан, ты жива, - слова Старейшины звучали скорее как напоминание, чем радость или облегчение.

По всему Аргентору бродили раненые генази, собиравшие трупы в один ряд.

- Старая Мать породила их, Старая Мать их и забирает, - понуро сказала Лин, - Их жизни были забраны насильно, но они жили в мире, а значит и сон их будет невозмутимым. Да прибудет с ними земля.

Кефас посмотрел на огромную яму, вырытую недалеко от главной площади, в которую складывали трупы, согласно обычаю генази земли, и тихо повторил:

- Да прибудет с ними земля.

Кефас отошел от генази и пошёл за сцену. Там цирковая трупа собралась над трупами своих коллег и друзей. Помимо Уайти и Кэнди погибло ещё двенадцать рабочих и актеров, среди которых был и Кип – самый молодой из рабочих. Это он запутался в страховке, и это за ним полезла Кэнди, как только начался этот хаос. К сожалению, страховка прогорела, и парень рухнул на сцену, объятую пламенем. Кефас не мог поверить, что еще вчера он беседовал с этим парнем.

Мика и Грин Бет, еще двое погибших клоунов, были растерзаны минотаврами. На руках актеров были видны ужасные ожоги, а на теле и голове было множество широких рубленных ран. Рядом с ними лежало еще одно тело, полностью обгоревшее. Это была Мельда, которая попыталась выхватить у минотавра его оружие, но была брошена икарием прямо в костёр.

Все ждали слов Тобина и Матиаса, которые стояли рядом с Трилл. Виверна лежала на деревянном поддоне. Её раны и крылья были обвязаны парусиной, а любая попытка подвигать крыльями заканчивалась жалобным стоном виверны.

Пройдясь по Аргентору, Кефас насчитал одиннадцать мертвых минотавров, убитых им, сестрами хафлингами или жителями Аргентора. Пройдя к месту, где Трилл напала на отряд икариев, генази нашел ещё двенадцать трупов минотавров, вооруженных копьями, которые были смазаны отчётливо видным ядом.

- Двадцать пять, - тихо сказал Корвус, подойдя к своему старому другу, - В отрядах Аль Паджабар всегда двадцать пять минотавров.

Матиас кивнул, подошел к Тобину и они отправились в горы.

В сопровождении Старейшины Лин, её дочерей и сестер хафлингов, Кефас вошёл в фургон Черноперого.

- Я должен пойти с ними, - запротестовал Кефас.

- Нет, - ответила Лин, - вообще никто не должен идти за уцелевшими минотаврами.

- Боюсь, от нас мало что зависит, - вмешался Корвус, - Все решения принимаются…в другом месте и другими людьми. Но пора это изменить.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Меч в руке Ариэллы Кальмин отблескивал от красного рассвета, окрашивающего небо в багровый цвет. Цвет, в который кровь уже окрасила землю.

Женщина с серебряной кожей спорхнула на землю, концентрируясь на окружении в поисках врагов, замаскированных магией.

Но враг, напавший на неё, не был магом.

Из одного из вагонов на неё вылетел генази земли в броне гладиатора. Он размахивал двуглавым цепом так же легко, как ребенок размахивает погремушкой. Магу меча сказали, что генази Аргентора были пацифистами,  но, тем не менее, она прошла через портал Халифа Знаний наложив на себя несколько защитных чар.

Воин быстро взмахнул оружием, но его силы не хватило, чтобы пробить магический барьер. Ариэлла сделала выпад в сторону генази, но тот отвел удар в сторону и отпрыгнул назад.

Но у мага меча на вооружении была не только холодная сталь.

Она быстро проговорила пару фраз на языке джинов, и её меч окутала переливающаяся энергия бирюзового цвета, моментально выросшая в длину подобно хлысту.  

Девушка взмахнула своим оружием и ударила им по земле рядом со своим противником. Генази земли без труда увернулся от удара, но магический хлыст обвил его ноги. Маг меча со всей силы дернула мечом на себя, повалив генази на землю, после чего прыгнула к нему. В его глазах не было страха, а лишь решительность и…горечь? Ариэлла не могла сказать точно, но его глаза напомнили ей о ветре.

Мужчина не двигался и не пытался поднять своё оружие. Он лишь сказал:

- Ты не минотавр.

Ариэлла смущенно сжала губы и ответила:

- И ты не пацифист.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Генази Аргентора на удивление быстро похоронили своих погибших сородичей, после чего помогли цирковой труппе в проведении похоронных обрядов и принялись за уборку главной площади от угля и крови.

Генази, также, убрали трупы минотавров, попросту выбросив их в глубокую яму за пределами поселения. На протяжении всего дня люди и генази не переставали обсуждать нападение, рассуждая над будущим Цирка Чудес и Аргентора.

- Подождем, пока Матиас вернётся с охоты, - сказал Корвус, не желая ничего больше объяснять вопрошающим. Он даже не представил таинственную фехтовальщицу с серебряной кожей, которая, судя по всему, прибыла в Аргентор по просьбе кенку.

- Она генази ветра, - объяснила Кефасу Соннетт, - Полу-джин, как и все мы.

Старшая дочь Старейшины присоединилась к уборке главной площади Аргентора, восстанавливая первоначальный вид Отдыха Путешественника. Она смотрела на невозмутимость своей матери и изо всех сил пыталась подражать ей в этом.

Кефас внимательно следил за девушкой с жемчужными волосами, изучающей жителей Аргентора. Полу-джин вспомнил о, почти что, смертельной битве с этой генази.

- Да, она похожа на меня. Но не на тебя, - подумал Кефас, - и не на твою сломленную сестру.

Марашан, в отличие от Соннетт, не пыталась сохранять безразличие к происходящему. После смерти брата, младшая сестра лишь сидит у себя дома и тихо скулит. Она ни с кем не разговаривает, а Кефасу даже не смотрит в глаза, видимо, виня его в произошедшем.

- В моей дочери бушует ураган, - сказала Лин после неудачной попытки Кефаса извиниться, - Не ты породил его, и даже не минотавры. Он был в ней всегда, и встреча с суровой реальностью выпустила его наружу.

Больше Старейшина ничего не сказала Кефасу.  Когда генази покинул дом, к нему подбежал Синс.

- Жена моего брата будет жить, - радостно сказал он, - Я всегда говорил, что он женился не на женщине, а на быке. Она в очередной раз доказала это.

Кефас улыбнулся и хлопнул мужчину по плечу.

- Думаю, мне стоит показать вам, как пользоваться арбалетами.

- Не стоит, - ответил Синс, - Корвус уже вызвался научить нас самообороне.

Ближе к ночи, цирковая труппа развела костер в центре круга из фургонов. Синс, близнецы и генази ветра сидели у костра и о чем-то разговаривали. Кефас подошёл к костру и увидел Матиаса и Тобина с мрачными выражениями на лицах.

Полу-джин сел между Синсом и генази ветра, а когда все замолчали, Корвус заговорил:

- Друзья, знакомьтесь – это Ариэлла Кальмин, генази ветра из Аканула, страны генази, как и Калимшан…

Женщина возразила:

- Нет, я бы не сказала, что это сильно напоминает Калимшан.

Корвус лишь отмахнулся.

- Ариэлла работает на Халифа Знаний, визиря Альмарайвена и спонсора нашего цирка. Когда Аль Паджабар напали на нас. Я запросил у него помощи, и он послал нам Ариэллу, мага меча, прибывшую к нам через портал. Но прежде чем я расскажу об этом подробнее, я бы хотел узнать о результатах разведки Матиаса и Тобина.

В ответ Матиас достал из мешка скальп, покрытый коричневым мехом. На скальпе так же были грубые обломки рогов. Синс и Ариэлла сморщились и отвернулись.

- Что ж, - начал Корвус, - теперь, я полагаю, двадцать четыре.

Матиас кивнул и указал на Тобина. Корвус внимательнее посмотрел на великана и заметил у него множество порезов и ран, будто он только что вышел с гладиаторской арены.

Тобин достал из кармана рог и  показал его Черноперому.

- Я не сумел удержать её. Он была так сильна…так чудовищно сильна.

Кефас заметил, что все смотрят на него. Он посмотрел под ноги и увидел, что неосознанно для себя привстал и приблизился к рогу.

- Она жива? – спросил Кефас, - Женщина минотавр, которая руководила нападением, сбежала от вас?

- Да, - ответил Матиас, - она сбежала на юг, в горы. Тобин повозился с ней, и она нескоро забудет этот бой, но я искренне надеюсь, что мы больше не встретимся.

- Что ты имел в виду, называя визиря Альмарайвена “спонсором”? – спросил Синс, смотря Корвусу прямо в глаза.

- Правильнее будет сказать “старый друг”, - тихо сказал Корвус, после чего Синс резко встал и подошёл к кенку.

- Я работаю на тебя, Черноперый. Конечно, у тебя могут быть тайны, и, когда моя семья подписала с тобой контракт, мы согласились выступать в твоём цирке, несмотря на угрозы, которые могли возникнуть во время путешествия.  Но ты обещал мне, что моя семья будет в безопасности.

Спустя несколько долгих мгновений неловкого молчания, Корвус наконец-таки ответил:

- Синс, в нападении прошлой ночью, смерти Уайти и Кэнди, травмах Мельды, нельзя винить…

Но в разговор вмешался Матиас, остановив кенку на полуслове.

- Нет, Корвус, он прав. Я не знаю и половины тех дел, которые ты проворачиваешь за нашими спинами, но, клянусь Абиссом, если бы мы были обычным цирком, то Уайти, Кэнди и остальные сидели бы сейчас среди нас, а не лежали в земле!

Корвус не ответил. Неудобное молчание превратилось в безнадежное. Кефас попытался вспомнить что-то, но ничего не приходило в голову. Он слишком много не знал.

- Если бы мы были простым цирком, то Уайти и Кэнди сейчас были бы похоронены на своей ферме, - наконец сказал Корвус. Разглядев гнев в глазах Синса, он продолжил:

- Как и их родители, погибшие от чумы в год Второго Хоровода.

Синс не ответил, а лишь покачал головой.

- Если бы мы были обычными клоунами и актёрами, то Тобин до сих пор скрывался бы в Горах Драконьего Меча от охотников на великанов, - продолжил Корвус, - А Мельда? Думаешь, она не умерла бы в схватке с тёмными друидами, если бы мы вовремя не оказались на той поляне? Я не нарушал своего слова Синс. Я пообещал дать вам убежище в этом забытом Богами мире. Разве я не сдержал своего слова? Я не только сдержал его, но и сделал много больше. Больше, чем любой из вас может себе даже представить. Любой из вас, - последний слова он произнёс, глядя прямо в глаза Матиасу.

- И я собираюсь сделать ещё больше, - продолжил кенку, - С первыми лучами солнца я намерен вернуть Ариэллу Халифу Знаний. Я открою портал, и отправлюсь вместе с Ариэллой в Альмарайвен. Некоторые из вас пойдут со мной. Остальные же останутся тут, и будут ждать, пока все не залечат свои раны, после чего вы отправитесь на север. А поведет всех Синс.

Мужчина удивленно раскрыл рот

- Но я не…

- После Уайти и Мельды ты был самым старшим, а теперь, когда Мельда ранена, а Уайти…ушел, ты остаешься за главного. Если вы сделаете все правильно, то достигнете Кормира к осенним праздникам. У меня есть официальный пропуск, так что вам не придётся платить лишних пошлин.

- Ты передаёшь Цирк Чудес под моё управление? – спросил мужчина.

- На время. Однажды я могу вернуться, но я ничего не обещаю.

В смехе Синса не было ни нотки юмора.

- Тогда я пойду, и расскажу об этом остальным. Но знайте, что остаться с нами может любой пожелавший, - с этими словами новый управляющий Цирка Чудес удалился во тьму.

- Он прав, - ответил Корвус, - Но знайте, что Аль Паджабар напали на нас не по инициативе теперь уже однорогой женщины минотавра. Они пришли за нашим новым членом, а направил их могущественный враг, справиться с которым мы можем только с помощью Халифа Знаний. Кефас, ты можешь пойти с Синсом, но знай, что этим ты навлечешь на Цирк Чудес еще больше бед.

- Я пойду с тобой, Корвус, - быстро ответил бывший гладиатор, - Пойду с тобой, хоть и не понимаю, как я мог стать объектом охоты минотавров. Единственными моими врагами были мои соперники на Парусной Арене. Ну и Азад и остальные вольноотпущенники, я полагаю.

- Ты полагаешь, - со смешком прошипел кенку, - Да, раб всегда враг своему хозяину.

- Я слышал эти слова в какой-то истории, - задумчиво сказал Кефас.

- Да, я тоже, - внезапно сказала генази ветра. Её слова прозвучали очень звонко и с явно выделенным акцентом, - Это из одной из историй, так почитаемых в Калимшане. Я прочитала многие из них, перед тем как отправиться на юг, в Альмарайвен.

- Не Башан Разбойник, - продолжил Кефас, - Что-то другое…

Девушка пожала плечами.

- Среди Историй Основания есть с десяток историй о бежавших рабах, и все они заканчиваются одинаково, - сказала она.

- Да, - задумчиво ответил Кефас, - Бежавшие рабы либо находят славную смерть, либо возвращаются назад в кандалы, но делают жизнь других рабов лучше, - после этих слов Кефас посмотрел на девушку, пытаясь оценить реакцию на его слова, - Странно, но я никогда не слышал от Азада историй о рабах, которые заканчивались бы иначе.

- Конечно нет, - фыркнув ответила генази ветра, - Других попросту нет. Кто этот Азад? Еще один генази-раб из Эмиратов Небесного Огня?

- Человек, - ответил Корвус, - Сбежавший раб. Правда, я до сих пор не знаю, чем он руководствовался, когда забрал Кефаса с собой.

- Вот почему меня ищут? – спросил бывший гладиатор, - Я был собственностью каких-то генази?

- Что-то типа того, - ответил кенку, - На самом деле, я полагаю, что ты имеешь отношение к генази, управляющим городом. Я пытался найти доказательство этому, когда мы были в Сарадуше, а так же расспросил Старейшину Лин, которая сведуща в вопросах генеалогии генази. Эмираты Небесного Огня и генази, управляющие ими – заклятые враги Халифа Знаний и его народа. Он узнал, что среди рабов, бежавших из Калимшана, живет отпрыск одной из знатных династий. Тогда я отправил Матиаса на разведку, а остальное ты уже знаешь.

Кефас покачал головой. Он – генази из правящей семьи. В это было сложно поверить, но для него это и не имело значение – он был слишком далек от всего этого, чтобы эта информация могла как-то повлиять на его жизнь. Однако, это проливало свет на детство Кефаса, хотя, по глазам кенку, полу-джин понял, что это далеко не вся информация о сложившейся ситуации.

- Но на все остальные вопросы ответит Халиф Знаний, - продолжил Корвус, - Кефас, это великий человек, а его магические таланты делают его одним из самых могучих волшебников на Ториле.

По каким-то непонятным Кефасу причинам, он взглянул на Ариэллу, будто ища в её взгляде поддержки и понимания.

Девушка лишь пожала плечами.

- Он действительно выдающийся волшебник с сильными врагами.

- Я пойду с тобой, Корвус – сказал Кефас, поклявшись себе разузнать побольше о женщине-минотавре, руководившей Аль Паджабар в нападении на Аргентор.

Корвус посмотрел на остальных. Он знал, что Синда пойдёт за Шан, а та была самой верной последовательницей кенку. Тобин постоянно смотрел на Матиаса, хотя кенку знал, что сердце великана было с Цирком Чудес.

- Ну что, старый друг, - начал Корвус, глядя на старого рейнджера, - будет ли Трилл готова к переходу через портал? Думаю, Халиф Знаний сможет открыть проход, достаточно большой для виверны.

Кефас посмотрел на старика. Он выглядел невероятно истощенным и уставшим. Старым.

- Будет ли готова Трилл? - спросил Корвус с нажимом.

Матиас не ответил, но утвердительно кивнул.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Поздним вечером, когда все разошлись спать, Ариэлла Кальмин осталась с Корвусом и Кефасом у костра в центре лагеря.

- Смотри, - сказала она генази земли, - символы, которые Корвус рисует вокруг разобранного крыльца своего вагона, это магические руны. Халиф Знаний записал более сотни подобных рун в свой дневник. С помощью них можно путешествовать в любую точку Фаэруна за всего один шаг.

Кефас снял со спины свой кожаный рюкзак, в котором он хранил свою броню и оружие, и положил его рядом с крыльцом фургона Корвуса. Он хотел попрощаться с генази Аргентора, но боялся прервать какую-нибудь траурную церемонию.

Кроме того, Кефасу понравилась компания генази ветра. Она напоминала ему Соннетт, Гринту и Шаниру одновременно. Девушка поражала его своими знаниями и умениями. Было в ней что-то особенное, кроме её ярко-голубой кожи, напоминающей ему утреннее небо.

Но что? На арене, когда Кефас сталкивался с новым врагом, он учился определять его стиль и слабые места, ориентируясь на схожесть с предыдущими соперниками. Стиль орка с моргенштерном был незнаком Кефасу, но он как-то раньше сражался с гоблином, использующим то же оружие. Гладиатор познавал своего соперника, основываясь на прежнем опыте.

- Ты планируешь снова напасть на меня?  - внезапно спросила девушка.

- Что? – ошарашенно спросил Кефас. Он дернулся и постарался принять наиболее расслабленную стойку.

- На твоём лице я читаю задумчивость, будто ты изучаешь меня, Кефас. Но знай, что я смогу одолеть тебя с той же лёгкостью, с которой я сделала это сегодня утром.

Кефасу стало жарко.

- Просто думаю о нашем бое…

Она рассмеялась.

- Все нормально, Кефас. Я понимаю, что твоя жизнь не подразумевала многих знакомств, особенно с девушками. Но не переживай – в нормальном мире это происходит постоянно - она вновь рассмеялась.

- Ты насмехаешься надо мной? – спросил Кефас. Он резко понял, что не знал девушек по именам прежде, кроме Шаниры и Гринты.

- Немного, - улыбнувшись ответила Ариэлла.

К облегчению Кефаса, из тени вышли сестры хафлинги и подошли к разобранному крыльцу фургона Корвуса. На них были надеты патронташи с дротиками.

- А это две воительницы… - начал Кефас.

- Я знаю, - прервала его девушка, - Халиф Знаний рассказал мне о союзниках Корвуса, прежде чем я отправилась через портал. Я хотела встретиться с ними и рада, что они пережили битву с минотаврами. В Акануле говорят, что последовательницы Аврорини не живут долго, но я рада, что это оказалось неправдой.

- Они рейнджеры, - ответил Кефас, - ученицы Матиаса.

Сестры подошли к двум генази, и Ариэлла тихо сказала Кефасу:

 - Поверь мне, это далеко не все их заслуги.

Внезапно, из-за спины Кефаса и Ариэллы послышался рык. Все посмотрели в темноту и увидели два изумрудных огонька, рядом с которыми пронеслись резкие порывы ветра, разносящие пыль и ветки в разные стороны.

Спустя пару мгновений четверка воителей разглядела Трилл и Матиаса, которых теперь освещал свет костра. Крылья виверны были покрыты кожаными пластинами, привязанными к хвосту.

Матиас подошёл к Кефасу и сказал:

- Советую вам всем отойти подальше – Трилл не в восторге после того, что произошло вчерашним вечером.

Виверна неуклюже подошла к порталу. Раньше она использовала свои крылья, чтобы слегка балансировать, однако теперь виверна едва могла ими двигать, что делало её передвижение медленным и нелепым.

Больше старый рейнджер ничего не сказал, а просто прошёл мимо собравшихся. Трилл немножко расправила свои крылья, позволила Матиасу взобраться на свою спину и рванула вперед. Если бы портала не было, то виверна попросту врезалась бы в фургон. Но вместо этого она просто исчезла.

Ариэлла подняла одну бровь.

- У вас действительно есть цирковая виверна. Эх, жаль, что я не смогла посмотреть на её выступление, - после этих слов генази ветра шагнула за виверной и исчезла.

Кефас стоял на месте, ожидая остальных. Из тени вышли Корвус и Тобин и подошли к полу-джину.

- Нам пора идти, - сказал кенку, - Синс будет не рад, когда увидит новый пожар.

Кефас отошел в сторону и увидел, что от вагона Корвуса поднимался столб дыма. Генази надеялся, что это было действительно необходимо, особенно после ночного пожара.

- Смотри, Кефас, у меня есть молот, - сказал Тобин, поднимая своё оружие, - Знаешь, я не думал, что мне когда-то еще придётся вновь воспользоваться им.

   Шан и Синда вошли в портал. Перед тем как исчезнуть, кинжал, убранный за пояс короткостриженой девушки, мелькнул, отражая пламя, объявшее колёса вагона Корвуса. Хоть кенку и обещал, что они окажутся в безопасном месте, все члены их отряда были готовы к бою.

- Почему ты не остался с Синсом и остальным цирком? – спросил Кефас.

Великан промолчал. Корвус махнул рукой, и каменный гигант исчез в портале.

- Тобин погиб во вчерашнем пожаре, Кефас, - ответил Корвус, - Нам пора идти.

Генази всегда старался подавлять свой страх. Калишиты говорили, что страх – быстрый путь к смерти.

Кефас закрыл глаза и шагнул в центр круга.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Когда зрение вернулось к правому глазу Нинлиллах, она поняла, что он был в целости, просто кровь мешала нормальному зрению. Она смогла сбежать в горы, потеряв лишь один рог в отчаянном рывке. Зато мусар смогла сбежать от великана и старого лучника.

Она не могла вернуться в деревню генази, но и не могла вернуться к своему хозяину – слишком велико будет её наказание за провал задания.

Нинлиллах долго думала, после чего повернулась на юг и отправилась на поиски старых союзников.


Песчаная буря. Глава 5-6

28 Сентябрь 2018 - 16:57

Глава Пятая

                  Знания меча бесполезны

Без знания мира

“Бесценные товары Первого Торговца”, “Истории Основания Калимшана”.

 

 

С первыми лучами солнца Кефас вышел на крыльцо своего вагона и начал наблюдать, как Корвус и крупная женщина, которую все называли Хозяйкой Каравана Мельдой, рисовали какие-то символы на земле с помощью серебряных стержней. Старик, которого генази видел прошлым вечером, подошёл к Кефасу.

- Видишь, то место, где все линии сходятся? – спросил старик у Кефаса, - Любой из членов нашей организации знает, что в этом сплетении линий магии столько же, сколько и в прочих игрушках Корвуса. Нас не представили – моё имя Матиас, а ты, полагаю, тот самый генази-гладиатор, которого мы спасли с Острова Свободных? Кефас, да?

Кефас кивнул и посмотрел на рисунок. Он мало что понимал в магии и в искусстве. На Джазирии не было ни того, ни другого. Генази посмотрел на сумку, лежащую на перилле – подарок от Тобина. Из неё торчала рукоятка, цепочка и металлический шар цепа, который, как оказалось, захватил Тобин во время их совместного побега с Парусной Арены.

- Теперь Корвус заливает этот рисунок свинцом. Последний штрих, - женщина отошла от рисунка, позволяя кенку пройти над рисунком спиной вперед, выливая в него свинец из кожаного мешочка. Как только жидкий металл растёкся по всему рисунку, Корвус выпрямился и затянул шнурки, стягивающие мешочек со свинцом.

- Содержимое этого мешочка стоит больше, чем то, что лежит в твоей сумке, - сказал Матиас, переводя взгляд с рисунка на Кефаса, - Но не переживай. Это подарок и мы не возьмем с тебя за него и ломаного гроша.

Кефас не ответил Матиасу, а лишь сосредоточился на Корвусе. Как только кенку закончил читать заклинание, ничего не произошло, но спустя мгновение пыль под ногами Мельды начала двигаться и клубиться. Свинец засветился и эта мерцающая дорожка резко вытянулась, уходя далеко на запад, где все ещё царила тьма.

  

Ξ Ξ Ξ

 

Караван медленно продвигался на запад.

- Это для того, чтобы ни одна повозка не сломала колесо, - объяснил Корвус, - В конце концов, местность тут скалистая, а повозки везут немалый груз. Но благодаря магии мы, хотя бы знаем, где пролегает безопасная дорога.

- Это превосходно, - ответил Кефас, - крайне полезная магия.

Корвус рассмеялся.

- Полезная, да. Но, друг мой, совершенно не сложная. На самом деле, эта магическая дорога сгорает за нашей спиной, и, если кто-нибудь отстанет от остальных, он может пострадать.

Кефас сомневался в этом. Хоть Корвус и не был суровым наставником, типа Шаниры, а его люди были менее дисциплинированны, чем гладиаторы, они, казалось, были по-настоящему дружны.

Кенку не прикасался к поводьям, однако лошади, тянущие за собой вагон Черноперого, не отставали от впередиидущего каравана. Кефас увидел, что все лошади так же двигались в одном темпе с первым караваном. Это напоминало генази команду гладиаторов, действующих совместно против одного врага.

Насколько Кефас знал, караван двигался в место, под названием Аргентор. Корвус желал, чтобы караван передвигался со всей поспешностью и скрытностью, которые были возможны при соблюдении этих двух условий одновременно.

Согласно второму требованию, скрытности, Трилл должна была оставаться в своём личном фургоне. Это была длинная повозка на четырёх парах колёс. Сверху её накрывало плотно примотанное полотно песчаного цвета, а по бокам стояли кормушки, наполненные сладко пахнущими травами. Сначала Кефас удивился, что Матиас Фарсир согласился, чтобы его питомец был помещен в эту повозку, но потом генази понял, что внешний вид повозки был обманчив. Он увидел, что виверна могла свободно выставить свои крылья и хвост из-под полотна.

- Это было сделать не так просто, хотя и необходимо, - сказал  кенку, - Ты прав – Матиас никогда не позволил бы посадить свою подругу в клетку, даже если бы она и согласилась, так что нам пришлось сильно подумать над более свободным вариантом сдерживающей клетки. В конце концов, Матиас  согласился, ведь многие народы отказываются пускать нас, когда над нашим караваном парит виверна. Даже эльфы, в землях которых когда-то жила Трилл.

- Эльфы, - задумчиво сказал Кефас, вспоминая о Гринте, единственном своём предыдущем источнике информации о народах Фаэруна, - согласно словам Гринты, орчихи, они – прислужники Демонического Лорда Кореллона и Матери Всех Белок. Они ниже людей и орков, прячутся на деревьях и стреляют из луков.

Корвус усмехнулся.

- Это…интересная точка зрения. Хотел бы я пообщаться с тем, кто искренне в неё верит.

Воспоминания о Гринте заставили Кефаса задуматься о Джазирии. Тогда генази решил задать вопрос, ответа на который Корвус избегал уже три раза.

- Зачем вы спасли меня с Острова Свободных?

И снова кенку не ответил на этот вопрос, а заговорил о другом.

- Эта Гринта. Странно, что она не рассказывала тебе о твоём народе. Хотя, на самом деле, я сомневаюсь, что кто-то из ныне живущих людей сможет правильно описать всю необычность твоей расы. Но я уверен, что те, к кому мы держим путь – смогут.

- Люди, живущие в Аргенторе, знают о генази? – спросил Кефас.

- Друг мой, люди, живущие в Аргенторе, и есть генази. Генази земли. Целая деревня генази.

  

Ξ Ξ Ξ

 

Этим вечером Кефас стоял на крыльце фургона Корвуса и внимательно слушал его.

- Мы поможем тебе, Кефас, - начал Черноперый, спускаясь с крыльца своего вагона - Я изучил карту до мельчайшей подробности. Через три ночи мы прибудем в Аргентор, жители которого помогут понять тебе землю и твои способности.

- Я понимаю, - кивая ответил генази, - но посмотри на эти носилки, что сделали для меня Тобин и Уайти, будто я паша Маншаки. Я не хочу…выделяться.  

Корвус посмотрел на носилки, привязанные к крыше впереди идущего вагона, но лишь отмахнулся.

- Маншака? Что ты знаешь об этом месте?

Кефас покачал головой.

- Ничего особенного. Я знаю, что правитель этого места был толстым, как кабан, и передвигался по своим владениям на таких же носилках, которые несли на своих плечах четверо рабов. Дочь паши влюбилась в одного из рабов и однажды переоделась куртизанкой и пронесла ему кинжал, а он убил её и освободил всех рабов Кровавой Арены.

- Но он был верующим. А что он сделал с неверующими?

Кефас пожал плечами.

- Должно быть, оставил в кандалах, и они и по сей день сражаются на Кровавой Арене. Но в Маншаке большинство было верующими.

Корвус долго смотрел на генази, после чего крикнул:

- Тобин! Найди Шан, и пусть она принесет мне копию Историй Основания, которую они купили в Инарлите!

Великан, одетый в рубашку, окрашенную в ярко-желтый и красный цвет, улыбнулся и кивнул.

- Истории основания. Хорошо!

- Тобин! – крикнул Корвус, - Не забудь сказать, что мне нужна именно та копия, которую они купили в Инарлите.

- Инарлит, хорошо, - кивнул великан.

Спустя пару минут Шан спрыгнула с крыши вагона, стоявшего позади Кефаса и Корвуса, и протянула кенку потёртую книгу в кожаном переплете, после чего любопытно посмотрела на Черноперого.

- Ты видел когда-нибудь книгу, похожую на эту? – спросил он у генази.

Кефас не ответил. Вид книги вернул его воспоминания на Джазирию, когда Азад сказал, что генази никогда больше не услышит историй из этой книги. Истории Основания. Они были написаны по приказу  Камара ин Сабана эль Зениспула в…в давние времена. В ней содержался весь мир молодого генази.

Кефас протянул руки, и Корвус позволил ему взять книгу. Полу-джин осматривал обложку, корешок, рисунок. Он провел по нему своим пальцем, чувствуя каждый изгиб рисунка.

- Но разве рисунок не должен быть сделан из серебра с сапфирами посредине.

Корвус протянул руку, и Кефас, немного нехотя, отдал книгу.

- У Азада другая копия этой книги, - объяснил кенку, - Но да, ты прав – они написаны книжниками семьи Зениспул. Рисунок на этой книге давным-давно потерял своё серебряное покрытие, иначе бы Шан и Синда заплатили бы за неё гораздо больше. Но даже так эта книга была написана очень давно.

Корвус открыл книгу и начал переворачивать страницы, после чего остановился и показал генази рисунок воина, машущего тальваром. Он стоял спиной к читателю, окруженный красными дюнами, а над ним угрожающе навис черный гигант с огромными рогами и красными глазами.

- Видишь дюны, окрашенные в красный цвет? Печатные мастерские Калимшана не владели этим  методом, изобретенным народом Шу, и научились использовать его лишь в Девятый век Империи. Значит, эта книга была сделана не раньше Года Сломанного Меча, то есть, две сотни лет назад или позже. Камара ин Сабан пожелал напечатать Истории Основания в качестве подарка на свой двадцать пятый год в должности халифа. Я даже видел письменный приказ паши, хотя антиквар и не позволил мне прикоснуться к пергаменту. На нём было указано, что печатные мастерские должны напечатать столько книг, чтобы хватило на каждый дом в Калимшане. Это была почти невозможная задача, потому что в те времена вдоль Сияющего Моря жило около семи миллионов людей, но, тем не менее, была проделана огромная работа. Но заказ так и не был выполнен, так как чтобы напечатать хотя бы четверть от желаемого заказа, слугам халифа пришлось скупить все чернила, продающиеся в лавках от Калимпорта и до самых Врат Балдура. И тогда паша сказал, что каждый ребенок в Калимшане должен узнать историю своего народа, ведь в таком случае пришлось бы раздать всего лишь малую часть всех книг. Дело в том всё большая часть населения Калимшана, как и сейчас, было порабощено в рабство, а рабы не считались за людей, а уж их дети тем более. Стоит ли мне рассказывать, что паша Камар понимал под “правдой”? Но когда каждая семья получила по книге, в хранилищах паши ещё остались тысячи Историй Основания, и паша принял решение раздать их рабам. Я считаю, что это до сих пор является самым великодушным деянием правителя в этих замученных землях за всю историю.

  Шан взяла книгу и снова показала рисунок Кефасу.

- Это, должно быть, Дауд ин Дауд? Лицом к лицу с Пепельным Лордом?

Шан кивнула.

- Только дурак станет сражаться таким мечом, - сказал генази, - Неудивительно, что он проиграл.

Девушка снова кивнула и закрыла книгу.

- Этот символ, - начал Кефас, - это герб династии Зениспул?

- Нет, - ответил Корвус, - Этот символ – одна из вариаций написания первой буквы этой фамилии.

- Одну букву может означать несколько символов? – удивился генази.

- Конечно. Есть печатные буквы, прописные, не говоря уже о том, что в этом мире живет великое множество народов, и каждый обладает своим неповторимым языком и алфавитом.

Кефас кивнул и задумался.

- Ты сможешь показать мне эти буквы? - наконец сказал генази.

Кенку улыбнулся и кивнул.

В течение всей ночи Корвус обучал Кефаса низкому и высокому Алзхедо, а когда выдавалось свободное время, то рассказывал о других народах и их языках.    

 

Ξ Ξ Ξ

 

Омларандинские горы скрылись за восточным горизонтом, и теперь вокруг каравана были лишь низкая трава, чертополох и редкие деревья. На второй день путешествия Цирка Чудес Корвус Черноперый отправил разведчиков вперед каравана.

Шан и Синда исчезли в степи, а Матиас и Трилл в небесах.

Кефас спросил у Тобина насчёт сестер, но тот посоветовал не беспокоиться:

- Не переживай, Шан и Синда часто уходят на разведку, выполняя особые поручения Корвуса. Знаешь, они чем-то похожи на тебя – им нравится делать то, что они уже хорошо умеют.

Кефас же постоянно был с Корвусом, обучаясь языкам, а после полудня и до заката упражнялся с Тобином. Кенку все ещё переживал за способности генази, но Синда нашла тяжёлые сандалии на веревках и отдала их полу-джину. Пройдясь в них по земле, Кефас обнаружил, что все ещё слышит песню земли, но теперь она не сбивала генази с ног.

Стоя вечером у лагерного костра, Кефас пытался вспомнить, каково ему жилось в тесной камере раба-гладиатора, но каждый раз вспоминал лишь свои бои на Парусной Арене.

Матиас сидел рядом, усевшись на корточки рядом с Трилл и Корвусом. Вернувшись с разведки, виверна напугала всех своим видом – её пасть была испачкана кровью и прилипшими к ней перьями. Сейчас же Трилл отдыхала, позволяя старому разведчику промывать её зубы и дёсны.

- Завтра мы увидим вершины Марширующих Гор, - внезапно сказал Матиас, опуская тряпку в ведро с водой и одно мгновение разглядывая зуб Трилл, - я не был в Суретмаре тридцать лет. Говорят, что ситуация там изменилась.  Для кенку, который верит, что лучший шанс попасть на небеса, это избегать взора Богов, ты, Корвус, сумел на удивление близко подойти к людям, которые сделают так, чтобы на небеса ты попал как можно быстрее. Ну, если эти люди тебя схватят, разумеется.

В ответ Корвус встал, взял ведро с водой и вылил её в костёр. В этот же момент из темноты появился Уайти, взял ведро и побежал в сторону вагона, перевозящего бочки с водой.

- Конечно, - сказал кенку, - именно это и сделают эти благочестивые люди. Или сделали бы. После того, как мы удалились от Сарадуша и Омларандинских Гор, ни ты, ни хафлинги не видели ни одного признака жизни в ближайших окрестностях. Да и я не видел ничего, кроме травы да чертополоха.

- Это потому что ты проводишь все дни вместе с Кефасом, - внезапно и угрожающе сказал Тобин, сидящий с другой стороны костра. Он встал и достал из своих больших штанов что-то похожее на палицу и размахнулся ей. Трилл привстала, готовясь броситься на предателя, но от взмаха головка палицы отлетела, а из отверстия вылетело несколько разноцветных лент.

Кефас улыбнулся.

- Забавно, сказал генази, вызывая улыбку на лице великана.

- Мы практиковали это движение два часа, и, пока что, у Тобина выходит лучше всех, но братья Брамкордин буквально дышат Тобину в затылок, сказала Мельда.

- И королевы Тетира терроризируют народ Суретмара на протяжении ста лет, - сказал Матиас, - Рыцари платинового дракона, жрецы-тормиты и фанатики Илматера – каждый из них пытается превзойти двух других в своей фанатичной вере, устраивая карательные рейды по Суретмару каждые три дня. Я понятия не имею, как мы сумели избежать столкновения с ними.

- Просто верно подобранное время и место, - сказала Мельда.

- Когда я был в Тетире в последний раз, - начал Корвус, - я изучил Летопись Сияющего Шлема и выяснил, что паства Торма, Бахамута и Илматера в Тетире больше не интересуется Суретмаром и предпочитает разбираться за еретиками внутри самого Тетира и в южном Амне. А генази земли, к которым мы и направляемся, вообще предпочитают обходить религию стороной.

На Джазирии не было храмов каких-либо богов. Корвус говорил, что это потому, что хозяева никогда не пускали рабов к религии, хотя не объяснил, почему в его Цирке Чудес верующих было столько же, как и на Острове Свободных - единственной книгой в библиотеке кенку, связанной с описанием религий, была детская книжка с перечислением всех богов Фаэруна.

Из неё Кефас узнал, что платиновый дракон Бахамут, Торм и Илматер были добрыми богами, состоящими в союзе друг с другом. Генази считал, что паства этих богов в своей деятельности будет использовать методы добрых героев из Историй Основания, а не методы служителей тёмных богов, такие как карательные рейды и, судя по всему, пленение и пытки.

- Возможно, некоторые из них поклоняются Грумбару, Хозяину Земли, или, если вы поэтического склада ума, то Повелителю Земли под Корнями, - сказал кенку генази, - Они верят, что Грумбар должен быть чем-то большим, нежели просто Богом, но не проси меня объяснить – я сам не совсем улавливаю эту разницу.

Тобин встал, и Кефас подумал, что сейчас они услышат еще одну шутку.

- Он наблюдает и защищает, - сказал каменный гигант. Все остальные замолчали и посмотрели на великана. Даже Трилл открыла глаза и взглянула в лицо Тобина, - Он хранит секреты земной тверди и доверяет их лишь своим детям. Он несёт бремя и не жалуется. Воздух сдувается, вода утекает, огонь пропадает, а земля остаётся. Он остаётся. Он терпит.

Затем Тобин наклонился и взял горсть земли, позволив ей провалиться через щели между его пальцами.

- Клянусь, так и есть, - с этими словами великан ушёл к своему фургону. Кефас понял, что он ничего не слышит, ибо даже сама земля замолчала в этот момент.

Уайти стоял у костра, в его руках было ведро, наполненное пресной водой. Он открыл рот и посмотрел на своего уходящего друга.

- Это была молитва? – спросил он у Корвуса.

Кенку смотрел вслед Тобину, но спустя несколько секунд ответил:

- Не думаю. Больше похоже на…гимн.

- Кое-что из того, чему тебя учат в детстве, запоминается на всю жизнь, - сказал Матиас, почёсывая подбородок Трилл, - Представьте, какого это – воспитываться в обстановке стабильности и сопротивления изменениям, когда у тебя душа импровизатора и актёра.

Но Кефас не знал, каково это. Сейчас он мог лишь слушать песню земли. 

 

Ξ Ξ Ξ

 

Джин Шахрох не нуждался во всех этих подушках, разбросанных по его обители, но из-за положения, которое он занимал в городе, подушек было огромное количество. Но генази ветра, которыми Шахрох и другие джины Калимпорта управляли будто детьми, строили свою цивилизацию на руинах общества людей, иногда перенимая их традиции. И поскольку несовершенное человеческое общество было эхом нации, созданной великим джином Калимом, Шахрох позволял генази ветра перенимать некоторые человеческие особенности, одной из которых была забота о своём лидере. Генази ветра звали Шахроха архи-визирем, ведь он был советником и правой рукой паши Марода аль Архапана, генази, возглавляющего верховный совет разрушенного Калимпорта.

Каждый раз, когда архи-визирь покидал свои покои, потоки воздуха, клубящиеся под его туловищем, разбрасывали подушки по всей комнате.

И это злило его.

Рабы дюжины рас, генази ветра и даже меньшие джины – все расступались перед архи-визирем Шахрохом, когда он парил через коридоры усадьбы паши аль Архапана.

Усадьба паши была чудом даже в сравнении с другими чудесными строениями, парящими над городом. Пока рабы влачили своё жалкое существование в руинах некогда великого города, джины выстроили замки и подняли их в небо над городом, а замок паши Марода и вовсе мог двигаться по приказу своего хозяина.

Конечно, дворец редко менял своё местоположение, однако положение аль Архапана позволяло ему перемещаться как ему угодно, и даже владельцы известной Арены Джен не могли воспрепятствовать паше.

Но Шахрох знал пашу Марода уже на протяжении пятидесяти лет, так что он прекрасно знал, что даже могущественный паша считается с интересами влиятельных людей. Конечно, этот принцип в паше Мароде был воспитан во многом благодаря самому джину. В глазах архи-визиря генази ветра были детьми, которые нуждались в постоянном надзоре и руководстве.

Шахрох поднялся на балкон главного внутреннего двора и посмотрел вниз. Плитка, из которой был выложен двор, была чище любого стекла, существующего в этом жалком мире.

Парящие усадьбы джинов и генази, называемые Верхним Калимпортом, были построены из кристаллического воздуха, доставленного сюда из родного мира джинов – Элементального Плана. Блоки кристаллического воздуха были выщерблены из горы Хамсина и привезены в мир смертных прямо под носом у проклятого эфрита и его огненных вассалов еще во времена второго правления Великого Калима в начале этого века.

Мысль о потерянном господине вновь разожгла огонь гнева в душе архи-визиря. Нет, никто из нынешних правителей не мог сравниться с Великим Калимом. Шахрох взглянул сквозь кристаллическую площадку главного двора и увидел, что сейчас усадьба Марода находилась над Ареной Сабам, где проводились скачки на колесницах, а это означало, что венценосный генази ветра сейчас находится в конюшнях.

Паша Марод не всегда согласовывал с советом все передвижения своего поместья между другими дворцами Верхнего Калимпорта, чтобы летать над городом и изредка спускаться к рабам. Если бы Шахрох был действительно зол,  то он обязательно спустился бы в конюшни Арены Сабам чтобы лично уничтожить этого недальновидного полукровку, но он не мог позволить себе этого. По крайней мере, сейчас.

Так или иначе, архи-визирь кивнул и взлетел, покидая дворец паши через главные ворота и отправляясь в нижний город, навстречу ржанию лошадей Арены Сабам.

Над ареной витал резкий запах навоза и пота. На овальной арене две одноместные повозки, запряженные лошадьми и управляемые гладиаторами, гнались наперегонки. Это действо сопровождалось ором толпы зрителей на трибунах, но даже это не способно было разбудить интерес архи-визиря.

В конюшне, помимо слонов и лошадей, Шахрох увидел пашу Марода, беседующего со скучающим огром-наездником. Джин понял, что это огр, по размерам мышц на руках и торсе. Мускулы архи-визиря мало чем уступала мускулатуре огра, однако джину не нужно было полжизни проводить за физическими упражнениями, ведь внушительная мускулатура была неотъемлемой частью тела джина. Джина и огра можно было лишь различить по отсутствию ног у первого и наличии у него же кожи ярко-голубой окраски, в отличие от бледно-желтого оттенка кожи огра. 

Паша, обладающий тем же оттенком кожи, что и джин, был гладко выбрит, за исключением нескольких косичек, собранных в хвост серебряной застежкой. Одежда генази была похожа на платье джина, за исключением лишь того, что архи-визирь носил ещё и малиновый бархатный жилет поверх своего одеяния.

Генази заметил джина, и если он и распознал эмоции архи-визиря, то не подал виду. Паша улыбнулся и сказал:

- А, Шахрох! Приветствую тебя. Познакомься, это Крадуб – лучший укротитель среди всех рабов, купленных нами за последнюю зиму.

 Джин махнул рукой, и лёгкие огра в мгновение сжались. Его глаза выпучились наружу, после чего огр рухнул на пол и умер за три удара сердца.

Паша сделал шаг назад, дабы избежать столкновения с падающим телом. Он смотрел на мертвого огра несколько секунд, после чего сказал:

- Ты должен мне пятнадцать бикетов.

Джин снова взмахнул рукой и горсть золотых монет материализовалась в воздухе и рухнула в кучу животных отходов.

- Тогда иди и достань их из кучи навоза, - сказал архи-визирь, - Хоть чем-нибудь займёшься, пока я разгребаю весь тот завал, в который ты превратил все наши усилия.

Огонь понимания зажегся в глазах паши

- Ты уже слышал, да? Говорят, что правитель Альмарайвена нашёл моего сына. Забавно, я уже и забыл о нём.

- Сообщение, полученное вами, послано не самым надёжным шпионом. То, что он утверждает, что нашёл твоего наследника, ещё не является руководством к действию. Эта информация не проверена, и мы не можем действовать, пока находимся в критическом положении.

- Для тебя может и не является, - ответил паша, пожимая плечами.

Резкий грохочущий звук пронёсся по конюшне, пугая животных.

- Марод, - начал джин, наклоняясь вперед, чтобы посмотреть генази в глаза, - что ты сделал?

- Ничего, что могло бы как-то нарушить сплетенную тобой тонкую паутину. Ни наследника, ни шпиона еще нет в Альмарайвене. Они даже не приблизились к нему. Для начала они хотят посетить Аргентор – деревню генази земли близ Леса Мира, хотя я и не знаю зачем. Это даже близко не входит в сферу влияния нашу или Альмарайвена, так что если что-то и случится, то никто не станет думать на нас. Я послал Аль Паджабар – они все равно некогда были личной охраной давно умершего человеческого паши.

Джин долго всматривался в глаза паши Марода, но генази выдерживал взгляд джина, что дано далеко не каждому смертному или полукровке.  

- Признаюсь, ты меня впечатлил. Жестокая затея, которая не укажет на нас. Да, это может сработать.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Далеко на юго-восток от стоянки Цирка Чудес, тьму вокруг деревни Акбал рассеивал лишь свет костров, горящих во дворе укрепленного монастыря.  Дым, вздымающийся в небеса, нес с собой отвратительный запах трав, которые постоянно подкидывались в костры людьми в черных балахонах.

Одной стеной монастыря была естественная преграда – гора в форме полукруга. В месте, где изгиб доходил до максимальной точки и начинал закругляться, стоял трон, напоминающий вытянутую руку. Худощавый мужчина в черном плаще и маске сидел на троне.

Двое жрецов Бэйна стояли у стены и рассматривали руны, которыми был усеян пол природного амфитеатра. Три десятка арбалетчиков стояли по периметру святыни, внимательно наблюдая за ритуалом.

Женщина, еще недавно подкидывающая траву в огонь, взглянула вслед черному дыму и воскликнула:

- Поздно!

Её коллега, стоявший по другую сторону трона, ответил:

- Если бы они должны были опоздать, то ваши звёзды сказали бы вам об этом, не так ли, сестра Арровар?

Он говорил с акцентом северянина, но она не знала его имени, ведь все остальные бэйниты называли его Тёмным Братом.

Сидящий на троне Бдительный Коготь Арианус бездельничал, вслушиваясь в пререканиями подчинённых. Ему нравилось их соперничество – это обеспечивало ему безопасность своего положения, а заодно и более ответственное выполнение задания, ведь сейчас, когда власти Тетира прикладывают все возможные усилия, чтобы искоренить служителей тёмных богов на Сияющем Юге, как никогда были важны ответственность и рвение подчиненных. Да и вообще Арианус любил, когда что-то интересное отвлекало его от чтения однообразных писем герцога Суретмара, хотя сейчас у Бдительного Когтя были и более важные обязанности – его руководство, базирующееся в Минтаре, сообщило, что некие союзники, не связанные с Церковью Бэйна напрямую, собирались использовать крупнейший телепортационный круг во всем Суретмаре и находящийся прямо здесь, в аббатстве.

Арианус чувствовал магию телепортации лучше, чем кто-либо другой из бэйнитов.  Он слышал пение магии и, буквально, видел всё хитросплетение магических волокон в этом месте. Арианус представил, каковой бы была его жизнь, если бы он мог посвятить её порталам. Внезапно, в его черном сердце зародился гнев, а вместе с ним пришло и понимание того, что эти двое отвлекали его от подготовки ритуала. Бдительный Коготь прочистил горло, и его помощники прекратили спор – дыхание женщины участилось, а в глазах мужчины появился страх.

Когда они окончательно затихли, Арианус перевел свой ленивый взгляд на центр амфитеатра, где начал появляться туманный образ. Несмотря на то, что очертания образа были размытыми, можно было разглядеть, с другой стороны открывающегося портала была богатая комната, обставленная дорогой мебелью.

Арианус вспомнил сообщение, которое раздалось в его голове день назад, вспомнил боль, которая говорила о значимости, придаваемой повелителем Бдительного Когтя этому сообщению.

Старый долг. Отпрыск джина из Калимпорта пошлёт  рогатых из Калимпорта  через Врата Фокса. Не забудь свиток”.

 Свиток, доставленный на рассвете двумя запыхавшимися посыльными и валяющийся сейчас у подножья трона, содержал в себе слова, правильное произнесение которых в подготовленной обстановке должны были заставить портал открыться. Арианус не один десяток раз открывал порталы, так что с этой частью плана не возникло сложностей.

Рогатых из Калимпорта. Если он понял все правильно, то это должны были быть Аль Паджабар, а Бдительный Коготь наслышан об их репутации.

 Первые бронированные гуманоиды начали проходить сквозь портал, минуя сотни миль одним шагом.

Тёмный Брат нахмурился.

- Коготь, мы позволим этим животным осквернять святилище Бога Раздора? – спросил он.

Но Бдительный Коготь не ответил. Он наблюдал, как всё больше и больше огромных гуманоидов с бычьими головами проходят сквозь портал, размахивая алебардами, секирами и бердышами и напевая какую-то грубую мелодию. Этим шествием руководила женщина минотавр, на чьих острых рогах были вырезаны причудливые узоры, а огромные раздувающиеся ноздри проколоты большими золотыми кольцами.

Арианус решил, что сестра Арровар докучала ему чуть меньше.

- Хорошо, - начал Коготь, - Та женщина минотавр, кажется, сержант Аль Паджабар, их мусар. Почему бы тебе не подойти к ней и не попросить её ввести себя поуважительнее к святилищу?

Тёмный Брат не ответил, а Арианус лишь едва слышно усмехнулся. Никто не видел его лица, спрятанного под маской, но все знали, что Бдительный Коготь, как и всегда, сохраняет спокойствие. Тёмный Брат слегка кивнул. Он понял, что это был прямой приказ, так что он мгновение посмотрел на минотавров, после чего пошёл к их предводительнице. С каждым шагом Тёмного Брата Арианус чувствовал, что люди, поддерживающие портал с другой стороны, начинают закрывать его.

Как только бэйнит приблизился к минотаврам, мусар шагнула к нему навстречу, будто приветствуя его.

- Эй вы… - начал Тёмный Брат, и в этот же момент предводительница минотавров прыгнула к нему навстречу. Хотя мусар и была одета в тяжёлую кольчугу, по её прыжку было понятно, что это не стандартный тяжёлый доспех, продающийся в каждой кузнечной лавке, это - произведение искусства. Как только минотавр приземлилась перед Тёмным Братом, она опустила подбородок к груди и проткнула рогом живот жреца. Несмотря на шум, издаваемый марширующими монстрами, закованными в тяжёлые доспехи, Бдительный Коготь отчётливо слышал, как рвется одежда, затем кожа, а за ней жир и мышцы жреца.

Мусар подняла голову вверх, поднимая ошеломлённого и умирающего жреца в воздух. Она издала яростный крик, игнорируя кровь, текущую по её лицу, после чего махнула головой и сбросила тело священника, с хрустом рухнувшее на камень.

Бдительный Коготь спокойно наблюдал за представлением, но услышал, что сестра Арровар готовится наложить на себя защитные заклинания перед тем, как броситься в бой.

- Аль Паджабар, - начал Арианус, поднимая руку и останавливая жрицу, - бывшие некогда врагами властей Калимшана, ныне являются самым высокооплачиваемым и, по совместительству, грозным отрядом наёмников, который только есть на всем Сияющем Юге.

 Сестра Арровар прекратила произносить заклинание, но не высвободила уже вызванную божественную энергию.

- Я слышала, что Аль Паджабар не проходят по земле, не залив её кровью, - сказала жрица.

Бдительный Коготь кивнул.

- Значит, теперь они могут свободно продолжать свой путь.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Мусар не слышала, о чём говорил человек на троне, несмотря на то, что после убийства бэйнита все стихли – минотавры, люди с арбалетами, даже, казалось, насекомые притихли в страхе перед Аль Паджабар.

Предводитель наёмников крикнула что-то на непонятном языке и, после того, как минотавры выстроились в подобие боевого порядка, вывела их через открытые ворота монастыря и скрылась в ночи.

Аль Паджабар ушли, бэйниты начали тушить костры, а на склоне над аббатством, в вытоптанной минотаврами траве показалось движение.

Тканевое полотно, окрашенное в цвет зеленой травы, медленно сползло, и из-под него показалась голова сначала Синды, а затем и Шан, которые ещё несколько минут осматривали окрестности.

Лицо Синды было искажено гримасой боли, и Шан увидела, что рука сестры вывернута под необычным углом. Длинноволосая девушка показала на плечо. Видимо, один из минотавров вывихнул ей плечо, наступив на замаскированного хафлинга.

Синда жестом попросила сестру вставить вывихнутое плечо на место, но Шан отказалась – они не могли рисковать, ведь звук вставшей на своё место кости мог привлечь ненужное внимание.

Сестрам придётся идти очень быстро, если они хотят обогнать минотавров. Шан и Синда знали множество троп, о которых не знали ни бэйниты, ни, скорее всего, минотавры, так что единственное, что хафлингам нужно делать – не медлить.

Они знали, что они должны обогнать Аль Паджабар и прийти в Аргентор раньше их, а девушки были уверены, что именно туда и отправляется отряд наёмников.

 

 

 

Глава Шестая

 

 

Мир – далеко не самый простой выбор

“Жанна умная ищет мужа”, “Истории Основания Калимшана”.

 

 

 

- А теперь выпусти, - сказал Флек.

По команде молодого генази земли Кефас сконцентрировался на ощущении, скручивающее его кишечник подобно страху высоты. Генази из Аргентора научили полу-джина использовать силу земли, поглощая её песню через ноги,  а теперь пора было её выпускать обратно. Кефас поднял правую ногу и со всей силы стукнул ей по земле.

Рябь, подобно той, что проходит по воде, когда в неё кидают камень, покрыла землю. Кефас чувствовал как сила, высвобожденная им, опускалась все глубже и глубже в землю. Небольшой гранитный холм за его спиной начал рушиться, поднимая в воздух облако пыли.

Флек и две его сестры бросились к Кефасу, радостные и удивленные проявленным мастерством.

- Смотри, - начал Флек, указывая дырку в гранитном холме, - это же солидный дверной проём!  Ты молодец, Кефас!

Марашан, младшая из сестер, посмотрела на другой каменный холм, в котором Кефас проделал отверстие.

- Мама говорит, что это был бы хороший домик, но теперь. Когда я смотрю на твою последнюю работу, Кефас, то понимаю, что этот холм гораздо больше подходит для жилья! Нужно только постараться, и проделать в нём окошки.

Он не ответил. Как только Цирк Чудес прибыл в Аргентор, и Марашан увидела Кефаса, то посчитала, что он останется здесь навсегда. Полу-джин поблагодарил всех Богов, когда старшая сестра начала говорить, давая возможность Кефасу не отвечать на утверждение младшей сестры.

- Кефас ещё не настолько хорошо контролирует свои способности, чтобы проделывать настолько малые дыры. Но если ты так хочешь помочь ему, то сделай все сама, или, если не можешь, возьми кайло и сделай это так, как делают люди, - сказала Соннетт. Кефас не мог точно определить, сколько сестрам было лет, но подумал, что с генази это работало немного по-другому, нежели с людьми.

- Тогда я сама все и сделаю, - ответила Марашан. Золотые прожилки на её румяном лице заискрились, говоря о том, что девушка начала вбирать в себя энергию земли.

- Спокойнее! – выкрикнул Флек, опуская вниз вытянутые руки. Это слово было первым, что услышал Кефас, когда только попал в Аргентор и вообще самым популярным словом во всей деревне – генази земли совмещали в себе одновременно спокойствие и необузданность, так что постоянно успокаивали друг друга, гостей и себя.

- Нечасто можно встретить таких, - сказал взявшийся из ниоткуда Корвус. Все утро кенку провел в домике Старейшины Лин, старосты деревни и матерью троицы, обучающей Кефаса.

Полу-джин не мог думать о Флеке, Марашан и Соннетте как о детях, хотя он почти и не знал их. При встрече со Старейшиной Лин, пока она изучала золотые прожилки на теле Кефаса, она рассказала, что Флек был немного старше Кефаса.

Большую часть своего времени Кефас провел как раз в доме Старейшины Лин, позволяя ей изучать свои прожилки, зулдар.

- Эти линии, - рассказывала Лин, - у каждого генази они уникальные. И дело даже не в элементе. У двух генази земли может быть абсолютно разный зулдар. Только лишь у родителей и детей он может быть схож, и то, скорее всего, лишь на какую-то часть.

Кефас хотел расспросить Старейшину о значении линий и изгибов, но Корвус остановил его:

- Позже, друг мой. Старейшина, генази может поучиться чему-нибудь у жителей вашей деревни?

Старейшина разрешила. В обмен на возможность остановиться в деревне на некоторое время и пополнить свои запасы воды из колодцев, Цирк Чудес должен был провести для генази Аргентора шоу. После заключения соглашения Старейшина отправила Кефаса к своим детям, закрывшись в своем доме с Корвусом, для обсуждения чего-то ещё.

Кефас подозревал, что сделка будет включать в себя нечто большее, чем просто показ шоу.

Первое, что Кефас узнал от генази земли, это то, что песнь земли невозможно будет заглушить.

- А зачем тебе это? – спросила у него Марашан, когда Кефас впервые задал этот вопрос, - Это наше наследие. Мы живем с этой музыкой, и это прекрасно. Ты должен раскрыть себя и позволить песни земли заполнить твою душу.

- Попробуй сам воспроизвести эту песнь, - сказала Соннетт, - не обязательно вслух.

- Прошу, ты только не пой, - сказала младшая сестра старшей.

Но Соннетт не обратила внимания на колкость сестры и продолжила:

- Пой, Кефас. Попробуй почувствовать саму землю, её мощь и великолепие. Позволь её силе скользить по твоему зулдару.

Марашан подошла к генази и протянула ему руку:

- Пойдём, попробуем использовать эти знания, чтобы управлять землей.

Флек закатил глаза и жестом руки предложил Кефасу последовать за младшей сестрой. Уже через десять минут все четверо карабкались на гору, отмечающую западную границу деревни, названную жителями Аргентора “Ночной Звездой” в честь её острых вершин. Кефас дождался, пока младшая сестра закончит болтать о верности всего сказанного Соннетт и поднял руку, прося девушку остановиться.

- Что это? – спросила девушка генази, - Это какая-то боевая стойка? Ты собираешься драться со мной? – Старейшина Лин рассказала своим детям о месте, из которого сбежал Кефас, так что Флек был готов в любой момент броситься на защиту своих сестер.

- Нет, - ответил бывший гладиатор, - Я хотел сказать, что эта гора, Ночная Звезда, называется по-другому. На картах Корвуса указанно, что этот хребет носит название Окончание Мира. Если хотите, я могу записать правильное название для вас. Только мне нужен пергамент, но перо с чернилами у меня уже есть.

Флек выглядел смущенным. Он покачал головой и ответил:

- Не нужно. Мы знаем это название. Однако наш народ дал этой возвышенности такое название по своим причинам – когда генази земли пришлось бежать из Калимшана, он шли в на восток, ориентируясь по острой вершине именно этой горы. Люди же назвали этот хребет Окончанием Мира, потому что с вершины хребта в древние времена разведчики Калимшана следили за всем, что происходило в Лесу Мира – передвижениями отрядов Ссри Тел`Кусери , жизнью местных драконов и много чем ещё.

- Матиас Фарсир рассказывал, ч то раньше Лес Мира был гораздо больше, однако я ничего не знаю о драконах и этих  Ссри…

- Ссри Тел`Кусери, - сказала Соннетт, - Так мы называем дроу. Надеюсь, тебе никогда не придётся встретиться с ними – это злая раса, желающая поработить весь мир в рабство.

Спустя некоторое время, когда четверо генази нормализовали свой пульс после подъема в гору, Марашан и Флек начали показывать Кефасу движения, которые тот неуклюже повторял, чем вызывал смех сестер. Он не мог сосредоточиться на тренировке, так как вспоминал советы Гринты о битве с дроу – свет, огонь и открытая местность.

Трое жителей Аргентора сели между валунами, сложили ноги крест на крест и начали медитировать, концентрируясь на песни земли. Как и у Кефаса, у троих генази не было волос, а лишь небольшие отростки на голове. У них не было кожи в человеческом понимании, так что их родство можно было углядеть в форме носа, улыбке и прочих мелочах. Но даже у Марашан и Соннетт, который были похожи друг на друга почти так же, как Шан и Синда, был разный зулдар. Золотистые линии на их телах имели уникальные изгибы и уникальную форму.

На Джазирии никто не рассказывал Кефасу о его коже, а Азад всегда говорил, что эти линии были признаками болезни. Здесь же, в Аргенторе, генази земли набивали себе татуировки, подчёркивающие их зулдар, и даже Старейшина Лин носила такую одежду, которая бы не скрывала причудливых и изящных изгибов её линий.

Кефас многое узнал в этот день: о своем народе, о земле, о традициях генази земли, но к вечеру за ним пришёл Тобин, чтобы проводить его обратно к Цирку Чудес для ночлега.

- Пойдём, друг. Пора разводить костры.   

Кефас хотел извиниться перед троицей генази земли за то, что вынужден их покинуть, но когда он повернулся к ним, то увидел, что они уже начали спускаться с горы.

- Ха, как думаешь, Уайти сможет уговорить кого-нибудь из них сделать яму для ночлега Трилл?

Генази и великан пошли к лагерю, и бывший гладиатор все время думал о Грумбаре и том, что сказал о нём Тобин. Когда Кефас был в доме Старейшины, он спросил её о Боге Гор, но получил не самый понятный ответ:

- У нашей Владычицы много друзей.

Флек, Марашан и Соннетт остановились у подножья горы, посмотрели на спускающихся с неё Тобина и Кефаса, после чего ушли в сторону центра Аргентора. Несмотря на то, что город лежал у подножья Ночной Звезды, дороги в Аргенторе были широкими и чистыми, что ещё сильнее давало почувствовать атмосферу жилой общины, которых было не так много в Суретмаре.

Сам Аргентор располагался на горной возвышенности и был окружен скопление гор, высочайшей из которых была Ночная Звезда, хотя, по словам Матиаса, даже самая низкая возвышенность, скрывающая Аргентор, была выше самого высокого дерева в Лесу Мира. Генази земли не имели домов, а делали их прямо в горах, используя свою силу для создания жилищ и мастерских. Маленькие окошки были почти незаметны, и их с лёгкостью можно было спутать с небольшим скальным углублением или случайным выступом.

Несмотря на то, что жители Аргентора предпочитали селиться плотно друг к другу, в селении было несколько площадей. Сама широкая из них называлась “Отдых Путешественника” и именно на ней остановился Цирк Чудес Черноперого, сейчас готовящийся к вечернему представлению.

Когда Тобин, Кефас и дети Старейшины добрались до площади, работники Цирка Чудес уже натягивали огромный цветастый тент к деревянным столбам, вбитым в землю Тобином. Воздух наполнился ароматом парусины, из которой был сделан тент, и Кефас понял, что неосознанно чуть-чуть согнул колени, готовясь к прыжку.

Когда он выпрямился, к нему подошёл великан и положил руку на плечо.

- Мы здесь не для того, чтобы сражаться, друг, - сказал каменный гигант, - Ты больше не гладиатор, ты цирковой силач.

И вот пришло время проверить это, хотя и не на сцене. Хотя крыша и была натянута, нужно было еще поднять и закрепить стены, что сейчас пытались сделать Уайти и его помощники, которые сейчас весели на страховке, примотанной к горизонтально установленным деревянным балкам у крыши сцены.  

- Раньше этим занимались Шан и Синда, - сказал Тобин.

Слова великана заставили генази вспомнить о чудесах, вытворяемых Синдой на канате, но пока что они не вернулись с разведки, так что Кефас сам должен был обвязать вокруг пояса страховку и помочь Уайти.

Полу-джин надеялся, что сестры успеют вернуться с задания до его представления.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Перед выступлением Корвус позвал Уайти и Кефаса к себе в вагон. Когда они пришли, кенку достал из сундука три крупных металлических кольца, закрепленных друг к другу, после чего дал их юноше и сказал:

- Покажи Кефасу, как с этим обращаться и отведи его за кулисы.

Уайти уже был одет в свой костюм мима, а на его лице уже был нанесен грим, так что он не ответил кенку, а лишь комично поклонился, после чего жестом позвал Кефаса следовать за ним.

Когда они вышли на улицу, Уайти остановил генази и поднял кольца вверх. Они были сложены в одно, но лёгким движением руки мим сделал из одного кольца три. Он подкинул их в воздух, поймав левой рукой, после чего отпустил и позволил кольцам скатиться по поднятой руке к подмышке. Не дожидаясь, пока кольца остановятся, он опустил руку, обхватывая скатившиеся вниз кольца пальцами и складывая их в одно.

После этого небольшого представления они двинулись к сцене, пробираясь сквозь толпу работников и генази земли. Когда они зашли за кулисы, Уайти подошёл к вешалке, на которой висела его рабочая одежда. Мим развернулся к Кефасу и рухнул на спину, приземляясь на подушки, лежащие у вешалки.

Внезапно, юношу поднял туловище вверх, выгибаясь подобно мосту. Уайти напряг руки, оттолкнулся и принял обычное человеческое положение, после чего согнулся и провёл руками по своим брюкам, которые тут же раздулись. Казалось, что штаны мима были сделаны из такого количества розово-зеленой ткани, что в каждой штанине могло поместиться по человеку.

Как только штанины окончательно надулись, Кефас разглядел в них нежное желтое свечение. Генази удивленно посмотрел в глаза мима, но тот не показал никаких эмоций, а лишь засунул руки в штаны.

Полу-джин разглядел силуэт рук молодого человека, которые тут же начали сплетаться в причудливых формах: сначала дракон, потом башня, потом человек с головой ворона.

- Уайти! – прокричал Корвус, - Представление будешь показывать зрителям! Почему правая стена до сих пор не натянута? Живо за работу!

Мим изобразил человека, пожимающего плечами, после чего вытащил руки из штанов, пробежал пальцами по бокам штанин и через минуту, когда брюки уменьшились до обычных размеров, скрылся в толпе рабочих.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Кольца, которые Корвус дал Уайти, были зачарованы. Помимо своих обычных свойств, они могли изменять свой размер по желанию того, кто ими управлял. В Цирке Чудес Черноперого это был не единственный предмет, зачарованный древней магией, и главной задачей труппы было сделать все максимально быстро и перейти к другому номеру, чтобы зрители не успели подумать о представлении. Они не должны были знать, что не все выступления труппы Цирка Чудес основаны лишь на ловкости и природных умениях выступающих.

Кольца были тем инструментом, с которым Кефас будет выступать перед зрителями. Пока на сцене выступали Трилл и Матиас, Корвус подошёл к генази и проинструктировал его:

- Это не так сложно – тебе нужно просто подкидывать и ловить их. Магия, заключенная в кольцах, будет заставлять их крутиться и изменять размер. Главное - не урони их.

Матиас и Трилл уже заканчивали показывать свою историческую реконструкцию, и Кефас снова и снова повторял себе три слова:

- Главное не волноваться.

Корвус использовал свою магию, и маленькие металлические шарики, развешенные над сценой, засияли тёмно-бурым и фиолетовым цветом, а из шариков, закрепленных на сцене, посыпался густой туман, обволакивающий ноги зрителей. Когда Трилл и Матиас закончили своё представление, а рабочие убрали декорации, на сцену вышел Корвус, и его слова разнеслись по всей площади, будто утренний ветер, проносящийся по равнине.

- Итак, дорогие друзья. Мы собрались здесь, в тени Марширующих Гор, чтобы показать вам представление, подобно которому в последний раз показывали практически на этом же месте, сотни лет назад, в городе Тешир Мир, столице Шестой Империи Шун! 

Как только кенку произнес последнее слово, у задней стенке сцены появилось несколько рабочих. Которые выдвинули декорации, а Мельда пробежала с одного края сцены до другого, растягивая моток шерстяной ткани, символизирующую реку. Маленькие шарики, висящие над сценой, начали испускать разноцветный туман, что вызвало волну настороженного и взволнованного шепота зрителей. Как только декорации были окончательно установлены на свои места, Мельда начала опускать и поднимать моток, что заставило растянутую ткань дергаться, создавая подобие бегущей реки.

- Империя Шун называлась так в честь своих правителей, которые уничтожали своих соседей и расширяли империю на протяжении четырёх сотен лет. Никто из живших тогда героев не осмеливался бороться с Императорами и их могучей некромантией.

После этих слов Корвус подал сигнал, и барабанщики, стоявшие по разным сторонам сцены, начали создавать подобие грома с помощью своей музыки.

Шум захватил внимание зрителей, и в этот же момент на сцену выкатилась повозка, запряженная волами, на которой сидел Матиас, одетый в экзотическую одежду.

- Узрите! – закричал Корвус, - Кадос аль Жотос, седьмой Император Шун.

Даже Кефас, не говоря уже об остальных генази земли, знал, кто такой Шун Седьмой – его имя использовалось как проклятие на Джазирии, среди купцов из Сарадуша и даже у омларандинских  гоблинов. Корвус говорил, что любой народ, живший на Сияющем Юге, знал о знаменитом императоре-некроманте.

- Детали его жизни, которые мы знаем из летописей, делают его настоящим злодеем, - говорил Корвус, когда рассказывал Кефасу о Шуне Седьмом.

Так же, Кефас знал о Посохе Шуна – легендарном магическом артефакте, подобие которого в своих руках держал старик. В руках Матиаса лежало длинное древко из отполированной слоновьей кости, на вершине которого был закреплён металлический шарик, испускающий черный туман, который заволакивал всю сцену.

Корвус рассказывал, что внутри шарика спрятан настоящий магический кристалл, и Матиас сам решал, когда использовать магию, а когда более обыденные средства.

- Иногда человек, летающий на лебедке, впечатляет гораздо больше, чем левитирующий колдун, - говорил Корвус.

Рабочие, стоящие за сценой, потянули веревки на себя, и Матиас, под одеждой которого скрывалась обвязка, поднялся в воздух.

- Я убил сотни единорогов, чтобы создать этот великолепный артефакт! – прорычал Матиас, паря над сценой, - И каждую вторую ночь я охочусь на людей, ибо Посох Шун жаждет крови!

Его последнее слово растянулось и слилось с грохотом барабанов. Матиас приземлился и ударил посохом по сцене, вызывая новый виток черного тумана, и тут из толпы выпрыгнула девушка генази, которая попыталась отобрать посох у старика, однако тот увернулся и вновь воспарил. Публика удивилась, а Кефас был уверен, что Соннетт, каким-то образом, оказалась привлечена к представлению.

- Ни один герой не сможет противостоять мне и моей смертельной магии! – прокричал Матиас.

- Не один герой, да, - начал говорить Корвус, - но что насчёт другого злодея? – после этих слов звук барабанов постепенно стих, а затем и вовсе пропал, - Что насчёт величайшего соперника Шуна Седьмого? Соперника, известного как Ужас Тетира, Лазурная Смерть, Губитель Бхаэроса, Затмение, Мать Блаталона и, наконец, Пожиратель Руки Некроманта? Что насчёт дракона Кисары, старшем змее Ириклафага, более известной как…

Множество голосов из зрительского зала зашептали, произнося это имя, пока Корвус не прокричал его:

- Шарфанг! – слово разрезало ночную тишь и эхом отозвалось по всему Аргентору.

Тобин стоял рядом с Кефасом. Как и все остальные клоуны, он был одет в яркие штаны, не менее яркий жилет и зеленый парик, прикрывающий лысину великана.

- Из всех драконов, которых играет Трилл, синие ей удаются лучше всего, - шепотом сказал великан Кефасу.

Виверна выскочила из-под сцены, прорывая пелену тумана и раскидывая его в разные стороны. Несколько литров краски, потраченные на разукрашивание Трилл, не пропали даром – виверна сияла, а по изгибу её шеи можно было понять, насколько она горда тем, что появилась на сцене. Взлетев, и обогнув сцену пару раз, Трилл зависла в воздухе над Матиасом, извергая из своей пасти яростный визг.

Через пару мгновений виверна вновь завизжала, после чего приземлилась точно по центру сцены. Раскрыв свою пасть и сузив черные глаза, она приблизилась к Матиасу. Все действия Трилл сопровождались шепотом восхищения зрителей.

Корвус незаметно опустил руку и дотронулся до эбонитовой палочки, после чего из раскрытой пасти виверны показалась молния, ударившая по Матиасу. Старик поднял посох, и молния не ударила человека, а лишь окружила, создавая несколько мерцающих колец. Тем не менее, старый рейнджер упал на колени.

- Это любимая часть Трилл, - сказал Тобин, - Но на севере мы не показываем эту часть представления – Шарфанг является национальным врагом в Тетире и Амне, так что Корвус запрещает лишний раз напоминать жителям тех стран об ужасе, который может пробудиться от спячки и вернуться в любой момент.  

Внезапно, из воздуха материализовалась рука в зеленой перчатке и ударила великана по носу.

- Ауч, - крякнул великан, - Зачем ты сделала это, Кэнди?

Сестра Уайти, которая выступала в паре с Тобином, ничего не ответила, а лишь озорно ухмыльнулась.

Взгляд Кэнди прожигал великана, и, наконец, он сказал:

- Точно! Кефас, поскольку я теперь клоун, то на время выступления я не Тобин, а Тубер Ловкач, и я не должен издавать ни звука.

Пока Тобин рассказывал Кефасу о своей роли, Трилл уселась по центру сцены, давая Матиасу слово.

- Умри, тварь! – воскликнул Матиас, - Я убью тебя, заставлю твои чешуйки разрушиться. Я буду поедать твоё мясо, а из шкуры сделаю плащ!

После того, как последнее слово было произнесено, старик бросился на виверну, размахивая своим посохом. Из металлического шарика показался полу-прозрачный зелёный череп с чёрными глазницами, который, казалось, прожигает взглядом Трилл. На заднем плане представления, незаметно для Кефаса и остальных зрителей, появились музыканты, одетые в экзотическую одежду и носившие зелёные маски-черепа на голове. Они начали наигрывать мелодию, и тогда спектральный череп, паривший в воздухе рядом с Матиасом, открыл рот и начал петь:

- На тёмной, тёмной горе,

Много веков назад,

Он все повторял себе,

Что больше нет пути назад.

Виверна взвизгнула и взлетела, зависнув на месте и начав дергать хвостом в такт музыке.

- На тёмной, тёмной горе,

Много веков назад,

Под сияньем Селуны, в дожде,

Некромант был битве не рад.

Трилл рванула вперед, пролетая над головой Матиаса. Старик издал крик ужаса и повалился на сцену, но не выпуская из рук свой посох.

- На тёмной, тёмной горе,

Много веков назад,

Императора настиг апогей,

Был молнией свержен гад.

Виверна вновь раскрыла пасть, из которой показалась молния. Электрический разряд ударил старика в грудь, и тот отлетел на другой конец сцены.

- Я…этого...не…не…заслужил, - простонал Матиас, после чего начал подниматься на ноги.

Трилл зарычала, а на сцену вышли рабочие, вынося новые декорации.

- Величайшим городом Сияющего Юга, - начал Корвус, - был город Шун, названный в честь его правителей. Большинство людей, живших в нём и умерших во время войны между Шарфанг и Шуном Седьмым, были рабами. Подобно джинам, которые правят всем Калимшаном, императоры Шун выстроили свою империю за счёт рабов.

Теперь декорации изображали величественный город. Матиас встал, но Трилл рванулась к нему и схватила его своими челюстями. Старик кричал и пытался ударить виверну посохом, но Трилл игнорировала это, продолжая летать над сценой.

Из посоха Матиаса начали вылетать черные снаряды, разлетающиеся в разные стороны. Некоторые из снарядов попадали в декорации, разрушая их. На заднем плане представления, среди декораций, стали появляться маленькие человечки, бегающие в ужасе среди разрушенного города.

- Ужасающая битва, друзья, - продолжил Корвус, - уничтожившая столицу Империи Шун и унесшая жизнь семидесяти пяти тысяч рабов.

После этих слов Трилл пролетела сквозь отверстие в потолке и скрылась в ночи. Кефас видел, как Матиас, дергая ногами, выбрался из пасти виверны и взобрался ей на спину. Генази лег на небольшую тележку и позволил рабочим обложить себя кирпичами. Пока Корвус вел рассказ о последствиях великой битвы, рабочие быстро накидали пыли поверх Кефаса, создав некое подобие камуфляжа. Закончив работу, рабочие отправились за декорациями, а Мельда выкатила тележку с замаскированным генази на центр сцены.

Музыка медленно поменялась на более спокойную, и зрители обратили внимание на разбросанные кирпичи, а так же ногу в деревянном сандалии, торчащую из под завала.

- Мало что осталось от того мира, и лишь небольшие осколки дошли до нас. Это, - сказал Корвус, указывая на камни, - отголоски тех времен. Цирк Чудес Черноперого рад представить вам настоящий исторический памятник. Но не обманитесь его внешним видом – это лучшая из возможных форм, ведь то, с чем столкнулась эта лачуга, было невероятно тяжелым, и кто бы ни был внутри неё, ему не удалось уцелеть. Все это…

В этот момент Кефас дернул ногой. Ему показалось, что он сделал это слишком рано.

- Но подождите! – удивленно воскликнул кенку, - Что это? Вы тоже видели какое-то движение?

- Да это же Кефас! Вы что, не видите? – выкрикнула Марашан из толпы.

Кенку тихо рассмеялся и Кефас понял, что пора действовать. Генази с трудом поднял кусок кровли, лежащий на его груди, и откинул его в сторону.

 - Достопочтенные жители Аргентора! – воскликнул Корвус, - Ветер, который ослепляет! Буря, которая оглушает! Узрите – сильнейший человек из всех ныне живущих… Песчаная Буря!

 

Ξ Ξ Ξ

 

Мельда была замужем за Уайти уже десять лет, когда они оба подписали контракт с Цирком Чудес, но даже сейчас она не могла точно сказать, кто из окружающих её клоунов и мимов был её мужем, и кто только что подбежал к ней, указывая на вагоны.

Но она хорошо знала, когда мим играл, а когда действительно паниковал, и сейчас она сомневалась.

Она положила руку на плече мима и сказала:

- Скажи мне, что произошло. Сейчас не выступление, так что ты можешь позволить себе это.

Когда человек заговорил, что это был Синс, которого на сцене звали Синий, старший брат Уайти.

- Лошади…они скачут к деревне.

Мельда подумала, что Матиас и Трилл уже должны были вернуться на стоянку. Она велела Синсу бежать к старику, а так же найти и предупредить Уайти. Она надеялась, что в Аргенторе есть готовое к бою ополчение.

  

Ξ Ξ Ξ

 

Как только Шан и Синда вошли в деревню, они спешились и побежали к стоянке Цирка Чудес. Судя по всему, сегодня Корвус решил дать представление.

Сестры забежали в тень вагона, но путь им тут же преградила коренастая женщина.

- Шан! Синда! – воскликнула Мельда, - Это вы! Зачем вы так гнали этого бедного зверя?

Сестры, приехавшие верхом на одном пони, знали, что нехорошо так жестоко относиться к животному, и это ещё не считая того, что другого зверя, сломавшего ногу посреди степи, им пришлось оставить, но вести, которые они несли Аргентору, не терпели отлагательств.

Сестры сели на землю, дыша так же глубоко, как и уставший пони. Из тени показалась фигура Матиаса, держащая ведро с водой.

- Что случилось? -  спросил старик.

Синда вскочила на ноги и начала объяснять Матиасу ситуацию, изредка отвлекаясь на смех и аплодисменты, доносящиеся из-за сцены.

Но не успела девушка толком ничего рассказать, как эхо донесло до неё звуки копыт. Горы, посреди которых находился Аргентор, создавали все условия для хорошей слышимости. Тем более, когда чужаки не скрывали своё шествие.

Хафлингам не пришлось ничего объяснять – стук копыт и бряцанье брони разрезали ночь подобно клинку.


Песчаная буря. Глава 3-4

06 Сентябрь 2018 - 20:07

 Глава Третья

 

Притязания эльфских мудрецов были проигнорированы

Ибо они рождались из фантазий;

Гномы полагались на традицию, а не знания;

История говорит сама за себя.

Джины придумали войну.

- Акабар ибн Хреламм, “Империя Сияющих Песков”, т. 4, напечатанный и изданный в Келтаре в 960 году по Л.Д.

 

 

 

При всех своих допущенных ошибках, а он был готов признать, что их было немало, вольноотпущенник Талид не был дураком. Он знал, что о нём думают остальные бывшие рабы. Он так же знал, что Азад и Шанира ставили его на караул только в тех случаях, когда были уверены в том, что нападения не произойдёт. За исключением нескольких диких кошек, бродящих по пескам, западные горы были спокойным местом.

Но ему это нравилось. Талид жалел лишь о том, что у него не было с собой бутылочки пальмового рома, а в остальном его все устраивало. Ему было по нраву то, что на работе он, по большей части, отдыхал.

Талид ещё не успел уснуть, когда раздался грохот, и над каньоном пронеслась волна холодного, наполненного влагой воздуха. Он повернулся и увидел, как валун, в тени которого вольноотпущенник не раз погружался в страну снов, рухнул на землю, будто кто-то поднял его в воздух, а потом отпустил.

Но все вопросы о парящих валунах вылетели из головы Талида, когда он увидел две низкорослых фигуры. Конечно, он уже прежде видел дворфов: дикарей из джунглей Чульта, что находились под Калимшаном, которые были любимыми слугами генази-рабовладельца, бывшего хозяина Талиба. Здесь, в Пустыне Калим тоже жили кланы дворфов, которые иногда даже выходили на Парусную Арену.

Но ни дикие дворфы Чульта, ни более спокойные дворфы из пустыни не были похожи на тех, что сейчас стояли перед вольноотпущенником. Талид разбирался в доспехах, так что он быстро смог рассмотреть вычурные доспехи, состоящие из сложных деталей и грузных металлических пластин. Он бы назвал их “архаичными”.

Что касается гиганта, вышедшего из-за валуна, то Талида поразила практичность его вооружения и обмундирования – на теле у великана была лишь кольчужная рубаха, а в руке огромная мотыга.

Дворфы были на три головы ниже Талида, но в два раза шире его в плечах. Их доспехи несли на себе отметки многих битв, а неизвестные вольноотпущеннику металлы, из которых были изготовлены доспехи, сияли так ярко, что, возможно даже, могли стать вторым солнцем, освещающим Пустыню Калим. А ещё драгоценные камни!

Налокотники, кираса, перчатки, наколенники – всё было украшено рубинами, сапфирами и другими неизвестными Талиду драгоценными камнями, которые по размеру были немногим меньше его глаз.

Но выражение их лиц и их стойка не создавали ощущение угрозы. Нет, дворфы не хотели драться, их поза показывала надменность и высокомерие, уверенность в своём превосходстве. В их взгляде читалось то, что они не видели в вольноотпущеннике угрозу, а лишь назойливое препятствие. Этот взгляд напомнил Талиду о его первых трёх десятках лет, которые он провел в рабстве у генази, высокомерный взгляд которых сначала пугал его, потом злил, в итоге стал причиной ненависти. Как только Талид хотел обхватить своё копьё двумя руками, гигант подпрыгнул к нему и отобрал у караульного его оружие.

Дворф, не имеющий оружия, заговорил с кем-то на языке, незнакомом Талиду. Усы карлика тянулись к земле от тяжести драгоценностей, вплетенных в них. Дворф опирался на твёрдую невысокую трость, сделанную из металла или отполированной кости.

Вооруженный мечом дворф, которого Талид посчитал младшим, напугал вольноотпущенника, заговорив без акцента на низком Алзхедо, диалекте всех калишитов, проживающих в Калимшане.

- Легат Арнскул предлагает вам подарок, хотя признаёт, что он имеет малую ценность – вашу жизнь.

Талид был вором и лжецом, он не раз унижался перед мужчинами и женщинами, следовавшими за Азадом. Но он не был дураком.

- Скажите легату, что я принимаю этот подарок, и что я полностью в его распоряжении.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Когда Кефас очнулся в своей клетке, женщина перед ним не была Гринтой. Генази попытался откатиться и поднять руки в защитном блоке, но его конечности, как и всегда, были прикованы к стенке его темницы.

Кефас уже видел подобных маленьких людей, называемых хафлингами – когда-то давно он принял низкого мужчину за человеческого ребенка, которого выпустили на парусную Арену ради смеха, но после этого генази-гладиатор сильно поплатился, и рваная рана на его бедре ещё два месяца напоминала Кефасу о его ошибке.

И это не говоря уже о том, что этот хафлинг сбежал и по сей день остается единственным гладиатором, которому удалось сбежать с Острова Свободных.

 Шрамы на руках этой женщины никогда бы не позволили принять её за ребенка. Её проницательные карие глаза внимательно рассматривали Кефаса. Генази осмотрел свою клетку и увидел, что рядом с ней стоит ещё одна женщина-хафлинг, похожая на другую так же, как две капли воды.

 Пока Кефас размышлял, что это было – близнецы или последствия частых ударов по голове, та женщина, что стояла у двери, щелкнула пальцами и ближайшая к генази девушка прислонила кинжал к его горлу. Кефас напрягся и почувствовал, как его кровь стекает на пол по клинку кинжала.

Женщина, стоявшая у выхода из клетки, прислонила указательный палец к губам и выдохнула. В умирающем вечернем солнечном свете, генази смог разглядеть, что хафлинги не были идентичными, но сходство было поразительным.

Женщина с кинжалом опустила оружие, достала свиток и передала его Кефасу. Длинный холст был сделан из тонкого материала, что тут же напомнило генази сказку о запертой под землей Мариде. Он развернул пергамент, но лишь произнёс:

- Свиток…

Хафлинги смущенно переглянулись. Та, что стояла рядом с Кефасом, носила длинные каштановые волосы, в то время как другая женщина была острижена практически под ноль. Та, что стояла у выхода из клетки, покрутила пальцем, призывая генази развернуть свиток.

Кефас развернул пергамент, но увидел перед собой лишь линии и непонятные символы.

- Я никогда не видел букв или слов, - тихо сказал генази, все ещё не доверяя хафлингам, но уверенный, что они не собираются ему вредить.

Сестры, а Кефас был уверен, что они ими были, переглянулись, и длинноволосая открыла рот, собираясь что-то сказать, но в этот момент вторая женщина подпрыгнула к ней и дала ей подзатыльник. Длинноволосая лишь едва беззвучно посмеялась.

- Ты думала, что я прочитаю свиток, - начал генази, - А теперь смеёшься над моим неумением. Но это не моя вина. Азад говорит, что чтение – навык свободных. Если вы свободные женщины, то прочитайте мне то, что написано на пергаменте.

Женщины переглянулись, после чего положили руки на тяжелые шарфы и отдёрнули их. Кефас с ужасом увидел, что кожа и плоть на шее хафлингов почернела. Было очевидно, что у сестёр просто-напросто нет голоса.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Среди охранников каравана из Сарадуша был крупный рыжебородый копейщик со зловонным дыханием, и, Азад решил использовать его в качестве переводчика. Конечно, Хозяин Арены не хотел зависеть от пьяного карлика, но его Алзхедо был практически безупречным, так что только он мог помочь Азаду в данной ситуации.

На остров Свободных пожаловала дворфская делегация, под предводительством легата Арнскула, который, судя по словам вольноотпущенного Талида, говорил исключительно на дворфском языке. К тому же, легат не желал говорить в присутствии самого Азада.

- Судя по всему, он не начнёт говорить в вашем присутствии, сир, - сказал рыжий человек, пробегаясь пальцами по своей бороде. Азаду потребовалось мгновение, чтобы понять, что этот человек действительно пытается ухаживать за собой, - Посмотрите на руны на доспехах легата, на очередность драгоценных камней на груди – сапфир, затем рубин, затем снова сапфир и, наконец, бриллиант. Сир, дворф, сидящий на ваших подушках, это один из высших советников Илтказара, вассал Безродного Короля.

Легат сидел за обеденным столом и, не обращая внимания на кого-либо из присутствующих в комнате, обнюхивал финики и инжир, поданный по приказу Шаниры лишь для того, чтобы показать высокопоставленному дворфу калишитскую гостеприимность.

Второй дворф, который на предложение назваться и сдать оружие лишь усмехнулся, сидел за столом и с нескрываемым интересом рассматривал калишитов. Азад немного испугался подобной уверенности, но потом напомнил себе, что эти слабо вооруженные дворфы, вместе со своим охранником, пришли в его обитель. 

Азад оттолкнул рыжего мужчину и двинулся к обеденному столу, за которым сидели дворфы.

- Ваши наряды впечатлили этого дурака, - начал он, - но это ещё не говорит о том, что вы – послы народа, когда-то давно правившего этим местом. К тому же, если вы опасаетесь нас, то почему прибыли без вооруженного эскорта?

- Легат Арнскул, - начал говорить дворф второй, используя чистый низкий Алзхедо, - не посол, а лишь исследователь. Этот парящий форпост, на котором сейчас расположились вы и ваши люди, некогда был построен мятежниками без разрешения нашего короля, Миф Барака, после чего они скрылись из королевства с некоторыми весьма ценными инструментами и механизмами, которые мы хотели бы найти и восстановить. Я предлагаю вам сделку – наш гигант встретится с вашим чемпионом на вашей арене, и в случае победы нашего бойца, мы заберем любые механизмы, какие пожелаем, а если победит ваш чемпион, то вы будете щедро вознаграждены. Но если вы, вольноотпущенник, отказываетесь позволить нам искать эти инструменты на вашем Острове Свободных и отказываетесь выставлять вашего чемпиона против нашего каменного великана на Парусной Арене на наших условиях, то у нас есть другое выгодное предложение – мы можем купить у вас все интересующие нас механизмы.

Азад взглянул на драгоценные камни, которыми были украшены богатые доспехи дворфов. Да, эти двое могли купить все, что Азад мог продать.

- Бой состоится, однако проходить он будет на моих условиях. Все механизмы, которые мы нашли на этом острове, мы использовали для того, чтобы наши бойцы имели возможность соревноваться здесь, - ответил Азад, - Что если вы не найдёте того, что ищите?

- Легат обдумывал подобную возможность, - ответил дворф, - но как только он увидел вашу арену, то все понял. Судя по всему, механизмы, которые вы используете для натяжения паруса и полёта, и есть те самые механизмы, которые мы ищем. Если вы согласны на наше предложение, то я попросту использую чертежи, восстановлю механизмы, которые вы, безусловно, успели испортить за двадцать лет неумелой эксплуатации, демонтирую их и отправлю обратно в Илтказар.

- Я не сомневаюсь в ваших умениях, но что если я просто прикажу своим людям обрезать вам ваши усы и головы, после чего отправлю их вашему королю с посланием, что если ему будет что-то нужно от Острова Свободных, то пусть присылает делегацию повнушительнее, - Азад провёл рукой по своему гладкому подбородку, - И не сомневайтесь в моих словах – у Шаниры есть весьма острая бритва для бритья.

После этих слов улыбка не исчезла с лица младшего дворфа.

- Конечно, плата за осмотр механизмов тоже будет, хотя и не такая высокая, как за их покупку, - даже несмотря на нескрываемую угрозу, высказанную лидером вольноотпущенников, дворф даже не положил руку на рукоятку своего меча.

В этот момент легат подал знак. Младший дворф встал из-за стола и подошёл к старику, протягивая ему руку и помогая подняться на ноги. Как только легат встал из-за стола, он наклонился к своему напарнику и прошептал что-то, что достигло лишь ушей помощника.

- Легат желает начать осмотр механизмов, - сказал младший дворф, - Солнце уже садится, а достопочтенный Арнскул не любит спать над землей.

Старый дворф взял свою трость и двинулся к выходу из обеденного зала, даже не взглянув на Азада. Хозяин Арены хотел запротестовать, но, к его удивлению, Шанира заговорила первой.

- Слева от выхода есть вырезанная в скале лестница. Это кратчайший путь до цепей натяжения. Но, прошу вас. Не спускайтесь по ней в одиночку – стражники могут принять вас за нарушителей, если рядом с вами не будет сопровождающих. Подождите меня, я подойду к вам через мгновение.

Легат ничего не ответил, а лишь хлопнул дверью. Азад заметил, что дворф двинулся налево, хотя его переводчик не сказал ни слова об этом. Младший дворф мгновение смотрел на Азада, после чего двинулся вслед за легатом.

Шанира подошла к своему мужу и положила руку ему на плечо. Азад наклонился, поцеловал обветренные пальцы своей жены и спросил:

- Ты хочешь убить их в узких рабочих помещениях?

Шанира сжала его плечо и убрала руку.

- Дорогой Азад, ты когда-нибудь сталкивался с дворфами в бою? Если они окажутся зажатыми в узких помещениях, то становятся вдвое опаснее. Нет, любовь моя, если ты видишь в легате угрозу, то, видимо, твои глаза и ум врут тебе, но этот второй, вооруженный мечом…моё сердце подсказывает мне, что он может убить нас, лишь подумав об этом.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Хоть Кефаса и учили, что его бои были лишь развлечением для состоятельной публики, в глубине души он был воином – его движения вызывали у публики возбуждение лишь потому, что он отлично их выполнял. Парусная Арена была сконструирована так, чтобы время от времени добавлять дополнительных сложностей бойцам, так что гладиаторам, если они хотели выжить, приходилось оттачивать свои движения до умопомрачительной точности.

Так что Кефас знал определение слова “шоу”. Но вот на что способны хафлинги, он не знал.

В глазах этих двух женщин генази прочитал уверенность, а виртуозное обращение с кинжалами говорило об их умении.

Коротко стриженная женщина отстегнула свои ножны от пояса, вытащила из них меч, положила его на пол и начала размахивать ножнами, пытаясь показать вращение цепа, после чего села на пол и приняла точно такую же позу, как и у генази.

- Я понял, - начал полу-джин, - Ты – это я.

Длинноволосая женщина кивнула, но снова жестом приказала Кефасу замолчать. Она тоже отстегнула ножны и выложила меч, только вот  её движения и взмахи импровизированным оружием говорили о том, что сама фигура, которую изображала женщина, была больше и сильнее самого Кефаса.

Внезапно, короткостриженая девушка-хафлинг вскочила и приняла боевую стойку. Цепь, на которой висела камера Кефаса, задрожала, и он понадеялся, что это не привлекло лишнего внимания.   

 Тогда хафлинг, изображающая генази, совершила миниатюрную версию прыжка, очень сильно напоминающего полёт Кефаса после выстрела из катапульты во время его крайней битвы на Парусной Арене. Неужели сёстры были среди зрителей и наблюдали за сражением?

Тогда вторая женщина, которая изображала явно не кошку, напала на свою сестру и сбила её с ног якобы сильным ударом своего тяжелого оружия. Длинноволосая стала размахивать своим оружием очень быстро, а её оппонент постоянно откатывалась от ударов. Очевидно, что женщины хотели, чтобы Кефас не брался за оружие, а лишь перекатывался, лёжа на спине.

Генази хотел заговорить, но женщины злобно посмотрели в его сторону, не прерывая своего гладиаторского боя.

Но даже после этого Кефас все равно сомневался в возможности реализации этого плана.

Внезапно, хафлинг, изображающая генази, преклонила колени, признавая поражение. Длинноволосая женщина занесла оружие над головой, но вместо завершающего удара, она лишь хлопнула оппонента по плечу. В этот момент короткостриженая женщина встала и нанесла удар своим оружием прямо в лоб своей сестре.

После этого действия, сестры наклонились, подняли свои мечи, убрали их в ножны, после чего повернулись к Кефасу и подняли брови.

- Если мне придётся сражаться с великаном с дубиной, то он будет моим другом, и мы должны будем показать шоу, а не бой.

Длинноволосая женщина кивнула, улыбнулась и подошла к Кефасу, чтобы погладить его по голове. Короткостриженая, которая явно была более мрачной, тоже слегка улыбнулась.

-  Но почему? – спросил Кефас, игнорируя похвалу.

Длинноволосая женщина достала свой меч и аккуратно провелась им по деревянной стенке. Кефас посмотрел на это и услышал, как меч встречается с каждой из шестисот сорока зарубок.

- Если я повторю это шоу, то ты поможешь мне сбежать с Джазирии?

Женщина одобрительно улыбнулась.

- Когда? – спросил Кефас.

Со стороны арены раздался крик толпы. Должно быть Азад выставил своего бойца против какого-нибудь орка или гоблина. Короткостриженая женщина дёрнулась и настороженно посмотрела на вход в помещение, в котором висела клетка генази.

- Сегодня? – спросил Кефас.

Женщина кивнула. Она повернулась к сестре, после чего хафлинги вышли из клетки полу-джина, с помощью отмычки закрыв её. Прежде чем тьма помещения поглотила гостей, Кефас окликнул их.

- Постойте! - коротковолосая женщина обернулась к генази, - Тот, кого изображала твоя сестра. Она допустила ошибку.

Девушка подняла бровь.

- Твоя сестра слишком быстро вертела оружием и слишком медленно двигалась. Если это действительно тяжёлый молот или дубина, то тот, кто будет им вооружен, будет двигаться намного быстрее.

На этот раз улыбка на лице короткостриженой женщины была широкой и отчасти зловещей.

Это бы единственный ответ, который она дала Кефасу, прежде чем скрыться из помещения вместе со своей сестрой.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Шанира не замечала в действиях легата чего-то подозрительного – он лишь склонялся над каждой цепью, бурча себе что-то под нос и размахивая своей тростью в сторону своего помощника, который что-то записывал в книгу, чем сильно раздражал жену Хозяина Арены.

Затем помощник сказал:

- Легат Арнскул закончил осмотр, перейдём к следующему механизму.

После этих слов трио двинулось к следующей скученной цепи.

Наконец, после осмотра цепи, которая слабо отличалась от других, младший дворф сказал:

- Да, это то, что мы искали. Весьма интересно.

Они подошли к последней цепи Азада, поддерживающей Парусную Арену. Шанира не успела заметить, как младший дворф начал бормотать что-то себе под нос. Что-то, очень похожее на заклинание. Она услышала, что младший дворф говорит не на низком Алзхедо, а на языке ифритов, используемом в Калимпорте, языке её детства.

Шанира учила гладиаторов Азада игнорировать страх. По её словам, каждый воин обязан был научиться делать это.

Это была не единственная сказанная ею ложь.

На самом деле, страх был самым верным другом Шаниры, а точнее – друзьями, ведь страхов у женщины было много. И теперь она понимала, почему этот улыбающийся дворф так пугал её.

В жизни, которая длилась дольше, чем рассчитывала Шанира, она в первый раз ощутила страх, которому не смогла подобрать имя.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Хафлинг действительно ошиблась. Кефас увидел каменного гиганта, вооруженного огромным молотом.

Как обычно, Гринта пришла за генази перед боем. В этот раз она была грубее, чем обычно.

- Что случилось? – спросил Кефас, опасаясь, что кто-нибудь из охранников мог увидеть двух сестёр.

Но старая орчиха ничего не ответила, а лишь вывела Кефаса из его камеры и подтолкнула в направлении арены.

- Странно все это, - сказала Гринта, - Мы все ожидали, что сегодня будут драться лишь гоблины да молодые гладиаторы, а тебе дадут времени отдохнуть после встречи с ускользающим зверем. И никто не ожидал, что Азад вытолкнет тебя на арену после того избиения, которое он устроил тебе после того, как тебя поймали. Слишком много странных вещей, странных людей.

- Я думал, что ты видела всех людей, когда-либо живших в Королевствах, - сказал Кефас.

- Конечно, я видела великанов прежде, - кивнула Гринта, - и даже убила парочку из них, но я никогда не видела их в этой части мира и даже подумать не могла, что великан будет сражаться в качестве гладиатора дворфов. Представь себе, Азад своими руками снял броню с этого великана, говоря о том, что так бой будет равным. А тем временем Шанира куда-то пропала вместе с хозяевами этого великана. Почему-то мне кажется, что она планирует что-то против своего мужа.

Они подошли к катапульте, и Кефас позволил старой женщине затянуть ремни и приготовить оружие к выстрелу.

- Она никогда не предаст Азада, - сказал генази.

Орчиха сплюнула.

- Да, она всегда действует в интересах Азада, но это ещё не значит, что однажды она его не убьёт.

Кефас не успел спросить у Гринты, что она имела в виду, когда она затянула последний ремень и отдала приказ о готовности.

Генази взмыл в воздух и почти сразу же приземлился перед гигантом. Он атаковал его своим цепом, но каждый раз огромный гуманоид отскакивал и уклонялся. Если бы Кефас не знал об этом заранее, то сильно бы испугался подобной ловкости такого, на первый взгляд, неуклюжего существа.

- А теперь послушай меня, Кефас, - прорычал гигант. Его слова были приглушены криками толпы, так что никто не мог услышать, как противники заговорили друг с другом, - Согласись, я весьма крупный, но каким же неожиданным для тебя и зрителей было моё движение, когда я подпрыгнул, упал на колени, и, отпружинив от паруса, перепрыгнул тебя. Ха-ха! Это было великолепно!

Кефас не ответил. Он был слишком занят, уворачиваясь от ударов крупным молотом. В течении первых минут битвы генази пытался заговорить с великаном, и, когда тот дружелюбно отвечал, то это внушало надежду в сердце полу-джина. Но с каждой минутой ему становилось всё труднее следовать намеченному плану, и Кефасу пришлось пару раз сильно постараться, чтобы не попасть под удар огромного молота.

- Мне нравится этот парус! – вновь заговорил великан, - У нас в караване есть множество полотен, но ни одно из них даже приблизительно не такое крепкое!

Внезапно, без какой либо причины, гигант подпрыгнул и согнул ноги и приземлился на парус, после чего прочная парусина снова подбросила его в воздух.

- Бесстрашный! – закричал Азад. Его магически усиленный голос эхом пронёсся по всему каньону, - Как ещё можно назвать гладиатора, который не боится быть раздавленным огромным великаном!

Кефас хотел поскорее прекратить это, но тут великан снова заговорил.

- Сейчас я буду размахивать молотом у тебя над головой. Зрителям наверняка понравится это!

И это произошло – толпа взревела, когда молот великана прошёлся вдоль уха Кефаса. Генази был удивлен, что его голова осталась в целости, но тут он понял, что оружие было лёгким потому, что на самом деле было полым внутри, как то тренировочное оружие, которое выдавала гладиаторам Шанира во время тренировок.

- Я видел, как близнецы планируют этот бой. Это напомнило мне историю об Азуне и Ямун Хане. Ты знаешь эту историю? О, она замечательная.

И тогда Кефас понял, что если бы он сражался с великаном на самом деле, то победил бы его. С трудом, но победил бы. В движениях каменного гиганта генази подмечал некий паттерн, которого не смогли бы разглядеть зрители. Оппонент Кефаса определенно действовал по заранее заготовленному сценарию.

 Кефас вновь увернулся, но в этот раз его кожаный нарукавник зацепился за браслет гиганта, и очередной удар молотом чуть не попал генази прямо в лоб.

- Ямун был королём с востока, а Азун с запада. Они оба были людьми, а значит, могли лишь сражаться друг с другом. Это напоминает мне Синду и Шан, ну, сестер хафлингов. Вроде они не люди, а постоянно дерутся друг с другом, как какие-нибудь варвары с севера. Эта история нравится мне, но ей не впечатлить людей, живущих к северу от Великого Разлома.

Кефас пытался отдёрнуть руку, но шнур его нарукавника крепко обтянул браслет гиганта. Кефас не успел увернуться и был сбит с ног ударом в грудь.

- Король с запада пользовался длинным плоским мечом, как это обычно у них и принято, а король с востока дрался кривым мечом. Вообще, если ты не знаешь, то победил король с запада.

Великан размахнулся своим оружием и опустил его на лежащего генази, но тот вовремя успел откатиться в сторону.

Внезапно великан обхватил свой молот двумя руками и бросил его в Кефаса. Генази попытался выставить руки и схватить молот, но это не помогло.

Полу-джин схватил оружие, но при этом чуть не упал на спину.

Генази смог осмотреть рукоятку молота и увидел длинные прорези вдоль всего древка, внутри которых он увидел смотанную ткань, но не успел Кефас подумать обо всем этом, как вдруг он начал падать.

 

Ξ Ξ Ξ

 

 Глаза Шаниры округлились, когда она услышала бормотание младшего дворфа. Судя по всему, он не записывал наблюдения в книгу, а лишь повторял какое-то заклинание. Женщина не сомневалась, что дворф составит ей весомую конкуренцию в дуэли на мечах, но сейчас он был занят чтением заклинания, а значит, она могла атаковать первой.

Ее меч покинул ножны быстрее, чем она успела бы произнести имя своего мужа. Она бросилась на младшего дворфа, и в тот же момент её уши уловили первый слог заклинания. Но она была не такой быстрой, как легат Арнскул.

До того, как младший дворф начал читать заклинание, старик стоял согнувшись над цепью, но как только меч Шаниры покинул ножны, легат поднял свою трость, дернул ей, и она, за одно мгновение, удлинилась и изогнулась, приняв форму корпуса длинного лука. Ему не нужно было наматывать тетиву, потому что только оружие закончило формироваться, его концы соединились между собой сияющей золотом нитью. Из-за пояса старик достал небольшой серебряный сверток, дернув которым превратил его в серебряную стрелу с алым оперением.

Уложив стрелу на тетиву, старик, используя низкий Алзхедо, сказал:

- Ему нужно всего мгновение, - сказал легат скрипучим голосом, целясь в Шаниру, - Дай ему закончить и мы оставим тебя в покое.

Шанира рассчитала, что она могла бы успеть нанести удар по бормочущему дворфу прежде, чем легат успеет выстрелить, но отбросила эту идею. Так или иначе, карлик уже закончил читать своё заклинание.

- Так значит старик не знает низкого Алзхедо, м? – спросила Шанира, слегка усмехнувшись.

Легат не ответил, а лишь жестом приказал женщине отойти в сторону.

- На самом деле, он знает шесть языков, но среди них нет дворфского, - ответил младший дворф, затем издал щелчок, который не мог быть издан губами или языком.

И в тот же момент вся Джазирия наполнилась звуками раскручивающихся цепей. Шанира никогда не слышала, чтобы они все раскручивались одновременно.

Пока цепи ослабляли своё натяжение, дворфов окутала тьма, и они исчезли.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Это был и без того безумный день, но как только твердь ушла из-под ног Кефаса, он решил, что Азад обезумел и решил посмотреть, как генази и великан будут сражаться в свободном падении.

Гигант бросился к Кефасу и обхватил того руками.

- Думаю, ты поймёшь, как работает моё оружие. Ты отличный воин, Кефас, я был рад побороться с тобой.

Шум толпы удалился от генази гладиатора, как только он полетел вниз. Внезапно, тьма окутала Кефаса, забирая с собой последние лучи солнца.

Генази упал, оставляя позади Парусную Арену, Джазирию, свою прежнюю жизнь.

Он упал. И был свободен.

 

 

Глава Четвертая

- Ты достаточно умён, чтобы довериться мне

И достаточно мудр, чтобы осознать весь ужас сего деяния.

“Сделка Марида ”, “Истории Основания Калимшана”.

 

 Кефас уже видел огромных виверн, летающих в ночном небе над Джазирией, слышал их визг и однажды даже сражался с одной такой на Парусной Арене.

Но никогда прежде он не летал на них.

Спустя пару мгновений после начала падения, генази упал на спину огромной виверны, которая унесла его прочь от Острова Свободных.

Кефас обернулся и увидел, что каменный гигант тоже сидел на спине виверны. Он держался за широкое кожаное седло и что-то кричал, но не Кефасу.

- Трилл! – выкрикнул он, - Ты как раз вовремя! Матиас будет гордиться тобой!

Генази хотел посмотреть вниз, но из-за широкой спины и огромных крыльев он не смог увидеть земли.

- Возможно, это к лучшему, - пробормотал Кефас себе под нос.

Великан положил руку гладиатору на плечо и развернул того к себе.

- Эй, Кефас, видал, как вовремя виверна поймала нас. Да, её шоу ничем не уступает тому, которое мы показали с тобой на арене!

Генази попытался вспомнить последние моменты своего боя на арене:  сначала парусина ушла из-под ног, потом он полетел вниз, навстречу тьме, как внезапно перед ним появилась спина виверны, которая обеспечила ему мягкую посадку.

Кефас немного подумал, после чего ответил:

- Да, я рад, что мы не разбились и … не остались на Джазирии. Хотя, было бы лучше, если бы ты дал мне хоть намек на то, что должно будет произойти, друг…

- Тобин! – радостно сказал великан, - Моё имя Тобин Ток Тор. Я являюсь членом Цирка Чудес Черноперого, хотя родом я с Гор Драконьего Меча, что во многих милях отсюда, в Мулхоранде. Я рад познакомиться с тобой, Кефас, и я бы предупредил тебя о нашем плане, если бы сам был в нём уверен.

Кефас видел горы, проносящиеся под ними, но из-за вечерней темноты не было видно ничего, кроме вершин. Из-за высоты полёта генази мог разглядеть не только звёзды, но и угасающее далеко на западе солнце.

- Ты знал, на какой высоте находится Джазирия, и что полотно упадёт? – спросил Кефас, но постоянно повторял себе, что ему нельзя смотреть вниз, - Какой был изначальный план?

- Да я и не знаю, - ответил великан, почёсывая затылок, - Разве Шан и Синда не рассказали его тебе? Ну, точнее, показали.

Шан, Синда, Тобин, Трилл. Кефас запомнит эти имена.

- Они приходили ко мне, но показали мне лишь нашу с тобой битву и то, что она закончится моим побегом.

- Именно! – ответил великан, - То же они показали и мне.

- Ты вышел на Парусную Арену, чтобы сражаться со мной перед толпой вольноотпущенников, но не знал полного плана?

Великан хлопнул Кефаса по плечу. В его глазах читалась радость, будто генази высказал какую-то великую тайну.

- Да! Но, скажу тебе, так оно всегда и бывает. Матиас, Шар и Синда разрабатывают план, а Корвус доводит его до ума.

- Я не понимаю, - смущенно ответил генази.

- Ну, - начал Тобин, - впервые я поучаствовал в этом ещё в Нафлехе, когда мы заучивали стихи из “Уединенной Охоты”.

Не оглядывайся

Обнажи свой меч

И с этими словами Шан достала из ножен свой меч, сжала лезвия ладонями и пошла по канату, натянутому высоко над землей. Синда сделала то же самое и пошла навстречу своей сестре.

Лучше скрывайся

Ведь тайну не сберечь

После этих слов Корвус, ремесло которого, без сомнения, убийство и обман, тем не менее, использовал заклинание и создал магическое облако в небе.

Не кричи

А следуй за криком

И после этого Матиас запускает в воздух огненную стрелу в воздух, которая зажгла магическое облако, что привлекло внимание стражников. Видишь, я помню каждое слово, хотя и не принимал участия в этом представлении. Понимаешь, пока поэт читал стихи, наша команда показывала своё выступление, ориентируясь на слова. Все дело во времени. Но все это не мой подход.

Кефасу казалось, что вскоре он встретится с сестрами, Матиасом, который каким-то образом был связан с виверной, и Корвусом, который, судя по словам великана, был отъявленным убийцей. Хотя все остальное… генази казалось, что даже если бы немые сестры показали сценку, то Кефас понял бы эту историю куда лучше.

- Прости, - начал Кефас, - но какой тогда твой подход? Если это не планирование, не соблюдение времени и не, судя по нашей дуэли, бои, то что?

- О, не проси прощения, Кефас. Я знаю, что я никудышный воин. Отчасти, из-за этого я и ушёл с родных гор. Что касается планирования – хоть я и не особо умею это делать, зато все мои друзья знают, что что я мастер импровизации.

Импровизация. Шанира всегда говорила, что её нужно избегать.

- И какое же твоё ремесло, Тобин?

Великан выпрямился и с явной гордостью ответил:

- Я – клоун.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Они покинули стоянку последними, но благодаря магии кенку Матиас и Корвус вернулись в лагерь первыми.

Кенку не удивился, когда увидел, что фасад его личной повозки превратился в широкую платформу с порталом посередине. Если бы рабочие не исполнили его приказ, то Корвус и Матиас все ещё были бы на Острове Свободных лицом к лицу с женой повелителя летающего острова.

- Неплохое вышло приключение, - сказал кенку, после чего спрыгнул с платформы и протянул руку своему напарнику, - А ведь ты бы мог убить её.

Рейнджер отказался и спрыгнул с платформы сам. Колдовство кенку заставило его мышцы затечь.

- Лучше я оставлю свидетеля живым, чем стану беспринципным убийцей, - ответил Матиас, - По возвращению в лагерь Трилл захочет поесть, особенно если притащит на своей спине Тобина и этого генази.

Корвус дождался, пока старик удалится в свою повозку, после чего проверил магический круг, начерченный по центру платформы. Он часто использовал этот портал, ведь кенку мог вернуться к нему из любой точки мира. Корвус обладал большим набором знаний о порталах и мог путешествовать от одного такого портала к другому, а однажды даже нашёл книгу, в которой рассказывается о путешествиях между мирами с помощью все того же портала. Однако лишь амбиций было в избытке у Корвуса Черноперого, а для путешествий между мирами нужны были ещё знания и навыки.

Но он стремился к этому. Однако сейчас кенку больше заботила сохранность портала. Он тщательно осмотрел круг, а особенно вставки из оникса, черного жемчуга и серебра. Да, в его Цирке Чудес каждый вагон обладал своим набором секретов, однако ничто не могло сравниться с этим порталом.

Корвус зашел в свой дом и посмотрел на верстак с инструментами. Несмотря на их маленький размер, они содержали в себе великую силу. На столе лежало несколько горшков с магическим клеем, три острых ножа, кусок воска и семь игл. В ящичках стола лежало одиннадцать пергаментов, на которых Корвус отмечал результаты своих исследований и экспериментов.

Другие члены его организации считали, что перевод книг на разные языки – лишь хобби их лидера, однако кенку считал, что это нечто большее. Хобби, это непрофессиональное убийство времени, а  Корвус не привык убивать что-либо непрофессионально.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Шан и Синда двигались максимально быстро и тихо по огромным пустынным полям. Сёстры сбежали с Острова Свободных в тот же момент, как Парусная Арена провалилась вниз. Они не сомневались, что после побега чемпиона арены вольноотпущенники не будут долго бездействовать. Крики Хозяина Арены, которые были бессвязной смесью ярости и злобы, говорили о том, что его разведчики в скорейшем времени отправятся прочёсывать пустыню. Но хафлинги не боялись их – Матиас Фарсир научил сестёр вести бой на открытой местности, так что если вольноотпущенники встретили бы их, то женщины были бы готовы к бою.

Синда обладала более острым слухом, так что длинноволосая женщина остановилась перед своей сестрой и подняла руку вверх, что говорило о том, что хафлингам нужно остановиться и притаиться. Синда повернулась к своей сестре и слегка улыбнулась. Шан терпеливо ждала, так как была уверена в том, что её сестра объяснит причину остановки.

Потом Синда подняла палец в небо и указала на ухо, предлагая сестре прислушаться. Спустя пару мгновений Шан услышала далёкий визг.

Сёстры присмотрелись и увидели знакомую тень – Трилл летела низко, так что они смогли разглядеть пассажиров, расположившихся на спине виверны.

Синда улыбнулась, а Шан лишь покачала головой. Она знала о привязанности сестры к каменному гиганту, но сама Шан не была готова так быстро простить Тобину ошибки, допущенные им при исполнении плана.

Пока сестра смотрела вслед удаляющейся виверне, Шан достала из сумки книгу и слегка улыбнулась, посмотрев на неё. Да, Корвус будет доволен.

 

Ξ Ξ Ξ

 

С высоты птичьего полёта внезапно возникшая среди равнин стоянка Цирка Чудес Черноперого напоминала созвездие в форме огромного оранжевого глаза. Дюжина костров расположились в форме овала вокруг центрального большого костра.

Когда они начали спускаться, среди костров Кефас разглядел множество вагонов, напомнивших генази о торговых караванах, которые иногда появлялись на Джазирии, но в отличие от вагонов торговцев, не имеющих крыш или покрытых сверху льняной тканью, эти имели высокие стены и толстые крыши и, судя по всему, были домом для тех, кто в них передвигался. Это напомнило Кефасу о его клетке.

- Смотри! – сказал Тобин, указывая пальцем на крайний костёр, - Матиас уже в лагере и, судя по всему, готовит тебе ужин, Трилл!

Крик виверны не был пугающим, а, скорее, радостным или счастливым.

Чем ближе они были к лагерю, тем больше Кефас слышал радостных приветствий. Судя по всему, обитатели этого лагеря любили виверну и каменного гиганта.

Один человек, стоявший у края лагеря, не высказал никаких приветствий, но виверна явно была рада видеть этого мужчину, что Кефас понял по её радостному крику, когда она опустила крыло, чтобы генази и гигант могли слезть с её спины. Трилл подняла крыло и в два шага преодолела расстояние между собой и стариком, позволив ему погладить чешуйчатые ободки у её глаз. Кефас услышал лишь три слова, сказанные стариком:

- Здравствуй, девочка моя.

У костра Кефас увидел двух горных козлов, с которых была снята кожа и насаженных на большие колья. Как только старик поднял руку, виверна радостно визгнула и отдёрнула шею, раскрывая пасть.

Внезапно, в глазах  у Кефаса помутнело – перед ним начали мерцать оранжевые огни, а по краям всё заполнилось тьмой, после чего генази услышал пение.

Оно напомнило ему тот момент, когда он висел на краю провисшей парусины, когда его уши наполнились звуком крови, бегущей по венам. Это было пение земли, песка и камня под его ногами.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Когда он вновь открыл глаза, все звуки вокруг него пропали. Воздух был не таким, как ночью, а потолок, который он увидел над головой, заставил Кефаса думать, что он снова оказался в своей камере.

Но в его клетке никогда не было масляной лампы, и лежал он на полу, а не в одноместной кровати, как сейчас. Кефас попытался сесть, но в его глазах помутилось, и он откинулся назад.

- Я так и знал, что ты не заболел. В конце концов, ты же гладиатор, - генази был не знаком этот ровный тембр. Так же он не знал, что за звуки его сопровождают. Они были похоже на скрежет металла о металл и плеск воды.

- Но я должен признать, что те меры, на которые пошёл Азад, дабы отделить тебя от твоего наследия, жестоки даже по меркам вашего народа.

Фигура сделала шаг из темноты и вышла к Кефасу. Генази помнил, как Гринта рассказывала ему о людях-воронах, которые назывались кенку. Так же она сказала, что при встрече с ними в бою лучше всего будет бежать.

 - Я полагаю, что ты провёл достаточно времени с Тобином, чтобы узнать о нас и наших делах, но все же я предпочитаю соблюдать формальности. Я Корвус Черноперый и сейчас ты лежишь на моей кровати в моём фургоне, который является частью Цирка Чудес Черноперого. Добро пожаловать, Кефас.

Генази впервые в жизни услышал эти слова, но из рассказов Гринты и Историй Основания он знал, что это слова приветствия, хотя иногда они могут скрывать угрозу. Тем не менее, Кефас ответил дружелюбно:

- Да благословят боги твой дом, Корвус.

Кенку рассмеялся и раскрыл для Кефаса загадку слышимых ранее  им звуков – в своих когтистых руках Корвус держал металлическую кружку с водой.

- Превосходно. Матиас сказал, что Азад читал перед всеми Истории Основания. Я рад, что ты их слушал. Это очень и очень хорошо.

Он протянул полу-джину кружку, и тот принял её, осторожно осмотрев и обнюхав содержимое. Цвет и внешний вид этой жидкости отличался от всего, что Кефас когда-либо видел на Джазирии.

- Не переживай, это просто настойка из листьев. Думаю, ты уже заметил, что мы не хотим тебя убивать. Согласись, ты чувствуешь себя здесь спокойнее, чем на Острове Свободных. Это все потому, что в нашем караване более дружеская обстановка. Ну и ещё ты немного отдохнул после того, как потерял сознание у всех на виду.

- Музыка… - пробормотал Кефас, осознав, что все ещё слышит эти звуки, только теперь они казались глухими и сильно отдаленными.

- Музыка, да. Ты постоянно бормотал это слово, пока был без сознания. Ты слышишь землю, Кефас. Это то самое наследие, о котором я говорил минуту назад. Именно его скрывали от тебя твои хозяева.

- Наследие… это то же самое, что и происхождение? Как в рассказе о рыбаке и суровой женщине из моря?

Корвус снова рассмеялся.

- Суровой женщине из моря, - сказал он. Кефас заметил, что голос кенку идеально сымитировал голос генази, - Я уже и забыл историю о жизни старого Камара. Очень странно, что Азад не скрыл её от тебя. Но да, это именно тот рассказ, хотя во всем мире “суровая женщина с моря” зовётся Амберли. И не удивляйся, если однажды окажешься в порту и услышишь, как ей собственные жрецы зовут свою богиню “Королевой-сукой”.

Кефас кивнул и вновь прильнул к кружке. Настойка из листьев оказалась самым вкусным из всего, что Кефас когда-либо пробовал.

- Происхождение, наследие. Да, эти понятия схожи, но происхождение это прямая родословная, как когда Амберли раскрыла Камару, что он сын паши. Наследие же, это более общее понятие, которое связывает существо с его предками и обусловлено его происхождением. Так например, огромная сила Тобина – его наследие каменного великана. Моё наследие, - Кефас поднял глаза от кружки и посмотрел на кенку, так как эти слова были произнесены голосом Тобина, - подражать голосам других, - после этих слов Корвус вернулся к своему голосу, - Музыка, которую ты слышишь, полосы на твоём теле – наследие генази. А именно, генази земли.

- Она лгала, - ответил Кефас, вспомнив что-то.

Корвус вопросительно повернул голову.

- Кто лгал, Кефас?

- Королева-сука, Амберли, сказала Камару, что он сын паши Маджона, но она солгала. Когда Камар пришёл в суд, чтобы потребовать часть имущества паши, визирь правителя приказал страже убить рыбака, который успел лишь убежать обратно в порт, где был убит, а его кровь обагрила воду. Это то, чего хотела суровая женщина с моря – кровь напугала рыб, и они ушли из вод паши Маджона.

- Я уверен, ты понимаешь, что реальность не всегда соответствует историям, - сказал Корвус. Внезапно раздавшиеся крики отвлекли генази и кенку:

- Близнецы! Они вернулись!

- Что ж, - начал Корвус, - пойдём к костру, Кефас, пока Тобин и рабочие не заняли все свободные места.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Кенку и генази вышли из вагона, и Кефас увидел широкую наспех сделанную платформу, которая напомнила полу-джину о комнате, в которой он тренировался, но в отличие от суровой обстановки тренировочного поля Острова Свободных, на этой деревянной платформе было разложено множество цветных подушек, на которых сидели люди. Несмотря на то, что большинство из них было вооружено, они дружелюбно встретили Кефаса словами “приятно познакомиться” и “добро пожаловать”.

Как только генази хотел сойти с крыльца вагона Корвуса, перед ним, из ниоткуда, появился Тобин.

- Привет, Кефас, - заговорил великан, - Давай больше не будем падать в обморок, хорошо? Корвус говорит, что ты ещё не умеешь управлять своими силами, так что я буду помогать тебе какое-то время.

С этими словами великан поднял генази, пронёс его пару шагов и поставил к подушкам.

Пока Кефас был в руках великана, его сознание помутилось, а в глазах все поплыло. Оказавшись на земле, генази пришел в себя, но лёгкий эффект все ещё оставался.

- Кефас, - прошептал генази, - больше не пей ничего, что предложит этот кенку.

Полу-джин пошёл через толпу людей, рассевшихся на подушках и общающихся между собой, попутно осматривая их подсвеченные костром лица. Всю свою жизнь он дружил лишь с Гринтой, так что не знал, как реагировать на дружеские слова незнакомцев. Кефас лишь надеялся, что люди, чьи имена он уже запомнил, станут ему ближе.

Двое хафлингов появились рядом с генази. Они улыбнулись и пошли к нему.

- А вот и Шан с Синдой, - сказал Тобин, - Поверь мне, они не только хорошие бойцы. Они – воздушные акробаты.

Кефас вспомнил рассказы Тобина об их выступлении, после чего увидел на поясе у одной из сестер небольшие деревянные рукоятки, соединенные между собой прочной струной.

- Твоя боевая техника, - начал Кефас, - Ты пользуешься гарротой?

 Сестра с короткими волосами смущенно посмотрела на генази, после чего быстро кивнула и пошла к Корвусу, все ещё стоящему в тени своего фургона, а сестра с длинными волосами широко улыбнулась, после чего повернулась к Тобину. Она начала дружески похлопывать гиганта по коленям и торсу, после чего начала что-то объяснять ему. Быстрые движения её рук показали Кефасу, что хоть девушка и была явно вымотана долгим путешествием от Джазирии, её умения воздушного акробата сохраняли её мышцы эластичными и упругими.

 Тобин улыбнулся и отошёл в сторону. Вернувшись через пару мгновений, он показал генази длинную веревку и деревянный кол. Одним концом веревка была привязана к деревянному колу. Гигант отошёл и начал обвязывать веревку свободным концом вокруг деревянного столба, стоящего недалеко от костра.

- Синда хочет показать тебе кое-что, - начал великан, - Обычно веревка висит гораздо выше, но она считает, что сможет впечатлить тебя и этим. Циркачи, - сказал он, пожимая плечами, - любят не искушенную публику.

Как только Тобин закончил, Синда сняла свои ботинки и взобралась на деревянный столб. Женщина приготовилась и прыгнула вверх. Кефас потерял её из виду, так как Синда прыгнула настолько высоко, что свет костра уже не освещал её. Спустя мгновение девушка приземлилась прямо на канат, обхватывая тот руками и заставляя его дергаться. Генази испугался, после чего посмотрел на Тобина – великан держал кол в горизонтальном положении, положив его за шею и положив на него руки.

Девушка обхватила канат руками и ногами, крутясь вокруг него, а когда движение остановилось – подтянулась и встала на веревку двумя ногами.

Публика засмеялась и послышались звуки аплодисментов. Кефас понял, что это был первый раз, когда он слышал овацию, но не слышал призывов к бою и крови.

Синда поклонилась, не забывая сохранять равновесие, после чего обхватила канат руками и подняла ноги вверх. Кефас был поражен силой этой маленькой женщины, которая с такой лёгкостью встала на руки на канате, при этом элегантно изображая ножницы своими ногами.

Потом Синда убрала одну руку. Кефас испугался, что уж одна рука женщины не выдержит веса всего тела женщины-хафлинга, но рука не только выдержала, но и смогла согнуться по желанию длинноволосой женщины, которая приблизилась к канату, слегка поцеловала его, и снова разогнула руку, обхватывая канат второй рукой и позволяя своему телу упасть. Совершив несколько оборотов вокруг оси веревки, отпустила руки и приземлилась на деревянную платформу, глубоко кланяясь. Пятиминутное выступление вызвало громкие овации и сильное  удивление генази.

Кефас присоединился к громовым аплодисментам, а Синда снова поклонилась и указала на Тобина, который усмехнулся и лишь ответил:

- А я то что? Я просто держал палку.

- Это было превосходное представление, - сказал Корвус, тихо подошедший к генази. Шан нигде не было видно, а рядом с кенку стоял какой-то старик, - Идеальное сочетание таланта и мастерства. Впрочем, как и всегда, - с этими словами Корвус повернулся к Кефасу.

- Тобин наш цирковой силач. Он умеет заставить публику думать, что лёгкие для него вещи сложны, или наоборот, что сложные легки. На самом деле, это описание подходит для каждого из нас.

Кефас уже успел оценить силу Тобина, когда встретился с ним на Парусной Арене, но один вопрос не давал ему покоя.

- Цирковой силач, это какая-то разновидность клоунов? – спросил полу-джин.

Тобин открыл рот и хотел уже начать говорить, но Корвус поднял вверх когтистый палец, тем самым остановив великана. Даже в расслабленной обстановке Кефас заметил, что все люди, сидящие на платформе, притихли, когда кенку поднял палец вверх.

 - Да, на самом деле, есть слово, которое похоже на слово “клоун”, но оно описывает нас всех. “Шут”. Это древнее слово, древнее, чем те истории, которые рассказывал тебе Азад. Этим словом можно описать нас всех в той или иной степени, однако Тобин именно клоун – это более узкое слово. Он ещё не нашёл себя. Чтобы ты понял все то, что я только что сказал, Кефас, тебе нужно ещё пожить в открытом мире.

В этот же момент Тобин покраснел, и его глаза смотрели куда угодно, но только не на Кефаса.

- Да, - сказал какой-то тощий парень из толпы, обращаясь к кенку, - мы все слышали, как ты сказал Тобину, что ты взял его только в качестве помощника, и он может жонглировать мечами или смешить деревенщину, если найдёт себе достойную замену.

- Тихо, Уайти. Хорошо? – сказал каменный великан, пытаясь сделать это шепотом.

Глаза всех присутствующих обратились к генази. Старик, стоящий рядом с Корвусом спросил:

- Я полагаю, ты хочешь сказать, что ты не это имел в виду, да? – спросил он у кенку, хотя его взгляд был прикован к Кефасу.

Корвус посмотрел на Кефаса так же, как генази смотрел на своих противников на Парусной Арене, оценивая ширину их плеч, длину конечностей.

- Нет, - наконец ответил Черноперый, - Этот генази – просто ещё один член Цирка Чудес, способный удивить зрителей, дающих нам хлеб и вино.

Старик, казалось, не был убежден словами Корвуса, но его выражение лица увидел лишь Кефас, так как все остальные собрались вокруг великана, поздравляя того с повышением. Тобин даже расплакался от счастья – настолько ему была важна его роль.

Слёзы радости – еще одна новая вещь, увиденная Кефасом в этот день. Тобин попросил людей расступиться, после чего подошёл к Кефасу и дружески обнял его.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Даже в своём вагоне, укрытом от посторонних глаз не только закрытыми оконными ставнями, но и магией, Корвус сохранял бдительность. Он знал, что единственными людьми, что не спали в этот ранний час, были часовые, которые знали, что кенку лучше не беспокоить. Когда он уверился в том, что за ним не наблюдают, он выдернул перо со своей груди, немного дернувшись от боли. Кенку не раз проделывал этот фокус – он прилюдно подносил руку к груди, после чего призывал магическое перо, но кривился от боли, чтобы окружающие думали, будто Черноперый отрывает часть своего оперения.

Перо, хранившееся на складе Матиаса, который он называл гнездом, было маслянисто-черного цвета, и хоть оно не было частью оперения кенку, он признавал, что узнать об этом можно лишь от обладателя пера.

Корвус вспомнил о словах Тобина по поводу выступления Синды.

- Циркачи любят неискушенную публику, - тихо сказал кенку.

Изысканность и опыт – и того и другого не хватало у генази земли Кефаса. Впрочем, как и знаний о своём наследии и происхождении.

Думая об этом Корвус обмакнул перо в чернильницу. Бутылка с чернилами ничем не отличалась от других, стоящих на рабочем столе кенку. Не считая того, что ей было больше двух тысяч лет. Тёмно-синяя жидкость нравилась глазу Черноперого, но не это было главным – сами чернила стоили Корвусу  небольшого состояния. Все то золото, потраченное на услуги колдунов, ритуалы друидов, не говоря уже о том, что некоторые из ингредиентов были запрещены  к использованию во многих городах и королевствах.

Открыв свою книгу, Корвус прислонил перо к бумаге и начал писать. Чернила на бумаге исчезали через мгновения после того, как кенку их наносил.

Великий паша” – начал писать Корвус – “Ваш скромный слуга составляет этот отчет о нашей совместной деятельности…”

 

Ξ Ξ Ξ

 

Слова, написанные чернилами из крови, измолотых в порошок металлов и других более экзотичных ингредиентов, пропадали с бумаги. Их будто никогда и не было. Корвус отложил перо и начал читать заклинание. После произнесения последнего слова, вокруг свертка бумаги появилась слегка видная аура, которая подняла письмо в воздух, после чего оно вылетело из вагона Черноперого и отправилось к адресату.

 Корвус вышел на крыльцо своего вагона и посмотрел вслед улетающему письму, после чего обвел взглядом полупрозрачный лагерь. В этом мире не было живых людей, и лишь магические создания поворачивали голову в сторону зачарованного письма. Стоянка Цирка Чудес располагалась у подножья Омларандинских гор, прячась в их тени. Хотя, в этом мире сами горы были тенями.

 Письмо летело на юг, пролетая над Перевалом Ифала. Черные купола готических церквей, царапающих небосвод, выражали все уважение и весь страх, с которым обитатели монастыря относились к своему тёмному божеству – повелителю хаоса и раздора Бэйну. Но бэйниты не заметили зачарованное письмо, несущееся на юг.

Пролетая над остатками Леса Мира, зачарованное письмо привлекло внимание дракона с тремя рогами, но тот решил, что крепкий сон куда важнее погони за магической мелочью.

Как только письмо пролетело над острыми вершинами Марширующих Гор, оно начало снижаться, при этом набирая скорость.

Письмо оказалось в последнем городе, населенным людьми и бывшем некогда центром древнейшей человеческой нации. Адресат раскрыл свиток и поднёс его к магическому огню. Спустя мгновение буквы начали появляться, а воздух наполнился ароматом кедра и сандала.

Высокий, хорошо сложенный мужчина дождался, пока на бумаге появится текст, после чего встал со своего трона, стоящего в центре богато обставленного приёмного зала, и рукой указал троим присутствующим поступить так же.

Мужчины с золотистой кожей и огненным нимбом над головой встали с подушек, а женщина в серебряной мантии, сложив ноги крест-накрест, не встала, а спорхнула  с дивана. Трое генази осторожно переглянулись и последовали за человеком.

Визирь Альмарайвена был не только лидером своего народа, но и Халифом Знаний – высшим волшебником в старейшей гильдии магов во всех Королевствах. Его комната была буквально наполнена магическими приспособлениями, декоративными растениями и предметами искусства. Мужчины с золотистой кожей и женщина, окруженная лёгкой аурой ветра, знали, что каждый из этих предметов смертельно опасен и лучше иди след в след за визирем.

Комната, в которую они вошли, не была такой впечатляющей. Старший из генази огня, чародей, принюхался и сказал:

- Ты прервал наше обсуждение, чтобы похвастаться своими игрушками, Ахам аль Йотос?

Если визирь и услышал обращение к нему по его имени, то не подал виду. Младший из генази огня лишь усмехнулся, но девушка, парящая в нескольких сантиметрах от пола, лишь покачала головой. Она знала, что визирь может наказать генази в любой момент.

- Я прервал нашу беседу и привел вас сюда, дабы прочесть письмо от нашего человека, - сказал визирь. Генази-чародей ощетинился, но ничего не сказал, так как знал ту силу, которой обладал человеческий правитель.

Волшебник поднял руку с пергаментом, и буквы, написанные на нём, начали расплываться, а поток чернил начал стекать  в нефритовую миску, над которой визирь держал пергамент.

- Мой шпион нашёл похищенного наследника Калимпорта.

 

Ξ Ξ Ξ

 

В своём вагоне Корвус наблюдал за последней исчезающей буквой. Текст в его книге отображал текст, написанный на пергаменте, так что кенку мог с легкостью вычислить, когда его письмо было прочитано и уничтожено.

Затем он достал другой лист пергамента и начал писать другое письмо для совершенно другого адресата.


Песчаная буря. Глава 1-2

28 Август 2018 - 15:16

ÀПЕСЧАНАЯÀ

ÀБУРЯÀ

1479 г. по Л.Д.

 

 

 

 

Глава Первая

                  Перед взором благословенного Великого Писца,

Клянусь в истинности всего мною написанного.

       - Мулак ин Далах ин Аббас в дар Императору Амах Шуну IV

 

Даже сейчас, в конце весны, единственными оттенками, окрашивающими величественные Омларандинские Горы, были коричневый и бурый. Лоза, проросшая в скальных трещинах, скоро расцветет, но и тогда она будет лишь темно-красного цвета. Как кровь, засохшая на песке.

Огромный осколок скалы, с большой сквозной ямой по центру, парящий в воздухе рядом с горным хребтом, был того же коричневого и бурого оттенка. Гоблиноиды, рабы и головорезы, кишащие на летающей скале, были одеты в грубые конопляные одежды коричневого или серого цвета, так что никакая цветастость не привлекала к себе внимания.

Ничто не отвлекало взгляд голубых глаз старика, внимательно осматривающего летающий остров.

Но, как и прежде, он не увидел ничего интересного, так что старик закрыл свои глаза. Это было единственное движение, которое позволил сделать себе старый шпион, лежащий в небольшой расщелине. Вряд ли кто-то из обитателей летающего острова мог даже подумать о том, что за ними пристально наблюдает один из лучших рейнджеров современности. Обстановка вокруг была настолько спокойной, что старого шпиона можно было вполне назвать невидимым. Старый Матиас Фарсир подумал, что даже он сам не смог бы найти себя.

- Отличную позицию ты нашел себе, старый друг, - сказал голос из-за спины.

Рука Матиаса двигалась быстрее мысли – она быстро нащупала оружие, спрятанное под кусок льняной ткани бурого цвета, но к тому моменту, как пальцы обхватили рукоятку меча, шпион понял, что ему не грозит никакая опасность.

Матиас убрал руку от меча и встал, отворачиваясь от ветхого веревочного моста, ведущего с вершины горы на летающий остров. Даже если обитатели анклава и хотели устроить что-то масштабное под вечер, беззаботность в голосе гостя разубедила старого шпиона, и он без страха упустить что-нибудь важное, обернулся к пришельцу.

Чудик. Это казалось очень уместным наименованием для гостя, посетившего Матиаса на его посту. Его крупное, по меркам людей, тело, было спрятано под крепкой кожаной бронёй, а черные перья, торчащие с шеи и запястий, лишь подпитывали образ чудесного существа. Кенку, народ гуманоидных разумных птиц, всегда выглядели именно так. Корвус Черноперый был больше похож на картинку из детской книжки или монстра, чем на разумное и интеллектуально развитое существо, не уступающее в развитии людям. Способность кенку беззвучно передвигаться сильно нервировала самозваного обладателя титула “один из лучших рейнджеров современности”.

Корвус протянул руку, и Матиас уставился на длинные черные когти кенку.

- Я не мог не рискнуть и не испытать твоих рефлексов, друг. Чего смотришь? Они все такие же острые, если вдруг твоя память оставила тебя и отправилась отдыхать.

Матиас путешествовал по югу вместе с Корвусом Черноперым месяцами, но раса кенку оставалась для старого рейнджера все такой же загадочной, какой она была и для всего цивилизованного мира. Матиас не знал, считался бы он старым в обществе птице-людей, не знал, сколько на самом деле было Кенку лет. Старый рейнджер знал лишь то, что его друг очень любил колкости.

- Ты нашел письмо, которое я оставил тебе в тайнике? – спросил Матиас, - Как долго ты искал меня?

- Три дня, - ответил кенку, пожимая плечами, - Я уже был готов показать его Трилл.

- Хорошо, что не показал. Шпионаж не самое сильное её умение. Хм, не хочешь послушать про мои наблюдения за этой Джазирией?

В этот момент Корвус резко повернул голову, и заходящее солнце на момент блеснуло в его больших зеленых глазах.

- Джазирия, да! – высокий голос кенку все ещё заставлял мурашки бежать по телу Матиаса, - Это то, как они называют летающий остров?

- Это из диалекта Алзхедо, я полагаю, - сказал Матиас, - Хотя это странно, ведь со своими рабами и друг с другом эти подонки говорят на общем. Так или иначе, я не знаю значения этого слова, но, готов поспорить, ты знаешь.

- Джазирия, “Остров Свободных” из Историй Основания Калимшана. “Жанна Спасительница уберегает море от Иссушения”, я полагаю, - ответил Корвус.

- Ну, судя по одеждам, хозяева и жители острова определенно калишиты, однако странно, что ты упомянул Истории, ведь…

Крик прервал Матиаса. Шпион и кенку обернулись и посмотрели на остров – различные люди и гоблиноиды собрались у края огромной сквозной ямы и наблюдали, как несколько гоблинов, подгоняемые шаманом, толкали к краю ямы какой-то ящик. Крики не прекращались, пока деревянная коробка не начала балансировать на краю.

- Что я вижу, Матиас? – спросил Корвус.

Звенящий механический звук наполнил каньон, когда огромные металлические цепи начали крутиться вокруг каменных выростов и натягивать огромный парус над ямой.

- Ты видишь, что мы не единственные зрители в этих горах, - ответил старый разведчик, - Также, ты видишь, что рабы, сбежавшие от своих хозяев в Калимшане, унесли с собой еще и их смертельные игры.

Лицо кенку не выражало каких-либо эмоций, но по уголкам клюва Корвуса Матиас понял, что его забавляет происходящее.

- Они сбежали от гладиаторских боёв, чтобы проводить свои? Люди никогда не перестанут меня удивлять. Напомни, кого я послал тебя найти?

Старый шпион посмотрел на старый сарай, расположенный у самого края острова. Несколько вооруженных копьями калишитов вывели из сарая раздетого по пояс мужчину. Вдоль всего его мускулистого тела проходили золотые линии, что, как и выросты на голове, говорили о принадлежности мужчины к расе генази, полулюдей, полу-джинов. Стражники вели генази к кожаной корзине. На нем не было никакой одежды, кроме перчаток и наплечников из дубленой кожи, льняных свободных штанов и кожаных сапог. В руках мужчина держал большой цеп с двумя шипованными головками.

- Какая-то гоблинская ставка, - ответил Матиас, глядя на происходящее, - Возможно, мы увидим смерть того, за кем ты меня послал.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Кефас воображал, что свобода, должно быть, похожа на то чувство, что он испытывал, когда взмывал в воздух над Парусной Ареной. Только в те несколько ударов сердца, когда “свободный народ” сажает его в кожаную корзину и закидывает в воздух, Кефас был по-настоящему свободен. Но все это делалось лишь ради того, чтобы толпа могла посмотреть на очередной бой генази и какого-нибудь чудовища из ночных кошмаров.  

Каждый раз, находясь в полете, Кефас вспоминает свои попытки сбежать.

Ему всегда приходилось забывать о чувствах перед тем, как отправиться в полет. Забыть или умереть.

Кефас спокойно уселся в корзине и начал молча наблюдать. Тем временем, ящик, который притащили гоблины из клана Кровавой Луны, упал на Парусную Арену и разбился, а его содержимое перестало быть тайной. Большая черная кошка, с длинными клыками и ядовито-зелеными глазами. Но даже не это больше всего бросалось в глаза – два больших щупальца, с маленькими жалами и присосками, росли из спины монстра, а вместо четырёх лап, у него их было шесть.

В кабине над ареной свое место занял Азад Свободный, хозяин арены и, по совместительству, хозяин Джазирии.

- Узрите глубинного охотника! – усиленный магией голос Азада заглушил даже рычание чудовища, - Никогда прежде это существо не появлялось на Парусной Арене! Мудрецы утверждают, что он неуязвим ни для стрел, ни для мечей!

Старая женщина-орк, по имени Гринта, сражавшаяся на Арене годы назад, рассказывала Кефасу про глубинных охотников:

- Как черная пантера, но намного опаснее.

Орк рассказывала, что в других частях света, этот хищник называется ускользающим зверем. Подобные хищники нередко встречались в Омларандинских Горах, так что было удивительно, что подобный монстр впервые оказался на Парусной Арене. Хоть Кефас никогда и не видел пантер, он подозревал, что у них не было трёх пар лап и двух щупалец, растущих из спины. Также, скорее всего, пантеры не были окружены магией, делающей их местоположение неточным, а очертания размытыми.

  Перед боями Азад позволял Кефасу выбрать оружие, и генази всегда выбирал двухконечный цеп, который распорядитель арены всегда держал под замком. И вот Кефас взмыл в воздух. Ощущение свободы накатилось на него, но самым главным было сейчас не это. Генази начал размах своим оружием еще в полете…

Все было высчитано превосходно.

Глубинный охотник прыгнул на полу-джина, но в этот же момент две головки одного цепа опустились на череп хищника, а когда Кефас перевалился на спину, чтобы упасть на неё, удар шипованных головок последовал сверху вниз, оставляя огромную кровавую рану на нижней челюсти ускользающего зверя.  

Столкновение с парусом выбило весь воздух из легких Кефаса, но он ожидал этого. Отпружинив от плотно натянутого паруса, генази подлетел на пару метров, после чего приземлился на ноги.

Зеленые глаза кашки закрылись, но она продолжала дышать, что говорило о том, что монстр был лишь ошеломлен. Кефас взревел, а гоблины завыли, показывая свою реакцию на начало и, возможно, конец боя.

- Глубинный охотник, предоставленный гоблинами Кровавой Луны, по словам их шамана, олицетворяет силу из клана! – голос Азада Свободного разрезал вечерний воздух.

Гоблины Кровавой Луны начали топать и свистеть, подбадривая глубинного охотника.

Кефас выругался. Всегда лучше, чтобы толпа болела за тебя. Генази хотел, чтобы зрители  поддерживали его, но, судя по всему, Азад настраивал толпу на то, что сегодня Кефас проиграет.

Кошка поднялась на ноги и мотнула головой, но не прыгнула на врага, а, напротив, сделала пару шагов назад. Она махнула лапой в сторону Кефаса, но он легко заблокировал этот удар. Это не было нападением, кошка лишь проверяла реакцию своего соперника.

Мысли Кефаса начали лихорадочно вертеться, продумывая план действий.

Генази знал, что он не убежит от глубинного охотника, но и кошка не убежит от гладиатора.

Нет, никто ни от кого не будет бегать. Сегодня они оба сбегут с Острова Свободных.

Подул мощный ветер, гоблины продолжали гудеть, а остальные зрители начали ритмично бить ногами по земле и хлопать в ладоши, из-за чего парус, на котором генази сражался с ускользающим зверем, начал извиваться, создавая подобие волн на своей поверхности.

Но для Кефаса это все было привычным – он настолько четко понимал закономерность “приливов”, что мог использовать это в своих интересах, в отличие даже от такого хитрого хищника, как ускользающий зверь.

Кошка сделала несколько шагов, проверяя устойчивость извивающегося паруса. Кефас не сомневался, что глубинный охотник может совершить мощный прыжок и при желании перепрыгнуть ограждения и сбежать с арены, но благодаря тому, что парус был прикреплен к хитрому механизму, Азад мог опускать и поднимать своеобразную арену, что позволяло обезопасить зрителей даже от самого прыгучего существа.

Взгляд кошки встретился с взглядом генази. Они оба знали, что они могли атаковать друг друга, но убить соперника после одной атаки у них не получится. Прыжок, удар, отскок, блок, но это был лишь танец. Травмоопасный, да, но не смертельный.

А толпа зевак желала видеть именно бой насмерть, взирать на равный бой двух хищников.

И все из-за денег. Кефас знал, что пока он играет в гляделки с опасным хищником, зрители делают ставки, то на одного бойца, то на другого. Возможно даже Азад жалеет, что сегодняшние зрители были не столь богаты, но даже так арене был обеспечен крупный доход.

Если бойцы не желают драться на смерть, что происходит редко, то Азад Свободный вновь активизирует механизмы Парусной Арены, отцепляя один край от цепи и позволяя ему свободно развиваться на ветру. Это показывает бойцам, что либо один из них погибнет в бою, либо погибнут оба, вывалившись с острова и разбившись об землю.

И в тот же момент, как Кефас подумал об этом, одна из цепей отпустила край паруса, который тут же провалился вниз и начал развеваться на ветру.

Ускользающий зверь был очень умным хищником, гораздо умнее сотен мужчин, женщин и зверей, с которыми сражался Кефас. В какой-то момент он даже подумал, что кошка окажется умнее него.

Как только парус обмяк, хищник прыгнул на генази, но тот с легкостью увернулся, отскочив назад. Нет, простыми ударами этого хищника не победить. Нужно было найти способ использовать инстинкты зверя против него самого.

- Сейчас! – закричал Азад.

Кефас успел среагировать и отпрыгнуть от того места, куда прыгнул хищник. Как только кошка приземлилась на лапы и развернулась к генази, еще одна цепь отцепилась, позволяя ещё одному краю паруса обмякнуть. В этот раз хищника застали врасплох – его задние две пары лап повисли на весу, и он был вынужден зацепиться передними лапами и щупальцами за крепкую парусину,  борясь за свою жизнь.

Кефас размахнулся цепом и ударил, раздробив одно из щупалец чудища. К сожалению, хищник успел убрать второе, и оружие генази ударило по парусине, создавая новую волну и выбивая полу-джина из равновесия. Толпа засмеялась, радуясь неудаче чемпиона.

Здоровое щупальце обхватило ногу Кефаса, вонзая маленькие зубья в его кожаный сапог. Генази закричал, но его крик был заглушен гулом толпы.

Хищник потянул щупальце на себя, и Кефас упал на парус. В этот же момент острые шипы на щупальце ускользающего зверя вонзились в спину генази, вызывая новые крики боли полу-джина.

Монстр убрал своё щупальце и вцепился им в парусину, таким образом помогая себе забраться на устойчивую поверхность. Кефас встал, но тут же на него напал хищник, пытаясь перекусить горло своему сопернику. Генази отступил, но почувствовал влагу на своей коже. Была ли эта его кровь или слюни кошки? Неважно. Сейчас Кефас должен был бороться за свою жизнь. Он хотел атаковать хищника, но щупальце зверя обхватило правую руку генази, не позволяя тому размахнуться цепом.

- Мы не обязаны сражаться! – выкрикнул Кефас, - Мы можем вместе сбежать отсюда!

Да! Если хищник был действительно таким умным, как казалось Кефасу, то он мог понять его слова.

Но ответом была лишь серия ударов и укусов ускользающего зверя. Толпа увидела, что инициативой теперь владеет хищник и взревела, поддерживая ускользающего зверя. Кефас в очередной раз увернулся от удара мускулистой лапой и отошёл от зверя.

- Мы должны отойти к краю арены. Они не ожидают этого, - сказал генази.

Кефас не знал, поняла ли его кошка, так что он напал на неё, загоняя её в то место, которое ему было удобно. Оказавшись зажатым между обрывом и вооруженным генази, хищник яростно рыкнул и раскрыл пасть, но Кефас лишь хмыкнул и рванул в сторону соперника. Толпа взревела в ответ на самоубийственное движение генази-гладиатора. Как только Кефас почти вплотную подбежал к кошке, уворачиваясь от удара здоровым щупальцем, парусина прогнулась под весом бойцов, и кошка вновь провалилась вниз, но успела зацепиться лапами за повисший кусок парусины, а щупальцем обхватило бедро генази.

   Кефас, игнорируя боль, кинул своё оружие в центр Парусной Арены и правой рукой схватил переломленное щупальце, безвольно свисавшее со спины хищника. Кефас знал, что этот маневр будет крайне рискованным, но результат того стоил. Он крепко сжал щупальце, прыгнул в пропасть и, спустя пару ударов безумно  колотящегося сердца, повис на щупальце ускользающего зверя. Хищник завыл от боли и немного сполз, но три пары лап продолжали крепко удерживать хищника на парусине.

- Давай-давай, - пробурчал себе под нос генази. Он начал раскачиваться на щупальце, подобно маятнику, в попытках раскачаться достаточно сильно, чтобы в один момент отпустить щупальце и схватиться за камень. Только сейчас Кефас начал осознавать все безумие его плана побега – а что потом? Если он схватится за камень, сможет удержаться на нём, то что потом? Даже для генази будет сложным пробраться в какую-нибудь расщелину в дне Острова Свободных в надежде спрятаться от погони.

Пока Кефас обдумывал детали своего плана, его рука съехала к краю щупальца, и вот уже острые шипы начали резать мозолистые руки гладиатора, а сама кошка начала съезжать вниз под весом взрослого мужчины генази. 

Еще пара цепей отпустила парусину, опуская ускользающего зверя и генази все ближе к земле. Когда ещё одна цепь отцепилась от края паруса, порыв воздуха и очередная “волна” стряхнули кошку с висящего паруса и хищник, вместе с гладиатором, оказался в свободном, неконтролируемом полете.

Благодаря тому, что половина паруса повисла в воздухе и склонилась к земле, ускользающий зверь и Кефас летели лишь пять или шесть метров, после чего упали на невысокий песчаный холм.

Кефас ударился головой обо что-то твёрдое, но, благодаря своей природе, перенес это падение. Он перевалился на живот и тут же получил удар щупальцем по спине. Сквозь дымку, заслонившую его взор, он увидел, как кошка, злобно рыкнув, убежала в горы, навсегда ускользая от своих надзирателей. Гладиатор был рад, что теперь и он может сделать так же, однако после этой мысли его сознание помутилось, и он провалился в мир темноты.

Придя в сознание спустя несколько минут, Кефас тяжело оперся руками о землю и поднялся на ноги. Его ладони были изрезаны, а кровь со лба заливала глаза, но, тем не менее, генази быстро двинулся в сторону Омларандинских Гор.

Пройдя пару десятков шагов и начав спускаться с дюны, Кефас столкнулся с калишитами, вооруженными арбалетами и стоящими по обе стороны от Азада Свободного. Концы арбалетных болтов были смазаны какой-то коричневой пастой и направлены на беглеца.

Спустя двадцать лет, очередная попытка побега провалилась.

Азад махнул рукой, и арбалетные болты вонзились в грудь Кефаса.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Чёрный клюв Корвуса поднялся в небо. Пока двое шпионов увлеченно наблюдали за боем и попыткой побега, над ними собрались тучи.

Матиас и Корвус видели, как хозяин Джазирии, вместе с несколькими охранниками, начал спускаться вниз по деревянным ступенькам, удерживаемым цепями, пока гладиатор и кошка еще висели на парусине.

- Они знали, к чему это все, - начал кенку, - Хозяева острова знали, что генази хочет сбежать и перехватили его.

- Нетрудно было это предсказать, - ответил Матиас.

- Почему?

Старый рейнджер повернулся к Джазирии.

- Это был уже шестнадцатый бой этого генази, который я видел, - ответил рейнджер.

- Хочешь сказать, что он уже пытался бежать с острова?

- Я хочу сказать, что за шестнадцать боёв это была уже пятнадцатая попытка этого генази сбежать.

 

 

Глава Вторая

 

Да, мои руки тонки,
Но именно поэтому я смогу поразить вас.

- “Жанна Умная и Огненный Гигант” из книги “Истории Основания Калимшана”, изданная в кожаном переплете в Калимшане в  1260 г. по Л.Д.

 

 

 

Кефас очнулся в тюремной камере, и его обоняние тут же было пронзено едким запахом пасты, которую использовали люди Азада. Эта смесь была куплена ими у гоблинов, изготавливающих её из измельченной черной плесени и грибов, растущих в калимшанских каньонах. Гоблины использовали эту пасту на охоте, дабы усыпить чудище и позже выставить его на Парусной Арене в качестве своего бойца.

Но мысли воина-генази быстро смешались, когда он почувствовал скрипящую боль от раны, нанесённой арбалетным болтом. Гринта Копьё  вытащила болт из груди генази с помощью кривой палки, обмотанной куском ткани, а когда Кефас попытался поднять руку и остановить не слишком аккуратные действия женщины-орка, то обнаружил, что его руки были скованы железной цепью.

Как только Гринта увидела, что Кефас пробудился, она одарила его своей острозубой усмешкой и сказала:

- Ты очнулся. Как видишь, Азад больше доверяет старому доброму железу, а не гоблинской алхимии.

Если у Кефаса и был друг в этом мире, то это была старая женщина-орк Гринта Копьё. По приказу Азада Свободного она обучала генази боевому искусству, но хозяин арены и его люди не знали о других вещах, преподаваемых старой Гринтой. Например, она обучала Кефаса языку, на котором говорили хозяева арены, а так же истории того мира, в котором генази жил, но никогда его не видел.

- Мой муж доверяет только двум вещам, - сказал знакомый, но неприятный голос, - Это своему разуму, благодаря которому появляются его идеи, и моей руке, которая их реализует. Заканчивай свою работу и возвращай этого грязного джина обратно в его камеру.

Когда-то давно Гринта вышла на бой против стаи волков и пары эльфов, вооруженная лишь копьём. Остроухие авантюристы вышли с прирученными волками на Парусную Арену, но проиграли старой орчихе, однако хищники раскромсали бок и живот Гинты, так что толстые, как веревки, шрамы до сих пор исполосовали туловище старой женщины-гладиатора.

Даже держа свои собственные кишки своими же руками, Гринта Копьё не боялась.

И только жена Азада, Шанира, могла заставить Гринту бояться.

- Да, моя госпожа, - ответила старуха, проводя ногтем по ране генази. Он застонал, хотя всеми фибрами души хотел бросить какую-нибудь насмешку в сторону жены своего хозяина.

- Я зашью его раны и сразу же сообщу вашим людям о готовности, - с этими словами раздался звук закрывающейся решетки и удаляющийся стук невысоких каблуков жены Азада, среди рабов прозванной Королевой Скалы.

 Как только женщина удалилась достаточно далеко, Кефас получил лёгкую пощёчину от орчихи.

- Дурак, неужели снова? Ты снова попытался сбежать? Ты же знаешь, что ярость этой бестии сдерживает лишь Азад, и лишь боги знают, почему хозяин защищает не только тебя, но и меня. Не испытывай судьбу, Кефас, - с этими словами орчиха достала  железный ключ из кармана своей туники и сняла кандалы с лодыжек и запястий генази.

Кефас  потёр затекшие руки и ответил:

- Азад знает, что если он или его люди хоть пальцем тронут тебя, то я откажусь сражаться, а если он попытается заставить меня…что ж, хозяин знает, что я не менее опасен, чем его дорогая жена.

Генази начал разминать затекшие ноги, и из-за того, что клетка была сконструирована специально для полу-джина и была весьма тесной, Гринте пришлось сделать пару шагов назад. Камера Кефаса, бывшая ему единственным домом, который он когда-либо имел, была отделана деревом лишь с одной целью – не позволить телу генази соприкасаться с голым камнем. Деревянная коробка была чуть ниже роста Кефаса, а дверь в неё состояла из переплетенных цепей, сделанных из качественнейшего металла. Клетка полу-джина была подвешена невысоко над полом на прочной якорной цепи, и из-за этого раскачивалась почти от любого движения Кефаса.

Гринта выскочила из клетки и обхватила её бока руками, останавливая колебание. Она посмотрела на генази и молча обдумала его слова.

- Может, ты так же силён, как и Шанира, заметь – может, - спустя пару мгновений сказала орчиха, - но она противопоставит тебе не только лишь силу и ловкость. У настоящего воина…

- У настоящего воина всегда должно быть то, за что он дерется. Да, ты говорила это уже тысячу раз, - прервал Кефас, - Разве ты не знаешь, каков будет мой ответ?

Гринта лишь наклонилась, подняла с пола деревянные сандалии и начала привязывать их к ногам генази.

- И тысячу раз ты давал один и тот же ответ. Ты сражаешься за то, чтобы сбежать отсюда. Но каждый раз ты оказываешься здесь.

 Дверь клетки была слишком узкая, так что Кефасу пришлось повернуться боком, чтобы пройти в неё.

- Это была уже шестьсот сороковая попытка, но не это важно. Я кое-что должен тебе.

Кефас спрыгнул на пол и с трудом удержал равновесие, чуть не потеряв сознание от боли в ногах. Он стиснул зубы и выпрямился, после чего пошёл по деревянной дорожке, выложенной слугами Азада специально для Кефаса. Всю свою жизнь он мог посещать лишь те комнаты, где пол был отделан досками – на кухне, в своей камере, тренировочной комнате и небольшая комнатка перед залом, в котором жили Азад и Шанира, к входу в который подошёл генази.

Когда Кефас поднял руку и хотел уже постучать в дверь, Гринта жестом остановила его.

- У тебя есть цель, Кефас, но не забывай об Азаде, который управляет этим песчаным адом. Остальные свободные говорят, что у себя на родине он был лучшим бойцом. Помни, что в тот день, когда ты зайдёшь слишком далеко, ты столкнёшься не только с Шанирой.

Кефас нахмурился и ответил:

- Я не могу представить такого.

- Что Азад будет сражаться с тобой?

- Нет, - покачивая головой ответил генази, - Я не могу представить, что Азад Свободный будет сражаться хоть с кем-нибудь.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Как-то однажды один из уже давно мертвых учителей Корвуса Черноперого сказал, что если у кенку и было сердце, то оно, должно быть, было высушено и обмотано в кожаный мешочек. Мужчины, женщины и вообще любые существа, которые встречались Корвусу на его пути, мало его волновали. Кенку больше предпочитал размышлять о книгах.

Как только он и Матиас вышли из теневого портала, выведшего компаньонов из каньона в их тайный лагерь, Корвус взял в руки самое ценное своё сокровище, которое всегда было прикреплено к его черному кожаному патронташу и называлось Книгой Путешествий. Она содержала рецепты, ритуалы, заметки, карты и прочие записи, которые вел Корвус, хотя вряд ли кто-то из ныне живущих в Королевствах людей мог понять алфавит кенку.

Тёмный снег покрыл одежду компаньонов, пока они проходили через Мир Теней, и Корвус заметил, что его напарник не потрудился отряхнуть свой плащ от него, хотя тёплое восходящее солнце с лёгкостью растопит черные снежинки.

Пара девушек хафлингов, бросившиеся в объятия Матиаса, игнорировали сырость его одежды от растаявшего черного снега и сырость его щёк от пролитых слёз. Старый шпион не видел никого из своих друзей из “Цирка Чудес Черноперого” в течение нескольких месяцев, и особенно он был рад видеть своих компаньонов, которые, как и Матиас, входили в секретный шпионский корпус Корвуса. Шан и Синда набросились на Матиаса, молча обнимая его. Их молчание не удивило старого шпиона, так как эти женщины вообще никогда не говорили.

Зато никогда не молчала третья фигура, также вышедшая из под навеса, чтобы поприветствовать Матиаса. Если бы Тобин, каменный великан, продолжал стоять на месте, то его можно было бы запросто спутать с гранитной колонной. Огромный человек возвышался над Матиасом так же, как тот возвышался над молчащими сёстрами.

- Матиас! – прогудел он своим тяжёлым голосом, - Минуло так много дней с тех пор, как ты покинул караван!

Старый шпион поднял руку в знак приветствия, а его глаза забегали в поиске ещё одного старого друга, пока не зацепились за кучу кожаных ремней и медных цепей, весящих на вешалке, на другой стороне бездымного огня.

- Где она? – спросил Матиас.

Тобин хлопнул его по плечу, и Шан и Синда еще крепче схватились за старика, чтобы не упасть на землю.       

- Она ушла искать пищу. Мы покинули караван несколько дней назад, после чего прошли нелегкий путь. Я бы мог унести достаточно вещей, но Корвус…

- Корвус велел вам поторопиться, - закончил кенку, - Если бы ты двигался быстрее, то, возможно, у нас бы не было такой нужды в спешке!

В ответ на укол Тобин лишь пожал плечами.

- Это спокойная земля, Мастер Арены. Моё быстрое передвижение может привлечь ненужное внимание. К тому же, я не всегда могу поспеть за проворными и быстрыми близнецами.

- Сейчас это неважно, - ответил Корвус, - Похоже, что, пока что, мы остались незамеченными, так что пришло время начать вести игру на наших условиях.

Матиас усмехнулся:

- Неужели все впервые пойдёт по плану?

Корвус не ответил, а лишь начал рисовать на песке удивительно точную копию Джазирии.

- Мы должны спасти или похитить людей с Острова Свободных. Всё зависит от того, как будут развиваться события, - с этими словами кенку закончил рисовать летающий остров, завершив рисунок Парусной Ареной и цепями, удерживающими её. Матиас, Тобин и близнецы склонились над рисунком.

- Сёстры пойдёт сегодня, а остальные на день позже. Нужно успеть сделать маскировку, - продолжил Корвус, - Приготовьтесь. Отныне наши действия будут не такими утонченными.

 

Ξ Ξ Ξ

 

Азад Свободный утверждал, что древко двухконечного цепа, который сейчас лежал в его комнате на изысканной бархатной подставке, было вырезано из восточного дерева древней гильдией кузнецов более шестисот лет назад. Сама гильдия уже давно была уничтожена, а древко сохраняло свою твёрдость и несгибаемость.

Рукоятка была сделана из чистейшего железа, а покрытие из концентрированного сока черной смородины не позволяло оружию выпасть из мозолистых рук Кефаса. Металл, из которого была сделана рукоять, был черным по своей природе; дерево, из которого было сделано древко, почернело из-за времени, но серебряные цепи продолжали блестеть. Толстые металлические шипы, располагающиеся на железных шарах, казались слишком тупыми и неуклюжими, чтобы нанести хоть какой-то урон, но когда Азад снял оружие с бархатной подставки и аккуратно прокатил один из наконечников цепа по тыльной стороне своей ладони, опытный глаз Кефаса сразу распознал смертоносную силу этого оружия.

Каждый раз, когда Азад Свободный вызывал Кефаса в свою высеченную в камне комнату, единственным охранник, который находился в комнате Хозяина Арены, была его жена, Шанира. Так и сейчас женщина-калишит стояла рядом со своим мужем, положив одну руку на кинжал, лежащий в ножнах на её поясе.

- Я позвал тебя сюда, потому что моя жена утверждает, что за твоё предательство я должен позволить ей убить тебя, - начал Азад, - но я посчитал, что лучше я прочитаю тебе историю.

Как и в древние времена, Азад иногда собирал всех гладиаторов на парусной арене, но не для боя. Он созывал всех на Парусную Арену, поднимался на своё постоянное место и начинал вещать. Гринта называла это “игрой в проповедника”.  

 Иногда Азад “проповедовал” находясь под алкогольным опьянением. И в те моменты он без устали говорил, что настоящая миссия Острова Свободных заключается в отборе и тренировке непобедимой армии Калимшана, которая под его началом, началом величайшего гладиатора, двинется на юг и отвоюет пустыню Калим и весь Калимшан. Благодаря этому Кефас научился спать с открытыми глазами.

Но в некоторые ночи, когда светило Селуны достигало своего зенита, Азад читал книги, и в эти моменты Кефас ни за что бы не смог уснуть.

- Это “Истории Основания Калимшана”, - говорил Азад, небрежно переворачивая страницы книги, - Вся история здесь, - после этих слов горлышко бутылки пальмового рома соприкоснулось с его губами, - Она была написана по приказу Камара ин Сабана эль Зениспула в … я не знаю, когда, но это было очень давно.

Для Кефаса книга была своеобразной коробкой, обернутой кожаной обложкой. Мечты полу-джина были напоены эликсиром, под названием чернила, и были заточены в темницу, коей были страницы книги. Освободить их могло лишь древнее знание, которое калишиты держали сокрытым от Кефаса, и название этому знанию – чтение.

Когда-то давно, когда Кефасу ещё не было и половины от его настоящего возраста, после его пятидесятой попытки побега, Азад читал историю, под названием: “Цепочка, спасшая Башана Разбойника”. В этом рассказе повествовалось о Башане, рабе,  который научился снимать с себя кандалы. По ночам он открывал замок своих пут и отдыхал от их тяжести, а спустя время он научился использовать цепи как оружие. Так он смог сбежать в пустыню, где стал грабителем с тридцатью женами и тысячью верблюдами.

После прочтений этой истории, Азад поднял над головой цеп с двумя головками и воскликнул:

- Вы помните, братья?! Помните, как я проложил путь к нашей свободе с помощью этого оружия?!

Все присутствующие на арене нехотя радостно воскликнули, даже Кефас. Хотя он сделал это в честь Башана Разбойника, а не в честь Азада Свободного.

Сейчас же, Азад положил цеп обратно на бархатную подставку и подошёл к другой, повёрнутой так, что Кефас не мог видеть то, что хранилось на ней. Хозяин Арены подошёл к подставке и снял с неё книгу. Видимо, Азад хотел прочитать какую-нибудь историю о тщетности побега или что-то в этом духе, однако Кефас не возражал. Нет, генази не бросит своих попыток, но это и не важно – самым важным для него была возможность утолить жажду мечтаний.

- Да, я  прочитаю тебе историю. Но какую? Какая история научит тебя? – несмотря на то, что Азад был старым, очень старым, возможно даже таким же старым, как Гринта Копьё, он обладал тяжелой мускулатурой и телосложением гладиатора. Но, тем не менее, его пальцы умело переворачивали тонкие страницы, - Я размышлял, какую же историю прочитать, но решил не думать об этом. Все равно ни одна из них так ничему тебя и не научила. Нет, время нравоучений закончилось. Теперь пришло время для наказаний.

Кефас напрягся, но Шанира оставалась всё такой же расслабленной.

- Ты правильно понял, Кефас, я решил наконец-то наказать тебя. Отныне ты не услышишь ни одного слова из этой книги.