Летали они на луну, раз на марс уже собрались..
Свернуть чат
Башня Эльминстера
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
А были ли американцы на Луне?
Автор Эргонт, 10 янв 2008 18:49
Сообщений в теме: 63
#62
По Голливуду они тогда летали...
Отправлено 30 сентября 2008 - 19:46
Естесно! Только прошло уже сорок лет..))Летали они на луну, раз на марс уже собрались..
По Голливуду они тогда летали...
#63
Отправлено 08 октября 2008 - 01:39
Вот свидетельство очевидца:
"В первый момент мне показалось, что я попал в какой-то
огромный древнеримский планетарий. На очень высоком сводчатом
потолке стеклом и жестью поблескивали далекие звезды,
включенные примерно в треть накала. Метрах в сорока от меня
стоял старый рельсовый кран; на его стреле, метрах в четырех от
пола, парил похожий очертаниями на огромную бутылку корабль
"Салют" с пристыкованным к нему космическим грузовиком "Агдам
Т-3"; корабль был надет на стрелу, как пластмассовая модель
самолета - на ножку подставки. Видимо, вся конструкция была
слишком тяжелой для одного крана, потому что корму космического
грузовика поддерживали два или три упертых в пол длинных
бревна; они были различимы в полутьме, но когда совсем рядом со
мной зажглись два прожектора, они стали практически невидимы,
потому что, как и стена за ними, были выкрашены черной краской
и облеплены мерцающими в электрических лучах кусочками фольги.
Прожектора были закрыты светофильтрами, и их свет был
странным, белесо-мертвенным. Кроме космического корабля,
который сразу стал выглядеть очень правдоподобно, они осветили
телекамеру с большой надписью "Samsung", возле которой
покуривали два автоматчика, и длинный стол с микрофонами, едой
и призрачно-прозрачными водочными бутылками, похожими на вбитые
в стол сосульки; за ним сидели два генерала, каждый из которых
был чем-то похож на Генриха Боровика.
Рядом стоял маленький столик с микрофоном, за которым
сидел человек в штатском. За его спиной был фанерный щит с
надписью "Время" и рисунком земного шара, над которым косо
взлетала пятиконечная звезда с очень длинными боковыми лучами.
Склонившись над столом, с человеком за микрофоном о чем-то
говорил другой штатский.
- Дубль три!
Кто это сказал, я не видел. Второй штатский быстро
подбежал к телекамере и развернул ее в сторону столика.
Раздался звонок, и человек за микрофоном четко и медленно
заговорил:
- Сейчас мы находимся на переднем крае советской
космической науки, в одном из филиалов ЦУПа. Седьмой год несут
орбитальную вахту космонавты Армен Везиров и Джамбул
Межелайтис. Этот полет - длиннейший в истории - сделал нашу
страну лидером мировой космонавтики. Символично, что мы с
оператором Николаем Гордиенко оказались здесь в день, когда
космонавты выполняют важную научную задачу - ровно через
полминуты они выйдут в открытый космос с целью установки
астрофизического модуля "Квант".
Весь бокс озарился нежным и неясным светом - я поднял
голову и увидел, что лампочки на потолке вспыхнули в полный
накал. Открылась величественная панорама звездного неба, к
которому столько веков стремился человек, складывая полные
красоты, но такие наивные легенды о вбитых в небесную твердь
серебряных гвоздях.
Со стороны "Салюта" послышались приглушенные удары - так
бывает, когда плечом несильно толкают задубевшую от сырости
дверь в погреб, боясь, что от слишком сильного удара она
опрокинет стоящие сразу за ней крынки со сметаной. Наконец, я
увидел чуть приподнявшуюся над поверхностью корпуса
космического корабля крышку люка, и сразу же от стола, за
которым сидел человек с микрофоном, донеслось:
- Внимание! Включаем прямой эфир!
Люк медленно открылся, и над поверхностью космического
корабля появился круглый серебристый шлем с короткой антенной.
Все за столом зааплодировали; вслед за шлемом появились плечи и
серебристые руки - они первым делом прицепили страховочный фал
к специальной штанге на корпусе корабля; движения их были очень
медленными и плавными, отработанными за время долгих тренировок
в бассейне. Наконец, первый космонавт вылез в открытый космос и
остановился в нескольких шагах от люка - я подумал, что
требовалось немалое мужество, чтобы стоять на четырехметровой
высоте. Мне показалось, что один из генералов за столом смотрит
в мою сторону, и я втянул голову за шкаф, а когда я решился
опять ее высунуть, уже оба космонавта стояли на поверхности
космического корабля, ослепительно-белые на фоне чернильных
космических далей, усыпанных крошечными точечками звезд. У
одного из них в руках был небольшой ящик. Это и был, как я
понял, астрофизический модуль "Квант". Космонавты медленно и
как-то подводно прошли по корпусу корабля, остановились у
высокой мачты и довольно быстро привинтили к ней ящик. Потом
они повернулись в сторону телекамеры, плавно помахали руками, и
такими же водолазными шагами вернулись к люку, в котором по
очереди исчезли.
Люк закрылся, но я еще долго глядел на мерцающие в
невообразимой дали звезды - туда, где раскинуло длинные тонкие
руки созвездие Лебедя, колеблясь, кому открыть объятья:
огромному ли - в полнеба - Пегасу, или маленькой, но такой
трогательно яркой и чистой Лире.
Человек в гражданском тем временем быстро и радостно
говорил в свой микрофон:
- На время операции в центре управления полетом наступила
тишина. Признаться, и у меня захватило дух, но все прошло
успешно. Нельзя не поразиться четкости и слаженности действий
космонавтов - видно, не зря прошли для них годы тренировок и
орбитальной вахты. Установленное сегодня научное
оборудование...
Я отполз за шкаф. Мною овладело очень странное состояние
- я чувствовал апатию и безразличие ко всему происходящему.
Если бы меня сейчас стали хватать, я вряд ли попытался бы
бежать или сопротивляться; единственное, чего мне хотелось, так
это спать. По лунной привычке положил голову на скрещенные руки
и заснул. Сквозь сон до меня донеслось:
- Телевизионная передача о работе в открытом космосе
велась с помощью камеры, установленной бортинженером на панели
одной из солнечных батарей базового блока."
"В первый момент мне показалось, что я попал в какой-то
огромный древнеримский планетарий. На очень высоком сводчатом
потолке стеклом и жестью поблескивали далекие звезды,
включенные примерно в треть накала. Метрах в сорока от меня
стоял старый рельсовый кран; на его стреле, метрах в четырех от
пола, парил похожий очертаниями на огромную бутылку корабль
"Салют" с пристыкованным к нему космическим грузовиком "Агдам
Т-3"; корабль был надет на стрелу, как пластмассовая модель
самолета - на ножку подставки. Видимо, вся конструкция была
слишком тяжелой для одного крана, потому что корму космического
грузовика поддерживали два или три упертых в пол длинных
бревна; они были различимы в полутьме, но когда совсем рядом со
мной зажглись два прожектора, они стали практически невидимы,
потому что, как и стена за ними, были выкрашены черной краской
и облеплены мерцающими в электрических лучах кусочками фольги.
Прожектора были закрыты светофильтрами, и их свет был
странным, белесо-мертвенным. Кроме космического корабля,
который сразу стал выглядеть очень правдоподобно, они осветили
телекамеру с большой надписью "Samsung", возле которой
покуривали два автоматчика, и длинный стол с микрофонами, едой
и призрачно-прозрачными водочными бутылками, похожими на вбитые
в стол сосульки; за ним сидели два генерала, каждый из которых
был чем-то похож на Генриха Боровика.
Рядом стоял маленький столик с микрофоном, за которым
сидел человек в штатском. За его спиной был фанерный щит с
надписью "Время" и рисунком земного шара, над которым косо
взлетала пятиконечная звезда с очень длинными боковыми лучами.
Склонившись над столом, с человеком за микрофоном о чем-то
говорил другой штатский.
- Дубль три!
Кто это сказал, я не видел. Второй штатский быстро
подбежал к телекамере и развернул ее в сторону столика.
Раздался звонок, и человек за микрофоном четко и медленно
заговорил:
- Сейчас мы находимся на переднем крае советской
космической науки, в одном из филиалов ЦУПа. Седьмой год несут
орбитальную вахту космонавты Армен Везиров и Джамбул
Межелайтис. Этот полет - длиннейший в истории - сделал нашу
страну лидером мировой космонавтики. Символично, что мы с
оператором Николаем Гордиенко оказались здесь в день, когда
космонавты выполняют важную научную задачу - ровно через
полминуты они выйдут в открытый космос с целью установки
астрофизического модуля "Квант".
Весь бокс озарился нежным и неясным светом - я поднял
голову и увидел, что лампочки на потолке вспыхнули в полный
накал. Открылась величественная панорама звездного неба, к
которому столько веков стремился человек, складывая полные
красоты, но такие наивные легенды о вбитых в небесную твердь
серебряных гвоздях.
Со стороны "Салюта" послышались приглушенные удары - так
бывает, когда плечом несильно толкают задубевшую от сырости
дверь в погреб, боясь, что от слишком сильного удара она
опрокинет стоящие сразу за ней крынки со сметаной. Наконец, я
увидел чуть приподнявшуюся над поверхностью корпуса
космического корабля крышку люка, и сразу же от стола, за
которым сидел человек с микрофоном, донеслось:
- Внимание! Включаем прямой эфир!
Люк медленно открылся, и над поверхностью космического
корабля появился круглый серебристый шлем с короткой антенной.
Все за столом зааплодировали; вслед за шлемом появились плечи и
серебристые руки - они первым делом прицепили страховочный фал
к специальной штанге на корпусе корабля; движения их были очень
медленными и плавными, отработанными за время долгих тренировок
в бассейне. Наконец, первый космонавт вылез в открытый космос и
остановился в нескольких шагах от люка - я подумал, что
требовалось немалое мужество, чтобы стоять на четырехметровой
высоте. Мне показалось, что один из генералов за столом смотрит
в мою сторону, и я втянул голову за шкаф, а когда я решился
опять ее высунуть, уже оба космонавта стояли на поверхности
космического корабля, ослепительно-белые на фоне чернильных
космических далей, усыпанных крошечными точечками звезд. У
одного из них в руках был небольшой ящик. Это и был, как я
понял, астрофизический модуль "Квант". Космонавты медленно и
как-то подводно прошли по корпусу корабля, остановились у
высокой мачты и довольно быстро привинтили к ней ящик. Потом
они повернулись в сторону телекамеры, плавно помахали руками, и
такими же водолазными шагами вернулись к люку, в котором по
очереди исчезли.
Люк закрылся, но я еще долго глядел на мерцающие в
невообразимой дали звезды - туда, где раскинуло длинные тонкие
руки созвездие Лебедя, колеблясь, кому открыть объятья:
огромному ли - в полнеба - Пегасу, или маленькой, но такой
трогательно яркой и чистой Лире.
Человек в гражданском тем временем быстро и радостно
говорил в свой микрофон:
- На время операции в центре управления полетом наступила
тишина. Признаться, и у меня захватило дух, но все прошло
успешно. Нельзя не поразиться четкости и слаженности действий
космонавтов - видно, не зря прошли для них годы тренировок и
орбитальной вахты. Установленное сегодня научное
оборудование...
Я отполз за шкаф. Мною овладело очень странное состояние
- я чувствовал апатию и безразличие ко всему происходящему.
Если бы меня сейчас стали хватать, я вряд ли попытался бы
бежать или сопротивляться; единственное, чего мне хотелось, так
это спать. По лунной привычке положил голову на скрещенные руки
и заснул. Сквозь сон до меня донеслось:
- Телевизионная передача о работе в открытом космосе
велась с помощью камеры, установленной бортинженером на панели
одной из солнечных батарей базового блока."
Количество пользователей, читающих эту тему: 1
0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных











